Вторая жизнь хирурга Том 1 Глава 216
Ранее в Вторая жизнь хирурга...
С совершенно безумной мыслью профессор Чин отбросил Отмычку, Пронзающую Небеса, и выхватил Меч Ледяного Кристалла.
Против мастера, достигшего Сферы Нити Меча, одной Отмычки было уже недостаточно.
На пике Трансцендентной Вершины противник мог почувствовать снаряд ци и успеть уклониться. А если Чин Чхонхи увеличил бы мощность, всё вышло бы нелепо: сначала он уложил бы человека здесь, а затем сам бы стал лечить его огнестрельное ранение в отделении неотложной помощи.
«Нет. Огнестрельное оружие — это слишком серьёзно!»
После работы в полевых госпиталях у него накопился опыт лечения пулевых ранений, но с порезами и колотыми ранами от клинка всё же было проще.
В корейских отделениях неотложной помощи чаще встречались именно ножевые ранения.
Драки, ограбления, разборки между бандами — всё это регулярно заканчивалось посещением больницы. Даже гангстеру, если его пырнули ножом, приходилось обращаться в приёмное отделение, иначе он просто умирал.
Бывало, что туда одновременно привозили членов враждующих группировок. Атмосфера в такие моменты становилась крайне напряжённой.
Но они не устраивали погромов.
Напротив, случалось, что люди в костюмах кланялись на девяносто градусов и пытались сунуть врачу деньги с просьбой хорошенько позаботиться об их боссе. Чин Чхонхи тогда обливался потом, возвращая купюры обратно.
«Если уж рана неизбежна, пусть лучше будет от меча».
Ему очень не хотелось самому лечить пулевое ранение, которое он сам же и нанёс. С этой фатально безумной мыслью он продолжал анализировать движения соперника.
«Меч Чхон Имуна основан на мягкости?»
Кланг!
Как только клинки соприкоснулись, Чин Чхонхи сразу уловил принцип: мягкое побеждает твёрдое.
— Ого. Вы достигли немалых высот.
Пока Чхон Имун восхищался, Чин Чхонхи размышлял совсем о другом.
«И мечом нельзя промахнуться как попало. Ещё что-нибудь отрежу — и самому же придётся пришивать!»
Жажда победы? Страх поражения?
Для обычного воина всё заканчивается, когда определён победитель. Для Чин Чхонхи именно тогда всё и начиналось.
«Переломов тоже лучше избегать. Стоит траектории меча лишь немного сместиться, рука отлетит — и снова микрохирургическое сшивание!»
А Чхон Имуна пробрал холодок от выражения лица противника.
«Неужели человек способен так смотреть? Будто глаза просветлённого отшельника, которому безразличны победа и поражение… а руки — словно у злого духа. Никогда не видел никого подобного, кроме учителя».
Погрузившись в это глубокое заблуждение, Чхон Имун нанёс второй удар.
Тяжёлый меч, окутанный нитью меча, неожиданно опустился сверху вниз по принципу мягкого клинка.
Говорят, видишь лишь то, что способен понять.
Чин Чхонхи сразу понял: если принять удар в лоб, его стойка рухнет, и он станет уязвим для следующей атаки. Если же отвести клинок в сторону, мягкий меч тут же обратит движение в контратаку.
«Нападение и защита — единое целое. Да, это действительно первоклассное боевое искусство».
Ему стало интересно, как называется эта техника.
Ощущая в ней глубину истинной школы, Чин Чхонхи с уважением вывернул собственный клинок.
Меч Мудрости Тайцзи.
Мягкость против мягкости.
Принцип «мягкое побеждает твёрдое» из «Пересадки Цветка на Дерево» был применён Тайцзи, и тяжёлый меч был отведён в сторону.
— !
Странно — даже звона столкнувшихся клинков не прозвучало. Силуэт Чин Чхонхи словно рассыпался и исчез.
Тайцзи и Пять Стихий. А поверх них — Небесные Шаги Миража, занимающие выгодное направление. Его фигура стала подобна семенам одуванчика, уносимым ветром.
Удар, который Чхон Имун считал безошибочным, провалился, и он немедленно перешёл к следующему приёму.
Искусство Меча Чхансон.
Форма Меча Пунхва!
Его меч будто разделился на десятки. В каждом отблеске тянулась нить меча, и вокруг возникла почти сплошная завеса клинков.
Окажись Чин Чхонхи внутри этой дистанции — его бы буквально превратило в фарш.
Грохот!
Но что-то было не так.
Между мелькающими нитями меча и ударами клинка Чхон Имун вдруг уловил тонкую струю убийственного намерения.
А когда он осознал это…
Кланг!
…металлический шар уже разорвал лезвие.
«Настоящая атака — это шар?!»
Он понял: снаряд ци, наоборот, был намеренно ослаблен.
В тот же миг прямо перед ним снова появился Чин Чхонхи.
«Надо было атаковать точкой, а не линией».
Пока Чхон Имун сожалел, Чин Чхонхи едва заметно улыбнулся.
«Если ты не знаешь, где противник, не стоило сразу продолжать комбинацию».
Мгновение, необходимое, чтобы вернуть оружие после атаки, стоит дороже золота.
Идея мгновенно рассеять вокруг себя нити меча, потеряв противника из виду, была хороша. Но если найдётся человек, способный прочесть и этот ход, открывается ровно такой же изъян.
Меч Чин Чхонхи рванулся вперёд. В момент соприкосновения он развернул клинок плашмя.
Десять Парчовых Ударов Удана!
БА-БАХ!
Череп загудел.
Чхон Имун в последний момент укрепился внутренней силой, однако мозг всё равно встряхнуло так, что сознание удержать не удалось.
Колени подломились, и он рухнул лицом вперёд.
Последним, что попало в поле зрения, было обеспокоенное лицо Чин Чхонхи.
— А… не слишком ли сильно я врезал? Плохо дело.
«Псих…»
Ругательство поднялось к горлу, но наружу не вышло. На это уже не осталось сил.
Сознание начало меркнуть.
В самую последнюю секунду он ощутил, как Чин Чхонхи схватил его за запястье, проверяя пульс истинной ци.
— А, отлично. Мастер Пика Трансцендентности — вы успели защититься прямо перед ударом. Ай, молодец! Отлично поработали. Отдыхайте как следует, а в следующем году встретимся здоровыми.
— …
С неописуемым чувством абсурда Чхон Имун потерял сознание.
Чин Чхонхи оглянулся. Среди самых слабых участников Ху Юн уже успела одержать победу. Но как только их взгляды встретились, она криво улыбнулась, сложила ладонь и кулак перед грудью и объявила:
— Сдаюсь.
У-У-У-У-У-А-А-А!
Способ победы был… несколько странным.
Однако сила — подавляющей.
Зрители взорвались криками.
— Вот видите! Малый Белый Дракон сильнее всех!
— Эх, знал бы — поставил бы на Малого Белого Дракона!
— Красавчик! Малый Белый Дракон!
— Круто-о-о-о!
От рёва закладывало уши. Чин Чхонхи всем телом ощущал эту жаркую волну и вдруг осознал:
«Так вот почему воины готовы жизнь отдать за Собрание Дракона и Феникса».
Ощущение было почти наркотическим.
Все смотрели только на него, восхищались им, разом выкрикивали его прозвище — от этого кружилась голова.
«Хе-хе-хе…!»
Ему было приятно. Чисто, искренне, по-дурацки приятно.
Профессор Чин неожиданно открыл в себе новую грань.
«А-а… вот оно что. Значит, вот как это ощущается».
В романах о боевых искусствах он не раз видел героев, которые мысленно вздыхали: «Ха, все эти Собрания Дракона и Феникса — пустая суета… какая разница, считают ли тебя сильным? Над небом всегда есть другое небо…»
Но профессор Чин не испытывал ни пустоты, ни скуки.
Ни на один процент.
«Приятно, когда тебя называют красавчиком».
Современному человеку нравилось, когда его осыпают комплиментами.
Конечно, совершенно задирать нос было неприлично. Поэтому он лишь мягко улыбнулся глазами, сложил ладонь и кулак и поклонился зрителям.
— Спасибо.
У-А-А-А-А-А!
Похоже, до него никто из участников не благодарил публику после боя.
Да и неудивительно. Какой ещё псих занимается фан-сервисом на поединке?
Чин Чхонхи широко замахал обеими руками и бодро спустился с арены.
Зрители начали скандировать:
— Малый Белый Дракон! Малый Белый Дракон!
— Брат, твои портреты теперь вообще разлетятся. Хотя и сейчас неплохо продаются…
— Вы ещё и такое продаёте?
Сама Хён пожал плечами.
— Если приносит деньги — почему бы не продавать? Не сотрёшь же тебя с бумаги. Тебе тоже долю дам.
В мире, где понятие права на собственное изображение отсутствовало, предложение делиться прибылью фактически означало совместный бизнес.
Ощутив безумие капиталистического Сама Хёна, Чин Чхонхи кивнул.
— Переведи в Фонд Белого Дракона.
— Ладно. Мне тоже хорошо — налогов меньше заплачу~
Чин Чхонхи повернул голову. Ё Харюн по-прежнему буквально метал глазами огонь.
— Брат. Рад, что ты цел.
Сказать, что эти двое всё это время не дрались, было бы… не совсем верно.
По атмосфере Чин Чхонхи понял: Ё Харюн мысленно уже досчитал до «одного», а после подначек Сама Хёна, возможно, и до «двух».
«Что же мне… что же мне с ними делать?..»
***
В одном из высоких павильонов, откуда открывался вид на арену, за поединком наблюдали глава Союза Мурима, Чегаль Лин и главный стратег Токко Сон.
Расстояние было немалым, но для мастеров такого уровня место подходило идеально.
— Ха-ха-ха. Хи у меня слишком добрый, и это меня тревожит. Видели? Даже против мастера Пика Трансцендентности, умеющего создавать нити меча, он постарался закончить бой без единой серьёзной раны. Как тут не переживать?
Человек, заявлявший, что переживает, широко улыбался.
В переводе его слова означали: «Мой ученик настолько великолепен, что даже мастера меча способен победить, не покалечив его! Хвалите моего ученика!»
Глава Союза Мурима посмотрел на Чегаль Лина со сложным выражением.
«Божественный Врач Белого Циня… раньше я думал, что вы уже достигли предела в своём обожании ученика. Оказывается, то была лишь разминка?»
Перед глазами до сих пор стоял прежний Чегаль Лин, взваливший на себя кровавую карму и рубивший людей как мясник.
Тот человек почти не улыбался — разве что натягивал едва заметную деловую улыбку, когда это было совершенно необходимо.
И вот теперь он сиял живее любого юноши, счастливо обмахивался веером и буквально купался в гордости за ученика.
«Я и раньше замечал, как у него меняется лицо, стоит заговорить о Чин Чхонхи… но когда смотришь вместе с ним турнир, это уже совсем…»
Нужно было срочно подыграть.
Инстинкт главы Союза подсказывал это совершенно однозначно.
В вопросах ученика Чегаль Лин не шутил.
— Я много слышал о славе Малого Белого Дракона, но не думал, что он настолько силён. Видно, учитель у него поистине выдающийся.
— Ох, что вы. Я лишь слегка направляю его. Он всё норовит вырасти сам, и вот это как раз меня постоянно беспокоит. Говорят, ученика надо растить как сорную траву, но сердцу всё равно неспокойно… Даже моё тело он исцелил собственными силами…
Перевод: «Мой ученик вырос почти сам. Он просто невероятно талантлив. Хвалите. Моего. Ученика!»
Даже похвалу, предназначавшуюся ему самому, Чегаль Лин тут же перенаправлял на своего ученика.
«Впрочем, к комплиментам в свой адрес он всегда относился с безразличием».
Божественный Лекарь Белого Ци Линя.
С тех пор как Чегаль Лин достиг статуса Бессмертного Лекаря, льстецов вокруг него было несметное множество.
Сегодня они здоровы — завтра могут заболеть их сыновья, дочери, жены или мужья. Естественно, каждый стремился поддерживать хорошие отношения с Божественным Лекарем Белого Ци Линя.
Но сам он всегда оставался равнодушен к подобным восхвалениям.
Он прекрасно осознавал истинные мотивы тех, кто ему льстил.
Для последнего представителя рода Чегаль подобные вещи были особенно очевидны.
Однако хвастаться своим учеником — это совершенно иное дело.
Неужели в нем внезапно пробудилась вся родительская гордость, накопленная за годы?
Когда этот безумец начинал почти незаметно давить на окружающих, добиваясь новых похвал для Чин Чхонхи, глава Союза порой чувствовал себя не человеком, а всего лишь деревянным манекеном, специально созданным для произнесения комплиментов.
Он поспешно бросил взгляд на главного стратега Токко Сон.
Та, уловив его взгляд, едва заметно кивнула.
«Поняла, глава Союза!»
Токко Сон вложила всю свою душу в голос.
— Какой же выдающийся ученик! Поразительно. Откуда только взялся молодой талант такого уровня?..
— Хо-хо-хо. Да что вы. Он приносит лишь одни тревоги.
И снова он притворяется, будто это вовсе не хвастовство, а искренняя забота.
«Неужели человек… действительно способен настолько измениться?..»
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Прочитать главы раньше всех уже можно на бусти: https://boosty.to/domnekromanta/posts/e2321732-a03c-4284-9f0e-58858bb339df?share=success_publish_link
Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta
Наш бот, там можно подключить уведомления о выходе новых глав на ваши любые тайтлы: @domnekromanta_bot
Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta