Высокомерная супруга принца Том 1 Глава 1 Вести о путешествии во времени

Империя Тяньшэн существовала в процветании уже более века. Мудрый император, верные чиновники, богатая страна, сильная армия и благополучный народ — на всём континенте Шэньчжоу не было державы, сравнимой с ней по мощи. Даже второстепенные государства могли лишь мечтать о подобном, ежегодно выплачивая дань и демонстрируя всяческое подобострастие.

Однако за этим столетним сиянием всё очевиднее проступали гниль и пороки. В период перехода власти, под маской спокойствия, скрывались бурные течения. Особенно сильным было влияние четырёх могущественных родов, принадлежащих императорской семье: княжеских домов Жун, Юнь, Дэ и Сяо.

Император старел, в то время как наследный принц и прочие сыновья императора находились в самом расцвете сил. Старшее поколение четырёх великих семей постепенно уходило со сцены, уступая место молодым наследникам, которые продолжали дела своих предков.

Молодые господа из этих семей достигли успехов как в гражданских, так и в военных областях. Не раскрывая своих истинных намерений, они плели интриги друг против друга, провоцируя открытые столкновения и скрытые удары, кровавые драмы и бесконечные заговоры. Несмотря на напряжённую обстановку, никто не осмеливался нарушить установившееся хрупкое равновесие. Таким образом, ситуация зашла в тупик.

Ли Юнь, самый молодой и талантливый генерал Министерства государственной безопасности, однажды погибла, защищая свою страну. Её душа перенеслась в другой мир, и она возродилась как единственная законная дочь княжеского дома Юнь — Юнь Цяньюэ.

Её появление сдвинуло ситуацию с мёртвой точки.

***

Ли Юнь медленно открыла глаза и тут же застыла в изумлении.

Над озером возвышался павильон: тёплый ветерок ласкал алые перила, зелёные ставни, извилистые галереи, изумрудные деревья и цветы, словно вырезанные из нефрита. Какое восхитительное, роскошное зрелище! Особенно привлекали внимание редчайшие и драгоценные цветы, посаженные у ограды.

Пара нефритовых уток-мандаринок на озере и белые журавли с алыми коронами были настоящей редкостью, почти исчезнувшей в современном мире. Окружение радовало взор и другими сокровищами, такими как искусственные горы, скульптуры и всевозможные произведения искусства.

Ошеломлённая, она не могла не задуматься о том, насколько реально существование подобного места в эпоху искусственных технологий. Ведь такого не было даже в Сучжоу и императорских садах в Пекине.

Пока она пребывала в оцепенении, рядом послышался непрестанно бормочущий и недовольный женский голос.

— Юная госпожа, вы должны были преподать урок тем бессовестным девицам! Кто они такие, чтобы сметь смеяться вам в лицо? Да вы же... вы же!.. Кто-то даже осмелился поднять на вас руку! Сегодня на поэтическом собрании присутствует сама Императрица! Это же верхушка дерзости!

— Этой служанке кажется, что вы всё чаще поддаётесь им. Если так продолжится, Его Высочество наследный принц точно рано или поздно попадёт в сети этих лисиц!

— Только что Его Высочество ясно видел, что вы пострадали, но просто ушёл, закрыв на происходящее глаза. Это действительно возмутительно! Эта служанка думает, что вам стоит спросить его, на ком он собирается жениться. Если вы не примете меры, то даже травинка может осмелиться унизить вас!

— …

— Юная госпожа, почему вы молчите? Вы слышали, что сказала эта рабыня?.. Юная госпожа?

Раздражённый голос прервал то кратковременное изумление, что Ли Юнь испытала при виде открывшегося перед глазами великолепия. Словно во сне, она повернула голову в сторону звука и увидела юную особу в старинном одеянии, напоминающем одежду служанки.

На вид ей было лет двенадцать-тринадцать; она медленно обмахивалась веером из листьев рогозы, который держала в руках. Нежное личико девочки казалось полным негодования, а в глазах сверкал гнев. Она была ошеломлена, когда, наконец, заметила рассеянный взгляд Ли Юнь. Пока хозяйка неотрывно смотрела на неё, выражение лица девочки стало ещё более отстранённым. Застыв на мгновение, девочка с тревогой и неуверенностью спросила:

— Юная госпожа, вы… вы плохо себя чувствуете?

Ли Юнь молчала. Её затуманенные глаза постепенно сфокусировались, и внезапно в них вспыхнуло острое, пронзающее сияние. Она пристально уставилась на собеседницу.

— Ю… Юная госпожа… — служанка вздрогнула под взглядом хозяйки. Веер в её руке замер, и, отступив на шаг, она с глухим стуком упала на колени. Её уверенная речь тут же сменилась дрожащим лепетом:

— Простите, юная госпожа! Эта рабыня была слишком возмущена и не должна была так говорить о Его Высочестве принце.

Его Высочество принц?.. В глазах Ли Юнь мелькнула тень. Перед ней осмелились устроить подобный спектакль? Кому-то, не иначе, жить надоело?

 Она поджала губы и уставилась на девочку. Чёрный обсидиан под её ногами отливал глубоким блеском, сверкая в солнечном свете. Взгляд девушки остановился на лбу служанки, с которого непрерывно стекала кровь. Мысли вихрем пронеслись в голове.

Если это была постановка… то почему отсутствовали освещение, камеры и съёмочная группа? Даже если актриса, будучи истекающей кровью девушкой, откровенно переигрывала, она рисковала оставить шрам, если не остановит кровотечение в ближайшее время. Неужели ещё остались люди, готовые зайти так далеко ради денег? … Или это не спектакль… тогда где же она находится?

— Умоляю, юная госпожа, простите эту служанку! Рабыня больше не осмелится! — не получив ответа, девушка начала кланяться ещё активнее. Удары сопровождались глухим звуком, и всего через несколько секунд пол окрасился красной кровью, которая на фоне чёрного камня выглядела особенно ярко.

Зрачки Ли Юнь сузились, пока её взгляд был прикован к кровавым каплям на обсидиане. Она резко подняла голову и посмотрела в небо, откуда падал солнечный свет. Яркое светило стояло в зените, его лучи заливали землю, сверкая золотом. Лишь мельком взглянув, она вновь обратила внимание на служанку, которая всё ещё продолжала пресмыкаться.

— Пожалуйста, юная госпожа… — словно не чувствуя боли, девушка продолжала молить о пощаде.

— Ты… сначала встань, — сказала Ли Юнь.

Её голос был молод. Всего пары слов оказалось достаточно, чтобы он показался мягким и переливчатым; он мог бы напоминать соловьиное пение, если бы не лёгкая охриплость. Произнеся это, она тут же отвела взгляд от девушки и посмотрела на себя.

Столь чужой голос… Это никак не мог быть тот голос, к которому она привыкла за более чем двадцать лет своей жизни. И увиденное заставило её снова замереть в изумлении.

Старинное платье было скроено из мягкого шелка бледно-лилового цвета и расшито крупными цветами яблони. Немногочисленные цветы и листья были выполнены настолько реалистично, что казались живыми. Вышивка была аккуратной, а шёлковые нити мягко мерцали — сразу видно, что это работа искусных мастеров. Юбка полностью закрывала ноги, и по краю чётко выделялась кайма, отделанная настоящей золотой нитью.

Ли Юнь огляделась и поняла, что сидит на стуле из полированного белого нефрита, прислонившись рукой к каменному столу из того же материала. Руки были миниатюрными и красивыми. На тонком запястье мягким изумрудом светился нефритовый браслет — гладкий и кристально чистый. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что вещь бесценна. По обе стороны от головы свисали подвески: нефритовые бусины на тонких золотых цепочках искусной работы, очевидно, также были не из дешёвых.

Она ошеломлённо смотрела на себя. Едва-едва прояснившийся разум снова опустел.

— Юная госпожа, вы… вы простили эту служанку? — Девушка резко подняла голову и с удивлением взглянула на Ли Юнь. Но, заметив в её глазах отсутствующее выражение, тут же опустила голову и робко прошептала с застывшим лицом: — Если госпожа не простила вины рабыни, эта служанка не посмеет встать.

Ли Юнь бессознательно сжала руки в кулаки и посмотрела на коленопреклонную девушку. Та тоже была в дорогой одежде, но если приглядеться, ткань всё же значительно уступала её собственной. Украшения — тем более. Ли Юнь сузила глаза, ничего не говоря.

Служанка, не услышав слов прощения, больше не решалась заговорить, лишь молча сидела с опущенной головой. Со лба всё ещё капала кровь, но она, казалось, не чувствовала боли, неподвижно стоя на коленях.

— Что ты только что сказала? Повтори, — В её голосе больше не было хрипотцы, но в нём появилась глубина и величавость, заставившая девушку содрогнуться.

За столько лет, проведённых в сражениях, Ли Юнь научилась сохранять спокойствие в любой ситуации — где бы она ни была, каким бы невероятным ни было происходящее. Даже если всё виденное переворачивало её прежние представления об окружающем мире с ног на голову — она умела сохранять хладнокровие и спокойно реагировать на все изменения.

Тело служанки задрожало от сдерживаемых раскаяния и страха.

— Юная госпожа, это служанка ошибалась, она определенно никогда больше не станет сплетничать о Его Высочестве, и готова к наказанию. Эта рабыня всё еще должна заботиться о бабушке, прошу, пощадите!

— Я сказала повторить то, о чём ты только что говорила! — голос Ли Юнь внезапно стал внушительнее.

— Го… госпожа… — девушка продолжала молить о пощаде, но, услышав слова хозяйки, она вздрогнула и тут же закрыла рот.

— Говори! — Ли Юнь пристально смотрела на служанку. Она должна была понять: что это за место, почему она здесь, и почему — в чужом теле?

— Да… Эта служанка всё скажет. — Девушка в страхе опустила голову, не смея пошевелиться. Ни на миг не медля, она в испуге повторила всё, что говорила, когда Ли Юнь только очнулась.

Ей потребовалось на это несколько минут. Закончив, она затаила дыхание. Холодный пот промочил её тонкое платье. Только теперь до неё в полной мере дошло: она осмелилась порочить имя Его Высочества наследного принца. Какое серьезное преступление она совершила! Если бы он узнал об этом, она бы лишилась головы, а не стояла здесь на коленях, моля о прощении.

— Хм… — Взгляд Ли Юнь стал мрачным, а голос лишился всяких эмоций. Однако внутри неё бушевала буря. Это крошечное тело, бледные, как снег, пальцы, украшения и одежда… Это определенно была не она. Странное, леденящее чувство поднялось в её груди, и даже окружающая красота потеряла свою привлекательность. Неужели она спит?

С этой мыслью она внезапно сжала кулак, и её ногти глубоко впились в ладонь. Острая боль пронзила кожу. Не испытывая страха, она повторила это ещё несколько раз, а затем незаметно ущипнула себя за талию. Даже мягкая ткань не спасла её от боли.

Лицо Ли Юнь побледнело, черты на мгновение исказились, и изнутри поднялся холод. Это не сон!

Девушка больше не смела произнести ни слова, и вокруг снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом ветра.

— Расскажи мне ещё раз, что произошло. Его Высочество… он действительно видел, как меня унижают, и не вмешался? — Через некоторое время Ли Юнь заговорила, тщательно подбирая слова. В её голосе проскальзывала лёгкая дрожь.

— Молодая госпожа? — Девушка удивлённо подняла голову. Что-то в сегодняшней госпоже было не так…

— Говори! — Ли Юнь спокойно разжала кулак. Ей нужно было разобраться во всём.

— Да… — Служанка снова опустила голову, не осмеливаясь размышлять о том, почему госпожа приказала ей повторять. Она поспешно заговорила:

— Сегодня вы почувствовали себя неважно, поэтому не собирались присоединяться к поэтическому вечеру. Однако, узнав, что Его Высочество тоже должен присутствовать, всё же решили сюда отправиться. Но злая вторая леди княжеского дома Жун и принцесса княжеского дома Сяо объединились с принцессой Циньвань: они решили унизить вас, дождались удобного момента и чуть не столкнули вас в воду. Если бы юная госпожа Юйнин из поместья премьер-министра не сказала им, что сегодня прибудут молодой мастер Цзин, который много лет не покидал своего поместья, и вернувшийся из путешествия младший князь Жань — они бы не остановились. Эта служанка с самого начала знала, что они замышляют недоброе, поэтому советовала госпоже сопровождать Её Величество Императрицу, но вы не послушали. Сегодня вы едва не упали в озеро, а ведь вы не умеете плавать — всё могло бы закончиться трагически. К счастью…

— Почему у меня болит голова? — нахмурившись, перебила девочку Ли Юнь. Её охватил озноб: если она не падала в воду — почему голова кружится так, будто она проспала лет сто?

— Госпожа ударилась головой об ограду у озера, — немедленно пояснила служанка.

— Так вот почему я ничего не помню… — Ли Юнь потёрла лоб. Лицо побледнело, руки в рукавах незаметно сжались, а тело слегка дрожало. Голос звучал небрежно, но только она знала, скольких усилий ей стоило удерживаться на стуле, не падая.

Если это не сон… значит, она столкнулась с чем-то потусторонним. Но разве бывают призраки днём? Она подняла глаза и уставилась на слепящее солнце.

— Госпожа… вы сказали, что не помните?.. — Служанка была потрясена.

— Мм… — уклончиво ответила Ли Юнь.

— А кроме этого… что ещё вы не помните? — настойчиво спросила девочка, подняв лицо. Оно было испачкано кровью, но она, казалось, не замечала этого.

— Что ещё я не помню?.. — Ли Юнь прикидывала, как бы разузнать больше, не вызывая подозрений.

Только она открыла рот, как вдруг неподалёку послышался лёгкий смешок, и тут же прозвучал чистый, но насмешливый мужской голос:

— Сестра Юэ, все ушли в сад. Почему ты ещё здесь? Я только что видел, как Его Высочество наследный принц тоже пошёл в ту сторону. Если ты не поспешишь, боюсь, он будет ослеплён прекрасными цветами и позабудет о тебе.

Ли Юнь резко обернулась на голос.

[1] Империя Тяньшэн [天圣皇朝, tiānshèng Huángcháo] — Священная Небесная Империя.

[2] Шэньчжоу [神州, shénzhōu] — поэтическое название Китая, буквально «священная земля».