Тайны Бессмертного Кукловода Том 1 Глава 689 Чудесно, просто до смерти чудесно!

В Пещерной обители Скалы Юй Хэе восседал на главном месте, а Нин Чжо стоял перед ним.

Хотя Нин Чжо с помощью толпы культиваторов ступени Основания разгромил всех подручных Юй Хэе, в сердце последнего это лишь подтверждало наличие у парня влиятельных тайных покровителей.

Юй Хэе по-прежнему воспринимал Нин Чжо исключительно как скромного юнца на стадии Основания.

Нин Чжо не принял это близко к сердцу и заговорил сам:

— Старший Юй, при изучении Обратного Демонического Искусства Пяти Элементов у меня возникло несколько вопросов. Первый из них касается строки: «Сердечный огонь вытягивает три доли крови, превращаясь в багряную ци словно в густой сироп». Младший эту технику не практиковал, но даже просто изучая трактат, может заключить, что при подобном циркулировании ци сердечные меридианы придут в исступление, а кровь побежит слишком быстро. Не подскажете, как вы в своей повседневной практике справляетесь с этим побочным эффектом?

Познания Нин Чжо в пяти элементах достигли невероятных высот, но он никогда не культивировал Обратное Демоническое Искусство Пяти Элементов, так что его изыскания ограничивались лишь бумажной теорией. И хотя он понимал саму суть этой техники, вопросов у него оставалось немало.

Юй Хэе презрительно усмехнулся:

— Справляться? С чем тут справляться? Просто вытягивай и используй.

С этими словами он растопырил пальцы правой руки ладонью вверх и вытянул из тела сгусток чистой крови.

Кровь была темно-багровой, извиваясь и пульсируя, словно живое существо.

Юй Хэе продолжил:

— Вытянув ее, чувствуешь себя так, будто ухватился голой рукой за раскаленное железо – ее нужно тратить немедленно, иначе дикий жар попросту не укротить!

Он резко сжал кулак, и сгусток крови в тот же миг сжался, уплотнившись и превратившись в алое пламя, окутавшее его кулак и запылавшее с яростным треском.

— Исступление сердечных меридианов и бешеный ток крови – это не бремя, а мощнейшее подспорье в бою!

— Помыслы должны пылать подобно степному пожару: стоит мысли родиться, как кровь уже обращается в ци и пылает жарким пламенем.

— С чем тут справляться? Промедлишь хоть мгновение – и тебе просто выжжет сердце!

Нин Чжо на миг умолк, после чего едва заметно кивнул.

— Вот как. Клин клином вышибают, бешеной скоростью подавлять жестокость… Ну а как старший истолковывает строчку: «Дворец печени взращивает древесную эссенцию, что течет через Извилистый коридор и вливается в врата Чжанмэнь»? Что означают слова «пройти через Извилистый коридор»? Подобный ход циркуляции неизбежно вызовет застой в меридианах, уподобляя их обвитому лианами сухому дереву. Чем чаще повторять это, тем глубже будут шрамы от побочных эффектов.

Юй Хэе кивнул:

— И впрямь застой.

— Гляди-ка. — Он засучил левый рукав, обнажая глубокий, до самой кости, старый шрам на внутренней стороне руки, от которого исходила сине-черная аура древа.

Мышцы вокруг шрама были свиты в узловатые узлы, от них веяло жутковатой жизнеспособностью, казалось, будто под кожей шевелятся крошечные корни.

— Видал?

— Вот это мне и оставили регулярные проходы через «Извилистый коридор»!

— Порождающая ци Двореца печени агрессивна и капризна, словно корни старого дерева. Из-за слишком частых тренировок этот узел почти наглухо забит. Но я придумал выход.

С этими словами он сложил пальцы ножом и несколько раз чертанул по воздуху возле «точки Чжанмэнь» на своем левом боку. С кончиков его пальцев сорвались струйки сизоватой ци, выписав в воздухе причудливую змеевидную траекторию.

— Извилистый коридор похож на нарост на старом дереве, это практически тупик.

— Поэтому я следую природе древа: обвиваюсь вокруг него лианой, двигаясь по его рисунку. При циркуляции я держу мысль на точке Чжанмэнь, используя эту точку как «корень», и направляю древесную эссенцию побегами весенней лозы – часть ее просачивается через Извилистый коридор, а львиная доля огибает его по бокам.

— Пусть путь и получается обходным, расходуя немало жизненной силы, зато это спасает от участи, когда древесная аура намертво закупоривает меридианы и идет обратной волной, разрушая Дворец печени!

В этот момент в его глазах промелькнула смесь суеверного ужаса и торжества.

Эту хитрость он выстрадал в тот день, когда находился на волосок от гибели из-за очередного отклонения ци.

Нин Чжо все прекрасно понял.

Глядя на стоящего перед ним Юй Хэе, он поймал себя на мимолетном чувстве жалости.

«При таком подходе к тренировкам он будет сходить с ума от отклонения ци с ужасающей частотой».

«Все эти уловки, судя по всему, – плод горького опыта, выстраданный кровью и потом после бесчисленных срывов».

«И наверняка у него припасено еще немало подобных секретов».

Подобные трюки, безусловно, были близоруким решением.

Но что поделать, раз уровень постижения пяти элементов у самого Юй Хэе был столь низок?

Нин Чжо обладал привычкой видеть по малому целое и по одной этой мелкой хитрости с легкостью раскусил истинный уровень владения пятиэлементной системой Юй Хэе.

«С его способностями изобретение подобных мелочей и впрямь позволяет ценой минимальных потерь поддерживать культивацию и удерживать боевую мощь».

«Если накопится достаточно таких мелких трюков, в ходе количественных изменений может произойти и качественный скачок, мало-помалу усовершенствовав Обратное Демоническое Искусство Пяти Элементов».

Многие культиваторские техники рождались и дорабатывались именно таким путем – через постоянные исправления и дополнения.

В этот момент Нин Чжо невольно переполнился эмоциями.

Он вспомнил собственную Формулу Пятиэлементных Духовных Ритмов.

По сравнению с ней Обратное Демоническое Искусство Пяти Элементов выглядело неотеканным булыжником рядом с сияющей жемчужиной.

Юй Хэе практиковал Обратное Демоническое Искусство Пяти Элементов, и каждая тренировка была для него истязанием собственного тела. Чем выше поднималась его культивация, тем больше скрытых недугов и проблем накапливалось.

И все потому, что сильной стороной этой техники было преобразование энергии ци и крови, но само преобразование происходило донельзя грубо и примитивно. Даже обычное прогнание ци по меридианам наносило вред телу культиватора.

То ли дело Формула Пятиэлементных Духовных Ритмов: она задействовала срединный Даньтянь и море ци, позволяя стихиям свободно перетекать друг в друга. Поскольку всё происходило в пределах моря ци, обратный удар от превращения стихий полностью принимало на себя само море ци, сводя вред к нулю.

С Обратным Демоническим Искусством Пяти Элементов всё обстояло куда сложнее: оно позволяло переплавлять кровь в магическую силу, но плоть человеческая – субстанция отнюдь не пустотная, а плотная и густая.

— Сама по себе Формула Пятиэлементных Духовных Ритмов – одна из вершин поднебесных практик, и это при том, что она является лишь одной из трех высших техник трех сек.

— По сравнению с Юй Хэе я поистине везунчик.

— Как только вытащу матушку, я непременно должен заполучить Бессмертный Дворец Лавы в свои руки.

Три высшие техники трех сек, доставшиеся Нин Чжо, ограничивались главой Основания, не содержав ступени Золотого Ядра. Ему предстояло искать ответ в колоколе передачи учения Бессмертного Дворца Лавы.

Странствуя по Секте Десяти Тысяч Явлений, Нин Чжо не сделал особого рывка в культивации, зато его боевая мощь совершила поистине головокружительный скачок.

— И вот теперь, столкнись я снова с Мэн Куем, я уж точно не буду чувствовать себя столь беспомощным и жалким.

Отогнав праздные мысли, Нин Чжо обратился к Юй Хэе:

— Уловка старшего – отвести застой древесной ци и проложить новые пути для циркуляции – поистине изящна. Однако…

— Судя по тому, что только что поведал старший, буйство сердечного огня требует скорости; переплетение печеночного древа – мягкости и гибкости. Но все это лишь однобокие меры, словно при лечении паводков – когда прорывают лишь один канал. Если же взглянуть на циркуляцию пяти элементов в целом, здесь обнаружится немало изъянов.

— К примеру, как обстоят дела с извлечением крови ради преобразования ее в силу металла?

— Исток острой, режущей ци требует усмирения воинственного нрава, дабы избыток металла не обратился против собственных меридианов. Более того, ему необходима поддержка питающей силы земли (Дворец селезенки), дабы укрепить его упругость, а также подпитка водных ключей (вода гуй), чтобы смягчить иссушающий жар.

— И как же соблюсти здесь баланс?

Нин Чжо сходу уловил уязвимое место.

Сама по себе техника Обратного Демонического Искусства Пяти Элементов была внутренне согласованной, но добавленные Юй Хэе новшества нанесли ее целостности колоссальный ущерб.

Стоило Юй Хэе излишне увлечься стихиями огня и дерева, как это тут же больно ударяло по культивации металла, воды и земли.

Лицо Юй Хэе потемнело.

Его главными стихиями были огонь и дерево, а подспорьем – вода. Огонь буилен, дерево порождает огонь, продлевая время горения, а вода остужает, смягчая урон и сохраняя рассудок ясным.

Юй Хэе с трудом удерживал этот хрупкий треугольник сил.

А металл и земля казались ему лишь обузой, которую приходится тащить на себе!

Баланс?

Чтобы постичь дерево и огонь, Юй Хэе выложился без остатка. На освоение воды у него ушел весь остаток потенциала к обучению.

Откуда ему взять силы еще и на металл с землей?

Вытаращив глаза, Юй Хэе уставился на Нин Чжо:

— Щенок, ты должен понимать, что это демоническое искусство изначально завязано на смертельный риск! Метаться туда-сюда в поисках всеобщей гармонии – это путь, далекий от духа демонических практик.

Заметив замешательство Юй Хэе, Нин Чжо легко улыбнулся:

— Старший, а я тут набросал одну методику. Быть может, она удачно примирит все пять элементов и заставит их вращаться по кругу самостоятельно?

— Принцип предельно прост: выбирается одна из стихий в качестве главной оси, а остальные четыре следуют за ней в порядке порождения, словно колесо.

Юй Хэе презрительно фыркнул:

— Легко сказать! А ну выкладывай, как это воплотить?

Нин Чжо кивнул:

— А это и несложно.

Взмахнув рукой, он пустил в ход духовную силу, выведя прямо перед собой объемную фигуру – не то талисман, не то формацию, – которая зависла в воздухе, не рассеиваясь.

— Вот и зачатки круговорота. Исходя из реального положения старшего, возьмем за главную ось стихию огня.

— Выглядит это так.

Нин Чжо тронул пальцем центр фигуры, и оттуда брызнул сгусток пламени. Огонь увлек за собой узор, заставив его медленно вращаться.

Нин Чжо пояснил:

— Сердечный огонь станет ступицей, началом вращения колеса!

Фигура закрутилась всё быстрее, постепенно приобретая форму колеса.

Юй Хэе скептически усмехнулся, мысленно уже представляя, как эта конструкция под собственным вращением развалится на куски.

Если пустить дело на самотек, всё так бы и закончилось.

Но в следующий момент Нин Чжо легко коснулся пальцем обода колеса, и по нему разлился тонкий голубоватый след воды, сформировавший внутреннее кольцо – словно прохладная плотина, возведенная по краю бушующего пламени.

Нин Чжо пояснил:

— Водные свойства увлажнения накладываются на внешний край ступицы, словно холодная крышка на кипящий котел: жар удерживается внутри, но не сжигает само колесо, служа лишь движущей силой!

Выражение лица Юй Хэе слегка изменилось, но скепсиса он не потерял.

Вода покрывает огонь – подавить-то его можно. Но долго это не продержится, а фигура останется нестабильной; это лишь отсрочка смерти да продление жизни ценой отравления, финал всё равно один – крах.

К тому же вода и огонь несовместимы, и последствия крушения будут куда страшнее прежних.

Нин Чжо, не останавливаясь, провел пальцем серию линий, сплетая из древесной ци густые темно-зеленые прямые, тянущиеся от водного кольца на самом краю к огненному комку в самом центре.

— Вода порождает дерево, дерево порождает огонь! Древесная стихия буйна и легко выходит из-под контроля. Такой порядок связей позволяет опереться на закон взаимного порождения стихий, делая древесную стихию спицами колеса само собой разумеющимся образом!

В этот миг лицо Юй Хэе исказилось до неузнаваемости.

Задумка Нин Чжо была невероятно изящной, убивая двух зайцев разом.

Она не только примиряла несовместимость воды и огня, но и придавала фигуре колоссальную стабильность. Общие контуры усовершенствованной техники уже вырисовывались!

«Неужели… это и вправду осуществимо?»

«Нет, остались еще металл и земля».

«Даже если дальнейшие выкладки провалятся, одна эта структура принесет мне неоценимую пользу. Быть может, доработав ее в дальнейшем, я и впрямь сумею докопаться до истинного плода!»

Нин Чжо качнул пальцем, и ци металла стремительно выписала окружность, образовав второе колесо.

Колесо металла было ровно того же размера, что и водяное, и оба они с гудением вращались вокруг огненного сердца.

Стоило двум колесам столкнуться, как меж ними тут же возникли тончайшие изменения. Металл смягчился водой, его острие притупилось, но сам он стал прочнее! А поскольку металл порождает воду, водяная стихия разлилась шире, получив дополнительную подпитку.

Юй Хэе уже подсознательно вскочил на ноги, забыв про сидение.

Он в упор уставился на сияющую фигуру.

К этому моменту чертеж из духовной силы превратился в шар: в сердцевине – огненный комок, спицы – из дерева, обод – из воды. Рядом вращалось второе кольцо из металла, но без спиц, словно пустое кольцо, кружащееся вокруг пламени и то и дело сталкивающееся с водным ободом.

Юй Хэе невольно вырвалось:

— Потрясающе… Раньше вода рождала дерево, дерево – огонь, и вода поддерживала собой всё, неся колоссальную нагрузку. Но теперь металл порождает воду, возмещая потери и продлевая срок службы.

— Но… всё еще нестабильно.

— К тому же металл подавляется огнем, и стоит истощиться хоть металлу, хоть воде, вся структура рухнет!

Юй Хэе испытывал жгучее сожаление.

Он никак не ожидал, что Нин Чжо зайдет в своих выкладках так далеко. Сейчас он был полностью поглощен этой фигурой!

— Жаль, как же жаль.

— Не хватило всего шага, но преграда высока как небеса!

— Нет, это в принципе невозможно.

Ловя малейшее изменение на лице Юй Хэе, Нин Чжо звонко рассмеялся:

— Старшему не о чем беспокоиться, глядите дальше.

Согнув указательный палец, Нин Чжо сформировал крупицу земной ци, словно семечко, бросив ее прямо в огненный ком.

— Смотрите, как мой металл входит в огонь! — бросил Нин Чжо, и его духовное сознание дернуло за металлическое кольцо.

Колесо металла резко сжалось.

Металл преодолевает дерево, и в процессе сжатия все деревянные спицы одна за другой распались, увлеченные колесом металла прямо в огненное сердце.

Огонь преодолевает металл, а дерево порождает огонь.

Пламя взметнулось до небес, сожгло дерево, стерло металл в ничто и перекинулось на элемент земли, подпитывая его.

Ибо огонь порождает землю.

Семечко земли стремительно разбухло и с глухим звуком лопнуло.

Почти вся земная ци рассеялась, но из нее родилось новое золотое кольцо, резко увеличившееся и расширившееся наружу.

Мгновение спустя металлическое колесо восстановилось, вернувшись к прежним размерам и на прежнее место.

Фигура из духовной силы продолжала эволюционировать: вода рождала дерево, дерево – огонь, и в полном соответствии с этим великим законом пяти элементов сами собой возникали бесчисленные древесные спицы.

В этот миг у Юй Хэе дыбом встали волосы на всем теле!

Будто пораженный молнией, он замер на месте, вперив мертвый взгляд в круговорот пяти элементов.

— Прекрасно… как же это прекрасно!

— Чудесно, просто до смерти чудесно! — ревел он про себя.

Дикий восторг переполнял его грудь, заставляя чувствовать себя так, будто он бредит наяву.

Небеса! Да этот сон был слишком хорош.

В глазах Нин Чжо отражалось пятицветное сияние, и он спокойно пояснил:

— Огонь буен, но когда металл входит в огонь, его острие используется не для того, чтобы ранить себя, а чтобы укрепить дух, отсечь безумные помыслы посреди огня и придать технике чистоту и сосредоточенность. Это и есть «огонь закаляется металлом, свет чист и не рассеивается».

— После этого оставшийся пепел возвращается к истокам, подпитывая тяжелую землю. Добродетель земли способна нести все вещи, и колесо металла возрождается вновь.

— Вот так и выглядит круговорот пяти элементов, бесконечный и вечный.

Спокойный голос Нин Чжо, долетавший до ушей Юй Хэе, прозвучал для того оглушительно громко!

Этот практик поздней стадии Золотого Ядра, в упор глядя на круговорот пяти элементов из чистой духовной силы, чувствовал, как блеск в его глазах разгорается всё ярче, на щеках проступил лихорадочный румянец, а сам он забормотал себе под нос:

— Баланс в движении… пятискоростной круговорот… ступица-огонь ведет за собой… металл закаляет дух… земля питает корни… Чудесно! До чего же чудесно!!

Он был настолько поглощен зрелищем, что подсознательно начал вращать собственную духовную силу, пытаясь подстроить ее циркуляцию под увиденную динамическую схему.

Последствия этого шага оказались чудовищными.

Юй Хэе был к нему абсолютно не готов, да и всё его внимание ушло вовне. Разве можно так легко менять пути циркуляции духовной силы?

Старый порядок рухнул, а новый не успел сформироваться.

Грохот!

Едва успевший сформироваться огненный ком мгновенно взорвался.

Жуткая обжигающая боль пронзила все его тело.

Зрачки Юй Хэе сузились до точек, отразив первобытный ужас.

— Я сейчас сдохну!!