Точка зрения Всеведущего читателя Том 4 Глава 103.1 Точка зрения Всеведущего читателя - Точка Зрения Всеведущего Читателя(1)

Я припомнил, как в первый раз открыл этот роман.

Душное и скучное отделение больницы. Единственный компьютер, стоявший в холле.

Пока я ждал своей очереди, чтобы воспользоваться им, мужчина в фетровой шляпе посторонился, уступая мне место. Экран показывал платформу веб-романов, которую я обожал посещать.

Я в изумлении уставился на дисплей, прежде чем набрать ключевые слова. Кажется, ввел три или около того, но точно не вспомню, что именно. Зато четко помню свои мысли в тот миг. Грифели карандашей, разбросанные по классному полу, индиго-цветное небо за окнами.

Одно я знал наверняка: руки, открывавшие классное окно, напечатали что-то, и это привело к обнаружению этого романа.

[Три Способа Выжить в Разрушенном Мире]

Эта история позволила мне выжить.

[Он определенно не виноват в том, что родилась эта история]

Внутри все ныло от боли. Головокружение одолело, и я осел на пол. Текст перед глазами расплывался, еле читаемым.

[Хан Союнг была tls123.]

Тяжело дыша, я долго пролежал неподвижно. В голове вертелся один вопрос – «Но почему?».

[Почему для такого, как я?]

На какое-то время я отключился. Казалось, даже плакал. Но сколько ни бейся, ни кричи, ни рыдай – написанные строки не изменишь. Хан Союнг отдала 13 лет жизни ради меня, вырезая из себя предложения, чтобы я жил, а потом угасла.

[Ким Док ча]

«Четвертая Стена» звала меня. Я молча вслушивался в следующие слова.

[Ты до л жен чи та т ь]

Я медленно поднялся. Отражение в окнах выглядело в полном хаосе. Тело уже не назовешь взрослым. Рост уменьшился, лицо посвежело. Пальто стало не по размеру. Долго всматривался в это лицо, затем снял пальто навсегда.

— ...Сколько лет прошло?

[Зе мн ое вре мя зде сь н е име ет ни ка ко го зна че ни я]

Я уловил смысл.

Это метро – место, где «Древнейшая Мечта» видит сны. Время других мировых линий не могло мерить «время» в этом поезде.

Честно говоря, после входа в поезд я полностью потерял счет времени.

— Но все равно должно быть субъективное время, правда?

[Око ло 21763 л е т]

— Не так много, как представлялось. Я все еще куда моложе «Скрытного Интригана», верно?

[Все е ще ма ля в ка]

Я уловил хохот «Четвертой Стены». Без нее я бы давно спятил.

С звуком «Па-сусусу» кончик мизинца слегка уменьшился.

Интересно, с какого момента это тянется. Я ничего не предпринимал, но тело продолжало сжиматься. Точнее, не совсем «ничего».

— ....Я продолжу уменьшаться? – Я глянул на крупицы Историй, уплывающие за стеклами, и спросил. – А куда эти Истории деваются?

[В под соз на ни е все лен но й]

— И где это?

[На ми ро во й лин и и, ко тор ую ты н е зн аеш ь]

Роль «Древнейшей Мечты» – воплощать все мировые линии. Даже неосознанно, мое подсознание непрерывно следило за ними.

[Э ти Ис то ри и пе ре родя тс я как е ще од ин Ким Док ча]

— Как еще один Ким Докча?

[Ме та фор и че ск и го во ря, та к он о ие ст ь.]

Кажется, я уразумел, о чем вещает «Четвертая Стена».

Истории вытекали за галактики, устремляясь к иной мировой линии.

Сущность этих Историй – «я».

Как 49%-ная моя копия, живущая с товарищами в 1864-й регрессии, мои осколки могут переродиться «Ким Докча» на другой линии.

— Если это крошечный осколок, трудно назвать того парня «Ким Докча». С таким фрагментом он не будет мной.

[Воз мо ж но, ты пр ав]

Существо с иным именем и лицом. Но оно оживет, воплотит вселенную. Прочтет историю, тронется, узрит мировую линию.

И так же станет ее опорой.

— .....Понял.

Почему-то принцип этой вселенной стал чуть яснее.

Я прижал осыпающиеся пальцы к стеклу. Разрушение ускорилось.

[Ес ли ты сде ла еш ь эт о]

— Это мой способ искупить эту историю.

Не только пальцы, но плечи и ноги начали испускать Истории.

Рассеянные Истории разнеслись по вселенной, становясь предложениями, что поддерживали ее откуда-то.

[Сказать, что, хотя ты и вырос, читая эту историю, тебе не нужно становиться ею.]

Так молвила автор «Путей Выживания» Хан Союнг.

Я ясно слышал ее. Но не мог последовать совету.

Как выбрать иначе перед такой историей?

Закрыв глаза, я увидел обзор всей вселенной в голове.

Хан Союнг создала эту историю.

Ю Джунхек пережил эту историю.

А я ознакомился с этой самой историей.

И таким образом этот мир с трудом приблизился к своему финалу.

[— Докча-сси.]

Из-за существования этой трагедии я встретил определенных людей.

Некоторых из них мне удалось также спасти.

[Ким Докча взирал на бесконечную вселенную без видимого края.]

Теперь я понимал, какое у меня будущее. Каждый миг, тая что-то, я бы распадался. Мои рушащиеся Истории разлетелись бы по бесчисленным мировым линиям, превратившись в «взгляд», что подпирает эту вселенную.

Я утратил бы все воспоминания, все то, что дорого мне. И в итоге во мне осталось бы лишь стремление узреть «следующую историю».

Однако без этого стремления вселенная не смогла бы существовать дальше.

Эта вселенная продолжала повествовать свою историю лишь пока на нее кто-то взирал.

Застыть неподвижно в этой вселенной означало гибель.

Цу-чучучу….

Бесчисленные «я», распыленные на частицы, продолжали разлетаться по множеству мировых линий. Темп рассеивания Истории неуклонно нарастал.

— Если я обо всем забуду… эта боль меня больше не потревожит, правда?

[В кон це ко нц ов, ты ни чег о не вс пом ни шь]

Для того, кто утратил даже память о своей утрате, понятие «потери» просто не существовало.

Подобрав валявшийся на полу смартфон, я заговорил.

— …Интересно, хватит ли у меня времени перечитать это еще раз?

Я открыл файл «Пути Выживания» и прокрутил вверх, пропуская «Слова автора», чтение которых далось мне с трудом.

[Три Способа Выжить в Разрушенном Мире.]

Я принялся перечитывать этот роман с самого начала.

Я добрался до 3-й регрессии Ю Джунхека. Часть историй была мне знакома. Другие же предстали совершенно новыми.

Так называемая окончательная отредактированная версия совпадала с оригиналом, что запомнился мне.

В ней не было «Ким Докча».

Па-сусусу….

Стоило моей Истории рассеиваться, как строки из «Путей Выживания» заполняли меня изнутри. Когда уставал, я ненадолго смыкал веки для отдыха, а потом возобновлял чтение романа.

Пятая регрессия, шестая… 64-я… 129-я…

672-я.

914-я.

1642-я…

Страница неумолимо ползла вниз, и я то ликовал, то скорбел вновь и вновь.

Невозможность оставить комментарии мучила меня. Хотелось еще раз поделиться эмоциями с Хан Союнг. Сказать, что столь далеко я зашел лишь благодаря твоей истории, что полюбил ее больше, чем кто-либо в этом мире.

И вот я читал. Читал, а потом продолжал читать.

Сколько времени я посвятил чтению этой истории?

Цу-чучучу…

[…]

Когда я дошел до эпилога, зрение внезапно помутилось.

Я даже подумал, не ослеп ли от долгого чтения романа.

[Новое обновление завершено.]

Но вскоре зрение начало проясняться. Впрочем, перед глазами предстали не coherentные предложения. Строки и абзацы распались на обрывки.

Слова, лишенные формы цельного романа. И все же я мог их как-то разбирать.

[Мир был разрушен, и рождался совершенно новый.]

Сердце колотилось как бешеное.

Там была история, что я знал назубок.

[Я был единственным читателем, который знал заключение этого мира.]

В этой истории я присутствовал. И…

[— Я Ю Джунхек.]

[— Ах, кажется, я еще не представился. Меня зовут Хан Союнг. Я помощник Ча Санген-ним в группе.]

Они тоже были там.

[— А если бы «сценарии» не начались, что бы с нами было?]

[— Докча-сси, твой Спонсор ведь не кто-то вроде «Одноглазого Майтреи», верно?]

[— Докча-сси, ты раньше бросал ручную гранату?]

[— Аджосси, есть ли какая-нибудь определенная еда, которая тебе нравится?]

Вместе мы одолевали сценарии.

[— Хен, может, ты бог?]

[— Зарядить пушки.]

[— Все, сражайтесь, сколько душе угодно. Я никому не позволю умереть.]

[— Вы чертовы ублюдки!! Опять, вы даже не пришли за мной…!!]

[— Тот, кто мне нравится, это не ты, а «Демонический Король Спасения»…]

[[Баат!]]

Я прожил свою жизнь бок о бок с ними.

[— Следующий сценарий…]

Мы проходили через испытания и не раз оказывались на грани смерти.

Мы встречали Созвездия.

Несколько раз мы одолевали кажущиеся невозможными сценарии.

И наконец достигли конца адских сценариев.

[[Ваш ■■ – «Вечность».]]

Товарищи вернулись к обыденной жизни.

[Некоторые люди восстанавливали разрушенные PC Bang. Они снова расклеивали порванные постеры компьютерных игр. В мире, где апокалипсис был преодолен, люди снова искали другие виды развлечений. Ю Джунхек наблюдал за этим зрелищем и молча сжал правую руку, в которой уже очень давно не держал мышь.]

[Шин Юсунг и Ли Гильюнг были зачислены во временную школу. Это была не начальная, не средняя и не старшая школа – нет, это была, как и подразумевалось под этим словом, «временная» школа. Шин Юсунг была удивлена, узнав, что такое место может существовать в этом мире.]

[Ли Джие долгое время взирала на руины «Школы для девочек Тэпунг», а потом принялась бродить по школьному стадиону. Давным-давно она носилась здесь с друзьями. Без слов уставившись на истертые беговые дорожки, она аккуратно заняла стартовую стойку.]

Пока я читал неумолкающие истории моих спутников, мне пришлось несколько раз утирать слезы.

Так завершалась эта повесть.

Спутники определенно продолжали жить в том мире. Они питались, отдыхали, общались друг с другом. И «я» тоже присутствовал там.

Версия меня на 49%. Ким Докча, помнивший спутников, но не ведавший о «Путях Выживания»…

[И Ким Докча вчитывался в эти строки.]

Однако вскоре…

[— Ты, кто ты, черт возьми, такой?]

Что же творилось?

[— Говори. Кто ты, черт возьми, такой?]

Такого быть не должно было.

[— Я в этом уверена. Ким Докча все еще находится в том месте.]

Но как же...

[— Если у тебя будет шанс пробежать еще раз, ты веришь, что в следующий раз сможешь увидеть все лучше?]

.....Почему?

Цу-чучучу….

Повесть не останавливалась. Та история, что обязана была завершиться, тянулась дальше.

Точнее, они сами выбрали «не завершать её».

[[Стигма «Групповая Регрессия Ур.1» активируется!]]

В полнейшем отчаянии я пробежал глазами по этому сообщению.

Такого происходить не могло. Эта строка никогда не должна была появиться.

Но она неизбежно потянула за собой следующую.

[— Запомни это. У нас есть только одна возможность.]

Спутники снова вступали в битву.

Адские сценарии — места, куда им не следовало возвращаться ни при каких обстоятельствах. И все же мои спутники вернулись туда.

[— Эй, коротышка. На этот раз ты не собираешься подбрасывать монетку?— Знаешь, все равно, сделаю я это или нет.— Что ты имеешь в виду?— Даже если я подброшу ее сто раз, а выпадет только один, даже если только один процент хена останется в том месте, я все равно пойду туда, чтобы спасти его. Потому что этот один процент – все еще хен.]

Затем сценарий запустился. Среди взрывающихся в небе Монет доккэби «Звездного Потока» явно теряли рассудок.

При таком взрывном интересе со стороны Созвездий спутники орали во весь голос.

[— Эй, Абаддон! Выбери меня! В будущем я точно стану в сотни раз сильнее этого закопченного ублюдка!]

[— Генерал-ним! Ты здесь? Я знаю, что ты смотришь на меня прямо сейчас!]

[— Мне не нужны спонсоры, поэтому, пожалуйста, просто дайте мне Монеты.]

[— ….Черный Огненный Дракон, прекрати приставать ко мне с сообщениями, пока я еще веду себя вежливо, хорошо? Я же говорила тебе, что на этот раз не выберу тебя.]

Они, наверное, окончательно спятили.

[Фуфуфу, ты явно не торопился, добираясь до Чунгмуро. Думаешь, что сможешь спасти этого «слабака» вот так? Кстати, вся эта территория теперь принадлежит этому великому землевла....— Может, ты просто заткнешься и отдашь флаг, Гон Пильду?]

Эти безумцы проходили сценарий самыми дикими способами.

Опасные ситуации подстерегали их множество раз, но спутники ни разу не дрогнули.

[[Воплощение «Ли Джие» активирует Стигму «Передача Ур.1»!]]

[— Чертов закопченный ублюдок! Вот почему только ты стал сильнее, из использования подобной хрени!]

«Передача». Уникальный навык регрессоров, позволяющий глубоко «размышлять» о воспоминаниях прошлой жизни и восстанавливать утраченные умения.

[— Уриэль! Великий Мудрец! Черный Огненный Дракон Бездны!]

Благодаря поддержке Созвездий спутникам удалось резко ускорить продвижение по сценариям. Поистине поразительный темп.

[— Мы можем пройти его с помощью Аватаров. Никто не должен умирать.]

Впрочем, это не означало, что они всегда побеждали без потерь.

[— Король-завоеватель. Мои извинения, но ты должен умереть здесь.]

Некоторые из регрессировавших оказались предателями.

[— Если бы ты восстановил свою первоначальную силу, мы все трое вместе взятые даже не смогли бы тобой сравниться, но....— Но как сейчас? Это совсем другая история.]

Я крепко сжал губы.

Эти типы примкнули к регрессии с самого начала, скрывая корыстные цели.

Хуже того, они ударили в ранней фазе сценариев, когда Ю Джунхек был с Ю Мией. Видимо, считали его тогда самым уязвимым.

[Однако это был просчет.]

....Что?

[— Мия-я.]

В тот же миг из уст Ю Мии вырвался длинный клинок.

[Черный Демонический Меч.]

Артефакт высшего ранга, доступный лишь на средних этапах сценариев, теперь был в хватке Ю Джунхека. По коже пошли мурашки. Я и не подозревал, что «Инвентарь» Ю Мии способен на такое…

Излучая сокрушительное убийственное намерение, Ю Джунхек ледяным тоном вымолвил.

[— Умрите.]

Далее строки шли рваными вспышками.

[— «Демонический Король Спасения» в этой регрессии – это я!— Какого черта, мы же договорились, что это буду я! Этот Модификатор мой, нуна!]

Спутники не уступали никому, и…

[[Большинство Созвездий демонстрируют свою враждебность к Воплощениям «Компании Ким Докча»!]]

Они ни разу не пошли на компромисс ни с кем.

«Компания Ким Докча» без самого Ким Докча упорно продвигалась через сценарии в умеренном, ни быстром, ни медленном ритме.

Часть сцен описывалась кратко и просто, а другие полностью пропускались. По мере продвижения по сценариям сегментация сцен ухудшалась все больше. Похоже, вместо полноценных описаний остались лишь грубые эскизы мыслей.

Спутники из 20-го сценария вдруг появлялись в 15-м, а потом их замечали уже в 35-м. Но никто не сомневался в их присутствии там. Я мог ясно их вообразить.

[Они были вписаны на пустых полях.]

Они неслись по снежному полю сценария. Шаг за шагом, по одному предложению за раз, они продвигались. Постепенно они приближались ко мне.

Наблюдая за ними, я чередовал плач и сон. Чем больше затуманивалось сознание, тем острее становилось желание. Я понимал, что не стоит так думать, но удержаться не мог.

[Я хочу еще немного почитать эту историю.]

Так я разбирал разрозненные предложения и то, что шло следом. Я додумывал, что могло скрываться между ними, блуждая в потемках.

Перспектива, неподвластная автору и непредсказуемая для любого читателя.

В этом зазоре меж строк, куда не проникали предложения, товарищи методично доводили сценарии до конца.

[В этом зазоре меж строк, куда никто не мог вторгнуться в их судьбы, они пребывали богами этой истории.]

Погружаясь в их повествование, я не раз отключался. Скорость чтения падала все ниже, а моя собственная История медленно угасала. В это время фразы моих спутников упорно нарастали. До 98-го сценария, затем к 99-му. Фразы, выкованные их жизнями, стройно выстраивались друг за другом. И наконец...

[Они достигли той развязки, что она сочинила.]

Последняя фраза истории возникла у моего порога. Это был финал «Путей Выживания» — той самой истории, брошенной на полпути. Именно поэтому она так и не завершилась.

От этой крайней фразы повествования донесся шум. Шум, будто кто-то звал другого. Или словно стук в дверь.

Смартфон вырубился с хлопком «таб!», и на его смоляно-черном экране отразилось мое детское лицо. Я рыдал.

[Ким Докча медленно поднял голову.]

Я ощутил легкую вибрацию метро. Когда это началось?

Тук–!

Кто-то колотил в заднюю дверь вагона.