Вторая жизнь хирурга Том 1 Глава 376

~7 мин. чтения · 1,728 слов
Ранее в Вторая жизнь хирурга...
Чин Чхонхи вызывает Тан А на поединок, чтобы помочь ей с диагнозом. Он изучает её боевые искусства и яды, пытаясь найти способ противодействия. Тан А использует свой хлыст и яды, а Чин Чхонхи уклоняется и анализирует её атаки. Поединок становится по-настоящему опасным, когда оба бойца используют свои самые сильные приёмы.
ВСПЫШКА! Глаза Чин Чхонхи вспыхнули, словно ночные жемчужины, а затем сияние становилось всё ярче, пока не начало казаться, будто свет буквально льётся из его глаз. Лазурное сияние — признак того, что Божественное Искусство Совершенного Эликсира Хёнуона приведено к предельной мощи. Одновременно Чин Чхонхи пустил в ход высшее из искусств, которые сам взрастил в себе: Трансцендентное Боевое Сердце — Человечность и Справедливость. Форма мышц Тан А, положение костей, направление взгляда — даже мельчайшие привычки записывал достигший предела разум. Это было уже не мышление Цзянху и не его воинская логика. Чуждая этому миру, рациональная мысль современного человека словно пережёвывала и проглатывала намерения Тан А. «Начинаю видеть», — подумал Чин Чхонхи. Тан А обрела Просветление и достигла Сферы Преображения, но человеком она от этого быть не перестала. Пока тело состояло из костей, плоти и крови, каждое движение неизбежно оставляло для Чин Чхонхи следы. Даже тысячеликое движение хлыста постепенно становилось предсказуемым. И вот результат. ГРОХОТ! Хлыст извился драконом и обрушился на землю. Синие каменные плиты тренировочной площадки разлетелись в порошок, а осколки взвились подобно дыму. Но чёрный дракон не остановился и продолжил пляску. А между его ударами Чин Чхонхи легко покачивался, словно бабочка с развевающимися рукавами. Прежней отчаянной спешки в его движениях уже не было. Уклоняясь от беснующегося хлыста, который крушил всё вокруг, он шаг за шагом шёл вперёд, двигаясь ровно настолько, насколько было необходимо. Глаза Тан А расширились. Она увидела: Чин Чхонхи начинал движение раньше хлыста. Это уже трудно было назвать обычной ходьбой. Он будто заранее занимал нужное направление в пространстве, и одной лишь фразой «довёл искусство лёгкости до предела» происходящее не объяснялось. — Ха! Как и подобает моему противнику! Тому, кого избрала сама судьба! Ты так непринуждённо уходишь от моего Волнового Танца Ядовитого Дракона! Тогда прими и это! Восхождение Ядовитого Дракона! «В терминах игры — вторая фаза?» — Даже посреди смертельно опасного боя современный человек с доведённым до предела разумом спокойно думал о подобной чепухе. Настолько буднично, что становилось почти нелепо. Пока Чин Чхонхи мысленно перебирал игровую терминологию, метавшийся во все стороны хлыст разом вернулся к Тан А. И тут же начал с огромной скоростью вращаться вокруг неё по спирали, наполняя воздух оглушительным треском. Получился настоящий вихрь. Нет — смерч. — Иду! Тан А рванула вперёд вместе с вращающимся хлыстом. Со стороны казалось, будто на Чин Чхонхи несётся дракон с распахнутой пастью. И к тому же… «Она даже не покрыла его сгущённой ци, а мощь уже чудовищная», — подумал Чин Чхонхи. Силу Восхождения Ядовитого Дракона можно было оценить одним взглядом. Хлыст Драконьей Чешуи сам по себе был божественным оружием. Ядовитая сила Тан А превращалась во внутреннюю и давала взрывной прирост мощности. А теперь она ещё и вливала туда колоссальный запас внутренней силы. Всё, чего касался хлыст, разлеталось на куски. Это было не разрушение за счёт сконцентрированной энергии, как у сгущённой ци. Это было чистое насилие грубой физической силы. — Хорошо! Иди! Чин Чхонхи выкрикнул обязательную для героев уся реплику и обнажил Меч Ледяного Кристалла. Глядя Тан А прямо в глаза, он шагнул по прямой. Никакой загадочной или чудесной техники шагов. Чин Чхонхи просто честно побежал вперёд и нанёс прямой удар мечом. Клинок вошёл между витками вращающегося хлыста. ФЬЮ-У-У! И одновременно тело Чин Чхонхи оторвалось от земли и тоже закрутилось в воздухе по спирали. На лице Тан А появилось потрясение. — Ха! Мой штормовой вихрь рассыпался?! «Даже смеяться над тобой за эту подростковую театральность язык не поворачивается, Тан А. Используй ты это на Собрании Дракона и Феникса — там бы полегло немало людей», — размышлял Чин Чхонхи. Не зря её называли Королём Кровавого Хлыста. Смеяться над человеком, которого якобы поглотила «тьма гормонов», можно только пока за этим не стоит настоящая сила. От такого могущества даже у Чин Чхонхи по спине пробежал холодок. БАХ! Раздался внезапный взрывной хлопок. Хлыст остановился и бессильно распался в разные стороны. Чин Чхонхи опустился на землю, приставив лезвие к горлу Тан А. — На этом закончим? — Ха…?! К-как ты разрушил мой приём? — Восхождение Ядовитого Дракона действительно страшный приём. Но… — Чин Чхонхи выдержал короткую паузу. — Спираль вращалась слишком однообразно. Тот, кто способен реагировать на такую скорость, может не сопротивляться потоку, а войти в образовавшийся промежуток. После этого достаточно затормозить движение — и вращение распадётся. Объяснение было максимально простым и практичным: ни символов, ни красивых метафор. Чин Чхонхи даже опасался, что Тан А не поймёт такую подачу, но зря. — Кх… вот оно что. Значит, в этом моя незрелость! Она опустила голову и крепко сжала кулак. — Я… проиграла! На этом поединок закончился. — Хе-хе! Запомни! Я ещё вернусь за тобой, Безумный Голубоглазый Лекарь!

Если не считать того, что после её последней фразы наблюдатели из сычуаньского клана Тан разом съёжились, словно медведи, которым пришлось встретиться с собственным постыдным прошлым…

Поединок вышел вполне достойным.

***

— О-о~ Любители сплетен такое обожают~.

— Ох-х… всё тело ломит.

Несмотря на прежний самоуверенный вид, едва добравшись до гостевого флигеля, Чин Чхонхи принялся легонько постукивать спиной о деревянный столб галереи.

— Брат, ты что делаешь?

— Спину отбиваю.

— Это ещё что?

Ах, современная молодёжь… нет, в Цзянху такое, похоже, просто не принято?

Когда-то он сам говорил, что лучше уж нормально распрямить позвоночник на массажном ролике, чем заниматься такими глупостями.

Но с какого-то момента профессор Чин после походов в горы незаметно для себя начал постукивать спиной о деревья возле источников.

Хотя и в горы-то выбирался нечасто.

Конечно, если биться сильно, можно было заработать проблемы с дисками, поэтому он лишь медленно прижимался и мягко разминал мышцы.

Но почему-то после этого становилось хорошо.

Наука вряд ли объяснила бы такое приятное чувство.

И вот теперь, после омоложения, он занимался этим в молодом теле.

— Тан А настолько тебя вымотала?

— Даже не спрашивай. Сейчас она, пожалуй, раза в два сильнее Намгун Уна.

— Намгун Ун ведь всё ещё не достиг Сферы Преображения?

— Да. Судя по тому, что я видел при осмотре, тело и ци у него уже готовы. Но бывает и такое.

В отличие от Тан А, стремительно рванувшей вперёд, Намгун Ун всё ещё не перешагнул стену.

А может, правильнее было сказать, что он пока не захотел её перешагнуть.

Он ещё не решил, чем именно должен стать его меч.

Ему не требовалось отчаянно жить ради рода.

Не было и навязчивого желания обязательно стать первым.

Он даже не страдал от комплекса неполноценности, сравнивая себя с другими.

Пока меч не знал, куда направиться, пройти за стену было невозможно.

«В той кровавой катастрофе из оригинала всё было бы иначе».

Люди рода Намгун погибали один за другим, и Намгун Уну волей-неволей пришлось бы вцепиться в меч.

Но теперь у него появилось время спокойно разобраться в себе.

Впрочем, если смотреть объективно, странной была именно Тан А.

Намгун Ун всё равно оставался одним из сильнейших мастеров своего поколения.

«Даже когда старейшины сравнивали его с Тан А и ругали, он только спокойно пропускал всё мимо ушей».

Вот только увлечение праздной жизнью ему стоило бы немного умерить.

Хотя и это часть характера.

— Теперь Цзянху зашевелится. Ещё как зашевелится.

— Настолько большое дело?

— Конечно. Говорят, против Короля Кровавого Хлыста трудно выдержать даже один обмен ударами. Теперь уже никто не посмеет утверждать, что брат не достоин стоять среди десяти сильнейших мастеров Поднебесной.

«Мне-то всё это достаётся во многом благодаря моим читерским преимуществам».

Чин Чхонхи лениво продолжал разминать спину.

Тук, тук.

Картина была та ещё: ослепительно молодой красавец с повадками дядьки после воскресного похода колотится спиной о столб.

Сама Хён запомнил это зрелище и спросил:

— Ты ведь бьёшь не по позвоночнику, а сбоку?

— Ага. Прямо по позвоночнику вредно. Лучше будто разминаешь мышцы с обеих сторон.

— Значит, бой с Тан А и правда был тяжёлым.

— …Да. Ошибись я хоть в одном решении — умер бы.

Умер бы.

Не «получил бы тяжёлую рану», а именно умер.

Сама Хён явно не ожидал услышать от нынешнего брата такое.

— Настолько?..

— Настолько сильна. И в бою со мной она ещё и получила новое понимание боевого искусства. Одного моего замечания хватило, чтобы ей открылось что-то новое.

— Я ничего такого не почувствовал.

— Не обязательно каждый раз переживать Очищение Костей и Плоти или входить в Самадхи Парения. Небольшие прозрения тоже накапливаются и в конце концов приводят туда. Этот поток…

Чин Чхонхи оборвал себя.

Он не смог произнести: «В этом она похожа на учителя».

С Божественным Врачом Белого Цилиня было то же самое.

Чегаль Лин, которого Чин Чхонхи встретил в самом начале, и нынешний Чегаль Лин были совершенно разными мастерами.

Его понимание боевого пути стало неизмеримо глубже, хотя никакого громкого единовременного преображения вроде бы не происходило.

День за днём — обновляться вновь.

Каждый день просто становиться немного лучше.

Вот только обычный талант движется этим путём ползком, а гений — бегом.

«Значит, завтрашняя Тан А будет намного сильнее сегодняшней. Как учитель».

Хорошо, что такая Тан А любила Чин Чхонхи как друга.

— Она и раньше постоянно вызывала сильных людей на бой.

— В Цзянху рейтинг силы примерно так и составляют.

Здесь ведь не было ни уровней, ни измерителя боевой мощи.

Любители подобных разговоров в конце концов судили по одному: кто с кем сразился и кто победил.

— Кстати, я слышал, что глава рода Намгун и настоятельница Поталы обменялись вызовами. Почему о результате ничего не слышно?

Сама Хён ответил:

— Они уже скрестили мечи. Причём в поединке насмерть.

— Что?

При этом оба остались живы и вообще не получили ран.

На вопрос, кто победил, Сама Хён усмехнулся.

— Неизвестно. Обе стороны решили ничего не разглашать. Даже самым отчаянным любителям сплетен сложно определить победителя.

— А сегодняшний бой разлетится по всему Цзянху?

— Наблюдателей было полно, разумеется, разлетится~. К тому же, все знают, что Король Кровавого Хлыста любит схватки и вызывает на бой любого, кто считается сильным. У неё много врагов.

— Тан А — добрая девушка, Хён.

— Знаю. Но и вражды у неё накопилось немало. И путь Короля Кровавого Хлыста она выбрала сама, поэтому весть распространится ещё дальше.

Чин Чхонхи кивнул.

— Тебя не беспокоит, что, услышав о поражении Короля Кровавого Хлыста, мастера, которые её ненавидят, могут начать вызывать её на бой одного за другим?

— О чём тут беспокоиться… Завтрашняя Тан А будет намного сильнее сегодняшней. Ох-х… мне бы о себе поволноваться.

Где уж ему заботиться о чужих битвах.

«Да и я сам кое-что понял».

Не так, как Тан А или учитель, но этот поединок тоже принёс ему свою добычу.

Продолжая мягко разминать спину о столб, Чин Чхонхи вновь и вновь прокручивал в голове недавний смертельный бой.

Тук.

Тук.

Тук.

Зрелище и правда было довольно безумным.

***

Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»

Прочитать главы раньше всех уже можно на бусти: https://boosty.to/domnekromanta/posts/e2321732-a03c-4284-9f0e-58858bb339df?share=success_publish_link

Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta

Наш бот, там можно подключить уведомления о выходе новых глав на ваши любые тайтлы: @domnekromanta_bot

Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta