Вторая жизнь хирурга Том 1 Глава 287

Размышляя так, Чин Чхонхи вскрыл письма Ё Харюна.

Их было несколько, но все они оказались короткими и написаны предельно сжато, что облегчило их прочтение.

«Он сам тоже почти ничего о себе не сообщает… хотя это вполне понятно: письма вполне могут быть перехвачены по пути».

Было достаточно просто указать своё местоположение или род занятий, чтобы другие Малые Владыки могли выбрать его своей целью.

Поэтому писать было почти не о чем.

Приходилось полагаться на догадки, исходя из нескольких тщательно подобранных слов.

«Но… похоже, по крайней мере, он живёт как человек».

Прямо Ё Харюн этого не писал, однако, судя по намёкам, у него уже появились люди, которых можно было бы назвать подчиненными.

И ещё…

«Он следует Кровавому Пути».

Пока что это не достигло уровня, который заметил бы весь мир, но, похоже, он уже убил нескольких Малых Владык.

Исходя из скрытых намёков на его собственные достижения, Чин Чхонхи мог сделать только такой вывод.

«Ё Харюну лучше отправить экстренные медикаменты».

Они понадобятся независимо от того, ранят ли его самого или кого-то из его людей.

В таких обстоятельствах мало что может быть ценнее лекарства, присланного человеком, которому можно доверять.

Последним осталось письмо Ван Гагён.

«А… Гагён. Ты перепутала адрес».

По всей видимости, письмо предназначалось старшему Призрачному Лучнику.

Как только Чин Чхонхи увидел приветствие отцу, он поспешно свернул лист обратно.

Но он всё же успел заметить несколько следующих строк: Гагён писала, что беспокоится за Чхонхи и просила отца хорошо за ним присматривать.

«Спасибо».

И даже перепутать адрес в письме — это очень в стиле Ван Гагён.

«Только не говори, что моё письмо ушло старшему Призрачному Лучнику?»

Словно в ответ на его мысль, в дверь постучали, и снаружи послышался голос Призрачного Лучника.

— Эм… благодетель, вы ещё не спите? Простите, что пришёл так поздно, но… эм…

— В-входите!

Призрачный Лучнник вошёл с пунцовым лицом и протянул ошибочно доставленное письмо.

Ох, Гагён. Теперь папе неловко.

***

Пока Чин Чхонхи находился в Павильоне Белого Цилиня, он в основном занимался разбором накопившейся переписки с друзьями и младшими.

Все образцы почвы, собранные во время поездки в Ваннон, были отправлены в лабораторию — то есть Юхо.

— В разных местах обитают разные почвенные микроорганизмы. Вдруг хоть что-то пригодится.

— Мне кажется, мы зря тратим время.

— Юхо, зачем так обидно? Может же получиться!

— Сколько лет мы этим занимаемся?! Молодой господин, вам не надоело?

— Не надоело! Юхо! Нам ведь нужно дождаться нашего второго!

Тр-р-реск.

Так оборвалась последняя ниточка рассудка Юхо.

Он схватил проклятого молодого господина за ворот и начал яростно трясти.

— Куэ-э-эк!

Чин Чхонхи взвизгнул, словно резали свинью.

Остальные работники Павильона старательно делали вид, что ничего не замечают.

Особенно впечатляло, что даже посреди этого безумия ни один образец на полках не упал.

— Юхо! Выслушай сначала! Выслушай, а потом решай! Юхо!

— Последнее желание перед смертью?

— Что? Нет, я не… Куэ-э-эк! Кхек! Ладно, понял. Тогда скажу перед смертью.

— Ну?

— Я кое-что потрясающее освоил. Лечебное колдовство. С его помощью я буду выращивать такие культуры, что закачаешься! Куэк! Кхх!

Юхо был крупным мужчиной. Если он всерьёз начинал трясти за ворот, вырваться становилось почти невозможно.

— Да правда же… поверь… кхек! Поверь хоть раз! Это реально… Юхо, ты ведь и сам умеешь пользоваться колдов…

БАХ!

В тот же миг Юхо специально пнул стену, заглушая голос Чин Чхонхи.

— …Нам с вами нужно немного… поговорить наедине, молодой господин.

Не отпуская ворот, Юхо потащил его наружу.

***

Бамбуковая роща позади Павильона.

Убедившись, что рядом никого нет, аспирант Юхо швырнул демонического профессора Чина на землю.

— Кхек! Кха-кха!

— Надо же. Довели внешнее искусство до такого уровня, что теперь даже от этого кровью не кашляете, молодой господин?

— Так это всё благодаря твоей работе ассистентом, Юхо. Да чтоб… Ладно! Уже и пошутить нельзя.

Стоило Юхо поднять кулак, как профессор Чин мгновенно сменил тон.

От прежних демонических отношений между профессором и аспирантом без права на выпуск давно осталась лишь взаимная ненависть.

— Нет, правда, Юхо, выслушай. Те штуки, которыми ты пользовался — вроде боевых искусств, но вроде и нет. Когда я разобрал принципы, оказалось, что они кое в чём похожи на ритуальное колдовство.

— Этот ублюдок дошёл уже и до этого…!

— Я же сказал: выслушай! Я не буду спрашивать, почему ты умеешь делать подобные вещи. Это твоя личная жизнь.

Конечно, нет.

Он не спрашивал только потому, что хотел и дальше эксплуатировать Юхо.

Профессор Чин изящно сложил руки.

— Я уважаю твою личную жизнь.

— А мой объём работы не уважаете?

— …Юхо. Ты же когда-то угрожал убить меня, когда я был ребёнком. Угроза убийством ребёнка. За такое и переработать не грех.

Юхо ощутил прилив ярости.

Он не понимал, как человек с настолько красивым лицом способен изрекать столь чудовищную чушь.

Будь молодой господин хотя бы вполовину уродливее, злиться было бы легче.

Но проклятый профессор Чин и сам прекрасно знал, что красив, поэтому совершенно безответственно обращался с собственным лицом.

— В общем, Юхо, выслушай. Если тебе не понравится — скажешь нет.

Заметив, что Юхо не стал его бить после слова «выслушай», Чин Чхонхи тут же ускорил темп своей речи.

— Ты ведь сам желаешь прекратить эту работу. Так давай закончим быстро. Образцы почвы, которые я собрал вплоть до Ваннона. Если среди них ничего не найдётся — я сдаюсь!

Дёрг.

Взгляд Юхо едва заметно изменился.

Профессор Чин моментально уловил эту перемену.

— Да, сдаюсь! По-рыцарски! Всё, я прекращаю.

— Какой из тебя, к чёрту, рыцарь…

— Ладно. Тогда по-врачебному прекращаю!

После этих слов Юхо стал доверять ему ещё меньше.

Как врач, Чин Чхонхи был реинкарнацией пиявки.

Если он цеплялся, то делал это мелочно, упрямо и до самого конца.

— Один раз. Просто один раз поверь мне. Я научу тебя колдовству! Работы станет меньше!

Особенно раздражало то, что это говорил человек, который и навесил на него эту работу.

Глаза Чин Чхонхи загорелись.

— Давай ещё раз. Последний. Загоним себя работой ещё разок.

Ха… ха…

У него был совершенно безумный взгляд.

— Если ничего не найдётся, вы правда прекратите исследование?

— Нет, это я не…

Сжать!

Юхо стиснул кулак.

Чин Чхонхи поспешно закончил:

— Я имел в виду — без тебя! Дальше буду заниматься этим один! Один!

— А «сдаюсь»?

— Я сдаюсь в использовании твоего труда в этом исследовании! Ты уже сделал достаточно! Я выжал из тебя всё, что мог!

Совести у профессора Чина не было.

И раз уж её всё равно не осталось, он не забыл продолжить уговаривать:

— Послушай, Юхо. Если правильно использовать колдовство, работы у сестёр станет вдвое меньше. Честное слово. Ты мне не веришь?

Юхо и раньше не испытывал особой любви к человеческой расе, но, глядя на профессора Чина, начинал ненавидеть её ещё сильнее.

— За такое обучение обычно даже за деньги не берутся, а тебе я предлагаю бесплатно.

…В плохом смысле профессор Чин был лучшим человеком из всех, кого Юхо встречал.

***

Так Юхо и выучил ритуальное колдовство.

— Если точнее, колдовство внешних земель.

— А то, чем пользуешься ты, чем отличается?

Юхо не ответил. Вместо этого спросил:

— Если вам так интересно, рассказать?

— Нет. Сам разберусь. Я уважаю чужую личную жизнь.

Для Чин Чхонхи рабочая сила Юхо была слишком ценна.

Юхо ошалел от того, как мгновенно и серьёзно сменился тон молодого господина, но решил не удивляться. Этот человек и так был сумасшедшим.

Они уже видели друг друга во всех возможных видах в этом аду.

Сильнее возненавидеть его всё равно было почти невозможно.

— Я собирался отдохнуть всего пару дней и сразу отправиться в императорский дворец, но дел оказалось больше, чем я думал. Побуду здесь неделю, и тогда отправлюсь.

— Если речь об императорском дворце, разве это не срочно?

— Срочно… конечно. Но и это важно.

Чин Чхонхи лично проверил навыки лекарей высшей ступени из Хирургического отдела и разобрал сделанные ими записи.

Заодно оценил, насколько вырос Павильон Белого Цилиня за время его отсутствия.

«Воинов уже две с половиной тысячи… И половине выдают лекарства почти уровня духовных пилюль».

Пусть это были ещё не настоящие духовные лекарства, но подобные средства всё равно стоили очень дорого.

Для наследников великих кланов они, может, и были почти обычной пищей, но для людей вроде Призрачного Лучника — не чёрный путь, не белый, а что-то серое между ними — такая возможность была поистине редкой.

И то, что Павильон Белого Цилиня являлся именно медицинским Павильоном и мог производить подобные лекарства самостоятельно, давало огромнейшее преимущество.

Фактически приходилось оплачивать только себестоимость.

И это ещё не всё.

«Благодаря формациям внутренняя сила растёт быстрее».

Конечно, по скорости развития они всё ещё уступали таким гигантам, как Шаолинь или Намгун.

Но зато разброс между бойцами был меньше.

Стандартизированные боевые искусства позволят им проявлять огромную силу в групповом бою.

«Какое будущее вообще рисует учитель?»

Подготовка к грядущему.

Чин Чхонхи понимал это, но временами способности учителя всё равно пробирали морозом.

«И почему такой человек не пытается возродить род Чегаль?»

К собственной семье Чегаль Лин всегда относился прохладно.

Совсем без привязанности быть не могло — он собственными руками осуществил месть рода.

Но желания поднять семью заново почти не проявлял.

И Чин Чхонхи наконец задал себе вопрос, от которого всё это время уклонялся.

«Почему род Чегаль вообще был уничтожен?»

И почему учитель намеренно не рассказывает об этом ученику?

Да, Чегаль Лин выжил, так что формально род нельзя считать уничтоженным полностью.

Но он страдал от Прерванных Меридианов Девяти Инь и до встречи с Чин Чхонхи был смертельно болен. В таких обстоятельствах слово «уничтожен» всё-таки подходило точнее.

«Разве возможно, чтобы семья с таким потенциалом исчезла буквально за один день?»

Только от Императора Кулака Чин Чхонхи однажды услышал, что дело как-то связано с Вратами Лазурного Дракона.

Но Врата Лазурного Дракона теперь исчезли даже с карты.

«…Что же произошло между учителем, родом Чегаль и Вратами Лазурного Дракона?»

***

Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»