Вторая жизнь хирурга Том 1 Глава 610

За время совместной жизни с Юхо, Чин Чхонхи понял, что определённый способ подачи блюд особенно ему угоден.

Хотя Юхо предпочитал сырое мясо, подобные яства он также считал превосходным угощением.

Причём важна была не только сама пища, но и то, как она была представлена.

После многочисленных проб и ошибок выяснилось: больше всего ему нравилась сервировка, как для ритуальных поминальных трапез.

Чин Чхонхи даже не знал своих родителей, потому за всю прошлую жизнь ему ни разу не довелось самому проводить ни поминальные обряды, ни праздничные жертвоприношения. Всё, что он видел, — это телепередачи по случаю Чхусока в госпитале.

«Рис слева, суп справа… рыба на востоке, мясо на западе… Больше я ничего не припоминаю».

Он просто располагал блюда примерно так — и Юхо ел с ещё большим аппетитом.

Почему тот так любил именно праздничную ритуальную сервировку, Чин Чхонхи не имел ни малейшего понятия. Сам же он при этом каждый раз ощущал себя словно при расстановке магического построения.

— Вкусно.

Ыннён, сидевший напротив, тоже, судя по всему, был доволен.

Когда настроение стало достаточно благоприятным, Чин Чхонхи извлёк подаренный Сама Хёном Цинь Семи Серебряных Струн и начал играть.

— Вижу, ты основательно подготовился.

— Разве можно явиться к столь почтенному существу с пустыми руками?

— Язык у тебя подвешен превосходно.

— Да что вы, хе-хе! Позвольте исполнить одну мелодию. Надеюсь, она придётся вам по вкусу.

Дин-н…

Когда к вину и закускам присоединилась музыка, Ыннён с удовольствием прикрыл глаза и тихо подпевал.

— Да. Иногда приятно вспоминать подобные утехи.

И понемногу начал излагать то, что знал.

— Думаешь, повернуть время вспять так легко? Одно дело — отмотать время лишь для себя. Но вернуть вспять весь мир требует чудовищной платы.

— Вот… как. Значит, теоретически можно отмотать лишь моё собственное время?

— Можно. Если возвращать лишь себя, цена по причинности также будет меньше. Гораздо удобнее.

— Звучит весьма заманчиво, вот только я совершенно не понимаю, как это вообще осуществить.

— Такова природа времени и пространства. Подобная власть смертным не дана… В нынешнем твоём состоянии ты в любом случае не способен ею пользоваться.

Динь-ли-ли…

Чин Чхонхи осторожно перебрал струны и спросил:

— А что нужно сделать, чтобы я смог?

— Превзойти предел обычного человека. Тогда это станет возможно.

Превзойти предел человека?

Неужели речь идёт о Сфере Таинства?

Он не знал.

«Но если ещё раз спрошу, этот тип наверняка рассердится».

Ыннён и без того был существом крайне переменчивым. Если слишком назойливо приставать с вопросами, мог просто опрокинуть стол и уйти.

Чин Чхонхи сменил тему.

— Вы упомянули, что истинная сила драгоценного камня не в восстановлении. Тогда в чём же?

— Хм. Быстро соображаешь. Я как раз подумывал немного тебя подразнить, если ты начнёшь цепляться за прежний вопрос.

— Хе-хе!

— Всё-таки потомки Чегалей всегда были такими.

Ыннён фыркнул.

Но, похоже, его настроение не ухудшилось.

И это хорошо. Чин Чхонхи не имел представления, что именно означает «немного подразнить» в исполнении Ыннёна, но нутром чувствовал: ничем приятным это не закончится.

«Ыннён вообще не доброе существо. Он просто делает то, что ему заблагорассудится».

Для него люди были словно муравьи где-то внизу.

Существо, подобное богу.

Нет.

Наверное, настоящий бог.

Ыннён заговорил:

— Камень расходует накопленную тобой причинность, чтобы оберегать тебя.

— Что?

— Разве я не спрашивал в прошлый раз, откуда у человека взялась такая причинность?

И только тогда Чин Чхонхи вспомнил предыдущий разговор.

— Ты вообще кто такой?

— Накопленной на тебе благой кармы я не встречал никогда. Ты явно спас не одного и не двух человек.

Тогда Ыннён действительно был поражён.

«А-а. Вот почему он тогда дал мне камень».

Ыннён продолжил:

— Повторюсь. Камень тратит причинность, чтобы тебя защищать. Чем больше причинности накапливается внутри тебя, тем быстрее ты восстанавливаешься после ранений и тем меньше платишь, когда сверхъестественной силой обращаешь время вспять.

— Понятно…

— Это часть божественной власти.

— А что вообще такое эта причинность?

Ыннён на мгновение задумался.

— Если объяснять так, чтобы понял смертный… Это влияние, которое ты оказываешь на других. Спасаешь ли ты людей или убиваешь — не имеет значения. Добро и зло тоже несущественны. Важно само влияние.

Сказав это, он отпил вина, явно давая понять, что больше объяснять не намерен.

«Ладно. Даже это уже является невероятной щедростью».

Чин Чхонхи слишком хорошо знал мерзкий характер Ыннёна и потому не стал настаивать.

Знаний, полученных сегодня, и так было с избытком.

Короткий пир подошёл к концу.

— Хо-хо-хо. Наблюдать за миром через тебя довольно занимательно. В награду дам ещё один дар.

— Дар?

В воздухе возникла золотая чешуйка.

— Возьми. Это моя чешуя.

Чешуя Ыннёна.

Одно лишь её существование превращало предмет в божественную реликвию.

Ыннён произнёс:

— Если её обработать и сделать из неё протез, он без труда сможет заменить один палец.

Протез!

От неожиданного дара глаза Чин Чхонхи широко распахнулись.

— С-спасибо, господин Ыннён.

— Давно я так не развлекался, смертный.

***

Завершив краткую, но насыщенную встречу с Ыннёном, Чин Чхонхи выбрался из хранилища. Снаружи его уже ожидал главный евнух-адмирал.

— Айгу-у~ Наконец-то вышли~ Я вас уже заждался~

Главный евнух продолжил говорить своим манерным, мелодичным голосом.

«На вид — типичный придворный подхалим… Но при этом — верный слуга».

Он приблизился к Чин Чхонхи.

— Похоже, у обоих князей возникли неотложные дела, поэтому лично проводить вас они не смогут~

— Понимаю.

Чин Чхонхи прекрасно осознавал, насколько заняты Золото и Серебро. К тому же, ему самому было спокойнее, когда этих двоих не было поблизости. Больше не придётся выслушивать их игры с кровными узами.

«Хватит этой семейной возни!»

Лично Чин Чхонхи не собирался вступать в клан Пхун, но его продолжали подводить наводящими вопросами.

— Зато Его Величество пожаловал вам ещё один ценный предмет.

Евнух кивнул, и другой слуга немедленно преподнёс роскошную шкатулку, полностью покрытую золотом.

Чин Чхонхи неловко вновь принял позу «десять тысяч лет императору», но главный евнух заметил:

— Если желаете выражать пустую учтивость, сперва внеситесь в императорскую родословную…

— …Ох, спина. Совсем не гнётся.

Чин Чхонхи тут же выпрямился.

— Кхм, кхм. В любом случае, откройте.

Внутри покоился браслет в виде двух золотых драконов, чьи тела были переплетены.

— Э-это?..

— Золотой жетон императорского ревизора Цзиньи-вэй. Его статус выше вашего прежнего инспекторского жетона. Полномочия чрезвычайные: с ним можно расследовать даже градоначальника.

— Да зачем мне такое…

— Если позволите дерзость, смысл, по-моему, прост: вас собираются как следует использовать. Хе-хе-хе.

Евнух потёр ладони.

Чин Чхонхи вздохнул, сдал свой старый жетон и надел новый золотой браслет на запястье.

Щёлк.

«По весу — словно наручники».

Главный евнух продолжил:

— Пока вы находились на севере, уездный начальник соседнего с уездом Белого Цилиня округа был обезглавлен за взяточничество и злоупотребления. Сам уезд Белого Цилиня для отдельного уезда был слишком мал, поэтому соседний округ просто объединили с ним!

— Вот как!

Пока Чин Чхонхи пребывал во Дворце Ледяного Моря Севера, в стране произошло множество событий.

Он спросил:

— И… сколько там податных дворов?

— Совсем немного. Тот уезд тоже был невелик. Примерно 6 000 дворов?

— И-и-ик?!

Ранее уезд Белого Цилиня насчитывал около 2 000 податных дворов. Население — приблизительно 16 000 человек.

«А теперь разом добавили ещё 6 000? В три раза больше прежнего? Это уже хвост виляет собакой!»

Лицо Чин Чхонхи побледнело.

Главный евнух удивлённо заметил:

— Ой-ой. Я думал, вы обрадуетесь. После событий в Айше Его Величество даровал вам ещё большую власть.

— Я столько не справлюсь! Даже по простому подсчёту работы прибавится втрое!

Главный евнух громко рассмеялся.

— Впервые вижу человека, который беспокоится именно об этом. Неудивительно, что Его Величество обратил на вас внимание.

— Это же катастрофа!

Похоже, такая реакция понравилась евнуху ещё больше.

Но Чин Чхонхи было не до чужой симпатии.

«В эту эпоху в одном дворе легко живёт минимум восемь человек. Простая арифметика — это ещё около 48 000 жителей!»

И это было не всё.

Соседний уезд граничил с озером Хунцзэху.

Разумеется, у него имелась приличная гавань на озере.

«Значит, через порт проходят купеческие суда, курсирующие между Хунцзэху и Янцзы. Плюс прогулочные лодки тех, кто приезжает любоваться цветением».

Будто угадав мысли Чин Чхонхи, главный евнух весело произнёс:

— Земля-то какая плодородная!

— …Да. Я понимаю.

— А Янцзы, вытекающая из Хунцзэху, ведёт прямо в Нанкин, который называют второй столицей! И водных разбойников там нет!

Так оно и было.

До основания Пекина столицей служил Нанкин.

Теперь он считался второй столицей, и там проживало множество родственников и приближённых высокопоставленных чиновников.

Второй по величине город империи.

Поэтому, стоило где-нибудь поблизости появиться речным пиратам, как их немедленно уничтожали.

Прямой путь по Хунцзэху к Нанкину действительно делал новую территорию золотым прииском.

Чин Чхонхи сказал:

— Но чем ярче свет, тем гуще тень. Рост торговли означает рост домов терпимости, постоялых дворов, игорных притонов и опиумных лавок.

Павильон Белого Цилиня теперь считался школой, контролирующей Цзянсу.

Но одна только провинция Цзянсу по площади была примерно как Южная Корея, а население исчислялось миллионами.

В современной Южной Корее одних полицейских было около 120 000. А у Павильона Белого Цилиня точно не имелось 120 000 воинов.

«Конечно, по сравнению с другими землями Цзянсу уже основательно зачистили от школ Чёрного Пути».

Но преступники всё равно появлялись снова и снова.

— Именно так-с. Школ Чёрного Пути там наверняка тоже немало. А вы уже догадались о замысле Его Величества. Поразительно, поразительно!

Главный евнух несколько раз восхищённо кивнул.

— Приказ уже спущен вниз, отменить ничего нельзя. Управление можете оставить в нынешней управе уезда Белого Цилиня или перенести в управу присоединённого уезда — как пожелаете.

Он жеманно взмахнул рукавами и продолжил:

— Что ж, лекарь Чин. Буду с нетерпением ждать следующей встречи. Хо-хо.

— …Ха-а…

Так главный евнух проводил Чин Чхонхи.

У самых дворцовых ворот он не забыл добавить:

— Берегите своё ценное тело. Особенно после того случая с пальцем. Когда Его Величество узнал о потере, он был вне себя от гнева.

— Ч-что?

Чин Чхонхи переспросил, совершенно сбитый с толку.

Какой ещё гнев? Император только и делал, что подтрунивал над ним.

Вместо ответа главный евнух лишь загадочно улыбнулся.

«Вот старый лис. И ведь больше ни слова не проронит».

С придворными императора никогда нельзя терять бдительность.

***

Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»

Прочитать главы раньше всех уже можно на бусти: https://boosty.to/domnekromanta/posts/e2321732-a03c-4284-9f0e-58858bb339df?share=success_publish_link

Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta

Наш бот, там можно подключить уведомления о выходе новых глав на ваши любые тайтлы: @domnekromanta_bot

Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta