Вторая жизнь хирурга Том 1 Глава 352

Чин Чхонхи наблюдал за Намгун Уном в полной тишине.

Намгун Ун торопливо произнес:

— Брат Чин, послушай. Ты ведь велел мне не закусывать спиртное жирной едой? С тех пор я ем с вином только вяленое мясо! Разве это не безопасно?

— …

Чин Чхонхи, вспомнив, сколько соли содержится в вяленом мясе, безмолвно закатал один рукав.

«Может, просто надавить ему на низ живота и напомнить ту боль?»

Этот человек и без того однажды погиб в оригинальном романе, поэтому Чин Чхонхи беспокоился о нем особенно сильно.

«И что ты будешь делать в мире, где даже скорой помощи нет?»

Если камни снова дадут о себе знать в таком крупном городе, можно хотя бы добраться до филиала Павильона Белого Цилиня.

Но что, если приступ начнётся где-нибудь в горах или в глухой деревне во время очередного странствия во имя справедливости?

Там что — просто умирать?

А если во время боя ещё и получить удар в низ живота?

Чин Чхонхи окинул Намгун Уна холодным взглядом.

«Нет. Всё-таки лучше напомнить ему боль. Это несложно».

Наблюдая за выражением лица брата, Ё Харюн внезапно осознал:

«Вот откуда берётся его истинная ярость».

Он незаметно опустил уже собранную внутреннюю силу и мысленно кивнул.

Вылечил — пациент снова покалечился.

Снова вылечил — пациент снова пришел с той же бедой.

В этом бесконечном цикле врач начинает испытывать гнев.

И дело было не только в безумцах Турнира Дракона и Феникса. Намгун Ун, которого Чин Чхонхи с трудом вылечил, а тот потом продолжал каждый день жить с бутылкой, вызывал у него точно такую же ярость.

«Надо запомнить».

Когда Чин Чхонхи закатал рукав, Намгун Ун, словно почувствовав неладное, побледнел и спрятал бутылку за спину.

Но теперь прятать её было бессмысленно.

Это лишь сильнее раздражало врача.

— Ха… ха-ха-ха. Брат Чин, понимаешь… Для меня вино — это вкус самой жизни…

— Ничего страшного. Человеку свойственно забывать. Раз вы забыли боль от камней, я просто помогу вам ее вспомнить. В последнее время я так наловчился управлять истинной ци, что сумею в точности воспроизвести прежние ощущения.

Совершенно спокойным и разумным голосом Чин Чхонхи произнес абсолютное безумие.

— Ха-ха… А отказаться… нельзя?

— Ничего страшного. Считайте, что боль сейчас подарит вам спокойные следующие тридцать лет. В этот раз сделаю так, чтобы вы точно не забыли.

— Д-да что же это такое! Что ты вообще собираешься со мной делать?! И после этого называешь себя врачом?!

— А когда снова появятся камни, в наш Павильон вы не придете?

— Ну… приду, конечно.

— Тогда расслабьтесь и не сопротивляйтесь. Я объясню телу, что значит боль, будто низ живота сверлят шилом.

Чин Чхонхи бросился вперёд.

Намгун Ун, собрав всю волю к жизни, увернулся.

Чудом стол с едой не перевернулся.

Ё Харюн, желая помочь старшему брату, попытался обойти Намгун Уна с другой стороны и перехватить путь к отступлению.

И как раз когда троица устроила эту суматоху, все трое одновременно почувствовали, что кто-то стремительно приближается.

Дверь распахнулась.

— Молодой глава! Срочные вести!

— Что случилось?

Намгун Ун мгновенно убрал бутылку за спину и принял невозмутимый вид, словно ничего только что не происходило.

Он с максимально достойным выражением лица посмотрел на слугу.

Тот доложил:

— Двое старейшин совета вступили в бой с Тхугве!

— Что?!

Намгун Ун вскочил.

Лицо Чин Чхонхи тоже стало серьезным.

«Проклятье. Раньше, чем я ожидал».

События опередили сроки, рассчитанные по оригинальному роману.

Возможно, очередной эффект бабочки, вызванный его вмешательством.

Чин Чхонхи тут же поднялся.

***

Тем временем, пока Чин Чхонхи и Ё Харюн сталкивались с Намгун Чхоном, Намгун Уном и мечниками клана Намгун, к порту Уху скользила небольшая лодка.

Она была длинной и сравнительно узкой.

Если тесниться, в ней могли разместиться человека четыре.

Над одной частью корпуса был натянут матерчатый навес, скрывавший то, что находилось внутри.

Лодка двигалась удивительно тихо, но при этом быстро.

Человек у весла носил широкополую шляпу, поэтому лица разглядеть было нельзя.

Однако внимательный взгляд сразу заметил бы, что перед ним необычный лодочник.

И это неудивительно.

Веслом работала переодетая Тхугве — Конъя Гон.

Если грести, вливая в весло внутреннюю силу, такая лодка разгонялась куда сильнее обычной.

Но сами движения оставались естественными — точь-в-точь как у привычного к реке лодочника.

Благодаря этому состоянию естественности даже мастер боевых искусств мог ничего не заметить, если специально не следил за скоростью лодки.

Проблемой было другое.

— Проклятый клан Намгун…

Военные корабли перекрыли Янцзы от одного берега до другого.

И просто кораблями дело не ограничивалось.

Между бортами натянули железные сети, чтобы маленькая лодка не могла проскользнуть в промежуток.

Лишь в нескольких местах сети отсутствовали, но там на небольших лодках стояли солдаты и проверяли каждого проходящего.

Любому было ясно: Намгун задействовали чиновников и армию, чтобы устроить эту блокаду.

«Они уже узнали, что я украла Пидокчу? Вряд ли это дело рук Демонического культа…»

Даже Демонический культ не сумел бы настолько быстро поднять военные суда.

По всей видимости, действовала сила клана, что контролировал эти земли.

Конъя Гон не могла знать, что Демонический культ применил уловку «убить чужим клинком».

Однако догадаться, что за всем этим стоял Намгун, было нетрудно.

«Фух… Хорошо, что это не те мерзавцы из Культа Кровавых Бессмертных».

Конъя Гон прекрасно знала, кто именно отравил её внучку.

Вся эта история, с самого её начала, была тщательно спланирована Культом Кровавых Бессмертных.

Они, несомненно, наблюдали из тени.

А сами не показывались, потому что главная цель была достигнута: теперь за ней охотился Демонический культ, а к этому добавился ещё и клан Намгун.

Вскоре информация о Тхугве, похитившей Пидокчу, наверняка распространится ещё шире.

Когда она выдохнется, последователи Культа Кровавых Бессмертных выйдут из засады и спокойно заберут украденный артефакт.

Это был самый простой способ заполучить Пидокчу, не пытаясь пробраться в сокровищницу Демонического культа.

Но что же тогда произойдёт с её внучкой?

Конъя Гон смотрела на девочку, которая лежала без сознания, тяжело и жарко дыша, и стиснула зубы.

«Я непременно спасу её!»

Она забралась под навес и бережно подняла внучку на руки.

Направляя свою внутреннюю силу в тело девочки, чтобы поддержать жизнь, Конъя Гон прижала её к груди и плотно обмотала тканью.

Нести внучку на спине было рискованно: в таком положении она не смогла бы её видеть и вовремя защитить от атаки.

Поэтому Конъя Гон надёжно закрепила девочку на груди, как младенца в перевязи.

Короткий вдох.

И прыжок.

Шух!

Взмывание на Ци.

Одним стремительным движением Конъя Гон поднялась более чем на десять чжан и перелетела над военным судном.

Набрав высоту в воздухе, она вновь оттолкнулась ногой от пустоты.

Шаги по Пустоте.

Опираясь на невидимую точку в небе, она получила новый импульс, миновала линию кораблей и устремилась к воде по другую сторону.

— Человек летит по небу!

— Тхугве! Это Тхугве!

Солдаты заметили её и подняли шум.

Кораблей было слишком много, как и людей, а день был в самом разгаре.

Остаться незамеченной было абсолютно невозможно.

Но Тхугве уже достигла воды.

И побежала прямо по поверхности реки к ближайшей лодке, где находились солдаты.

Переправа по Ряске.

Легендарное искусство лёгкости, позволявшее бежать по воде.

Пожалуй, во всём Цзянху не сыщется второго человека, способного последовательно применить Взмывание на Ци, Шаги по Пустоте и Переправу по Ряске.

«Нужно захватить хотя бы одну лодку, пока моя внутренняя сила не иссякла!»

Её тело, словно стремительный тигр, обрушилось на лодку с солдатами.

Сила Конъя Гон была достойна одного из десяти величайших мастеров Поднебесной.

Солдаты даже не успели толком отреагировать: несколько ударов ногами — и они оказались за бортом.

Она уже схватила весло и намеревалась влить в него свою внутреннюю силу.

И тут—

[Тхугве! Мы ждали этого дня!]

[Куда собралась бежать?!]

Два голоса разнеслись над водой.

От порта Уху к ней, словно две молнии, неслись двое стариков.

Переправу по Ряске они не использовали.

Вместо этого они бросали перед собой на воду деревянные дощечки и, наступая на них, стремительно сокращали расстояние.

— Два Меча Драконов-Близнецов. Вы всё ещё живы? Вижу, ваше искусство «Тысяча Ли — Как Родной Двор» заметно улучшилось.

Два Меча Драконов-Близнецов.

Двоюродные братья главы клана Намгун.

Они были близнецами и прославились далеко не только своей одинаковой внешностью.

Оба достигли Сферы Преображения, но славу им принесли именно их совместные поединки.

Однажды против них сразился глава Палаты Морского Песка, Король Клинка Хэ Ёндо, который входил в десятку сильнейших мастеров Поднебесной и считался на Чёрном Пути вторым после Сульдже.

Он отступил, потерпев поражение.

Так и прогремела слава близнецов.

Те, кто входил в десятку сильнейших, даже находясь на одной Сфере Преображения, значительно превосходили обычных мастеров.

Если Король Клинка потерпел поражение от этих двоих, значит, их совместная техника превосходила силу одного из десяти сильнейших.

— Думаешь, мы забыли, как ты издевалась над нами?!

— Ради того, чтобы поймать тебя, мы неустанно совершенствовали «Тысячу Ли — Как Родной Двор»!

«Тысяча Ли — Как Родной Двор».

Одно из высших искусств лёгкости клана Намгун.

Название означало, что даже тысячу ли практики проходили так же легко, будто шагаешь по двору собственного дома.

Говорили, что при полном освоении одним шагом можно преодолеть сотню чжан — примерно триста метров.

— Забавно. Вы забыли, что двадцать лет назад первыми полезли ко мне именно вы?

— Хм! И это оправдывает то, что ты вторглась в родовое святилище и осквернила поминальные таблички?!

— За это преступление ты заплатишь своей жизнью!

— Хватит болтать, пропустите меня. Моя внучка умирает. Если из-за вас с ней что-нибудь случится… я вырежу весь ваш род Намгун.

Она не шутила.

Да, будучи воровкой, Конъя Гон следовала своему собственному Дао.

Но это была лишь её личная эстетика.

Не то, ради чего она поставила бы правила выше жизни своей внучки.

Для Конъя Гон девочка была всем.

Гу-у-у…

В воздухе разлилось смертоносное намерение.

Однако двое стариков не отступили ни на шаг.

— Попробуй.

— Мы и так непримиримые враги. Не лучше ли закончить всё здесь?

Ш-ш-ш-ш…

Из тел близнецов начала распространяться туманная энергия.

Облако Меча!

Техника на ступень выше Нитей Меча.

Море Облаков Мечевой Ци, которое Чин Чхонхи видел на Турнире Дракона и Феникса, базировалось на том же принципе.

— Кх… Вы, подонки… И после этого еще называете себя людьми Праведного Пути?!

— Это ты сама сделала нас такими.

— Сдавайся без сопротивления, и мы оставим твою внучку в живых.

— Заткнитесь!

БУМ!

Лодка под ногами Тхугве разлетелась на куски.

Осколки, пропитанные мощной ци, разлетелись во все стороны, словно картечь.

***

Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»

Прочитать главы раньше всех уже можно на бусти: https://boosty.to/domnekromanta/posts/e2321732-a03c-4284-9f0e-58858bb339df?share=success_publish_link

Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta

Наш бот, там можно подключить уведомления о выходе новых глав на ваши любые тайтлы: @domnekromanta_bot

Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta