Ты будешь только моим Том 1 Глава 368 У края

— Ты вообще понимаешь, что говоришь, Кавадзуки? — спросил Реннер. Я только фыркнула. — Настроишь против себя всю VEO — и под удар попадут все, кто тебе дорог. Ты ведь знаешь, как мы поступаем с отступниками?

— Единственного дорогого мне человека вы только что собирались отдать под суд. Хотя нет, какой к чёрту суд? Вы заранее решили его казнить. Так что да, я прекрасно понимаю, что говорю. И каждое слово произношу всерьёз. Кто сомневается — знает, где меня искать. Заседание окончено.

Я отключилась от конференции. Джеймс остался на связи: у начальства всегда находилось что обсудить без посторонних. Пусть разбирается сам.

Я поднялась из кресла, вышла в коридор и прислонилась к стене. После долгого выдоха стало немного легче. Неплохой спектакль я там устроила. Впрочем, плевать. Того, кто решит тронуть Кадзуки, я порублю раньше, чем он успеет приблизиться на пушечный выстрел.

— Хотя этот идиот и сам полез в самое пекло, — пробормотала я, потирая лоб.

Сколько бы Кадзуки ни храбрился, внутри он оставался напуганным мальчишкой. Я его не винила, но ему пора было понять: теперь любой его поступок влечёт последствия куда серьёзнее, чем раньше. Обычным подростком он больше не был.

— Почему твой сын вырос такой занозой в заднице, Масуми? Не могла родить кого-нибудь с нормальным чувством самосохранения? — Я задумчиво покрутила в пальцах ручку. — Я обещала его защищать, но могла бы ты хоть немного облегчить мне жизнь? Этот мальчишка притягивает неприятности как магнит.

На Кадзуки охотились не только вампиры. В VEO на него тоже давно положили глаз: хотели запереть мальчика и ставить над ним опыты. Разумеется, я бы этого не допустила. Теперь Совет придумал «казнь», но цель не изменилась: им по-прежнему нужен подопытный. Больше они в нём ничего не видели. Ублюдки.

Им оказалось мало того, что они разрушили мою жизнь, и теперь они полезли к моей семье. От желания перерезать их всех меня удерживал только Кадзуки. Даже увидев, на что я способна, он бы нашёл мне оправдание, спрятал собственные чувства и всё равно принял. «Дура Масуми. Передала детям все свои худшие черты».

Дети...

В отчёте упоминалось, что к спасательной группе присоединилась некая Сиба Юна, причём эта Сиба Юна была вампиром.

Я стиснула зубы и ударила кулаком в стену. Почему вокруг этих детей вечно творится какая-то чертовщина? Я даже не знала всей правды о Юне, а история с каждой новой подробностью становилась только запутаннее. Хотелось расспросить Кадзуки, но сейчас было не время. После всего пережитого ему требовалось прийти в себя. А мне — не спускать с него глаз. После сегодняшнего заседания я не доверяла ни одному охотнику VEO.

Автоматическая дверь открылась, оборвав мои мысли. В коридор вышел Джеймс и уставился на стену.

— Ремонт вычту из твоей зарплаты, — сказал он, указывая на глубокую вмятину.

— Делай что хочешь. Будто я замечу разницу. — Я выпрямилась. — Ну что, сработало?

— Если ты спрашиваешь, отказался ли весь Совет от казни Кадзуки из страха перед тобой, то да. Отказался. Метод варварский, но сработал.

Джеймс устало вздохнул.

— Сам велел действовать именно так, теперь не ной. Угрожать проще всего. Дипломатия, переговоры, поиск компромисса, шантаж — всё это долго и ужасно скучно.

— И всё же без твоего выступления мы бы не справились. Меня они, скорее всего, не послушали бы. Наш регион входит в четвёрку крупнейших только благодаря всплеску активности вампиров и тебе.

— Знаю, что я большая шишка, но не надо так откровенно мне льстить.

— Они всего лишь дети. Я не мог позволить Совету так с ними поступить.

К детям Джеймс всегда относился мягче, чем хотел показать.

— Как она? — спросила я, и его лицо сразу потеплело. — Слышала, у неё недавно был концерт.

— Был. Она выступила великолепно.

Стоило Джеймсу заговорить о дочери, и суровый глава отделения мгновенно превращался в обычного гордого отца.

— Надеюсь, ты её наградил.

Он тихо рассмеялся.

— За кого ты меня принимаешь? Конечно. Она захотела пообедать в одном фастфуде, и мы туда сходили.

— Иногда я не понимаю, кто у вас двоих главный.

— Разумеется, она. На днях заставила меня позировать, а потом накрасила...

Джеймс оборвал себя на полуслове и сурово посмотрел на меня.

— Никому об этом не рассказывать. Это прямой приказ.

— Ну да, великий Джеймс даёт дочери тренироваться на собственном лице. Сотрудникам полезно знать. Может, хоть тогда они перестанут шарахаться от тебя. Особенно новички.

Он вздохнул и, к моему удивлению, всерьёз задумался. Вообще-то я говорила правду. Джеймса уважали, но из-за внушительной внешности и вечно каменного лица многие его побаивались. После назначения главой отделения стало только хуже.

— Не нравится руководить — всегда можешь отказаться, — предложила я, заранее зная ответ.

— Ты лучше всех понимаешь, что не могу. Отделению нужен я, и потому я должен оставаться во главе. К тому же кабинетная работа не так уж плоха.

Я сразу поняла, что он врёт.

Оттолкнувшись от стены, я ударила ногой ему в лицо. Джеймс мгновенно поставил блок.

— Ты что творишь?..

— Если не хочешь возвращаться к дочери с переломанным лицом, уклоняйся.

Я отскочила, развернулась и нанесла второй удар. На сей раз он отлетел назад, и подошва моей обуви пронеслась в нескольких миллиметрах от его носа.

— Радует, что ты ещё не растерял форму.

Джеймс отступил и поправил галстук. В его глазах мелькнул знакомый огонёк. Вот теперь передо мной снова стоял прежний Джеймс.

— Я тренируюсь каждый день. Кабинетная должность не превратила меня в беспомощную мишень.

— Вот и отлично. — Я направилась к лифту. — На сегодня с меня хватит. Если появится ещё работа, не звони. Всё равно не отвечу.

Я вошла в кабину и нажала кнопку верхнего этажа.

Дел оставалось уйма. Для начала стоило выспаться в нормальной постели, а потом осмотреть жильё, куда я собиралась переселить Кадзуки и Ай. Уговаривать кого-то одного переехать было бессмысленно: этих двоих было друг от друга не отлепить. Не знаю, раздражало меня это или я просто завидовала.

Нынешняя квартира была им дорога, но оставаться там стало слишком опасно. Новое жильё находилось ближе к моему дому, поэтому присматривать за обоими будет проще. Одного моего присутствия поблизости будет достаточно, чтобы VEO не посмела наслать на них охотников. Камеры в квартире я ставить не собиралась. Что они делают за закрытой дверью, меня не касалось, да и видеть это я не хотела.

Лифт открылся на верхнем этаже. У выхода меня всё ещё ждал Ивагути с широкой улыбкой на лице. Этот упрямец никогда не слушает, что ему говорят.

— Кажется, я велела ехать без меня.

— Верно. Но вы не запрещали мне вас ждать. — Он зашагал рядом. — Раз уж вы здесь, давайте сначала поедим. Я ужасно голоден.

— Нет.

— Да ладно вам!