Сестра, на сей раз престол будет за мной Том 1 Глава 87 Намеренная случайность

Дата выхода оригинала: 03.10.2021

— Ваше Высокопреосвященство! Молодой господин вернулся! — раздался голос из коридора на первом этаже.

Кардинал де Маре как раз готовился ко сну, но при известии о возвращении сына вскочил с кровати. Завтра с утра ему нужно было провести новогоднее богослужение для всего королевства, поэтому он решил лечь пораньше. Но его сын вернулся! Кардинал в ночной рубашке* спустился вниз навстречу ему.

— Ипполито!

— Отец!

Ипполито излишне крепко обнял отца. Ростом сын был в четыре пьеди и два дити**, а кардинал едва достигал четырёх пьеди***. Ипполито чувствовал себя прекрасно, а вот кардинал чуть не задохнулся: его нос упёрся в грудь сына.Прим. перев.:* В обоих источниках здесь стоит упоминание пижамы (pajamas/잠옷), но в реальности знать — и мужчины, и женщины, — носили ночные рубашки. В манхве это отрисовали.* 182 сантиметра (указано в оригинале)** 170 сантиметров (указано в оригинале)

Ипполито с запозданием понял, что отцу сложно дышать, и отпустил его.

Освободившись, кардинал откашлялся и попытался сохранить лицо.

— Ипполито, добро пожаловать домой. Твоя учёба окончена?

На миг отчаяние мелькнуло на лице Ипполито, но он быстро вернул себе невозмутимый вид.

— Конечно, отец, — похвастался он. — Ты же знаешь, что я круглый отличник. Я был невероятно популярен! Другие студенты просто умоляли меня давать им уроки.

Ну, он действительно был популярен — его друзья постоянно умоляли поделиться табаком. Ипполито считал, что не так уж он и соврал.

Громкое приветствие на первом этаже разбудило всех обитателей дома. Остальные члены семьи спускались вниз один за другим.

Арабелла стояла в ночной рубашке на верху главной лестницы и поприветствовала своего брата, держа в руках плюшевого мишку. Разница в возрасте между ним и сестрой была велика, поэтому они не были близки. Ипполито лишь кивнул ей и перевёл взгляд на её соседку.

Девушка-подросток с чёрными как уголь волосами смотрела на него сверху. На её указательном пальце он заметил золотое кольцо — символ хозяйки дома.

А вот и та самая бастардка, о которой писала матушка.

Ипполито нахмурился при виде Ариадны и притворился, что не замечает её.

— Отец! — воскликнул он. — Я очень устал с дороги. Путь был долгим.

Отсутствие Лукреции и Изабеллы было необычно, но Ипполито не проронил об этом ни слова.

— Что ж, нам всем нужно идти спать, — сказал Ипполито. — Как там поживает моя комната?

Кардинал де Маре откашлялся:

— Ну...

— Ипполито, твоя комната теперь находится рядом с покоями матушки в западном крыле, — спокойно ответила Ариадна. Её голос был ниже обычного, возможно, из-за позднего часа. С улыбкой на лице она продолжила: — Ими никто не пользуется, так что я приказала подготовить для тебя комнату по соседству. Ведь так ты сможешь поддерживать в них порядок.

Очевидно было, что это лишь оправдание. Ипполито не был служанкой, так что у него не было и причин напрямую присматривать за комнатой матери.

Но Ариадна планировала убить двух зайцев одним выстрелом:

— Если никто не будет ухаживать за её покоями, они придут в полный упадок.

Ариадна заняла старую комнату Ипполито, и ей нужен был предлог, чтобы тот не стал возражать: иначе он мог бы потребовать возврата или даже пожаловаться кардиналу.

Более того, как только имя Лукреции было упомянуто, в воздухе повисла напряжённая тишина. Ипполито всеми силами старался избегать разговоров о матери, чтобы не рассориться с отцом. Но Ариадне вовсе не были выгодны их хорошие отношения.

Ариадна позвала служанку:

— Малетта!

Новая личная служанка Ипполито, поспешно сбежала с третьего этажа, чтобы приветствовать своего нового хозяина. Услышав весть о его возвращении, она успела переодеться в комнате служанок. Оттого и явилась позже остальных.

— Поздоровайся с молодым господином, — велела Ариадна.

У платья служанки и так был глубокий вырез, но Малетта оттянула его ещё ниже. Она смело выставила свои прелести напоказ, стараясь привлечь его внимание, и сделала реверанс.

— Добрый день, синьорино Ипполито, — приветствовала она. — Я Малетта, ваша новая горничная. И я полностью в вашем распоряжении.

С улыбкой Ариадна представила её своему сводному брату:

— Раньше она была личной горничной Изабеллы. Умная, расторопная, надёжная. И главное — смышлёная! Сообщи мне, если возникнут какие-то проблемы.

— Я буду очень стараться, молодой господин, и сделаю всё, чтобы не было никаких нареканий, — тут же пообещала Малетта.

Но Ипполито заинтересовался вовсе не её опытом или способностями. Платок девушки соскользнул и обнажил рыжие волосы, которые волной спускались вниз, прямо к её пышному бюсту.

Ипполито забыл обо всём — о матери, об Изабелле, о том, что хотел сказать отцу. Его взгляд не отрывался от обнажённой кожи служанки.

Сначала надо разобраться с важными вещами. С отцом поговорю, когда пойму, что происходит.

— Хорошо, я всё понял, — ответил Ипполито с притворной неохотой.

Он поманил Малетту пальцем и приказал так, словно у него не оставалось выбора:

— Слушай, ты. Возьми мои вещи и отнеси в мою комнату. Отец, прошу прощенья, я пойду обустраиваться.

— Ладно, сын.

— Спокойной ночи.

Ипполито натянул на лицо фальшивую улыбку и поднялся вслед за Малеттой, которая с трудом несла его тяжёлые вещи. Его взгляд не отрывался от её фигуры. Служанка, словно угадав мысли хозяина, намеренно покачивала бёдрами.

Приятно было вернуться в Сан-Карло после столь долгого отсутствия.

***

Ипполито и Малетта редко покидали его комнату. На людях они послушно играли свои роли хозяина и служанки, но наедине позволяли себе шалости — игриво касались друг друга кончиками пальцев рук и ног.

Они старались держать отношения в тайне, но весь дом — нет, даже мебель в доме — знал о них. Если бы стул или конюшню спросили про Ипполито и Малетту, те бы ответили: они влюблены.

Они были неразлучны, словно боялись потерять друг друга. И всё же они по-разному видели совместное будущее.

— Синьорино Ипполито, — сладко и певуче проговорила Малетта.

— Что, любимая? —радостно отозвался Ипполито.

— Я хочу кольцо.

— Какое?

— Просто блестящее. И с прозрачным камешком!

Малетта желала бриллиантовое кольцо.

Ипполито широко открыл глаза, изображая невинность, и озадаченно посмотрел на Малетту, словно не понимая, о чём она говорит. После очередной просьбы он всё-таки сдался, но вместо кольца он подарил ей простое ожерелье с жемчугом южных морей.

И всё же Малетта была уверена, что станет молодой госпожой дома де Маре. Ипполито щедро тратил на неё деньги, и она чувствовала себя всё смелее.

Технически все дети кардинала были незаконнорождёнными. И хотя кардинал занимал высокое положение в обществе, своё влияние сыну он передать не мог — Ипполито оставался простолюдином. А раз он не дворянин, то никто не мог помешать им пожениться. Так думала Малетта. Она мечтала стать его женой.

Завоевав любовь молодого господина, Малетта задрала нос и стала вести себя высокомерно. Пострадали все обитатели дома, но больше всех доставалось Санче.

— И почему это я должна делать? — Малетта скрестила руки на груди, гордо вздёрнув подбородок, и презрительно оглядела девушку с головы до ног.

Санча тяжело задышала, услышав такую дерзость от старшей сестры. Она собралась с силами и резко возразила:

— Малетта, почему ты так говоришь со мной?

— Что, не нравится? Ты же только временно на вершине. Не зазнавайся, — издевательски проговорила Малетта.

Когда Санчу сделали старшей горничной, она сменила привычную серо-коричневую униформу дома де Маре на красную с чёрным бархатным жилетом.

Малетта же по-прежнему носила обычные одежды служанок, но тайком переделала их, придав им блеск с помощью шёлка.

— И даже если ты главная, ты остаёшься просто служанкой, — продолжала Малетта уже более зло. — И всю жизнь ей будешь.

— Может я и служанка, но и ты тоже, Малетта, — парировала Санча, поджав губы и сверля взглядом сестру. — Твоё дело — подавать еду молодому хозяину и убирать его комнату. А ещё ты должна относить грязную посуду на кухню после того, как он поест. Почему ты заставляешь других работать за себя?

На кухню относили грязную посуду — это было одним из самых неприятных и неблагодарных занятий для любой служанки. Мыть и раскладывать по местам тарелки, кубки и столовые приборы… такую работу в последнее время Малетта совсем забросила.

Малетта хмыкнула надменно и начала крутить между пальцами рыжие пряди, выбившиеся из-под небрежно повязанного платка.

— Некогда мне, вот почему. Если я занята, другие могут помочь. Что в этом плохого?

Она совсем перестала повязывать положенный служанке платок и ходила теперь с распущенными волосами. Казалось, она считала себя не служанкой, а любовницей.

— С этим справятся и посудомойки. Моя работа поважнее их будет! — хвастливо провозгласила Малетта, выпятив грудь. — Что я могу поделать? Молодой господин совсем не отпускает меня.

Санча мало что знала о любви. Но едва она поняла, что имеет в виду сестра, её лицо исказилось от отвращения.

Малетта сдаваться не собиралась. Напротив, она попыталась проучить девушку:

— Приди в себя, Санча. Ты думаешь, что леди Ариадна будет управлять этим домом вечно? В конце концов, главным станет молодой господин.

Малетта перешла все границы. Её слова вывели Санчу из себя. В ярости она бросила ключи на стол, и они громко брякнули.

— Эй! — крикнула Санча. — Закрой свой грязный рот! Я расскажу госпоже про твою нерадивость и вышвырну тебя из дома!

— Только попробуй, — ухмыльнулась Малетта.

Её улыбка была наполнена оскорбительным самодовольством. Покачивая бёдрами из стороны в сторону, она покинула кипящую от ярости Санчу. Та тряслась от гнева. Единственное, что она смогла сделать — рассказать госпоже о произошедшем, но леди Ариадна ответила лишь одно:

— Ещё не время.

Она попыталась успокоить девушку и велела подождать, но та была безутешна:

— Это же невыносимо!

Было очевидно — Ипполито помешался на Малетте. Так что выгнать наглую служанку Ариадна не могла. Но непонятным оставалось только одно: а сам Ипполито разделял мечты любовницы о будущем?

Хоть он и дарил ей дорогой шёлк, зимние меха и даже жемчужное ожерелье — украшение, совершенно неподходящее для служанки — о будущем он никогда не говорил. Он просто скупал подарки в ответ на жалобы Малетты, да вот беда: всё это было приобретено на отцовские деньги.

А все финансы дома держала в своих руках именно Ариадна.

— Ария, ну почему ты отпустила мне только пятнадцать дукатов в этом месяце? — потребовал Ипполито, ворвавшись в кабинет Ариадны без стука.

Он стоял перед её столом, глядя на сводную сестру сверху вниз. Даже прозвище её выговорить правильно не удосужился.

— Ипполито.

Ариадна со щелчком закрыла счётную книгу и встретила его взгляд. Позднее солнце заливало кабинет ярким светом, и он невыносимо слепил глаза Ипполито, отражаясь от кольца на безымянном пальце Ариадны.

Кольцо хозяйки дома его раздражало. Лицо Ариадны было в тени, поэтому прочитать выражение её лица было невозможно.

Спокойный голос Ариадны заполнил кабинет:

— Сколько же тебе нужно?

---

Прим. перев.: 53 глава манхвы