Точка зрения Всеведущего читателя Том 5 Глава 103.5 Точка Зрения Всеведущего Читателя [5]

В пространстве тьмы, словно занавес опустился после последнего акта.

Хан Соён открыла глаза. «Око Истины» расширилось, излучая слабые лучи света, и постепенно она смогла разглядеть окружающую обстановку.

Что вообще произошло?..

[Вы нарушили выравнивание и разрушили решающую Вероятность мировой линии!]

[Ваши действия повлияли на ■■ «Древнейшей Мечты»!]

[■■ «Древнейшей Мечты» меняется!]

Следом всплыли неразборчивые системные сообщения.

Но всё это не имело значения. Важным было спасение Ким Докчжа.

Хан Соён сфокусировала зрение на присутствии, которое почувствовала перед собой. Она заметила нечто тёмное, припавшее к земле.

— Ю Джунхёк, это ты?..

— Да…

Хан Соён, пробираясь на ощупь, как слепая, приблизилась к нему, но тут же вскрикнула:

— Эй, придурок! Ты что творишь?! Зачем ты душишь маленького ребёнка?!

— Это не просто ребёнок. Это Ким Докчжа.

— Это «оребёнковленный» Ким Докчжа!

Она поспешно выхватила Докчжа из его рук и поднесла палец к маленькому носу. Соён почувствовала очень слабое, поверхностное дыхание.

Но почему? Что-то в его нынешнем состоянии казалось неправильным. Что это за чувство, будто он может рассыпаться на кусочки в любую секунду?..

— Что с ним не так?

— Его История повреждена слишком сильно. Я уже дал ему Пилюлю Жизни и Смерти, но... она не действует.

Им нужна была Ли Сольхва. Однако присутствия остальных спутников поблизости не ощущалось. Похоже, только Ю Джунхёк, Ким Докчжа и она сама оказались заперты в этом отдельном пространстве.

Враждебным взглядом Хан Соён окинула пустоту. Был только один виновник, способный на такое.

— Четвёртая Стена! Хватит ломать комедию, выпусти нас!

Вместе со звуком «Кр-р-р!» во тьме появился расплывчатый силуэт. Там стоял мальчик-токкэби в фетровой шляпе. Его лицо было исполнено неописуемой печали и чистоты.

Хан Соён недолго изучала «Четвёртую Стену», прежде чем спросить:

— Это твой настоящий облик?..

「И мен но так.」

Он больше не напоминал тот образ, который она видела в своих воспоминаниях. На этом лице не осталось и следа зрелого токкэби. «Четвёртая Стена» обратилась к ней:

「Про шло дей стви тель но мно го вре ме ни.」

Хан Соён подумала: возможно, «Четвёртая Стена» была в той же лодке, что и Ким Докчжа. Она тоже могла всё забыть и постепенно превратиться в ребёнка, проживая неисчислимые века.

Поправляя одежду Ким Докчжа, Хан Соён спросила:

— Ты защищала Ким Докчжа по моему приказу, верно?

「Ка жет ся да.」

— Ты передала Ким Докчжа файлы «Способов выживания», так? И продолжала помогать ему всё это время.

«Четвёртая Стена» не ответила. Она лишь смотрела на Ким Докчжа отсутствующим взглядом человека, копающегося в очень старых воспоминаниях.

В голосе Хан Соён зазвучали нотки гнева:

— Тогда почему ты позволила Ким Докчжа дойти до такого состояния?

「...」

— Скажи хоть что-нибудь! О чём ты вообще думала, позволяя...

「Ты не знаешь, чего на самом деле хочет читатель.」

«Четвёртая Стена» больше не заикалась.

「Вы все по-настоящему, совсем ничего не знаете.」

— Мы забираем Ким Докчжа с собой... Мы не будем сидеть сложа руки и смотреть, как этот парень проживает вечность в роли «Древнейшей Мечты».

От её боевого настроя брови «Четвёртой Стены» дрогнули. Но прежде чем Хан Соён успела сжать кулаки, Ю Джунхёк шагнул вперёд.

— Если мы заберём его, место «Древнейшей Мечты» останется вакантным?

Плечи Хан Соён вздрогнули.

Не то чтобы она никогда не задумывалась над этим вопросом.

Проблема «что будет после спасения Ким Докчжа: кто займёт место Древнейшей Мечты?».

Этот мир существовал только потому, что «Древнейшая Мечта» видел сны. В этой вселенной, работающей только на чьей-то жертве, кто-то должен был стать тем, кто видит сны.

Ю Джунхёк открыл рот:

— Я займу его место.

— Что?! Эй! Что за чушь ты несёшь?!

— Я говорю, что стану новой «Древнейшей Мечтой».

— Да как ты это провернёшь, если у тебя воображения ни на грош?! Нет уж, лучше я. У меня это выйдет куда лучше, чем у Ким Докчжа. Поэтому...

Хан Соён тараторила без умолку, даже не совсем понимая, что говорит. Она просто выпаливала всё подряд, лишь бы остановить этого безумного идиота. И, к счастью, «Четвёртая Стена» в данном случае не была союзником Ю Джунхёка.

「Марионетка «Древнейшей Мечты», ты не можешь стать сном. Потому что ты не любишь эту историю.」

— В таком случае, я должна...

「Это относится и к тебе, Хан Соён.」

— Тогда кто займёт его место? Я повторюсь: мы забираем его с собой, слышишь? Даже ты не сможешь нас остановить.

«Четвёртая Стена» некоторое время смотрела на Хан Соён и Ю Джунхёка.

「Забирайте.」

— Что?

「Можете просто забрать его. Даже если вы унесёте «этого Ким Докчжа», вселенная больше не будет уничтожена.」

Не ожидая такого ответа, Хан Соён лишь глупо захлопала глазами. Она глянула в сторону – Ю Джунхёк выглядел не менее ошарашенным.

Что этот токкэби несёт? Она никогда не представляла себе такого Заключения. Действительно ли можно принять концовку подобного рода?

Нет, это было просто невозможно...

«Звёздный Поток» никогда не проявлял к ним сострадания. Ни единого раза.

Лицо Хан Соён постепенно ожесточилось, и она спросила:

— Почему вселенная не погибнет, если мы его заберём?

「Тот «Ким Докчжа», которого вы знаете, уже рассеялся по остальной вселенной.」

— Что это значит?

Она отрешённо посмотрела на Докчжа, которого держала на руках – на его хрупкую фигурку, настолько маленькую, что она могла обхватить её одной рукой.

Словно молотом ударили по затылку.

«Не может быть... причина, по которой Ким Докчжа оказался в таком состоянии…»

— Ты... Что ты, чёрт возьми, наделал?

「Это не я. Это то, чего он сам хотел. В конце концов, он знал, что ваша группа выкинет нечто подобное.」

Холод пробежал по её коже.

Чтобы спасти этот мир, кто-то должен быть «Древнейшей Мечтой». Если Ким Докчжа спасён, значит, кто-то другой должен его заменить.

Неужели... Неужели Ким Докчжа мог этого не знать?

「Вы все совершили ужасную глупость. Заключение, которого хотел читатель, было единственно верным. Зачем вы пытались его изменить?」

Выражение лица «Четвёртой Стены» вызывало дрожь. Негативная эмоция, не похожая на ненависть или обиду, даже не печаль – нечто иное теперь было направлено на неё и Ю Джунхёка.

「Вам не следовало жадничать. Нет, вам сле до ва ло до воль ство вать ся 49% Ким Док чжа」

Вместе с голосом, который начал распадаться, окружающее пространство и время стали искажаться.

「Не уж то вы прав да ду ма ли, что ва ша груп па осо бен ная? Не уж то ис крен не ве ри ли, что дос той ный фи нал бу дет ждать тех, кто раз ру шил за ко ны этой все лен ной?」

Прежде чем она успела ответить, стало невыносимо светло.

「Вы ис пор ти ли своё зак лю че ни е, и те перь ста не те не счаст ны ми.」

***

Когда Хан Соён снова открыла глаза, она обнаружила, что стоит в Сеуле – на площади Кванхвамун 1865-й регрессии. В том самом месте, где их группа готовилась к сценариям. Снег падал на достопримечательность, видевшую завершение сценариев. Она молча смотрела на снежинки.

Она медленно опустила взгляд и увидела маленького Ким Докчжа, всё ещё лежащего у неё на руках. Его дыхание оставалось ровным.

— Мастер!

Ли Джихё бежала к ним издалека. Виднелись даже Ю Сан-А и Чон Хивон, спешащие следом. Остальные спутники были в безопасности.

— Соён-сси! Что с Докчжа-сси?

Прежде чем Хан Соён успела что-то сказать, Чан Хаён быстро забрал и обнял Ким Докчжа:

— Ким Докчжа! Его руки холодные как лёд! У кого-нибудь есть перчатки?!

Товарищи быстро окружили Ким Докчжа. Каждый из них был во власти своих чувств.

Чон Хивон, касаясь бледных щёк Ким Докчжа, плакала, а Ли Хёнсон своей медвежьей тушей осторожно укрывал босые ноги мальчика. На этот раз даже Ю Сан-А не смогла сдержать слёз. Шин Юсын и Ли Гильён, казалось, были в шаге от обморока.

В стороне на скамейке сидел Кон Пильду, сосредоточенно дымя сигаретой – словно такое зрелище было слишком нелепым, чтобы в нём участвовать.

— Докчжа сейчас спит?.. – спросила Ли Сукён, и Хан Соён кивнула в ответ.

Это мимолётное движение было всем, на что она была способна, выплеснув остатки сил.

Наконец спутники немного успокоились и начали говорить по очереди. Первой, засучив рукава, выступила Чон Хивон.

— В этот раз я его точно подвешу. Прямо перед Промышленным комплексом, и никак иначе! Я не шучу, так что даже не пытайтесь меня остановить!

— Но всё же, нынешний Докчжа-сси – ребёнок...

— Кстати, он теперь навсегда останется таким?

— Хён, просыпайся, пожалуйста! Ты ведь просто притворяешься, потому что тебе ужасно стыдно, да?

— Это он помолодел из-за какого-то побочного эффекта?

Ли Джихё, помедлив мгновение, вдруг выкрикнула звонким голосом:

— Да какая разница, что он помолодел? Мы можем просто его вырастить, верно?!

— Значит, я смогу ходить в одну школу с хёном?

— Эй, ты думаешь, аджосси правда стал таким же малявкой, как ты?!

Так они препирались и шутили ещё несколько минут. Тем временем Ли Сольхва обследовала тело Докчжа, но по мере осмотра её лицо становилось всё более суровым.

— Когда Докчжа-аджосси проснётся, он ведь будет нас помнить? Не будет такого, что он потерял память?

「Хан Соён не могла вымолвить ни слова своим товарищам.」

Она лишь беззвучно шевелила губами.

Это ещё не было точно, нельзя было верить всему, что сказала эта чёртова стена, вот почему они...

— Вы двое... Почему вы до сих пор молчите?

Хан Соён поспешно отвела взгляд, услышав вопрос Ю Сан-А.

— Соён-сси?

Вскоре взгляд Ю Сан-А переместился на Ю Джунхёка. И тогда она увидела шокирующую картину.

— Ю Джунхёк-сси?..

Лицо Ю Джунхёка застыло, став мертвенно-бледным. Казалось, лишившись защитной стены своего разума, он что-то бормотал себе под нос.

Ю Сан-А уже видела подобное.

「Тогда, в 73-м Демоническом Мире, когда Ким Докчжа исчез вместе с «Внешним Богом».」

Она быстро прошла мимо спутников и коснулась запястья Ким Докчжа. Оно было таким хрупким, что могло сломаться в любую секунду. Пульс тоже был едва ощутим. Но она не была врачом, поэтому это мало о чём ей говорило. Она обратилась к Ли Сольхва:

— Сольхва-сси, с нынешним Докчжа-сси, что с ни...

— Его душа полностью разрушена...

Душа была разрушена.

В этот момент на лица спутников легла тяжёлая тень. Однако это длилось недолго. Чон Хивон заговорила первой:

— Я уверена, способ есть, верно? Мы ведь уже лечили подобное раньше.

Действительно, они уже сталкивались с чем-то похожим в прошлом.

Повреждение души означало повреждение Истории – повреждение «темы». Ли Сукён пережила подобный недуг.

Шин Юсын торопливо подхватила:

— Ведь всё будет хорошо, правда? Это не то же самое, что было тогда! Нам может помочь Айлин из этого мира. И мы заранее запаслись Звёздным Флюидом, разве нет?! – Юсын продолжала говорить. Она перечисляла все способы, которые могла вспомнить, без остановки, снова и снова. И затем… — Вот почему... вот почему...

Слёзы выступили у неё на глазах.

Шин Юсын продолжала отрицательно качать головой, твердя, что этого не может быть. Ю Сан-А осторожно обняла девочку за плечи и произнесла:

— Пожалуйста, будь честна с нами, Сольхва-сси.

Ли Сольхва опустила голову и положила руку на грудь Ким Докчжа. В этот момент из его хрупкой груди всплыл маленький осколок Истории. Это была последняя оставшаяся История Ким Докчжа.

[Созвездие «Демонического Король Спасения» достигло своего нового ■■]

Его крошечная История мерцала, как короткая фраза.

[■■ Созвездия Демонического Короля Спасения – «Эпилог»]

「И вот так они достигли эпилога, который никто не писал.」