Стал покровителем злодеев Том 1 Глава 203 Праздность и гром (5)
Ранее в Стал покровителем злодеев...
203. Праздность и гром (5)
Апостол Праздности был ошеломлён внезапным появлением Алона, но эта растерянность продлилась недолго.
Он тут же попытался схватить его, однако...
— !
Его глаза расширились от удивления.
Чёрная мана, которая послушно должна была следовать его воле, осталась неподвижной.
И это было только начало.
«Мана... испаряется?»
Черная мана рассеивалась при соприкосновении с золотым сиянием.
Он никак не мог постичь происходящее.
Но вскоре...
осенённый пониманием, он резко обернулся, но...
«Кристалл!..»
Там, где должен был быть его центр...
чёный кристалл — первоисточник силы, что связывал и удерживал все яйца и тысячи черных нитей...
...исчез, рассыпавшись искрами под ударом трескучей молнии.
Апостол Праздности снова повернулся к противнику.
Его лицо исказилось от чистейшей ярости.
Алон, спокойно наблюдавший за ним, мысленно выдохнул с облегчением.
«Получилось?»
Алон бросил взгляд назад, проверяя состояние Сили.
На ней не осталось живого места от жестоких мучений, но она всё ещё дышала.
«Какое счастье».
Он почувствовал искреннее облегчение.
Ведь если бы она погибла...
последствия оказались бы поистине катастрофическими.
В этот самый момент...
— Ты… как, чёрт возьми, тебе это удалось?..
раздался хриплый голос Апостола.
Алон снова перевёл на него взгляд.
Тот всё ещё смотрел на тающую чёрную ману.
Недоумение и глубочайшее потрясение застыли на его лице.
Происходящее не поддавалось никакой логике.
Везде, где простиралась чёрная мана...
царил полный контроль Апостола.
По сути, это было продолжением его собственного восприятия.
А значит...
кто бы или что бы это ни было...
достаточно было малейшего контакта с чёрной маной...
Апостол Праздности должен был мгновенно это почувствовать.
«Но я абсолютно ничего не ощутил…»
Тем не менее.
Стоящий перед ним человек...
Маркиз Палатио, победивший Апостола Алчности...
с невероятной лёгкостью совершил невозможное и оказался прямо перед ним.
Но и это было ещё не всё.
«…Как он узнал?»
Чёрный кристалл.
Каким-то непостижимым образом обойдя его чувства...
он первым делом уничтожил артефакт, служивший ядром барьера.
Причём одним единственным ударом.
Словно он уже проживал этот момент сотни раз.
Без малейшего колебания или сомнения.
Лицо Апостола исказилось ещё сильнее.
«Хорошо, что всё прошло по плану», — мысленно выдохнул Алон.
Видя его бурную реакцию, Алон окончательно успокоился.
На самом деле, ему ни в коем случае нельзя было вторгаться в пределы чёрной маны.
Его совместимость с этой силой была наихудшей из возможных.
Внутри этого тумана он не смог бы продержаться и десяти минут.
Но причина, по которой он смог проигнорировать чёрную ману и незаметно приблизиться к Апостолу, крылась в другом.
Алон знал уязвимость этой чёрной маны.
А точнее — слабое место всей сложившейся ситуации.
Чёрная мана, раскинувшаяся вокруг этого места...
охватывала колоссальную территорию.
Однако её влияние распространялось исключительно по земле.
Небес этот туман не достигал.
Иными словами, если передвигаться по воздуху...
то можно было полностью избежать воздействия чёрной маны.
Конечно, знать об этой лазейке — одно, а вот воспользоваться ею — совсем другое. Немногие были на такое способны.
Даже в Сайкиделии об этой уязвимости лишь упоминали вскользь.
На практике против Грехов её никто не применял.
Область, покрытая чёрной маной на земле, была слишком обширной.
Человек не может летать вечно, а значит, ему всё равно пришлось бы приземлиться в зону поражения и выдать себя Апостолу.
Но, к счастью для Алона, для него это не стало непреодолимой преградой.
У него были идеальные условия и нужные люди.
Огромный Алтарь дождя, на который пришлось бы карабкаться даже воплощённой Басилиоре...
и Райнхарт, способный управлять гравитацией.
Проще говоря, Алон взобрался на Алтарь дождя, взмыл ввысь с помощью силы Райнхарта...
и, активировав Облик Бога Грома, одним махом обрушился прямо в центральную зону, где находился Апостол.
«Правда, из-за этого я исчерпал всю свою ману до капли, да и приземлился паршиво — кажется, ноги как деревяшки».
Алон осторожно шевельнул ногами.
В голенях тупо ныло. Перелома вроде не было...
но боль оказалась такой, что он едва сдержал стон.
К тому же...
Сили он спас, но лишился всей своей магической силы. Теперь он не то что сражаться — даже защищаться от чёрной маны не мог.
Конечно, благодаря тому, что Алон разрушил саму структуру барьера, чёрная мана временно рассеялась...
но расслабляться было преждевременно.
Он прекрасно знал: даже если уничтожить ядро...
пока жив тот, кто его сотворил, барьер со временем восстановится.
«Хотя на этот раз барьер был создан с помощью артефакта, а не личной силы Греха Праздности, так что я не уверен, восстановится ли мана так быстро».
Алон размышлял об этом, не сводя глаз с Апостола Праздности.
Тот издал сухой, издевательский смешок и устремил взгляд в небо.
— Впечатляет, маркиз Палатио. Никогда бы не подумал, что ты решишься на подобную глупость.
— ...
— Удивительно и то, как точно ты нащупал слабое место барьера — словно кто-то прошептал тебе об этом. Однако…
На его губах расцвела зловещая ухмылка.
— Похоже, ты видишь лишь верхушку айсберга, не замечая того, что скрыто под водой.
В тот же миг, когда Апостол Праздности откровенно издевался над ним...
прямо в пустом пространстве...
черная мана начала сгущаться, словно время повернуло вспять.
Вместе с ней восстановился и артефакт, поддерживавший барьер.
Наблюдавшая за этим Сили...
— Ах...
тихо выдохнула, и в этом вздохе сквозило беспросветное отчаяние.
Словно упиваясь ее реакцией, Апостол улыбнулся еще шире и гаже.
— Сколько бы ты ни уничтожал сферу, она будет возрождаться снова и снова. До тех пор, пока я жив.
— ...
— Как жаль. Убей ты меня одним ударом, все могло бы сложиться иначе.
— Впрочем, даже если бы ты целился в меня, прикончить меня с одного удара у тебя бы не вышло, — язвительно добавил он.
Однако...
— Я знаю, — спокойно произнес Алон.
На его лице не дрогнул ни один мускул.
— Что?
— Я сказал, что знаю это.
Его голос звучал ровно и бесстрастно.
— Я знал, что ты не умрешь от одного удара. Знал и то, что уничтоженная мной сфера вскоре восстановится.
Он говорил так, словно нынешнее положение дел ничуть его не заботило.
— Ха! Хочешь сказать, ты явился сюда добровольно, просто чтобы сдохнуть?
Апостол на мгновение опешил, а затем снова презрительно усмехнулся.
— Нет. Свою задачу я уже выполнил.
Алон слегка пожал плечами и перевел взгляд на Сили.
— Что за чушь...
Нахмурившись, Апостол Праздности хотел было потребовать объяснений, но...
— ...?
вдруг кое-что осознал.
Черный кристалл, поддерживающий барьер, полностью восстановился.
В этом не было сомнений. Но почему-то...
черная мана не спешила расползаться вокруг.
Почуяв неладное, Апостол резко обернулся.
— !
И застыл.
Весь артефакт, источавший черную ману, был намертво опутан пурпурными нитями.
Более того, все пространство вокруг было иссечено тонкими фиолетовыми линиями, словно мир разорвали на лоскуты.
И навстречу ему...
Шаг за шагом.
медленно приближался мужчина.
В одной руке он сжимал меч.
В другой — держал сотни, тысячи нитей, расколовших это пространство.
Его глаза пылали яростью и чистой, незамутненной ненавистью.
Он источал столь жуткую ману, словно вознамерился окрасить весь этот мир в багрово-фиолетовые тона.
— Я убью тебя.
Деус Макалиан.
####
Скрежет.
Звук, напоминающий натяжение стальных тросов, отчетливо разнесся в воздухе.
Хруст.
Черные и пурпурные нити с силой натянулись и лопнули. Битва началась.
Стычка происходила на такой скорости, что Алон не успевал уследить за движениями бойцов.
От одного лишь столкновения вековые деревья вокруг разлетались в щепки.
Воздух содрогался, разнося разрушительные отголоски бушующей маны.
Грохот.
Сотни и тысячи нитей, кромсавших пространство, рвались и возникали вновь.
Обрывки этих нитей полосовали землю и воздух, оставляя глубокие, рваные шрамы.
Это зрелище невозможно было назвать битвой простых смертных.
Сражение, внушающее лишь священный трепет.
— Безумие...
Райнхарт, который ворвался сюда во главе рыцарей, как только рассеялась черная мана, невольно выругался.
Он ошеломленно созерцал эту битву монстров в человеческом обличье.
Следовавшие за ним рыцари замерли, благоговея перед силой, за пределами их понимания.
Однако...
«Деус уступает».
Алон хладнокровно оценил обстановку.
Пусть он и не мог разглядеть каждую деталь их схватки...
но по колебаниям маны отчетливо видел, кто доминирует на поле боя.
И такой расклад был вполне закономерен.
Хоть их силы и казались равными...
в отличие от Деуса, Апостол черпал мощь напрямую из силы Греха.
И что еще важнее...
«Деус слишком взвинчен».
Взрыв.
Деуса отбросило назад, сквозь паутину переплетенных черных нитей.
С начала боя прошло всего несколько минут...
но он уже был изранен.
Его иссиня-черный доспех раскололся, обнажая тело...
покрытое бесчисленными порезами от острых нитей.
В то же время...
Апостол Праздности, растерявший былую панику...
с вальяжной улыбкой поднимал в воздух десятки вырванных с корнем деревьев, опутав их черными нитями.
Контраст между ними был разительным.
Чтобы переломить ход битвы...
Деусу нужно было не просто успокоиться. Требовалось нечто большее.
А потому...
— Деус, — позвал его Алон.
####
Тук-тук-тук...
Сердце колотилось как сумасшедшее.
Ощущая этот бешеный ритм...
Деус сквозь пелену налитых кровью глаз смотрел на врага.
На Апостола, который парил в окружении обломков, удерживаемых черными нитями.
На его самодовольное, ухмыляющееся лицо.
Хруст.
Деус сильнее сжал рукоять меча и пригнулся, готовясь к новому рывку.
Он прекрасно знал, как глупо поддаваться гневу в бою.
Знал, к чему ведет потеря контроля.
И все же...
ярость внутри него не утихала.
Сили.
Его младшая сестра.
Когда он только прибыл сюда...
представшая перед ним картина...
была слишком, слишком похожа на то, что случилось тогда.
— Ха...
Мир перед глазами Деуса на мгновение утратил краски, став серым.
Нахлынули воспоминания, о которых он предпочел бы забыть навсегда.
Под безмолвным ночным небом...
мужчина с криком раз за разом опускает тяжелый предмет на голову женщины.
Женщина с наполовину перебитым черепом вонзает нож в живот мужчины. А за спиной его отца и матери… с отвратительной, насмешливой ухмылкой стоит… [Черный Агнец избрал тебя.] Апостол Праздности. Сжатие. Аура, что исходила от Деуса, стала ещё более свирепой. Его налитые кровью глаза сверлили Апостола. Пурпурная мана хлынула из его тела бурным потоком, становясь нитями, что снова рассекли пространство на ровные сектора. Но стоило ему сделать шаг вперёд… — Деус. до его слуха донёсся голос. В отличие от бушующего внутри него пожара, этот голос был абсолютно спокоен и холоден. Голос, который он так хорошо знал. И затем… — Если хочешь отомстить — успокойся. Эти слова, будто заглянувшие в самую глубину его души, подействовали мгновенно. Деус будто окунулся в ледяную воду — разум мгновенно прояснился. Бешеное сердцебиение в ушах начало затихать. И только тогда он наконец увидел то, чего не замечал в слепой ярости. А следом… — Помни. — Опутать можно не только то, что видит твой взор. — …! От этих слов Алона… глаза Деуса медленно округлились. «Ведь всё складывается не так уж плохо», — подумал Апостол Праздности. На его губах играла безмятежная улыбка. Первоначальное замешательство прошло, и теперь ситуация казалась ему вполне контролируемой. «Сначала я обезврежу Деуса, а потом перебью остальных по одному. Сперва рыцарей, затем маркиза Палатио, а после — его сестру. Хотя нет…» Хмык. «Убить маркиза первым будет даже забавнее. Сначала сломаю его разум, а потом прикончу девчонку прямо у него на глазах. Отличный план. Для начала…» Он выстраивал в голове идеальный сценарий, смакуя каждую деталь. И всё ради одного. Чтобы ввергнуть их в пучину абсолютного отчаяния. «Покажу им непреодолимую разницу в силе, а затем раздавлю». Приняв решение, Апостол Праздности шевельнул пальцами, натягивая чёрные нити. Грохот. В тот же миг… деревья и валуны, опутанные чёрными нитями, устремились вверх. Они сталкивались, крошились и прессовались прямо над его головой… собираясь в колоссальную сферу. Сфера стремительно разрасталась… пока не заслонила собой весь небосвод. — Что это за чертовщина… Быть не может… Настоящий метеорит завис в вышине. Рыцари оцепенели, задрав головы к небу. Они смотрели на исполинский шар, опутанный чёрными нитями, что затмил собой солнце. И тогда… — Ты стал сильнее, но в душе остался всё тем же беспомощным ребёнком, Деус Макалиан. — … Апостол Праздности насмешливо взглянул на тяжело дышащего Деуса, сжимавшего рукоять меча. Затем его взор переместился на поредевшие пурпурные нити. Исход битвы был предрешён. С этой мыслью… Хмык. он снисходительно усмехнулся. — Ты так и не научился никого защищать. Он небрежно взмахнул рукой, но… — …? в следующий миг Апостол ощутил странное, необъяснимое несоответствие. Нечто, не поддающееся описанию. Словно из реальности исчезло что-то фундаментальное, само собой разумеющееся, но его разум не мог сразу ухватить суть. Он на мгновение растерялся… — Что?.. и лишь затем понял, в чём дело. «Моя мана… Почему?» Чёрная мана, которой он повелевал… отказывалась подчиняться. Она замерла, словно скованная неведомой силой. Будто её запечатали. И… «Неужели это…» Когда осознание поразило Апостола Праздности, он в ужасе распахнул глаза. И увидел. — Это продлится лишь мгновение, — негромко произнёс Деус. И в тот же миг высвободил бушующий поток пурпурной маны. Треск. Пурпурные нити безжалостно впились в чёрные путы, разрывая их одну за другой. Десятки. Сотни. Тысячи нитей лопались под их натиском. Пурпурная смерть не знала пощады. Лишившись поддержки, исполинский метеорит начал разваливаться и падать вниз. Однако… пурпурные нити вместо этого плотно обвили падающую глыбу. Скрежет. Они принялись стремительно обтёсывать её, словно резцы скульптора. Огромные осколки с грохотом рушились вниз, перемалывая деревья и древние руины. И из этого хаоса родилось… — ! колоссальное пурпурное копьё конической формы. — Но сейчас… Излучающее величественную и подавляющую ауру, гигантское копьё… — …этого будет вполне достаточно. Скрежет. С резким, раздирающим слух свистом оно устремилось к земле. И в этот миг… Затмение Макалиан. Пурпурная туманность. Пурпурная звезда… обрушилась на землю. ***