Стань светом в темном море Том 1 Глава 267

Мы выбрались наружу в такой последовательности: Ким Джэ Хи, Шин Хэ Рян и я. Едва покинув туалет, мы почувствовали облегчение, когда воздух стал легче для дыхания. Само по себе отсутствие лужи крови и трупов вокруг значительно ослабило напряжение и стресс. Я изо всех сил старался не думать ни о том, как Шин Хэ Рян оттирал кровь с одежды в раковине, ни о человеке, который, будучи пронзенным клинком, без единого стона рухнул и умер.

Со стороны это выглядело не так, будто Ким Джэ Хи и я скрутили и тащим Шин Хэ Ряна. Скорее, казалось, что мы втроем просто идем рядом. Однако, поскольку Шин Хэ Рян двигался, понурив голову и сгорбившись, едва держась на ногах, создавалось впечатление, что Ким Джэ Хи и я жестоко его избили. Глядя на его дрожащую, сгорбленную спину, невозможно было не испытать жалости. Если смотреть сзади, было очевидно, насколько плохо ему было. И тем более непонятным становилось, как человек в таком состоянии смог совершить убийство.

Я изо всех сил пытался подавить поднимающиеся внутри меня жалость, тревогу и беспокойство.

Наставив ствол на спину Шин Хэ Ряна, я, притворившись хладнокровным фанатиком секты, рявкнул: — Шевелись. Быстрее.

Не поднимая головы, Шин Хэ Рян едва слышно предупредил меня: — Постарайтесь говорить как можно меньше.

— Ах... Понятно. Простите.

Похоже, едва услышав мой голос, Шин Хэ Рян решил, что так дело не пойдет. Услышав мой ответ, Ким Джэ Хи, шедший впереди, расхохотался как сумасшедший. Я даже испугался, что кто-нибудь обратит на нас внимание.

К счастью, когда мы вышли на Центральную площадь, оказалось, что последователей Церкви Бесконечности здесь гораздо меньше, чем я ожидал. Я думал, их будет около двадцати, но на деле — не больше пяти. Похоже, пока мы прятались в туалете, они снова пытались потушить пожар — воздух был наполнен сильным запахом гари.

Один из сектантов крикнул нам с Ким Джэ Хи: — Быстро в лифт! Шустрее!

Понятно. Значит, остальные уже эвакуировались на другую подводную базу.

Ким Джэ Хи непринужденно махнул ему рукой, как бы говоря: «Понял», после чего указал на Шин Хэ Ряна.

Заложники лежали возле статуи белого медведя на Центральной площади — кто ничком, кто на боку. Некоторые пытались приподнять голову, чтобы осмотреться, но с руками, связанными за спиной, лежать лицом вниз было настолько неудобно, что большинство просто валилось на бок.

Меня так и тянуло рассмотреть лица заложников, но я подавил это желание. Чем дольше я буду вглядываться в них, тем больше вероятность, что и они как следует рассмотрят меня. Из тех лиц, что я успел заметить мельком, знакомых не оказалось.

Я подвел Шин Хэ Ряна к самому краю группы заложников, продолжая держать его на прицеле. — Ложись.

Шин Хэ Рян без сопротивления опустился на одно колено. Я ждал, пока он сам ляжет на пол, но Ким Джэ Хи внезапно пнул его в спину. Шин Хэ Рян рухнул лицом вниз.

Пока я мысленно приходил в ужас, Ким Джэ Хи уже достал пластиковую стяжку и принялся связывать ему лодыжки. Шин Хэ Рян даже не попытался отпихнуть его ногой. Терпение у него было просто невероятное. С виду совершенно невозможно было понять, связывает ли Ким Джэ Хи его по-настоящему или лишь имитирует.

Со скрипом стяжки одна за другой затягивались на его лодыжках. Слушая этот звук, я всё сильнее тревожился. Если бы связывал я, то просто сделал бы вид. Я не раз видел в фильмах, как дешевые пластиковые стяжки одним резким движением ломали, упираясь коленом или предплечьем. Но те, что использовали для заложников, были совершенно другими — двойные, профессиональные, специально предназначенные для фиксации рук и ног задержанных. Такие так просто не порвешь.

Большинство заложников лежали неподвижно, однако некоторые всё же извивались, пытаясь освободить связанные за спиной руки или ноги.

Стоило мне отвернуться, как несколько человек, до этого осторожно косившихся на меня и остальных сектантов, начинали яростно тереть запястья или выкручивать их в попытке ослабить стяжки. Никакого толку. Только следы на коже становились всё глубже. Наверное, им казалось, что они делают это незаметно. Но с точки зрения террориста, их подозрительные движения были видны как на ладони.

Надеюсь, у них получится освободиться...

У некоторых пленных руки были в синяках и ссадинах из-за крайне туго затянутых стяжек. Казалось, сектантам было совершенно безразлично, нарушится ли кровообращение у пленных, и к каким последствиям это может привести в дальнейшем.

Такие стяжки можно было только перерезать. Если бы я использовал стоматологические ножницы для этих целей, ушло бы полдня. И тут меня осенило. Их и не собираются освобождать.

Ким Джэ Хи поднялся на ноги, закончив со стяжками.

Я машинально обернулся — и тут же поспешно отвернулся обратно. Я натянул кепку как можно ниже и подтянул шарф почти до самого носа. От ткани исходил сильный мятный запах. Наверное, во время чистки на нее капнула зубная паста. Честно говоря, хотелось натянуть шарф до самых глаз и полностью скрыть лицо.

Несколько человек покинули выставочный зал, направляясь к Центральной площади. Среди них особенно выделялась Элизабет, вся сияющая и усыпанная драгоценностями. Джамал, мужчина, шедший рядом, держал её за руку, но ослепительная красота Элизабет затмевала всех остальных, делая их почти незаметными. Чуть позади, на расстоянии трех шагов, осторожно осматриваясь по сторонам, следовал Дэвид.

Я судорожно вздохнул.

Они меня не знают.

Они даже не взглянут в мою сторону.

Сейчас я всего лишь жестокий террорист, фанатик секты.

Безумец, живущий прошлым и лишенный будущего.

Не беспокойся.

Им нет до тебя никакого дела.

Действуй так, будто ничего не происходит.

Но внутри меня разрывался крик. Сердце билось так сильно, что, казалось, его стук разносился по всей площади. Мне чудилось, будто Элизабет вот-вот встретится со мной взглядом, безумно улыбнётся и воскликнет:

«Вот вы где!»

А затем схватит меня.

Она приближалась. И тут Ким Джэ Хи неожиданно заговорил.

Я чуть не подпрыгнул от неожиданности.

— Это Элизабет. Красавица, не правда ли?

Из-за него мое сердце едва не выскочило из груди.

Собравшись с духом, я ответил:

— Да... Невероятно. Вы знакомы?

— Еще бы. В нашей церкви именно её назначили следующим Спасителем. Было бы странно, если бы я её не знал. Все эти драгоценности, что на ней сейчас, — это подарки от тех, кто не смог попасть на эту подводную базу. Словно она родилась с ними. Интересно, как бы смотрелись украшения на вас, Спасителе. Может, познакомить вас?

По его тону можно было подумать, что он действительно собирается окликнуть Элизабет.

Я в ужасе остановил его:

— Не делайте глупостей.

Ким Джэ Хи лишь мягко улыбнулся, небрежно положил руку мне на плечо и почти повис на мне.

— Если честно, я гораздо счастливее, что Спасителем стали именно вы, господин Му Хён, а не Элизабет.

А вот я не вижу в этом почти ничего хорошего.

С момента начала этого бесконечно повторяющегося дня я приобрел лишь бесчисленные душевные раны и воспоминания о слишком большом количестве смертей. Я даже не уверен, удалось ли всем благополучно сбежать.

Я хочу домой. Хочу просто лечь и каждую секунду повторять, что хочу домой.

— По-моему, Элизабет, как человек с опытом, подошла бы для этой роли гораздо лучше.

К счастью, люди, вышедшие из выставочного зала, почти не обращали внимания на меня, стоявшего у заложников.

Ким Джэ Хи задумчиво покрутил пирсинг в своем ухе.

— Драгоценности — это ужасно несправедливая вещь. У одних их столько, что не сосчитать, а у других нет даже обручального кольца. С желаниями то же самое. Одни исполняют бесчисленные мечты без всяких усилий, а другие всю жизнь работают, чтобы осуществить единственное желание — купить собственный дом, — и так и умирают. Как думаете, много ли людей в мире владеют настоящими драгоценностями? Совсем немного.

Верно. У меня самого не было ни одной настоящей драгоценности. Если не считать бриллианта в обручальном кольце родителей, дома вообще не нашлось бы никаких драгоценностей.

Когда Элизабет проходила всего в пяти метрах от меня, я слегка опустил голову и отвернулся.

Только бы никто меня не узнал.

Меня здесь нет.

Я сейчас на Четвёртой подводной базе.

Меня не существует.

Ким Джэ Хи почувствовал, как напряглись мои плечи, похлопал меня по ним и тихо сказал:

— Если Спасителем станет Элизабет или Рональд, то даже внутри Бесконечной Церкви желания будут исполняться прежде всего для невероятно богатых белых людей. А мы с вами будем вынуждены сначала выполнять желания тех баснословно богатых людей, о которых никогда даже не слышали.

Я слегка приподнял голову.

Дэвид Найт смотрел прямо на меня.

Ох...

Что теперь делать?..

Успокойся.

Держи себя в руках.

Может быть, он смотрит на Ким Джэ Хи, а вовсе не на меня.

Почему ему вообще должно быть до меня какое-то дело?

Однако мои надежды не оправдались. Дэвид решительно направился прямо к нам. У меня возникло ощущение, будто я стал добычей на охоте. Я с трудом удержался, чтобы не развернуться и не броситься бежать. Одновременно мне приходилось подавлять другое желание — вскинуть автомат и направить его на Дэвида. От напряжения руки мелко дрожали.

И тут из коридора, ведущего к доку с подлодками, кто-то на полной скорости вылетел на Центральную площадь. Это был Майкл Роукер.

Срывая голос, он заорал:

— Немедленно убирайтесь со Второй подводной базы! Пока тут полыхал пожар, чем вы вообще занимались?! Все поголовно спали, что ли?! Какого чёрта?!

Ах да... Он же главный инженер всей подводной базы. Неужели док с подлодками сгорел? Что вообще произошло?

— Если не хотите сгореть заживо — сейчас же уходите отсюда!

Элизабет, Джамал и Дэвид ещё не успели ничего ответить, как среди заложников поднялась паника.

— Что происходит?! Мы задохнёмся?!

— Спасите нас!

— Я не хочу сгореть заживо!

— Мы же сделали всё, что вы велели! Пожалуйста, спасите нас!