Слишком много проигравших героинь! (Новелла) Том 8 Глава 24 История 14: Ветер перемен

Спускаясь с платформы Синкансэна, я устремил взгляд ввысь. Хоть и бушевал сезон дождей, над линиями электропередач раскинулось ясное голубое небо.

Всего за двадцать с лишним минут от станции Тойохаши наша четверка второкурсников из литературного клуба добралась до станции Нагоя.

Мы направились сюда, чтобы повидать Цукиноки-сенпая и Тамаки-сенпая, которые весной перебрались в Нагою для учебы в университете. Поездка растянулась на два дня и одну ночь.

— Ух-х, у меня плечи совсем затекли от долгого сидения. Где турникеты? — потягиваясь, Якишио огляделась вокруг.

— Полагаю, достаточно следовать за толпой. Все на месте?

Комари выглянула из-за спины Якишио.

— Я-я здесь. К-куда пропала Я-Янами?

— Янами-сан там...

Ой, её и правда нет. Неужели она проскочила станцию?

Тогда Янами укатила в Осаку в одиночку и теперь уплетает там такояки.

Оглядывая платформу, я заметил спину Янами у стойки* с кишимэном.[Прим. пер.: На вокзале в Нагое очень популярны маленькие будки с лапшой (кишимэн), где ты ешь стоя]

— А, вот ты где. Пойдем скорее к турникетам.

Янами неспешно обернулась, демонстрируя мне маленький бумажный талон с виноватой улыбкой.

— …Я уже взяла талон на еду.

А, так ты уже купила...

Заметив наши ошарашенные лица, Янами замахала руками.

— Но в Нагое сразу вспоминаешь о кишимэне, правда?! А когда мы вышли из Синкансэна, лавка стояла прямо перед нами! Как удержаться и не купить!

— Янами-сан, никто из нас его не купил.

На мой ровный комментарий Янами выставила раскрытую ладонь.

— Пять минут... Нет, подождите три минуты. Я мигом съем и вернусь!

С этими словами она шагнула в лапшичную.

Через две минуты пятьдесят секунд... Янами вынырнула из будки с губами, блещущими жиром.

По какой-то причине на лице Янами сияло довольство, так что мы ненадолго поаплодировали ей.

***

У универмага Мэйтэцу, примыкающего к ж/д станции, раскинулось самое известное место для встреч в Нагое.

Кукла Нана-чан.

Это исполинская манекен-кукла ростом свыше шести метров, чей величественный облик врезается в память каждому, кто её узрел.

Янами разинула рот, уставившись на Нана-чан.

— Давно не видела, но она и впрямь огромадная, да?

— Говорят, она весит около 600 кг.

— Ого, это как 20 меня.

Хм, 20 Янами? 600 ÷ 20 это…

— …Это же явное преувеличение, разве нет? Совесть не кусает?

— Не кусает. Но внутри я себя так и чувствую.

Пока мы трепались о пустяках, Якишио взглянула на часы рядом с нами.

— Время встречи с сенпаями уже истекло.

Прошло пять минут сверх оговоренного срока, но с Цукиноки-сенпаем это было ожидаемо.

Пока мы глазели на белоснежное тело куклы Нана-чан, Комари замахала руками.

— Се-сенпай! М-мы здесь!

— Ой, простите, простите. Я опоздала.

С беззаботной улыбкой возникла Кото Цукиноки, экс-член литературного клуба.

Увидев, как сенпай легко хлопает Комари по ладошкам в ответ на приветствие, я высматриваю другого бывшего участника.

— Эй, а Тамаки-сенпай не придет?

Девушки останавливались у Цукиноки-сенпая, а я — у Тамаки-сенпая. Если его нет, то, возможно, придется добираться к нему домой последним поездом в гордом одиночестве…

Цукиноки-сенпай ослепительно улыбнулась, игриво взъерошив волосы Комари.

— Он сказал, что подойдет позже, отчёт по практике ещё не дописал. Да уж, студенты вечно в делах.

— Сенпай, а ты вообще на лекции ходишь?

Размышляя о заботах её парня, я смотрел, как Янами и Якишио щёлкают фото с куклой Нана-чан.

Нагоя, главный город префектуры Айчи.

Здесь даже таинственный гигантский манекен становится туристической иконой.

Тойохаши тоже милый городок, но отсутствие остановки Синкансэна «Нодзоми»* сильно расстраивает.[Прим. пер.: Самый быстрый и главный синкансен, останавливающийся только в Токио, Нагоя, Осака и Фукуока]

— Вы все рветесь в торговый квартал Осу, да? Тогда садимся на метро. — закончив забавляться с Комари, Цукиноки-сенпай повернулась к нам.

Метро. Транспорт больших городов. Хотя в Тойохаши есть трамваи…

Я потянулся за остальными к станции метро, ощущая в груди растущую искру соперничества.

***

Мы заскочили в метро на Фушими и высадились на Камимаэдзу.

Оттуда к храму Осу-Каннон тянутся торговые улочки, складывающиеся в настоящий туристический хаб.

Дойдя до входа на улицу Бансёдзи, Янами шумно выдохнула.

— Серьезно, когда же они угомонятся…

— Эм, что именно? — спросил я по обязанности.

Янами прижала палец ко лбу и раздраженно качнула головой.

— Смотри, Нукумидзу-кун. У входа на улицу... вон они.

— А-а. Ты о лавке с жареными онигири и стойке с карамелизированными каштанами.

— Я как раз готовилась к лету, а эти соблазны меня бесят.

Янами растрепала волосы и проследовала мимо магазинчика.

— Ах, так значит, Янами-сан, ты всё-таки потол… э-э, то есть на диете.

— …Разве ты не начал говорить что-то в первой части?

— Тебе послышалось.

В последнее время Янами надевала много свободной одежды, которая скрывала её формы, так что, возможно, в этом причина…

Пока я выдерживал натиск от Янами, Якишио махала нам рукой издали.

— Там есть вещь, которая точно понравится Яне-чан! Курица гриль. Это фирменное блюдо Осу!

— Что за штуковина? Интересно, её можно жевать на ходу?

Курица гриль как фирменное блюдо Осу…? Ничего не пойму, но поскольку это Нагоя, наверное, так и есть.

Брать всё подряд и не переживать. Вот суть Нагои.

— Я-Якишио, не у-убегай…

Комари, покачиваясь, бросилась за двумя удирающими.

Улыбаясь этой картине, ко мне подошла Цукиноки-сенпай с бутылкой чая в руке.

— Как тебе мой второй дом?

— Поначалу эта суматоха показалась похожей на Осаку, но она как-то иначе ощущается.

— Ого, и в чём разница? — поинтересовалась Цукиноки-сенпай с ноткой задора.

— Тут почему-то киоск с кебабами и бразильский ресторан, всё это не склеивается в одно.

Я осмотрелся вокруг.

— Вон в той забегаловке с окономияки значится «в стиле Нагоя», но я не очень врубаюсь, и это звучит чересчур расплывчато…

Я мучился, подыскивая слова.

— …Это чисто в стиле Нагои.

Я капитулировал. Нагоя... до сих пор не разобрался в ней.

— Полностью согласна. Я недавно сюда перебралась, так что ничего умного не скажу. Но в этом месте есть какая-то загадочная аура, которая заставляет принимать всё как должное.

Мой взгляд случайно зацепился за мейд-кафе с горничными.

Значит, эти служанки — роботы-горничные из будущего… Хм…

— Жить здесь, в Нагое, вполне ничего. Нукумидзу-кун, может, в следующем году переберёшься сюда?

— А-а? Нагоя? — пробормотал я рассеянно, отвлёкшись на горничных, и вдруг заметил, что сенпай посерьёзнела.

— Нукумидзу-кун, в следующем году ты перейдёшь на третий курс. Пора уже задумываться о будущем.

Мне не особо хотелось её слушать, но она права.

С учётом экзаменов на поступление, план нужно составлять, пока я второгодка.

— Да, родители велели после окончания съезжать из дома.

Услышав это, стёкла очков Цукиноки-сенпай сверкнули.

— Ого, я недавно читала яой-мангу про деревню с древними традициями, и там всё начиналось именно так. Родители пытаются вытащить юного героя из деревни.

— И что случилось с протагонистом?

— Его схватили, и он оказался в романтических объятиях красавчика-главы деревни. Интригующе?

— Нет. Зачем ты тянешься к смартфону? Не запускай приложения.

Эта девица ни капли не изменилась, даже став студенткой универа. Напротив, стало хуже…

Выносить сексуальные наскоки от экс-члена клуба, видимо, тоже долг главы. Я отгонял мысли, как вдруг примчалась Якишио.

— Ой, а Комари-чан нет?

— Нет её. Она разве не гналась за тобой?

— Она просто испарилась. Интересно, где она болтается?

Якишио озабоченно заглянула под тележку у магазина.

Она же не кошка, так что там пусто... Хотя шанс малый, но вдруг.

— Если потерялась, давай просто позвоним.

Когда я потянулся за смартфоном, Цукиноки-сенпай выразительно нахмурилась.

— У неё смартфона с собой нет. Оставила в сумке в камере хранения.

Как некстати.

Пока я размышлял, что предпринять, возникла Янами, жуя во рту.

— Фо-фи-фоли? Фай-фу-фе-фоже-фо-фифа.

Сначала проглоти, потом болтай.

— Ты что, целую курицу гриль слопала?

Янами сглотнула, потом пожала плечами в протесте.

— Даже я не сожрал бы целую курицу. Просто попробовала какую-то бразильскую штуку, названия не знаю.

Ясно, если название неизвестно, то на диете можно.

Это в духе Янами, решил я и принялся объяснять положение дел.

— Кстати, в последний раз, когда я видела Комари-чан, она неслась за бродячей кошкой.

— За бродячей кошкой?

Мы раздобыли свидетельство очевидца. В общем... о Комари ни следа.

***

Маленькая фигурка шагала по улице Хигаши-Ниомон на юге Осу.

— Угх… г-где… я…?

Легонько дрожа, Чика Комари ссутулилась, озираясь сквозь пряди чёлки.

Пока преследовала бродячую кошку, она забрела в незнакомый район.

Осу — лабиринт пересекающихся торговых улочек, так что запутаться проще простого без бдительности.

И, как на грех, смартфона нет, и путь неизвестен.

Миновав вывеску «Натуральные тайяки», она внезапно узрела гигантского манеки-неко.

Такая внезапность — визитная карточка Нагои, но Комари сейчас было не до размышлений.

Она сложила ладони в молитве перед манеки-неко и…

— …Комари-чан?

Рядом раздался знакомый голос.

— А?! Т-Тамаки-сенпай?!

Шинтаро Тамаки предстал перед ней. Терев сонные глаза, он стал подходить ближе.

ー Ты здесь одна? Куда делись Кото и остальные?

ー Э-э, ну... у меня нет т-телефона, и я п-потерялась.

Разобравшись в ситуации, Тамаки вытащил свой телефон и обнаружил сообщение от Кото.

ー А, похоже, все разошлись, чтобы тебя найти. Не волнуйся, я им скажу, что ты нашлась.

Подавив зевок, Тамаки отправил ответ, после чего убрал телефон в карман.

ー Мы же сейчас идём в храм Осу Каннон, верно? Пойдём вместе?

ー Ну-у, разве нам не нужно дождаться о-остальных?

ー Всё в порядке, я сказал им, что мы встретиться там. Мы же идём в одно и то же место, верно?

Тамаки поманил рукой Комари, и она поспешила к нему быстрыми мелкими шажками.

Шагая бок о бок, они принялись делиться новостями из своей жизни.

ー Т-Тамаки-сенпай, как дела в у-университете?

ー Уже сейчас тяжело с практикой и отчётами. Я даже боюсь, удастся ли мне благополучно закончить учёбу.

ー С-студенческая жизнь т-тяжёлая, да?

Комари украдкой посмотрела на лицо Тамаки, а потом застенчиво отвела взгляд.

ー Я слышал, ты тоже много над чем работаешь, Комари-чан. Последние выборы в школьный совет были очень тяжелыми.

ー Это всё из-за Нукумидзу… ー сделав паузу, Комари продолжила недовольным тоном. ー Ну-Нукумидзу такой бабник, постоянно заигрывает и пытается казаться крутым. П-Пожалуйста, отругай его, с-сенпай.

Тамаки еле сдержал смех, а Комари протестующе надула губки.

Его очаровательные кохаи оставались такими же милыми, как всегда.

ー Возможно, в этом и прелесть Нукумидзу. Комари-чан, тебе не стоит противиться.

ー Фу-э?! Я-Я в-вообще... з-заместитель главы.

Комари залилась краской и принялась теребить чёлку.

Ой, кажется, переборщил с поддразниванием. Тамаки уставился на загадочный огромный золотой шар, висящий с крыши торгового ряда, и переключился на другую тему.

ー Комари-чан, теперь, когда ты второгодка, ты, должно быть, занята не только клубной деятельностью, но и учёбой.

ー Угх... занятия идут слишком быстро, э-это тяжело.

ー Я почти не учился, поэтому в третьем году мне было очень тяжело. Тебе, наверное, будет легче, но если ты уже выбрала университет…

ー Я-я!

Комари вдруг повысила голос. Тамаки в удивлении замер, и она дрожащим голосом продолжила:

ー П-после выпуска я хочу.... уехать в Токио.

ー Ты собираешься продолжить учебу в Токио?

Комари энергично закивала.

ー М-моя семья не потянет частный университет, поэтому я ищу со стипендией и общежитием.

Выдохнув всё это на одном дыхании, Комари сделала глубокий вдох.

ー Я-я просто хотела кому-нибудь об этом рассказать. Н-но пока еще ничего не ясно. Т-так что это только между н-нами.

Закончив говорить, Комари снова смущённо потупила взгляд.

…Почему она вдруг заговорила об этом? Даже Комари сама не понимала.

Но она отчаянно желала поделиться этим с сенпаем, что стоял перед ней.

С тем самым человеком... которого она когда-то любила.

Ошеломлённый внезапным признанием, Тамаки ласково похлопал Комари по голове.

ー Хорошо. Это секрет только между мной и тобой, Комари-чан.

Всё ещё румяная, Комари несколько раз кивнула и зашагала вперёд быстрым шагом.

Следуя за ней, Тамаки снова подумал про себя:

Комари и правда очень милый кохай.

***

Увидев сообщение, что Комари нашлась, я направился к месту встречи — храму Осу-каннон.

Гулять в одиночку по незнакомой торговой улице не так уж плохо. Появляется настоящее ощущение путешествия.

Размышляя об этом, я разглядел впереди силуэт Цукиноки-сенпая.

Когда я уже собрался подойти и окликнуть её, она поправила очки и пробормотала:

ー Ветер… такой шумный.

Она же уже студентка, так что за чушь она несёт?

Я засомневался, стоит ли её звать, но она заметила меня и резко обернулась.

ー О, Нукумидзу-кун, что случилось?

ー Это я должен спросить. Что ты только что пробормотала?

ー Не знаю, но почему-то моё сердце беспокоится…

Наверное, она волнуется из-за пропавшей Комари. В конце концов, у неё тоже есть сердце.

ー Если дело в Комари, то она же теперь с Тамаки-сенпаем. Так что не о чем беспокоиться.

ー Верно, если она с ним, тогда беспокоиться.…

Цукиноки-сенпай осеклась на полуслове, сложила руки на груди и задумалась.

ー Что такое?

ー …Я переживаю, поэтому сначала встречусь с этими двумя. Увидимся!

Цукиноки-сенпай, набирая номер на телефоне, умчалась прочь.

Понятно, вот как героиня-победительница справляется с кризисом. Всем стоит взять с неё пример.

Хотя я и не нашёл того, кого искал, зато встречаю ненужных людей словно по графику. Если так пойдёт дальше, то следующая, кого я увижу…

ー О! Нукумизу-кун!

Янами из очереди в магазин с данго помахала мне рукой.

Игнорировать её было бы слишком хлопотно, так что я подошёл, и она указала на хвост очереди.

ー Нукумидзу-кун, если ты собираешься здесь что-нибудь купить, пожалуйста, встань как следует в очередь!

ー Я ничего не хочу покупать. Янами-сан, разве ты не на диете?

Янами игриво погрозила мне пальчиком в ответ на мою шутку.

ー Видишь эту вывеску с надписью «Знаменитые митараши данго из Осу»? Как уроженка Тойохаши, я просто не смогла пройти мимо.

Ведь Тойохаши действительно знаменита своими сладко-острыми митараши данго, приправленными соевым соусом "Тамари"*.[Прим. пер.: По сути это разновидность соевого соуса]

Для Янами, истинной поклонницы углеводов, это оказалось невероятно заманчиво.

ー Кстати, это всего лишь исследование, калории не в счет.

ー В счет.

Пока мы болтали, очередь довела нас до прилавка.

ー Извините! Пожалуйста, по одному митараши данго и кинako данго!

ー Ты теперь изучаешь и кинako данго?

ー Ведь оно выглядит так аппетитно! Большое спасибо!

Янами сияла от счастья, сжимая данго в обеих ладонях.

Так восторгаться простыми данго, уже будучи старшеклассницей, — это настоящий дар.

ー Чего ты так пялишься? Хочешь кусочек?

ー Ты сегодня необычайно бодрая, Янами-сан.

На мой прямой вопрос Янами раздраженно фыркнула.

ー Ох, блин. Слушай, Нукумидзу-кун, каждый раз, когда мы с тобой куда-то идем, обязательно влипаем в неприятности, верно?

ー Было ли такое?

На самом деле я хожу с ней только из-за этих самых неприятностей...

Янами покрутила шпажку с данго и задумчиво припомнила былые события.

ー К примеру, наша заварушка с Асагумо-сан, или как мы затащили Басори-сан в караоке... и даже выслеживали твою сестренку в храме Тойокава Инари, помнишь?

ー Это что, прогулка?

Янами мигом слопала данго и швырнула шпажку в урну у магазина.

ー В этой поездке в Нагоя можно просто оторваться, без всяких забот. Даже две шпажки данго осилить можно.

ー Ладно, понял, пошли.

Я отмахнулся от Янами и шагнул на территорию, известную как Осу-Каннон.

ー Кстати, зачем мы вообще направились к Осу-Каннон?

ー Ремон-чан пожелала сюда заглянуть. Сказала, хочет помолиться богу, который делает умнее.

Бог, делающий умнее. Какая наивная мысль.

Шагая бок о бок с Янами, я в уме перебирал ее слова.

"Без забот, без планов, просто гулять и веселиться."

Раньше у меня почти не выпадало шанса на такое...

ー Нукумидзу-кун, вон жареная картошка! Давай туда?

ー Нет уж. Ладно, нас ждут, так что поторопимся.

Это не так уж плохо... — неожиданно подумал я и сразу же прогнал мысль.

***

Цукиноки-сенпай вынула внутреннюю чашу рисоварки и высыпала горячий рис в деревянную кадку.

Потом, вливая уксусную приправу, она энергично мешала рис деревянной лопаткой.

Так готовился уксусный рис для суши — наш сегодняшний ужин.

Квартира сенпай была довольно просторной: спальня плюс гостиная с кухней. Наслаждаясь атмосферой жилья настоящей студентки, я разглядывал яой-постеры, увешавшие стены.

Тамаки-сенпай часто тут ошивается. А плакаты-то весьма смелые...

ー Нукумидзу-кун, нужно еще пять порций риса сварить, помоги промыть.

ー Хорошо. Но не многовато ли? Получится целый сё* риса.[Прим. пер. Китайский литр равный примерно 1.8 литра]

ー С нами же Янами-сан.

Аргумент железный. Пока я мыл рис, Цукиноки-сенпай с интересом поинтересовалась.

ー Тебе правда хватило обеда в "Сугаки"? В Тойохаши такие же рестораны есть.

ー Есть в Нагое, на родине Сугаки, — это особые впечатления. Хоть рамен и такой же, как в Тойохаши, но история придает вкус... так сказала Янами-сан.

ー Янами-сан, да?

Снова Янами. Еда всегда с ней связана.

Кстати, у Цукиноки-сенпай выходит здорово.

ー Откуда у тебя такая суши-емкость?

ー Дома у родителей полно. Якишио-чан, отнеси к столу.

ー Иду-у!

Якишио тащит кадку с рисом к Янами, которая машет веером, охлаждая и просушивая рис.

ー Спасибо. Влажность я сама регулирую.

ー О, да, пожалуйста.

Освободившись, я уставился на Комари, которая жарила тамагояки.

Как и следовало ожидать, у нее выходило идеально.

ー Ч-что за ухмылка?

ー Просто восхищен. Видно, что ты часто готовишь для своих малышей.

ー Яйца — всегда выигрыш. А омлеты — моя специальность, — с гордостью ответила она, умело сворачивая рулет.

Если вдуматься, и Цукиноки-сенпай, и Комари мастерят еду как заправские хозяйки.

У Тамаки-сенпая, пожалуй, везение с девушками. Или нет.

Мучаясь сомнениями, я узрел Тамаки-сенпая на балконе, погруженного в раздумья.

Может, выслушать его романтические байки, чтоб душу уравновесить...?

Я вышел на балкон и встал плечом к плечу с Тамаки-сенпаем.

Квартира расположена на восьмом этаже высотки в университетском квартале. Кроме нескольких многоэтажек вдоль дороги, никаких других башен не видно, поэтому панорама перед окном казалась просторной.

ー Сенпай, ты кажешься удрученным. Что стряслось?

ー Да вот, на практике заболел один одногруппник, пришлось перехватить его долю отчёта.....

Сочувствую. У парня талант на неприятности?

ー Быть студентом нелегко, верно? Я полагал, студенты только тусуются.

ー Ну, зависит от человека. Для кого-то это…

Тамаки-сенпай тайком глянул на кухню, где его девушка. Там ждали его зарезервированные беды.

С ухмылкой, пропитанной пониманием и усталостью, он перевёл взгляд обратно на городской вид за стеклом.

ー Всё равно, несмотря на сложности, это забавно. Когда цель ясна, мотивация растёт.

Вдали, меж домов, маячил университет.

Я чуть помедлил, прежде чем задать вопрос:

ー Сенпай, ты намерен подхватить семейное дело Цукиноки и заняться сакэварней?

ー Пока не решил, но с родителями Кото давно на связи. Они сами толкают и давят на меня…

Родители Цукиноки-сенпая, какими бы ни растили дочь, явно просекли будущего зятя.

ー Говорят, после диплома пристроят в фирму по сакэ, так что я, пожалуй, соглашусь.

ー Подожди, то есть не в сакэварню Цукиноки?

ー Сначала освоить эту сферу и стать профи. Если дилетант влезет зятем, всем не по душе придётся.

Уже так серьёзно? Тамаки-сенпай, шаг отважный.

.....Шаг смелый. Может, ему ещё обдумать?

Пока я переживал, Тамаки-сенпай опустился у горшка с цветком на балконе.

Небольшое комнатное растение. Он пальцами коснулся почвы, затем зашёл внутрь и взял стакан воды.

ー Кото совсем забыла поливать. Так и засохнет бедняга. ー пробурчал Тамаки-сенпай, орошая грунт.

От заботы, с какой Тамаки-сенпай ухаживал за цветком в её доме, у меня ёкнуло сердце.

Я мысленно повторил:

Может, ему ещё обдумать?

***

С закатом солнца стартовало праздничное состязание по домашним суши.

В деревянной миске громоздились уксусный рис, нори и куча начинок.

Янами, за ингредиенты отвечающая, насыпала рис с начинкой горой на нори, пропустив скручивание.

ー Янами-сан, это домашние суши, могла бы хоть попробовать свернуть?

ー Нукумидзу-кун, ты чересчур придираешься. Домашние суши — символ вольности. Начинки сколько влезет.ー произнеся, Янами вгрызлась в свою махину.

Даже соевый соус окунуть для неё «свобода».

Глядя на неё, аппетит не пропадает. Что же мне скрутить…?

Передо мной: тунец, лосось, огурец, яичный омлет, тунец* с майонезом, крабовые палочки, рыбные сосиски..... классика.[Прим. пер.: это скорее паштет из тунца]

ー …Рыбные сосиски? ー вырвалось у меня, и Янами-сан строго зыркнула.

ー Нукумидзу-кун, домашние суши без рыбных сосисок — никуда. Идеально с тунцом-майонезом.

Если в её роду так, то ладно. Сопротивление бесполезно.

ー Тогда кукуруза с майонезом тоже семейная традиция, Янами-сан?

ー Б-будем без кукурузы с м-майонезом никак.

Кукуруза с майонезом — фишка семьи Комари.

Значит, майонез must-have в домашних суши. Якишио тоже мажет белой пастой…

ー Стоп, это же не майонез, правда?

ー Крем-чиз. Стандарт у нас в семье.

У Янами и Комари майонез, у Якишио — крем-чиз.

Ощущая разницу в статусах, я выложил тунец на рис. Далее....

ー Вот, советую так.

Янами ложкой накинула тенкасу* на мои суши.[Прим. пер.: Панировочные хлопья. Их часто используют в темпуре]

ー Не сыпь в мои суши без спроса!

ー Получится вкус темпуры, выгодно же.

ー Но я не хочу темпуру во вкусе.

Моя первая: тунец, огурец, тамагояки. Тенкасу лишнее, но прощаю.

ー Шинтаро, отложи телефон за едой.

ー Подожди, из практики ещё один выбыл…

Как водится, у этого парня беды не кончаются.

…Такие домашние суши в компании напоминают семейный ужин.

Помню, в детстве не ладил с ровесниками, Кадзю всегда волновалась за меня.

Теперь я, всегда чувствовавший себя посторонним даже среди родных, сижу и ем суши вместе с совершенно чужими людьми.

Похоже, я словно в забытьи. Медленно обвожу взглядом всех за столом.

Янами жадно уплетала открытые суши, в то время как Якишио и Комари делились советами, добавляя друг другу начинки в суши.

Тамаки-сенпай сворачивал суши с лососем, а Цукиноки-сенпай его подбадривала.

У каждого своя личная история, однако все мы оказались за одним столом.

....Пока непривычно, но такая ночь приносит довольно приятные ощущения.

Я выложил на рис рыбную сосиску, майонез с кукурузой и крем-чиз, после чего аккуратно завернул всё в лист нори.

***

Вечеринка с самодельными суши подходит к завершению. Пять порций уксусного риса израсходованы, а в второй миске осталось совсем немного. Причина ясна, но рис тает с невероятной скоростью…

ー А! У нас закончились листья нори.

ー Ой, и правда. У меня еще немного осталось, подождите минутку.

Цукиноки-сенпай поднялась, чтобы достать свежие листы нори.

Янами нетерпеливо вывалила рис прямо на тарелку и принялась выкладывать сверху начинку.

ー Янами-сан, разве нельзя подождать нори? Просто потерпи немного.

ー ...Нукумидзу-кун, я тут подумала, а нужно ли вообще нори для домашних суши?

ー А?

О чём она? Неужели переела и свихнулась?

ー Ну, без нори ведь нельзя свернуть суши, верно?

ー Ты слышал про: "Кочучоми"? Это про то, что во рту.... нет, точнее в желудке всё само свернётся. [Прим. пер.: термин обозначающий когда отдельно употребляются и перемешиваются во рту ингредиенты для придания вкуса.]

Печальные новости: Янами окончательно спятила.

Я мягко улыбнулся и кивнул, соглашаясь с Янами.

ー Да, возможно, ты права.

ー Более того, мне кажется, что домашние суши могут быть даже без начинки. И если довести до абсурда, то идеальные домашние суши — это просто рис.

ー Разве это не просто рис с уксусом?

Чёрт, не сдержался и ляпнул первое, что пришло в голову.

Янами запихнула свои домашние (?) суши с тарелки в рот и кивнула с серьёзным видом.

ー Угу, это определённо домашние суши. Тебе тоже стоит попробовать это, Нукумидзу-кун.

ー Не хочу. Перестань накладывать рис в мою тарелку без спроса!

Пока я препирался с Янами, Цукиноки-сенпай водрузила на стол тарелку с нори.

ー Вот вам всем еще немного водорослей.

ー Спасибочки!

Янами мгновенно схватила лист нори и насыпала на него огромную гору риса,

ー Ты всё-таки пользуешься нори? А что насчёт твоих прошлых слов?

ー Если они есть, тогда я их съем. Сенпай, эти водоросли очень вкусные.

ー Ой, ты тоже так думаешь? Это качественные нори из залива Микава.

Пока эти двое увлечённо болтали о сушёных морепродуктах, я обменялся взглядом с Тамаки-сенпаем.

...Нам обоим явно приходится несладко.

***

Фух, Янами так меня подбивала жрать, что я объелся…

Выходя из туалета, я случайно наткнулся на Якишио у входной двери.

ー Ты куда-то идёшь?

ー Я забыла свою зубную щётку. Пойду в магазин за новой.

ー А-а, вот оно что.

Когда я уже было направился обратно в гостиную, Якишио неодобрительно зыркнула на меня.

ー Эй, девушка идёт одна на улицу ночью. Ты ничего не хочешь сказать?

ー Ах, да. Будь осторожнее по дороге.

Несмотря на мой безупречный ответ, Якишио тяжело вздохнула.

ー Ох-х, разве ты не должен пойти со мной в качестве телохранителя в такой ситуации?

Телохранителем…? Смогу ли я, будучи слабее Якишио, потянуть эту роль?

Сомнительно, но отказываться сейчас явно не вариант.

ー Ну-у, тогда я пойду и возьму свой смартфон…

Когда я уже собрался вернуться в гостиную, Якишио ухватила меня за руку.

ー Пошли быстрее. Потом всё всем расскажем.

ー А? Но....

ー Давай, давай, пошли, пока они ничего не узнали.

Я надел свою обувь, как она велела.

…Не сопротивляться сильному. Вот мой принцип жизни.

***

Я шагал рядом с Якишио по тротуару у широкой двухполосной дороги.

Солнце село, и тротуар освещали фонари и фары проезжающих машин.

По сторонам тянулись многоэтажки и заправки, а прохожие, которых мы миновали, явно спешили домой. Вокруг кипела ночная суета.

ー Как же приятно, когда солнце садится, согласись?

ー В футболке, наверное, немного прохладно.

Якишио пребывала в приподнятом настроении. Она вприпрыжку рванула вперёд, а потом резко развернулась ко мне лицом.

ー Эй, хочешь побежать до магазинчика?

ー Не хочу. Осторожно, опасно идти спиной вперед.

ー Ла-адно. Нуккун, ты прямо как моя мама.ー угрюмо буркнула она и потопала дальше, оставив меня сзади.

 Я следовал за ней на расстоянии, невольно уставившись на её спину.

Рост Якишио. Руки и ноги загорелые, тело подтянутое.

Она сплела пальцы за спиной, и её спина словно звала к разговору… или это лишь моё самомнение?

ー Эм… как у тебя прошла сегодняшняя тренировка по легкой атлетике?

Звучит банально даже для меня, но нужно напомнить о себе. Я здесь.

Лёгкая дрожь пробежала по её спине, но она не оглянулась и двинулась дальше.

— После тренировки тренер велел мне завтра как следует отдохнуть.

— Хм, ясно.

…Эм, разговор, похоже, завершился. Неужели я что-то не то ляпнул?

Я размышлял над своими словами, шагая следом, и вдруг осознал, что мы ушли довольно далеко от жилой зоны.

— А где этот магазин-то?

— М-м, вроде чуть подальше, — безразлично отозвалась она, ускоряя шаг.

Я без слов плёлся за ней, пока мы не вышли к широкому перекрёстку.

За перекрёстком высились крупные здания, каждое со своей уникальной атмосферой, не похожей на обычные многоэтажки.

Тамаки-сенпай, как я узнал, учится именно там.

— Похоже, магазинов тут нет. Может, вернёмся?

Якишио промолчала. Вместо ответа она вытащила телефон.

— …О! Ещё поспеем.

— Поспеем?

— Смотри, зелёный загорелся.

Якишио рванула к пешеходному переходу. Я не сразу врубился, но впереди, видимо, есть магазин. Перейдя следом за ней через дорогу, она замерла у автобусной остановки.

— Эм… мы ведь в магазин шли, да?

— Подожди чуток.

Якишио уставилась на расписание автобусов.

За остановкой маячили дома, похожие на жилые многоэтажки, так что это явно не наша цель.

Вдруг с рёвом подкатил автобус.

Так, мы же не в него. Когда я шагнул назад, Якишио вцепилась в мою руку.

— Нуккун, садись в этот автобус.

А? Мы на автобусе в магазин? Ладно, это же Нагоя, мегаполис.

Не обращая внимания на мою растерянность, Якишио втащила меня внутрь.

Едва мы устроились на двухместном сиденье, автобус покатил.

— Мы же не в магазин едем, верно? Тогда куда?

Пока я ошарашенно хлопал глазами от такого поворота, Якишио, прижавшись на узком сиденье, хитро ухмыльнулась.

— …Секретик.

***

Через полчаса на автобусе мы высадились в Сакаэ — главном деловом и развлекательном квартале Нагои.

Парк Хисая-Одори, пролегавший с севера на юг через центр района, сиял фонарями, и по нему сновали люди.

Вдоль аллей выстроились модные кафе и рестораны, а с закатом солнца здесь расцвела атмосфера ночной взрослой жизни.

— Ух ты, какая красота. Смотри, башня!

— Якишио, осторожней, гляди под ноги.

В сердце парка торчала огромная телебашня, похожая на Эйфелеву. Она сделалась символом города.

Якишио весело махала мне рукой, и я, следуя за ней, поправил воротник футболки. От меня веяло приятным цитрусовым запахом.

…Я ничего предосудительного не творил, но позвольте оправдаться.

Сиденья в автобусе были тесноватыми. Сидя бок о бок, наши тела невольно соприкасались.

При каждом толчке автобуса мы прижимались всё теснее, а из-за лёгкой одежды Якишио я ощущал контуры её фигуры на предплечье. Чистая случайность, и точка. Оправдание готово.

— Нуккун, сюда-сюда! Давай сфоткаемся вместе!

— А? Ладно…

Я подошёл к Якишио, и перед нами раскинулась искрящаяся водная поверхность, зеркаля ночной пейзаж.

Это был просторный, но мелкий прямоугольный пруд.

Под водой проглядывала плитка, а над ней вздымалась подсвеченная телебашня, уходящая ввысь на десятки метров.

Ночной вид… освещение… мерцающая вода…

Отражения огней в воде подсвечивали Якишио снизу.

В этом великолепии даже я, с моим скептицизмом и холодностью, ощутил лёгкий трепет в душе.

— Ладно, Нуккун, смотри в камеру. Подойди ближе, а то не влезешь.

— Э? А, да.

И вот я уже селфи с милой девушкой на фоне ночного мегаполиса.

Перед этим все мои принципы казались ерундой.

— Супер вышло. Разошлю всем.

— Стой, стоп, это же плохая затея! Нас не так поймут!

Когда я запаниковал, Якишио повернула ко мне свои тёмно-карие глаза.

— Не так поймут… в каком смысле?

— Ну…

Заметив мою растерянность, она звонко рассмеялась.

— Шучу. Раз уж мы тут, давай на башню поднимемся?

— В такое время?

— Суббота сегодня, открыта допоздна.

Ага, понятно. Якишио хорошо в теме.

Раз уж зашёл так далеко, отступать некуда. Мы пробирались через гудящие уличные кафе к башне.

Если вдуматься, Якишио вышла из квартиры за покупками. Не забеспокоятся ли все, увидев её здесь?

Я невольно глянул на неё, и она, словно ждала, сразу ответила взглядом.

— М-м, что?

— А? Ничего…

Её чуть насмешливый тон заставил меня смущённо отвернуться.

…Наверное, немножко беспокоиться за неё можно. Такие мысли мелькнули.

***

Стоило нам выйти из лифта, как перед глазами раскинулась панорама ночного мегаполиса. Сквозь стекло смотровой площадки парк, в котором мы недавно прогуливались, превратился в крохотное пятнышко у нас под ногами.

— Вау, какая красота! Эй, Нуккун, посмотри! — восторженно крикнула Якишио, зовя меня к себе.

«Ты красивее этого ночного пейзажа...» — мелькнула у меня в голове эта фраза, но поскольку она всплыла из недавно посмотренного аниме, я, разумеется, промолчал.

Подойдя к ней, я тоже залюбовался видом города ночью и решил перевести разговор.

— Кстати, слышал, в детстве отец Янами-сан надул её, заставив поверить, что это Токийская башня. Поэтому...

— Нуккун, минус одна жизнь. — вдруг произнесла она, насупившись.

Неужели нельзя упоминать других девушек, даже если это не свидание...?

— Кстати, что случится, когда жизни кончатся?

— Тебя съедят.

Вот это загвоздка. Даже Янами способна за несколько дней слопать старшеклассника...

...Ой, погоди. Меня же только что отчитали за упоминание другой девушки.

— Ладно, в будущем буду осторожней.

— Хорошо, прощаю тебя. — с этими словами она весело рассмеялась и вновь уставилась на ночной вид.

Её профиль казался чуть более взрослым, чем у той Якишио, которую я привык видеть.

Мне стало неловко, и я тоже перевёл взгляд на ночной пейзаж.

В сердце Нагои мало небоскрёбов, поэтому огни города растекались до самого горизонта.

— ...Якишио, это то, что ты хотела увидеть, верно?

На мой вопрос она помедлила и неуверенно ответила.

— Мм, в общем, да.

— В общем?

— Недавно не выпадала возможность побыть с тобой наедине, так что подумала: почему бы не устроить что-то подобное для разнообразия. — сказав это, она прижалась к стеклу.

— Ты же всегда приходишь ко мне домой... чтобы воспользоваться душем.

— Я пользуюсь им у твоей младшей сестры. Когда ты одна дома, я им не пользуюсь.

Может, и верно, но это не отменяет, что одноклассница пользуется моей ванной.

Меня это сильно тревожит, так что хотелось бы, чтобы она хоть немного притормозила. Конечно, я не требую, чтобы она совсем прекратила.

— Но недавно ты спала в моей постели. Хорошо, что тогда Кадзю была дома, иначе вышло бы совсем худо.

— Прости за тот случай. Я была немного уставшей...

Якишио замолчала на середине фразы, потом уставилась на меня с удивлением.

— Ты сказал: «хорошо, что тогда Кадзю была дома», а что бы стряслось, если б её не было?

— Ну, если девушка спит в комнате парня в пустом доме...

— Если спит? И что?

...Стоп, это скользкая тема.

От ответа зависит моё будущее — может обернуться катастрофой. Я серьёзно откашлялся.

— Якишио, выслушай внимательно. Спать в комнате парня в одежде, почти как бельё, — крайне безрассудно. Особенно если мы одни в доме, соседи могут распустить сплетни.

....Соседи. Умный ход, чтобы перевести деликатный разговор на давление извне.

Но это явно подействовало на Якишио. Щёки её вспыхнули, и она застенчиво потупилась.

— Ну, теперь поняла?

— …Нуккун. Ты тогда видел, во что я была одета.

Конечно, видел.

— Ну, твоё тело высовывалось из-под одеяла. Но ты же была прилично одета, правда?

— Д-да, правда. Я была вполне одета...

Якишио осеклась, потом закрыла лицо ладонями и присела на корточки.

— ...Не вполне. Я была в нижнем белье.

А? Это было её бельё?

Но она постоянно ходит в похожем...

— А-а, это то самое «бельё, которое можно показывать»?

— У меня такого нет, понятно?!

А, значит, такого нет. Тогда стоит надевать более пристойное.

— Ну, я не так уж пристально смотрел.

— Давай закроем эту тему?!

Да, отличная мысль. Якишио глубоко вздохнула и поднялась.

— …Так о чём я?

— Ты хотела поговорить со мной. Что-то стряслось?

— М-м… Похоже, вокруг тебя в последнее время полный бардак.

Похоже, весь последний год — сплошной бардак.

Погоди, раз уж речь о недавних событиях...

— ...Якишио, что именно ты знаешь? — спросил я серьёзно.

Якишио сердито зыркнула на меня.

— Значит, это правда. Ты враг женщин.

— О чём ты?

— Положи руку на сердце и подумай сам.

Может, Якишио в курсе признания Тиары-сан...?

Нет, стоп. Может, о том, как я прикидываюсь парнем Ширатамы-сан, или она видела меня с Шикией-сан в цветочном магазине на днях. Или узнала, что капитан Курата затащила меня в кафе у полицейского участка, с которой я случайно столкнулся на прошлой неделе...

На этот раз ответ должен быть верным. Я осторожно спросил:

— Э-эм… о чём именно?

— Какой же ты враг женщин.

Чёрт, не угадал. Якишио издала долгий выдох, выплёскивая всё из лёгких.

— Ладно, не важно. Нуккун, рано или поздно... ты так уйдёшь вперёд, что я не смогу за тобой поспеть.

…Не сможет за мной угнаться? Хм, видимо, мне послышалось.

Якишио мчится далеко впереди, светясь так ярко, что я даже не могу её догнать.

А теперь она глядит на меня глазами, полными осуждения, как на непутёвого младшего брата.

ー Кстати, ты же болтал с Цукиноки-сенпаем о своих планах на будущее, верно?

Откуда ей это известно? Вот сплетница.

ー Ну… После школы, наверное, поступлю в универитет и уеду из дома.

ー Хм-м, значит, и ты тоже планируешь съехать.

Значит, она тоже собирается уехать из дома.

Я начал осторожно расспрашивать, внимательно следя за её реакцией.

ー А ты куда направляешься?

ー М-м-м, после соревнований в Токай ко мне уже подошли несколько команд. По бегу на длинные дистанции.

Вау, не думал, что предложения посыпятся так скоро.

Якишио раньше была малоизвестной бегуньей, никогда не блиставшей на национальных стартах. Но всё перевернулось после одного удачного выступления.

ー Университет связан с будущей карьерой. Хочу бегать всю жизнь, но чтобы это стало профессией, пора думать о перспективах.

Якишио разглядывала своё отражение в зеркале, чуть нервно дёргаясь.

ー Ещё недавно я была простая школьница, девчонка. Даже сейчас чувствую себя ребёнком, но пора решать, что дальше.ー Она глубоко вдохнула и выдохнула. ー Мы же теперь... повзрослели.

ー ...Вероятно.

Взрослые мы или нет.

Приходится изображать взрослых, даже если ими не стали.

Притворяясь, незаметно превратимся в настоящих взрослых.

Якишио чуть наклонилась ко мне и шепнула:

ー Хочу ещё чуток... побыть ребёнком.

Ни смысла её слов, ни настоящих чувств Якишио я не улавливаю до конца.

Но она, скорее всего, это понимает.

Я — тот, кто ни в чём не разбирается, она — та, кто не даёт себя понять.

Мы молча стояли, созерцая мерцающий ночной пейзаж, будто тая в нём.

***

Выйдя на открытую площадку над смотровой, меня окутал ветер, полный ночной свежести.

Прижимая развевающуюся чёлку, Якишио восторженно крикнула:

ー Вау! Какой классный ветерок!

Её бодрое настроение казалось нереальным после недавней гнетущей атмосферы.

Эта площадка была чуть выше смотровой и пропитана ночным воздухом и ароматами.

Я старался унять своё восхищение, глядя на ночной вид за ограждением.

Та же панорама, но без стекла она выглядела по-новому.

В каждом огоньке — чья-то жизнь, чья-то судьба.

С их точки зрения мы, наверное, незаметны, сливаемся с подсвеченным небом.

Даже если они нас не видят, здесь обычная старшеклассница, тревожащаяся о будущем.

И я, по-прежнему неуверенный в своих планах.

Улыбаясь её звонкому смеху, я отдался эмоциям, что нёс ночной ветер.

…Вдруг я замер у небольшой каменной таблички.

На ней значилось «Святилище влюблённых», а за ней на перилах болтались сердечки с посланиями.

Из любопытства глянул на пару карточек — там имена и любовные записки.

Все полны романтики. Хорошо, что не притащил сюда Янами…

Обычные одиночки не полезут на телебашню за видом и не парились бы о таком, наверное, зря переживаю.

Отбросив самокопание, я поискал Якишио взглядом — она копошилась у дальнего конца перил.

…? Неужели романтика её зацепила?

ー Якишио, нашла что-то любопытное?

ー !!! Ничего такого. Становится зябко, спустимся.

Правда? А в смотровой с кондиционером было холоднее.

ー Тогда дай хоть телефон? Хочу ночной вид заснять.

ー Да, держи… эй, зачем туда суёшься?!

Когда я потянулся к месту, где копошилась Якишио, она мигом преградила дорогу.

ー Зачем... Ну, чтобы вид оттуда сфоткать.

ー Тогда снизу, с смотровой! Пошли, пошли!

ー Но там стекло отразит…

ー Давай, давай, Нуккун, спускаемся!

Якишио толкала меня в спину. Хм… почему она так упорно гонит меня от перил?

Не въехав в суть, меня спустили по лестнице на смотровую силой.

***

Выйдя из автобуса, я снова почувствовал твёрдую землю под ногами.

.... Я просто шёл в магазин. А в итоге с Якишио любовался ночным пейзажем.

Это парящее, сонное ощущение ещё не ушло.

ー Наверное, все беспокоятся.

ー Я уже всем сказала, так что окей. Сказала, что погуляла чуть с Нуккуном.

Это что, чуть погуляли?

Уже за девять вечера, Янами и Комари меня замучают допросами…

Но тревоги улетучились, как только Якишио игриво запрыгнула на бордюр.

ー Якишио, опасно, слезь оттуда.

— Нуккун, ты чересчур беспокоишься, — произнесла она, но затем спустилась с бордюра и двинулась рядом со мной.

Пока мы шагали по ночной улице в сторону квартиры Цукиноки-сенпая, мои мысли крутились вокруг только что случившегося.

В таком странном уголке она открыла мне свои самые тайные эмоции.

Думаю, Якишио как раз и требовалось это мгновение.

Однако одна деталь всё же оставалась для меня загадкой…

— Нуккун, что случилось?

Я замер и уставился в её глаза.

— Якишио, зачем ты меня вытащила на эту прогулку?

— Я ведь уже объясняла: мы в последнее время почти не болтаем.

— Верно, но…

Якишио приблизилась ко мне и ослепила своей обычной сияющей улыбкой.

— Нуккун, ты же лидер клуба, и тебе приходится следить за Яна-чан, Комари-чан, а теперь ещё и за Тамой-чан. Именно поэтому я так с тобой поступаю…

— Со мной… Почему?

— …Сам догадайся.

Якишио смущённо улыбнулась, легонько ткнула пальцем в мой нос и отвернулась.

Между мной и Якишио явно теплится какая-то связь.

Впрочем, это не даёт мне права воображать, будто она в меня влюблена.

Для Якишио я всего лишь слегка необычный приятель.

Скорее всего, по этой причине она и выбрала меня компаньоном в этот необычный вечер.

Шагая бесшумно, Якишио еле слышно прошептала:

— У тебя ведь уже есть Комари-чан и Яна-чан…

Комари и Янами? С какой стати она их назвала…?

Не успев уточнить у Якишио, я услышал звонок её телефона.

Она глянула на дисплей, искривила губы в улыбке и прижала аппарат к уху.

— Да-да, что стряслось, Янами?

Чёрт, Янами наконец дозвонилась.

Судя по смеху Якишио, Янами вроде бы в приподнятом настроении… хотя, если вслушаться в её тон, то, возможно, всё с точностью до наоборот.

Янами и Комари всегда дуются, стоит мне проявить внимание к Якишио. Я знаю, они за неё переживают, но я бы никогда не посмел за ней ухаживать…

Год назад на фестивале Цувабуки один парень счесть её дружелюбие за флирт и нарвался на отпор. Я точно не хочу повторять его промах.

— Я же уже го-во-ри-ла~, просто ненадолго заняла Нуккуна.

Голос Якишио постепенно набирал силу во время беседы по телефону.

…О чём они там треплются?

Охваченный беспокойством, я стал вслушиваться в разговор.

Внезапно я уловил, что Якишио неотрывно смотрит на меня, не опуская телефон.

А… что…? Она так и держалась, глядя на меня, и произнесла:

— …Это измена.

И мгновенно сбросила вызов.

…Э? Измена? О чём она болтала с Янами?

Якишио хихикнула, заметив мою растерянность.

— Нуккун, поздно уже, пошли домой.

— Э? А, ладно.

Якишио напевала мелодию под нос, шагая к жилому комплексу, где ждали остальные.

Измена. Это мрачное слово почему-то заставило сердце заколотиться чаще.

Янами наверняка закатит сцену по возвращении, так что, пожалуй, сразу рвану к Тамаки-сенпаю, где я сегодня ночую…

Занятый размышлениями, я и не заметил, как мы достигли дома Цукиноки-сенпая.

Я окликнул Якишио, уже шагнувшую ко входу.

— Якишио, разве мы не собирались заглянуть в магазин?

— Верно, но время позднее.

…Стоп, а разве ей не нужна была новая зубная щётка?

Я вошёл в подъезд следом за Якишио, бросив на неё косой взгляд.

Неужто всё это, включая визит в магазин, входило в её замысел…?

— Что-то не так, Нуккун?

— А, нет, пустое.

…Нет, лучше не накручивать себя.

Глядя на улыбку Якишио, переживать по таким мелочам — просто глупо.