Слава Нетерила Том 1 Глава 785 Скорбь

Созидание — процесс куда более сложный, нежели разрушение, особенно когда наступает нечто, похожее на истинное бедствие. Только в такие моменты люди начинают смутно постигать, насколько непрочными были их дома, близкие и даже те, кого они почитали как «сверхлюдей». Среда, в которой они привыкли спокойно жить, на самом деле никогда не была по-настоящему безопасной.

И сейчас Город Белого Камня оказался на грани уничтожения под первым натиском катаклизма, способного стереть с лица земли целый мир.

Проникшая сквозь повреждённый магический мифал энергия законов с невообразимой скоростью поглотила каждый уголок этого «узилища».

То, что мгновение назад было устойчивой поверхностью этого маленького мира, в следующую секунду затряслось от чудовищного землетрясения силой не менее двадцати баллов. Весь Город Белого Камня без какого-либо предупреждения резко накренился к земле.

Искажённая энергия законов, будто гигантская метла, с яростью смела всё внутреннее пространство магического мифала.

Поэтому, под аккомпанемент оглушительного грохота, по всему городу почти одновременно начали разворачиваться сверхъестественные катастрофы.

В телах живых людей прямо из ниоткуда вспыхивало пламя.

Огромные каменные глыбы внезапно покрывались льдом, а затем столь же стремительно разлетались на куски.

Лучи света начали беспорядочно изгибаться и отражаться, напоминая извивающихся змей.

Даже атомная структура материи перестала подчиняться прежним законам, стремительно схлопываясь и распадаясь.

Пусть это было всего лишь ничтожное для любого легендарного практика искажение законов, оно всё равно представляло собой бедствие легендарного масштаба.

Перед лицом такой катастрофы даже мастер уровня не отличался от младенца, дрожащего под одеялом. Ведь без средств легендарного уровня невозможно противостоять бедствию такого же уровня.

То, что Город Белого Камня не превратился в прах после первой волны рассеявшейся энергии законов, объяснялось лишь тем, что его удерживали рунные столпы, созданные собственноручно легендарным магом.

Иначе, одного лишь этого остаточного удара было бы достаточно, чтобы превратить город, подобный изящному произведению искусства, в пыль.

Однако, даже сумев с огромным трудом сохранить общую конструкцию, Город Белого Камня всё равно не избежал своей ужасной участи.

Едва одна волна искажений прокатилась по нему — и более девяноста девяти процентов жителей погибли в одно мгновение.

{Ах, как же любят китайцы цифру 99%}

Лишь крайне немногим счастливчикам посчастливилось выжить: только тем, кого не затронули непосредственно искажения законов и кто одновременно не попал под вызванные ими вторичные катаклизмы.

Большинство этих уцелевших сейчас застыли на месте, ошеломлённо озираясь и совершенно не понимая, что произошло.

Ведь распространение искажений законов происходило слишком стремительно.

Скорость, превышающая световую — это вовсе не то, на что способны отреагировать мысли «муравьёв».

Однако, то, что увидели выжившие, было куда более ужасным, чем тот мир, который успели увидеть погибшие.

Возможно, ещё секунду назад кто-то усердно трудился, чтобы прокормить свою семью.

Возможно, влюблённые нежно держались за руки, наслаждаясь обществом друг друга.

Возможно, дети весело обедали вместе с родителями.

Но стоило лишь моргнуть…

И безмятежный мир перед их глазами мгновенно рухнул.

Обломки камней сокрушали уютные дома.

Взрывы разрывали тела любимых людей.

Кровь смешивалась с грязью, превращаясь в отвратительные сгустки.

Пыль, пропитанная запахом крови, клубилась густыми, словно дым, облаками…

Это была самая настоящая преисподняя.

И столь внезапное бедствие застало врасплох абсолютно всех, кроме трёх его непосредственных виновников.

Но самым страшным и самым печальным было даже не это.

Потому что…

Те, кто сумел пережить первый удар, получили достаточно времени, чтобы осознать весь ужас разыгравшейся трагедии.

Ведь прежде чем пришли вторая, третья и последующие волны законов, весь город был накрыт защитным куполом, почти полностью сотканным из магической силы — куполом, от которого веяло почти безнадёжным трагизмом.

Очевидно, в самый последний момент Азтран всё же успел вмешаться.

Чтобы хоть как-то исправить положение до того, как вторая волна, следующая сразу за первой, накроет охваченный отчаянием город, маг в белых одеждах напрямую использовал собственную магическую силу, грубо и буквально силой воздвигнув этот защитный барьер.

Такой безумный расход магической силы мгновенно стоил Азтрану целой трети его магического резерва.

Но даже это не смогло спасти прекрасный Город Белого Камня.

Теперь, укрытый магическим куполом город…

Был всего лишь грудой развалин, в которых вот-вот должно было вспыхнуть отчаяние…

Это отрывок из эпической поэмы о правителе, утратившем своё царство.

В ней описывается безграничная скорбь монарха, который собственными глазами видел, как один за другим его подданные умирают от чумы.

И сейчас эти строки как нельзя лучше подходили для описания чувств Азтрана.

Потому что его нынешнее положение почти ничем не отличалось от положения того царя, потерявшего весь свой народ.

Панк оказался прав.

Очень давно Азтран уже начал считать созданные им самим «игрушки» своей семьёй.

А этот «рай вдали от мира», построенный внутри клетки, — своим настоящим домом.

Для легендарного отшельника доброго мировоззрения, отчаянно нуждающегося в душевном тепле, понятия «дом» и «семья» невозможно измерить ни силой, ни богатством.

Потому что в тот миг, когда они отказались от честолюбия и добровольно отгородились от всего остального мира, именно искренние человеческие чувства стали единственным, что могло заполнить пустоту в их душе.

Именно так жил Азтран в Городе Белого Камня.

Можно назвать это самообманом.

Можно назвать добровольным падением.

Но как бы это ни называли, созданные им «родные» уже давно стали для мага в белом его единственным пристанищем и смыслом жизни.

Как легендарный профессионал, скрывшийся от мира, отказавшийся от стремления становиться сильнее и даже не помышлявший когда-либо покинуть свой маленький мир, Азтран не жаждал могущественных легендарных заклинаний.

Не мечтал о великих магических артефактах.

Единственное, чего он желал, — это искренних чувств, способных на протяжении бесконечно долгих лет заполнять пустоту его сердца.

Но теперь…

Несчастный «Бледный Призрак» всего за одну секунду лишился семьи, которую с таким трудом обрёл, чтобы заполнить внутреннюю пустоту.

И одновременно потерял тот самый идеальный дом, который считал бесценным сокровищем своей жизни.

В этот миг дрожала каждая мышца его тела.

Каждый кровеносный сосуд.

Каждая клетка.

Азтран уже был не в состоянии произнести ни слова.

Буря магической силы яростно раздувала рукава его белых одежд.

Даже всё небо изменилось, вздымаясь бурными ветрами и клубящимися тучами под тяжестью его скорби и ярости.

Азтран обладал очень мягким характером.

Назвать его «безотказным добряком» вовсе не было бы преувеличением.

Но даже у самого доброго человека существуют свои пределы.

Есть то, что он обязан защищать.

Есть то, что он считает самым дорогим.

Однако трагедия заключалась в том, что Панк и его спутники, бесцеремонно вторгшиеся в уединённую жизнь мага в белом, безжалостно разорвали всё это дорогое его сердцу на мелкие клочки.

Как можно было после такой разрывающей сердце боли продолжать терпеть?

Поэтому именно в этот момент маг, впервые в своей жизни испытавший настоящую скорбь и настоящую ярость, без малейших колебаний крепко сжал в руке свой серый посох.

А затем, с лицом, искажённым страданием, стремительно взмыл в высокое небо.

И с этого момента...

Битва между легендарными существами, которой уже невозможно было избежать...

Наконец-то должна была начаться!