Тайны Бессмертного Кукловода Том 1 Глава 333 Схрон матушки Нин (претендует на месячные билеты)

Нин Чжо рос, становился всё старше.

Нин Чжо и Сунь Линтун устроили настоящий переполох на чёрном рынке.

На улочках одна за другой замертво падали затаившиеся культисты.

Нин Чжо услышал звуки, резко обернулся и отпрянул от ужаса, увидев этих культистов. Если бы эти подонки застали их врасплох, его участь была бы незавидной.

Но тут же он радостно вскричал:

— Мама! Почему ты здесь? Я уже так давно тебя не видел!

Врач-целительница Будды Мэн Яоинь улыбнулась:

— Мама видела всё, что ты делал в последние дни. Очень неплохо.

Она посмотрела на приближающегося Нин Чжо и с легкой ностальгией вздохнула:

— Ты в мгновение ока так вырос. Кажется, будто Сяо Чжо, который засыпал под колыбельные, был здесь еще вчера.

— Идем за мной.

Нин Чжо последовал за Мэн Яоинь. Они углубились под землю и вошли в секретную подземную базу.

Мэн Яоинь пояснила:

— Таких секретных баз я построила несколько штук. Это база под литерой «Дин».

— Я оставила здесь кое-какие вещи.

— Судя по всему, теперь ты дорос до того, чтобы владеть ими. Их не так много, чтобы они отягощали твое сердце, но и не мало, чтобы уподобиться ребенку, разгуливающему с золотом по людному рынку.

Нин Чжо получил Облачный Бутон.

Нин Чжо получил «Очерки Бессмертного Дворца Лавы».

Нин Чжо получил механизм-серп.

Мэн Яоинь наставительно произнесла:

— Облачный Бутон – дивный цветок, несущий в себе суть Закона Облаков. Он поможет тебе скрыть множество секретов.

— Что же до «Очерков Бессмертного Дворца Лавы», то это личный опыт, обобщенный матушкой, а также мои догадки касательно устройства Бессмертного Дворца, замыслов Достопочтенного Саньцзуна и прочих.

— А вот к этому механическому серпу тебе нужно относиться с наибольшей осторожностью! Это демоническое оружие Империи Ночного Дождя: до безумия острое, с неукротимым свирепым нравом. Чем больше культистов оно поглощает, тем страшнее его мощь. Матушке стоило огромных трудов обуздать его, поэтому к ней оно еще хоть капельку привязано. Но даже при этом каждые несколько лет мне приходилось переплавлять его заново, выжигая всю накопившуюся злобу. Иначе возникла бы угроза обратного удара.

— Перед самой смертью матушка запечатала его всеми доступными способами.

— И это лишь временная мера.

— Чем больше времени пройдет, тем выше шанс, что оно сорвет печати. Выбравшись на свободу, оно станет еще свирепее, а его жажда убийства – чудовищной. Словно оголодавший дикий зверь, оно начнет угрожать всем, кто окажется рядом.

— Но поскольку от тебя исходит оставленный матушкой след, по крайней мере в первые мгновения оно не станет нападать.

— Если столкнешься с врагом, с которым не сможешь справиться, сними печати и натрави его на неприятеля. А затем выжидай момент, чтобы снова запечатать.

— Только не делай этого слишком часто: чем больше врагов оно пожрет, тем труднее его сдерживать.

— Его главная слабость кроется в змеевидной форме – прямо на том месте, где у змеи находится уязвимая точка в семь дюймов. Там сосредоточена вся его подавленная свирепость. Если выковырнуть эту деталь, его кровожадность заметно поубавится.

— Впрочем, эту свирепость матушка уже усмирила.

— Если в будущем оно поглотит слишком много культистов и его нрав резко усилится, ты сможешь выковырнуть механизм из той самой точки на семь дюймов, и это сильно его ослабит.

— Любое демоническое оружие Империи Ночного Дождя со временем порождает кровожадность. Время от времени возвращай эту деталь на место, позволяя старой и новой злобе уничтожать и истощать друг друга. Это еще один способ держать его в узде. Только береги первородную злобу – она уже приручена матушкой, а поскольку ты – ее плоть и кровь, клинок будет к тебе относительно благосклонен.

— Запомни: переплавка, искусство запечатывания и взаимное истребление злобы – вот три главных способа укротить этот серп. Все подробности записаны матушкой в «Очерках Бессмертного Дворца Лавы».

Нин Чжо кивнул, показывая, что запомнил все наставления, а затем спросил:

— Мама, я бы хотел рассказать о наших секретах – в том числе об этом – старшему брату Суню. Что думаешь, можно?

Мэн Яоинь слабо улыбнулась и погладила Нин Чжо по голове:

— Можно.

— Раньше матушка велела тебе хранить молчание, потому что боялась утечки тайн. В конце концов, незнакомцам нельзя доверять слепо.

— Но за столько лет матушка собственными глазами видела поступки и поведение Сунь Линтуна.

— Должна признать, Сяо Чжо, тебе чертовски повезло с удачей.

— Он из тех людей, кому можно доверить свою судьбу и жизнь.

— Конечно, лишь по сей день. Люди имеют свойство меняться, так что тебе нужно постоянно наблюдать за ним и сохранять бдительность.

— А вот «Очерки Бессмертного Дворца Лавы» пока ему не показывай. Береженого бог бережет, всегда оставляй себе путь к отступлению. Если его сердце не дрогнет и в будущем представится более подходящий момент, тогда и покажешь ему эти записи.

Нин Чжо слегка покачал головой, и в его взгляде застыла непоколебимая решимость:

— Я верю старшему брату Суню!

Мэн Яоинь на мгновение замерла:

— Сяо Чжо, ты совсем взрослый. У тебя есть собственное мнение, и матушка этому очень рада. Поступай так, как считаешь нужным.

Увидев, что матушка поддерживает его, Нин Чжо просиял и устремил на нее взгляд полный твердой решимости:

— Мама, подожди меня! Я обязательно придумаю способ исцелить твои раны и недуги. Я вырву тебя из Бессмертного Дворца Лавы!

Сердце Мэн Яоинь дрогнуло: она знала, насколько умен Нин Чжо, и понимала, что он наверняка догадался, зачем именно она оставила ему это наследство.

Если же вспомнить, что в последние годы промежутки между приступами амнезии становились всё длиннее, а в течение года она сохраняла ясный рассудок от силы неделю-две…

Нин Чжо не мог не понимать: разлука матери с сыном была уже совсем близко.

Она наклонилась и крепко прижала Нин Чжо к груди.

Нин Чжо больше не плакал – он лишь мертвой хваткой вцепился в Мэн Яоинь.

…

Нин Чжо «обнаружил» подземную базу вместе с Сунь Линтуном, завладев Облачным Бутоном, демоническим серпом и прочими припасами для культивации, включая Платок Плывущих Облаков.

Среди них лежали и «Очерки Бессмертного Дворца Лавы».

Сунь Линтун не удержался от вздоха:

— Сяо Чжо, твоя матушка вложила в это всю душу. Она специально устроила тайник и не отдала всё перед самой смертью. Во-первых, опасалась, что кто-нибудь пронюхает и попытается убить тебя ради сокровищ. А во-вторых, боялась, что ты разбогатеешь в юные годы, заленишься, забросишь учебу, погрязжешь в праздности и перестанешь развиваться, опираясь лишь на заслуги предков.

— То, что ты смог пройти испытания твоей матушки и по подсказкам отыскать это место, – целиком и полностью твоя заслуга. Именно этого она и хотела.

— Ты отлично справился!

Нин Чжо покачал головой:

— Если бы не ты, старший брат, и твои уроки ремесла воровства, как бы я разгадал загадки и добрался сюда? Спасибо тебе, братуха!

Сунь Линтун тут же задрал нос, упер руки в боки и самодовольно усмехнулся:

— То-то же!

Нин Чжо глубоко вздохнул, подавляя волнение, и уже собирался выложить Сунь Линтуну всё как на духу.

Но Сунь Линтун неожиданно посерьезнел:

— Облачный Бутон – вещица убойная. Судя по записям на нефритовой табличке, он должен противостоять Формуле Прослеживания Истоков и прочим следственным техникам.

— Сяо Чжо, это бесценное сокровище для самозащиты, используй его с умом.

— Раз уж ты метишь на Бессмертный Дворец Лавы, в будущем тебе неизбежно придется сталкиваться с самыми разными расследованиями. Я давно хотел уговорить тебя вступить в Секту Непустоты именно потому, что у них есть тайные техники, способные отразить подобную слежку. Но по уставу секты учиться могут только официальные адепты. Этот Облачный Бутон как раз закрывает твою главную брешь.

— Впрочем, «Очерки Бессмертного Дворца Лавы» я читать не буду.

— Да и вообще, впредь не посвящай меня в такие оставленные твоей матерью вещи.

Нин Чжо опешил:

— А? Почему?

— Эх ты, балбес, — укоризненно произнес Сунь Линтун. — Я же только что сказал про Формулу Прослеживания Истоков. Забыл, что я тебе рассказывал о дознавателях из Государства Наньдоу?

— Нам нужно хранить тайны друг друга. Тогда, если кто-то из нас в будущем попадется, убытки будут минимальными и других товарищей это не зацепит.

Сунь Линтун, которого за годы воровства ловили уже не раз, имел в этом деле богатый опыт и обладал полным правом голоса.

— Если в один прекрасный день ты или я попадемся, и душу у нас вывернут наизнанку, разве это не даст врагам ниточку, по которой они вытянут всю цепочку и сцапают нас оптом? И наоборот: пока хоть кто-то из нас остается на свободе, шансов вытащить товарища куда больше, верно?

Нин Чжо мгновенно прозрел:

— Не зря старший брат еще в детстве твердил мне, что беречь свои секреты – самое правильное решение.

— То-то же! Я ведь твой старший брат, — Сунь Линтун снова упер руки в боки и самодовольно захихикал.

…

Нин Чжо втайне засел за изучение «Очерков Бессмертного Дворца Лавы».

В нефритовой табличке подробно описывалось, как Мэн Яоинь проникала в Бессмертный Дворец, как раз за разом испытывала его пределы, искала лазейки и как, заняв должность главного управляющего по ремонту и строительству, пробралась в главный зал, взошла на трон и получила доступ к крошечной толике полномочий хозяина дворца.

В «Очерках» черным по белому было написано: «Во Дворце Лавы должен быть дух дворца, но мне так и не довелось его встретить».

Мэн Яоинь предполагала, что этот дух невероятно ослаблен и круглый год пребывает в спячке, из-за чего дворец функционирует сам по себе, неуклонно теряя в стандартах.

«Что?! Мама обладала культивацией Золотого Ядра?!»

«Хотя, разумеется: с Облачным Бутоном скрывать уровень силы для нее проще простого».

Нин Чжо испытал потрясение, но тут же успокоился.

В его голове зароился рой мыслей, порождая новые вопросы: почему матушка скрывала свое имя и как она сошлась с батюшкой? Неужели батюшка тоже был практиком Золотого Ядра?

Едва ли!

Хотя Нин Чжо никогда не видел родного отца, многое ему удалось узнать со слов мамы и сородичей.

Он знал, что его отец, Нин Чжун, был предан клану до мозга костей, гордился им и отличался прямым нравом. Вряд ли он, подобно Мэн Яоинь, скрывал свою истинную силу.

«Во Дворце Лавы полно механических сооружений: пятиэлементные пушечные башни, плацдармы для смотра войск, медицинские павильоны и тому подобное».

— Должность матушки происходила из одного из таких мест.

— В будущем я должен последовать ее примеру: накапливать заслуги и обменивать их на посты.

— Хм, должности связаны отношениями подчинения. Быть может, мне тоже стоит завязать побольше знакомств, объединить усилия, чтобы разом захватить какое-нибудь механическое строение и монополизировать связанные с ним посты?

Нин Чжо продолжил чтение.

— Семья Чжэн? Тц!

— Два предка семьи Чжэн уровня Золотого Ядра неоднократно чинили матушке препятствия.

— Пусть ее травмы и не их рук дело, но они то и дело вмешивались, вступая с ней в стычки и мешая залечивать раны – и это неоспоримый факт.

— Когда у меня появится шанс, я обязательно верну им должок!

Нин Чжо не забыл о главном: он принялся тщательно изучать способы управления механическим серпом.

Лишь из «Очерков Бессмертного Дворца Лавы» он узнал истинное имя демонического клинка – Коса Большого Змея!

Он досконально изучил три способа ее укрощения.

Первый – техника запечатывания, требующая не менее чем уровня Золотого Ядра.

Второй – переплавка, еще более сложная процедура, для которой необходима плавильная печь высшего качества.

Третий – извлечение детали из точки на семь дюймов с периодическим возвращением ее на место, чтобы старая и новая злоба сталкивались и взаимоуничтожались в стычках.

…

Когда Нин Чжо исполнилось восемь лет.

Наблюдая, как механическая змея пожирает трупы культистов один за другим, Сунь Линтун не удержался от похвалы:

— А ведь зачищать поле боя с ее помощью чертовски удобно.

— Последние два года она здорово помогала нам выкашивать сильных врагов. Мы только приноровились к ней, а ты правда хочешь «подарить» ее семье Чжэн?

Нин Чжо кивнул:

— Она становится всё свирепее.

— Сила печати, оставленная матушкой, исчерпана. Ни у одного из нас нет уровня Золотого Ядра, чтобы запечатать ее заново.

— Для переплавки у нас нет подходящей печи – она есть только у семьи Чжэн.

— А взаимное истребление злобы исчерпало себя: первородный дух уже не так силен. Если продолжить в том же духе, новая кровожадность полностью заглушит старую, и наш контроль над Косой Большого Змея упадет до минимума!

— При удобном случаем отдадим ее семье Чжэн, приложив в придачу чертежи механизмы. По моим расчетам, нрав двух стариков из семьи Чжэн не позволит им упустить такую добычу, и в них тут же взыграет страсть перековать Косу Большого Змея.

— Мы уже практически подмяли под себя черный рынок и отныне будем безостановочно скупать Мягкое Железо Ночного Ветра.

— Когда семья Чжэн приступит к переплавке, они неизбежно выберут лучший материал – именно Мягкое Железо Ночного Ветра.

— Тогда я просто замешаю первородный дух прямо в это железо и сыграю на том, что семья Чжэн ничего не заметит!

Сунь Линтун широко улыбнулся, и его глаза засияли:

— Гениальный план, просто гениальный. Сокровища Империи Ночного Дождя разительно отличаются от нынешних законов культивации, так что вероятность того, что эти деревенщины из семьи Чжэн распознают первородный дух, ничтожно мала.

— Я сам отнесу Косу Большого Змея и заброшу ее в Бессмертный Дворец Лавы.

— Хм…

— Только отдавать ее напрямую старейшинам семьи Чжэн нельзя. Придется выбрать подходящего пешку и пустить дело через вторые руки. Хи-хи-хи!

(Конец главы)