Точка зрения Всеведущего читателя Том 5 Глава 102.4 Слова автора [4]
[«Звёздный Поток» смотрит на своего творца]
Её веки, налитые свинцовой усталостью, медленно закрылись. Погружаясь в вязкое море беспамятства, Хан Соён слышала голос Короля Токкэби:
— Пожалуйста, отдыхайте и спите, моё благородное божество.
А на следующий день последняя глава «Способов выживания» была завершена.
***
「Три способа выжить… Я забыл парочку, но одно можно сказать наверняка. Это…」
Закончив печатать самое последнее предложение, Хан Соён долго сидела с закрытыми глазами. Она знала, что этот день рано или поздно наступит. Но теперь, когда он наконец пришёл, всё казалось нереальным.
Её многолетняя работа наконец подошла к концу.
Когда она медленно оглянулась, Король Токкэби, как она и ожидала, стоял позади. Глазами, полными глубокого трепета, он смотрел в монитор компьютера.
— Эй, ты, – позвала Хан Соён.
— Да, мой бог.
— Не мог бы ты, ну… не делать этот роман платным?
— Дорогое божество-ним, даже если я этого не сделаю, история всё равно начнётся.
Хан Соён лишь горько улыбнулась Королю Токкэби, который говорил как упрямый фанатик.
За окнами брезжил рассвет. Солнце взойдёт, а когда придёт время ему снова зайти, в этот мир нагрянет апокалипсис.
「И тогда начнётся история Ким Докчжа.」
— И мне суждено исчезнуть, верно?..
Кр-р-р-р-р-р…
Её История, те крохи, что от неё остались, слегка затрепетали. Бывают истории, которые не кажутся выдающимися или особенными, но всё же требуют негласной жертвы ради своего завершения. Для неё «Способы выживания» были именно таким романом.
[Ваша экзистенциальная История находится в шатком состоянии]
Если будущее, которому предстояло развернуться, было верным, её эго вскоре растворится в безбрежном подсознании основного тела. И только после того, как основное тело изучит навык «Аватар», она возродится с крохотной частицей старых воспоминаний. А затем отправится проживать 1863-ю регрессию.
「Если всё действительно так, то ради чего я жила?」
Хан Соён отрешённо подошла к окну. Свет за бледными небесами становился всё ярче, а звёзды угасали.
[Всё уже написано и в то же время всё ещё пишется.]
Так ей сказал «Внешний Бог», отправивший её в 1863-ю регрессию. Вселенная повторяющегося цикла. И в этой вселенной результат рождал причину, а причина в итоге становилась результатом.
Чтобы создать законченную историю, результат отвергал причину, в то время как причина пожирала результат ради собственного существования. В тот момент, когда она осознала это великое и таинственное правило, Хан Соён подумала, что этот мир похож на шахматную доску. Шахматную доску, стремящуюся к высшей степени завершённости, которой правит некая гигантская «воля» неизвестного происхождения и формы.
Даже будучи творцом апокалиптических сценариев, разве она не была всего лишь очередной фигурой – «конём» – на этой шахматной доске вселенной?
Чувствуя, как накатывают волны сонливости, она медленно поднялась со своего места.
[Ваша ментальная сила достигла предела!]
Хан Соён, борясь с ужасающей усталостью, нащупала одежду, оделась и вышла из комнаты. Час был ещё совсем ранний, но люди, просыпающиеся спозаранку, уже должны были собираться на работу. Король Токкэби следовал за ней.
Она обратилась к нему, даже не оборачиваясь:
— Ты хорошо потрудился, редактируя роман всё это время.
— Если выйдете наружу, вы умрёте.
Она и так это знала. Потому что вставало солнце.
Хан Соён посмотрела на утреннюю зарю и произнесла:
— Моя роль в любом случае закончена. Дальше ты сам справишься, верно? Всё закончится, когда ты передашь ему текстовый файл в назначенное время. Я на всякий случай написала и ту исправленную версию, о которой мы говорили. Но… она не закончена, так что позже сам решишь, что с ней делать.
— Но…
— Прошло более десяти лет. – Хан Соён пристально посмотрела на Короля Токкэби, который был на несколько ладоней выше неё. — Разве я не могу сделать то, что хочу, хотя бы один раз?
Причина, по которой она пришла в этот мир, заключалась в том, чтобы ещё раз встретить Ким Докчжа, с которым она столкнулась в 1863-й регрессии.
Она не спеша размяла мышцы и начала бежать.
「Хан Соён представила Ким Докчжа, идущего на работу в Минософт.」
Время от времени она слышала новости от Короля Токкэби, были ещё и комментарии, которые писал сам Ким Докчжа. Так она узнала о нём очень многое.
[Автор-ним! С этого года я буду жить самостоятельно!]
[Теперь я живу рядом с этим местом. И читать об этом в романе действительно странно.]
[Вы слышали о Минософт? Было бы здорово, если бы по вашему роману сделали игру. Может, мне предложить это…]
Она знала, когда он стал независимым от своей трагедии, и с какого момента начал иметь дело с трагедией новой. А также в какой форме предстала эта новая трагедия.
[Эго основного тела пытается пробудиться от сна!]
[Предупреждение! Период самостоятельной активности завершён!]
[Дальнейшее осуществление контроля приведёт к тому, что ваше эго…]
Хан Соён игнорировала сообщения и продолжала бежать. Она бежала и бежала, пока не начала задыхаться. Она бежала изо всех сил, и единственное, что занимало её мысли – это слова, написанные Ким Докчжа.
[Автор-ним, я не помню, сколько раз говорил это раньше, но…]
Эти слова… она их все забудет.
[Ваши действия являются серьёзным нарушением Вероятности]
Она забудет воспоминания о 1863-й регрессии.
И она забудет тот факт, что написала определённый роман.
[Ваша История исчезает]
Она забудет, что история существовала лишь для её единственного читателя.
Однако, даже если так, даже если она всё забудет…
「Бег Хан Соён медленно сошёл на нет.」
Вот он. Человек, который долгое время существовал для неё лишь в виде текста с того самого дня, когда она в последний раз видела его в отделении скорой помощи.
「Вдалеке шёл Ким Докчжа.」
Это было то самое лицо Ким Докчжа, которое она помнила.
Человек, который пришёл в её 1863-ю регрессию. Человек, которого она хотела увидеть снова. Несносный тип со своей манерой подлизываться. Человек, который мог бессовестно лгать и не краснеть. Человек, рядом с которым ей было весело, потому что они могли вместе о чём-то соврать и посмеяться.
— …
Человек, который её не помнил.
— !..
Голос не желал повиноваться. Она не могла понять, то ли оттого, что горло перехватило, то ли оттого, что контроль над телом ускользал от неё.
Хан Соён, пошатываясь, подошла ближе к Докчжа. Несколько прохожих, задевших её, подозрительно оглянулись.
Ким Докчжа спускался по ступеням метро.
Ким Докчжа в наушниках, читающий что-то в телефоне на ходу.
Она знала, что именно он сейчас читает.
— !..
Она едва нашла в себе силы крикнуть, но голос так и не прозвучал. Поэтому она отчаянно бросилась за ним вдогонку.
[Благодаря истории, которую вы написали, автор-ним, я смог дожить до этого момента.]
Хан Соён тоже смогла выжить, читая слова своего единственного читателя.
Благодаря им она смогла написать следующую часть жизни Ю Джунхёка.
Благодаря этим словам она смогла вынести свои скучные и душные подростковые годы – те дни, в которые она никогда не хотела бы возвращаться.
[Поезд следует до…]
Она заметила Ким Докчжа на платформе, ожидающего поезда. Человек, прячущийся внутри маленького мира, созданного из букв, чтобы защитить себя, стоял прямо там.
Ким Докчжа, который ничего не знал о грядущем апокалипсисе.
Ким Докчжа, которому предстояло жить в огромном мире «Способов выживания».
Ким Докчжа, которому предстояло встретить протагониста, которым он так жаждал стать.
Ким Докчжа, который станет «Демоническим Королём Спасения».
Ким Докчжа, который многократно пожертвует собой ради товарищей и в итоге придёт в 1863-ю регрессию и встретит её.
Ким Докчжа, которому суждено стать «Древнейшей Мечтой» – цена, которую он заплатил за слишком сильную любовь к определённой истории.
[Ваше ментальное состояние рушится!]
[Эго основного тела восстанавливает контроль]
[Ваша История угасает]
Ноги налились тяжестью, руки больше не хотели двигаться. Тело постепенно переставало быть её собственным.
Даже тогда Хан Соён хотела сказать ему.
「Сказать ему, что он определённо не виноват в рождении этой истории. И сказать ему, что то, что ему предстоит пережить – не его грехи.」
Потому что её последние 13 лет существовали только ради того, чтобы сказать ему эти слова.
「Сказать, что хоть ты и вырос, читая эту историю, тебе незачем становиться ею.」
Она едва успела протянуть руку, кончики пальцев коснулись плеча Ким Докчжа.
[Ваше эго переходит в «подсознание»]
Ким Докчжа почувствовал прикосновение к плечу и оглянулся.
Однако волна спешащих на работу людей подхватила его, и его затолкнуло в вагон метро.
А когда толпа схлынула, на пустой платформе осталась только Хан Соён с ошеломлённым выражением лица.
— Что за?.. Какого хера я здесь стою?! – Хан Соён склонила голову набок, а затем с силой почесала затылок, недоумевая вслух: — Неужели у меня опять лунатизм обострился?!
Она проверила время на телефоне и взорвалась от раздражения:
— Вот же… Блять… Я ещё даже сегодняшнюю главу не дописала!
***
[История «Предвкушение Плагиата» сплагиатила ваши утраченные воспоминания!]
Кр-р-р-р…
— Хан Соён?
Кр-р-р…
— Хан Соён!
Сквозь жуткий звон в ушах она услышала, как кто-то зовёт её.
— Хан Соён!
И в следующее мгновение мощный удар по затылку помог ей прийти в себя. Боль, разлившаяся в затылке, была адской. Она уже знала, какой дурак мог так безжалостно её ударить.
— Джунхёк-сси! Что ты делаешь, зачем так сильно её бить?! Ты же мог убить её прямо в момент пробуждения!
Соён медленно подняла голову и увидела Ли Сольхва, поддерживающую её, а также Ю Джунхёка с его вечно хмурым видом. И остальных членов «Компании Ким Докчжа». Чон Хивон, Ли Хёнсон, Шин Юсын, Ли Джихё… Товарищи, с ног до головы покрытые пылью.
Хан Соён пристально смотрела на них, словно изучая каждого присутствующего. В конце концов её взгляд остановился на Ю Джунхёке.
— Кажется, теперь я понимаю, что ты чувствовал, когда наконец вспомнил о 0-й регрессии...
— Что за чушь ты несёшь?
— Я помню...
Хан Соён оглядывалась по сторонам, словно всё происходящее до сих пор казалось ей нереальным. Затем она медленно посмотрела назад. Там виднелось поле, затянутое густым туманом, созданным из букв. Это были врата, через которые они только что прошли, и преграда, на которой она едва не погибла.
Ли Джихё, проверяя состояние Хан Соён, спросила:
— Онни, ты правда в порядке? Ты бормотала что-то невнятное про то, что собираешься подписать какой-то контракт на издание романа и всё такое…
[История «Предвкушение Плагиата» прекратила своё повествование]
Хан Соён посмотрела на свои дрожащие руки.
Почему эти воспоминания вернулись к ней только сейчас?
Нет, подождите – а были ли они вообще реальны?..
「Давным-давно она написала определённую историю этими самыми руками.」
Слабые воспоминания, которые всё ещё были переполнены живостью.
Хан Соён выстроила свои мысли по порядку: почему она здесь, что произошло до сих пор и что ей нужно сказать сейчас.
— Я… «Способов выживания»…
Хан Соён едва успела сделать пару вдохов, и как раз когда она собиралась снова открыть рот, Ю Джунхёк резко прервал её:
— Хватит тратить время на ненужные замечания, выдвигаемся.
Она подняла голову, услышав эти слова.
[Основной сценарий обновлён!]
[«Последний Сценарий» начинается]
Даже глядя на сообщения сценария, разворачивающиеся перед её глазами, она всё ещё не чувствовала, что всё это по-настоящему. Но она знала, почему эти сообщения парят в её поле зрения.
「Товарищи снова прорвались сквозь 99 сценариев.」
— Почему ты такая заторможенная?..
Это была трагедия, которую она привела в движение. И те самые люди, которые столкнулись с этой трагедией лицом к лицу, протягивали ей свои руки.
— Пойдём, Соён-сси.
Ю Сан-А слегка коснулась спины Хан Соён и пошла вперёд.
Спины её товарищей, идущих впереди, казались размытыми, туманными.
Это было невозможно. Такого нельзя было достичь просто из желания спасти кого-то другого.
И всё же они это сделали.
Вдали виднелась стена из букв, закрывающая край света.
«Последняя Стена».
Товарищи обменялись понимающими взглядами и начали один за другим доставать оружие – и одновременно с этим издалека донёсся рёв Созвездий.
Ю Джунхёк, наблюдая за этой сценой, тоже обнажил свой «Меч Чёрного Небесного Демона».
— Этот придурок за той стеной.
Токкэби из Бюро преграждали им путь, а у самой Последней Стены виднелась фигура Короля Токкэби. Хан Соён медленно вдохнула воздух и поднялась с места.
Это действительно была длинная история. И, наконец, её Заключение было прямо перед её глазами.
「Они наконец достигли заключения, которое она написала.」