Рыцарь-зомби (Новелла) Том 1 Глава 1 О, великая тьма!

– Привет, дружище.

– … Где я? Что происходит?

– Ничего особенного. Не поддавайся панике. Все в порядке.

– Что происходит?.. Почему я ничего не вижу?

– Сейчас все объясню, поэтому слушай внимательно. Обещаю ответить на все твои вопросы, только постарайся успокоиться, хорошо?

– ... Х-хорошо.

– Слушай. Ты умер.

– ... Что?

– Ты мертв. Твое физическое тело больше не существует. Именно поэтому ты не можешь видеть или двигаться.

– Это какая-то глупая шутка?

– Прости, друг мой, но это правда. Если бы я шутил, ты бы смеялся. Я довольно веселый парень.

– Какого…?

– Расслабься на мгновение и подумай. Ты должен вспомнить свою смерть.

– Но… я…

– Вспоминаешь?

– Я… да, вспомнил… Я…

– Не волнуйся. Все в порядке. Я был там, когда ты умер. Я знаю, что случилось.

– Я… правда умер?

– Да.

– Значит, это… что-то вроде загробной жизни?

– Не совсем. Ты еще не добрался до этой стадии.

– В каком смысле? Почему?.. Это… из-за меня?..

– Нет, дело не в этом. Все в полном порядке. Я просто пробудил тебя немного раньше. Потому что, прежде чем ты продолжишь свой путь, у меня есть предложение для тебя.

– Предложение?.. Ты кто?..

– Меня называют по-разному, но, вероятно, ты знаешь меня лучше всего как жнеца. Знаешь. Мрачный тип.

– Что за?!

– Я проводник и защитник душ, когда они начинают свое путешествие после смерти. Или забвения. Как получится.

– Ты… не знаешь?

– Разумеется, нет. Я всего лишь перевозчик.

– Ах… Это… печально.

– Эй, я тоже не в восторге. Хватит об этом. Не напоминай мне о моих недостатках.

– Ах, прости…

– Обычно ты бы даже не узнал, что я здесь, но мне нужно было задать тебе вопрос.

– Предложение…

– Точно. Видишь ли, как жнец, я имею право взять себе слугу. Кого-то, кто помогал бы мне в различных делах.

– Слугу?.. Ты хочешь, чтобы я стал твоим слугой?

– Слугой, партнером, другом, союзником – называй как хочешь, но да, в этом суть. Я мог бы оживить твое тело, и ты смог бы жить снова, пока помогаешь мне. Ты умер очень молодым. Я подумал, что ты бы хотел получить второй шанс. Шанс, возможно, прожить более полную жизнь.

– Более полную?..

– Я не прав?

– Ну, нет… Но… ты действительно можешь это сделать?

– Да. Никто еще не нашел твое тело, так что проблем не будет.

– Значит… ты мог бы сделать меня в новой жизни миллиардером или кем-то вроде того?

– Что? Конечно, нет. Это не так работает.

– Тогда о чем ты только что говорил?

– Вот о чем: твое тело сейчас мертво, но я смогу оживить его и соединить с твоей душой. Я не могу дать тебе новое тело и гору денег. С ума сойти. Я жнец, а не джинн.

– А… так я буду жить той же жизнью, что и раньше…

– Почти. Ну, что-то вроде этого. Могут возникнуть некоторые сложности.

– Что, черт возьми, это значит?

– Я бы не стал оживлять тебя без причины. Как я сказал, я хочу, чтобы ты мне помог.

– Помог с чем?..

– Со спасением жизней.

– Что?

– Я на протяжении многих тысяч лет переправляю души через границу между мирами. И я могу наблюдать за жизнью, но не могу взаимодействовать с тобой, пока ты не умрешь. Поэтому, можешь себе представить, я вижу много ужасных вещей, происходящих в твоем мире; вещей, с которыми я мог бы кое-что сделать. Однако, как видишь – я не в силах. Сам. Тут на сцену выходишь ты. Я буду искать людей на грани смерти, а ты будешь их спасать.

– А… Вау…

– Вау?

– Ну, просто… Я хотел сказать… ты серьезно?

– Да.

– Но… А… Звучит здорово и все такое, но… Я не думаю, что смогу кого-то спасти.

– Конечно, сможешь. С моей помощью, ты станешь неуязвимым.

– Не… неуязвимым? Ты имеешь в виду бессмертным?

– Да. Ты будешь моим неуязвимым слугой, это естественно, ведь, если ты умрешь, я оживлю тебя снова.

– А-а-а… Зомби…

– Хочешь попробовать?

– А… Не знаю. Звучит немного… безумно.

– Хех. Довольно грубо.

– Ты сказал… что я буду твоим слугой?

– Да.

– А что будет, если я не подчинюсь?

– Если ты решишь, что больше не хочешь мне помогать, я просто отпущу твою душу и позволю тебе умереть.

– Ты убьешь меня…

– Эй-эй, ты уже мертв. Что ты теряешь?

– В таком случае, твое предложение слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– Это не навсегда. Если позже ты решишь, что тебе больше не нужен наш договор, то я найду кого-нибудь еще, и позволю тебе умереть.

– Откуда мне знать, что ты не лжешь?

– Ах. Полагаю, ниоткуда. Тебе придется пойти на риск. Так же, как и я иду на риск с тобой.

– Я не знаю…

– Ну, я не люблю никого торопить, но тебе бы лучше принять решение до того, как кто-то отыщет твое тело. Возникнут проблемы, если люди найдут тебя до того, как ты вернешься к жизни.

– Я ещё не ответил «да»…

– Я знаю. Решай. Я нетерпелив.

– Х-хорошо. Я попробую. Хуже мне не будет…

– Отлично. В таком случае, начну прямо сейчас.

– Ч-что ты собираешься делать?

***

Гектор пришел в себя, стоя на коленях. Волна боли пронзила его, но исчезла спустя мгновение. Он моргнул, отгоняя пелену перед глазами, и сел.

Это была ванная, которую он видел, которую помнил. Он умер в этой маленькой ванной комнате с далеко не белоснежной плиткой. По крайней мере, так он думал. Очевидно, он не был мертв.

Вентилятор под потолком шумел, как всегда. Он вспомнил этот звук, вспомнил, как он стал последним, что он услышит, вспомнил, как он заставил его почувствовать себя жалким в последние минуты.

Однако теперь, снова слыша этот звук – гудение – он не знал, что и думать. Казалось, это какой-то другой шум, хотя он точно понимал, что ничего не изменилось.

Его футболка была мокрой. Гектор понял, что смотрит на красные пятна на своей белой одежде. Он стоял и смотрел на пол, в лужу собственной крови.

Он почесал затылок.

– А…

Далее, его встретило зеркало, отразив его лицо сквозь мыльные разводы. Всё выглядело так же. Чёрная кожа, коротко стриженная голова, мрачные карие глаза – всё его. Однако часть него ожидала увидеть кого-то ещё. Часть его хотела увидеть.

Его взгляд упал на раковину, на лезвие бритвы. Казалось, довольно странный способ умереть вот так вдруг, от такой маленькой вещицы, тонкой полоски заточенного металла. Но затем он подумал, что виной тому была не столько бритва, сколько длинные, вертикальные порезы на его руках, которые всё ещё были, хотя, кажется, не болели. На самом деле, он их даже не чувствовал. Он прекрасно ими двигал, но они были полностью онемевшими.

– Привет ещё раз, – раздался голос, он повернулся и увидел сидящую… парящую рядом с ним фигуру. Скелет; казалось, его кости светились белым на фоне чёрного, как смоль, савана. Коса была зажата в руке, лезвие низко висело над Гектором.

Он уставился, вытаращив глаза.

– Ничего в ответ? Ну, ладно, – челюсти скелета двигались в соответствии с его словами, хотя Гектор не мог представить себе, как.

Спустя какое-то время у него получилось придумать, что ответить.

– Ты…

– Тот самый жнец, с которым разговаривал. Да, он самый. Рад знакомству. Теперь уже, официально.

– Выглядишь… выглядишь так, как и думал.

Он моргнул пару раз. Это всё на самом деле?..

– А, верно. Моя внешность.

Скелет пожал плечами.

– Как бы ты меня сейчас ни видел, это не то, как я выгляжу на самом деле. По правде говоря, я вообще никак не выгляжу.

– Что?..

– Твой мозг сформировал картинку о том, как я выгляжу, и сейчас проецирует её на меня. Наружный вид в той физической реальности, где меня не существует.

– Я… Я не понимаю.

– А, ну это ничего. О, пока не забыл…

Скелет подлетел к нему ближе и протянул свою длинную руку.

Гектор слегка отшатнулся, но рука лежала у него на плече. Внезапно он почувствовал, что его руки начали гореть. Он скользнул взглядом вниз и обнаружил, что кровавые раны вздуваются и затягиваются. Тяжело дыша, он увидел, как раны закрылись сами по себе, оставив после себя струйки крови, наполовину влажные, наполовину засохшие. Через пару мгновений боль утихла.

– Что за черт?

Он осмотрел руку, на которой был порез, с которого сочилась кровь. Даже шрама не осталось. Больше того – прошло онемение.

– Может, хочешь убрать всю эту кровь? – сказал жнец, перемещаясь по полу. – Я могу восстановить твоё тело, но, если произойдет потеря крови, я не смогу вернуть её обратно. То же самое касается конечностей, в случае если их отрубили. Я не буду прикреплять их обратно. Я просто заново их выращу.

Он слегка прищурился. Вырастит?..

– Я могу тебя оживить, неважно, насколько тяжкие повреждения нанесены, – сказал скелет. – Даже если всё твоё тело будет разрушено, я его восстановлю. Так работает моя сила. Пока я связан с душой, я могу воскрешать тело, к которому она привязана. Без души, увы, я ничего не могу поделать.

Гектор не знал, что сказать.

– Жаль, на самом деле. Если бы я мог создать тело из ничего, мне не нужна была бы ничья помощь. Я мог бы создать тело сам и быть типа супергероем.

– А… Я-ясно. Наверно.

– Мне много всякой всячины надо тебе объяснить, прежде чем мы начнем спасать мир, но сначала надо бы здесь всё прибрать до того, как кто-нибудь это увидит. Разве что, ты собираешься начать с раскрытия кому-то своего секрета.

– Э, точно…

Гектор направился к двери и неуклюже замер.

– А…

– Может, швабра подойдет?

– Т-точно.

Он открыл дверь и вышел. Там ожидал узкий коридор, и он застыл на мгновение, задержав на нем взгляд. Обыкновенное место. Стены кремового цвета и однотонный коричневый ковролин. Он видел их тысячи раз, но теперь они казались какими-то другими. Всё, к слову. Его потертые кроссовки, мешковатые чёрные брюки, даже свет в коридоре и мотылёк, летающий вокруг. Всё это напоминало о нём самом, о том, кем он был, о внезапной неопределенности, был ли он тем же человеком, что и раньше.

Он убедился, что закрыл за собой дверь в ванную, и спустился по лестнице. Его родители сидели в кабинете, смотрели телевизор при тусклом свете торшера. Они не подумали взглянуть на него, когда тот пошёл на кухню, хотя он был уверен, что они прекрасно слышали его шаги. Однако затем он подумал, что это даже хорошо, что они его не видели. Было бы трудно объяснить, откуда взялась кровь на футболке. Гектор быстро выхватил швабру за холодильником.

– Не забудь ведро, – раздался неслышный голос жнеца, а Гектор чуть не уронил швабру, жонглируя ею из одной руки в другую, – Полотенца тоже пригодятся.

Моргнув, он осмотрелся. Кухня пока была пуста. Он рискнул спросить шепотом: – Где ты?

– Я всё ещё в ванной, – услышал он в ответ. – Я могу говорить с тобой на любом расстоянии. Это потому, что я подключён к твоему мозгу, а не говорю физическим голосом.

Настала пауза, и Гектор украдкой наблюдал в ожидании.

– Это работает в обоих направлениях. Скажи что-нибудь о себе, и я услышу.

Ещё одна пауза.

– Ты должен действительно подумать, чтобы мысль была чётко сформулирована. Сконцентрируйся, и тогда твоя мысль отпечатается в твоем мозгу и станет понятной.

– А… О… Вот так? – подумал он, направив взгляд в потолок.

– Да. Легко, правда?

– Э… Да. – он схватил принадлежности, которые упоминал жнец, поднялся по лестнице, не привлекая внимания родителей, и начал мыть пол. С каждым взмахом краснота исчезала, оставляя за собой розоватый след от былой лужи крови.

Он не был уверен, сколько времени там была кровь, но она начала окрашивать плитки, поэтому он понял, что прошло, по крайней мере, несколько часов.

– Ты затих, – сказал жнец, заставив Гектора оторваться от работы, – я думал, у тебя будет больше вопросов.

Он немного посмотрел на кровь.

– Ты не заметил.

– Что?

– Мои родители, – сказал он, выжимая швабру над ведром. – Они не заметили, что я умер.

Последовала неловкая пауза.

– Ты заперся в ванной. Прошло бы некоторое время, прежде чем они обнаружили бы твоё тело.

– Интересно, сколько времени это заняло бы…

После этого Жнец замолчал. Разговор возобновился только тогда, когда Гектор закончил уборку.

– Я Гарвель, кстати. Меня зовут Гарвель.

Гектор присел на край ванны и снова посмотрел на парящий скелет.

– Хорошо, – ответил он.

Гарвель наклонился к его голове.

– Разговор не вяжется? Ты был более разговорчивым, пока был мёртв.

– Прости… Я не… Не то чтобы… Да.

– Ну, не переживай. Спешить некуда. – Гарвель подплыл к зеркалу, и Гектор внезапно понял, что жнец в нём не отражается. – Ты не кажешься особо любопытным типом, так что, думаю, я объясню. Прерви меня, если будут вопросы.

Гектор ждал.

– Теперь мы с тобой связаны, – сказал Гарвель. – Теперь я буду поддерживать твою жизнь. С точки зрения биологии, твоё тело снова живо, но только я поддерживаю твою связь с телом. Душа, сознание, чувство собственного «я» – называй это как хочешь, я тот, кто на данный момент сохраняет твою связь с внешним миром.

Жнец тактично сделал паузу.

– Полагаю, это звучит страшно. То, что твоя душа находится под чьим-то контролем, но на самом деле в этом есть свои фантастические плюсы. Во-первых, как я уже говорил, это, конечно, способность восстанавливать твоё тело. И полагаю, ты уже заметил второе, главное преимущество – продолжать двигаться даже после того, как твоё тело технически умерло.

Он моргнул.

– Это связано с мозгом, – Гарвель постучал по черепу фалангой пальца. – Твой мозг теперь полностью полагается не на энергию твоей плоти и крови, а на меня. Потому что я теперь живу в твоём мозгу, так сказать. Но с точки зрения физического мира мозг работает сам. Даже если, скажем, ты истечешь кровью или сердце перестанет биться, или остановится дыхание, мозг будет продолжать нормально работать.

Жнец снова сделал паузу.

– Конечно, на деле сложнее, чем на словах – у мозга довольно сложное строение. Я должен заморозить все сигналы, которые могли бы заставить твой мозг думать о том, что нужно отключиться из-за недостатка крови или глюкозы. Но теперь тебе не надо переживать об этом. У меня всё под контролем.

Гектор попытался что-то сказать, но не нашёл слов, поэтому просто уставился, приподняв брови.

Жнец наклонился к его голове.

– Ты всё понял?

Гектор кивнул.

– Вот и хорошо. Третий плюс в распоряжении моей светлости в любое время.

Гектор не смог не ухмыльнуться.

– Хотя это больше, чем просто моя личность, – продолжил Гарвель. – Как жнец, я каждый раз чувствую, когда кто-то находится на грани. Грани смерти, то есть. Проще говоря, я вижу обречённую ауру души человека. Очень драматична. Особенно если я не могу ничем ей помочь. А ты, по другую сторону мира, можешь. Поэтому каждый раз, когда я почувствую эту ауру вокруг кого-то, ты придёшь и попытаешься её спасти. Понял?

– Э, да, – Гектор снова кивнул.

– Однако ты должен знать, что я всегда буду требовать этого от тебя. Смысл того, что я спас тебя, в том, чтобы ты помогал спасать жизни другим. Так что неважно, как изменится твоя жизнь – новая работа, женитьба, появление детей или что-то ещё в этом духе – если ты когда-нибудь окажешься не в состоянии мне помочь, я отпущу твою душу и найду кого-нибудь другого.

– Х-хорошо… – он прищурился. – Но… как я могу оказаться не в состоянии помочь тебе? То есть… Я сомневаюсь, что когда-либо буду настолько занят, что не смогу пойти и помочь спасти чью-то жизнь.

– Хорошо, что ты так говоришь, но не всегда это может быть твоим решением. Например, если тебя когда-нибудь бросят в тюрьму, ты не сможешь никого спасти. И я, конечно, не смогу вытащить тебя оттуда.

Он моргнул.

– Тюрьма?.. А почему я могу попасть в тюрьму?..

– Не знаю. Я привёл её в качестве примера.

– Ты же не попросишь меня совершать незаконные поступки?..

– Ну что ж. Не в грандиозных масштабах. Мне бы совсем не хотелось заниматься поисками твоей замены. Этот процесс оказывается невероятно утомительным.

– Это правда…

Взгляд Гектора на мгновение скользнул по полу, прежде чем снова опуститься на неповрежденную кожу его рук.

– Кажется, у меня остался один вопрос?..

– Какой же?

– Если…если ты способен воскрешать людей, подобных мне прямо сейчас… тогда… почему ты не… ну, ты знаешь… не воскрешаешь… всех?

Гарвель на мгновение замолчал.

– А? Ты невнятно говоришь. Прекрати делать такие паузы и объясняйся нормально.

– Ах… – он предпринял еще одну попытку. – Если ты можешь воскрешать людей, то почему ты просто… не воскрешаешь всех?

– Ты снова делаешь паузы. Я же сказал, прекрати.

– Черт возьми, я стараюсь…

– А, ладно. Я все равно понял тебя со второго раза.

– Тогда ответь на мой вопрос!

– Эй, на этот раз ты не запинался! Отличная работа!

– Вот бы у тебя было тело, чтобы я мог тебя задушить…

– На самом деле, это действительно хороший вопрос. Очевидно, что если бы я имел возможность сохранить больше людей в живых, я бы несомненно так и поступил. Проблема заключается в том, что я могу поддерживать стабильную связь лишь с одной душой. Если я попытаюсь установить связь с ещё одним человеком, моя собственная энергия начнет рассеиваться, и в конечном итоге я либо обессилею, либо полностью исчезну. Если произойдет одно из этих событий, то души людей, связанных со мной, будут отторгнуты от оживленных тел, что приведет либо к смерти мозга, либо к полному помешательству. А тела, лишенные разума, могут стать чудовищно опасными.

Гектор указал пальцем на свой лоб.

– Ты хочешь сказать… что они… просто… начнут убивать случайных прохожих.

– Да, и совершать другие ужасающие деяния.

– А-а-а… теперь понятно.

Он сложил свои тонкие руки, и лицо его слегка напряглось.

– Но в таком случае… почему ты выбрал именно меня для этой работы?

– Ну, мне нужно было кого-то выбрать. Мне требовался слуга, и тут оказался ты.

– То есть?.. Ты выбрал меня совершенно случайно?

– В значительной степени, да.

Гектор пристально вгляделся в образ жнеца.

– Что это значит? «В значительной степени»?..

– Для этой конкретной работы я стараюсь не выбирать тех, кто уже является убийцей, так что да, с моей стороны присутствует определенный расчет. Более того, я не выбирал тебя. Я сделал тебе предложение. И ты принял его.

– Но… второй шанс… кто, черт возьми, отказался бы от такого предложения?

– Тот, кто желает смерти.

И тут Гектор снова засомневался. Какое-то время он просто сидел, но затем перевел взгляд с Гарвеля на пол.

– Но, – произнес он наконец. – Я сам себя убил…

– Знаю. Я наблюдал за этим.

– Но тогда… тогда почему ты не предложил эту возможность кому-нибудь другому? Тому, кто умер в результате несчастного случая или по какой-либо другой причине? – Гектор дышал прерывисто. – Тому, кто действительно заслужил такой шанс…

– Если бы ты по-настоящему хотел умереть, то ты бы не согласился помочь мне, когда я попросил.

Все еще сидя, Гектор понуро опустил голову.

– Но… – вздохнул он.

– Я наблюдал за тобой некоторое время перед твоей смертью.

Он быстро поднял голову.

– Что?

– Я ощущал ауру смерти вокруг тебя с того момента, как ты принял решение покончить с собой. – С отрешенным взглядом, тень Гарвеля, казалось, внезапно устремила на него пристальный взор. – Вот как это работает: я чувствую, когда душа находится под угрозой неминуемой смерти. Если бы ты попал под автобус, я бы не почувствовал твою смерть до тех пор, пока ты не оказался бы перед ним. Такие ситуации крайне неприятны. Но смерть таких людей, как ты, которые намереваются совершить самоубийство, я начинаю ощущать, когда мысль об этом только зарождается в их сознании.

Гектор моргнул.

– Тогда… ты, должно быть…

– Да. Я ждал почти семь месяцев. Примерно столько времени мне потребовалось, – Гарвель слегка пожал плечами. – Бывало и дольше, но что поделать. Я проверял тебя время от времени, может быть, два или три раза в неделю. В конце концов, я начал удивляться, почему ты так долго медлишь, почему не завершаешь задуманное. А затем я понял.

Гектор уставился в пол, и его глаза облегченно закрылись, пока он слушал.

– Последние две недели я навещал тебя довольно часто. Вот что я заметил. Ты всегда был одинок. – Гарвель сделал паузу. – В школе ты почти не общался ни с кем из своих одноклассников. Возможно, из-за трудностей в общении. Даже здесь, у себя дома, ты держишь дистанцию от своих родителей. За все время, что я наблюдал за тобой, ты не произнес им более нескольких слов за раз.

Гектор изо всех сил зажмурился, чувствуя напряжение в глазах, пытаясь избавиться от него.

– Причина, по которой ты так долго оттягивал свое самоубийство, заключалась в том, что ты ждал, что кто-нибудь тебя остановит, не так ли?

Он закрыл глаза ладонями, тщетно пытаясь спрятаться от самого себя.

– Но… никто не остановил.

– Да. Никто не вмешался.

Появившиеся слезы покатились по щекам, но он не мог их стереть, как бы сильно ни хотел.

– А потом, когда ты умер, я попросил тебя помочь мне, и ты согласился. Вот и все, что мне нужно было доказать. Как я и сказал, если бы ты на самом деле жаждал смерти, то ты бы не ответил мне: «да».

Гектор попытался что-то сказать, но из-за прерывистого дыхания не смог произнести ни слова.

– Поэтому ты получил второй шанс. Отныне ты будешь помогать мне, а я – тебе.