Выживая в игре за варвара (Новелла) Том 1 Глава 120 Зловещие тучи (4)

Кабинет был пропитан тяжёлым древесным запахом.

Найл Урбанс, глава седьмого региона Гильдии авантюристов, тихо усмехнулся.

Просто вспомнил слова, которые недавно сказала ему дочь.

«Я не собираюсь жить до конца дней отцовской марионеткой».

Когда впервые произошёл тот побег из тюрьмы,

он сразу заметил, что дочь зашевелилась как-то слишком подозрительно.

Ещё бы. Незачем было ей тогда оставаться с главой филиала наедине.

Это показалось ему странным. А когда он копнул всерьёз, выяснилось, что дочь уже давно и тайно укрепляет свои позиции внутри гильдии.

«У женщины должна быть своя жизнь».

Для обычного девичьего бунта это было на редкость убедительно.

Головной боли хватало, но втайне ему всё равно было приятно.

Всё-таки моя дочь.

Но...

«Я ведь велел ей быть осторожной даже в том, как дышит».

Смотреть с умилением даже на такие амбиции он мог лишь потому, что речь шла о его дочери.

«Глава филиала... выходит, этот ублюдок всё-таки встал на сторону моей дочери».

Бьорн Яндель.

Варвар, которому он когда-нибудь собирался вправить мозги, но который за короткое время успел вырасти до пугающего уровня.

Сегодня глава филиала попытался выйти на него.

Чего именно дочь хочет добиться с помощью этого варвара, Найл пока не понимал. Но одно было ясно: глава филиала уже перешёл под её руку.

И это раздражало его до крайности.

«Посмел пойти против меня».

Почему глава филиала сделал такой выбор, Найл в целом понимал.

Тот уже давно попал в немилость. Более того, Найл даже заранее решил, кого посадит на его место, когда тот слетит с должности. Разумеется, сам он это тоже понял — вот и вцепился даже в подгнившую соломинку.

Но понимать и прощать — вещи разные.

«Пожалуй, надо избавиться от них обоих. И воспользоваться случаем».

Найл Урбанс прихлебнул чай, и в его глазах блеснул холод.

Вообще-то варвара он собирался оставить в покое.

От воспоминания о том унижении его до сих пор скручивало от злости, но за эти несколько месяцев тот успел построить себе собственное положение.

Незачем было без нужды наживать ещё одного врага.

Но теперь всё изменилось.

Если умная дочь решила сблизиться с варваром, значит, на то была причина.

«...И вдобавок он как-то уж слишком мозолит мне глаза».

Найл Урбанс принял решение.

Если что-то мешает — достаточно просто убрать это с дороги.

Пока потом оно не обернулось куда большей проблемой.

---

*гро-о-ох*

Сколько прошло после того, как я вышел из Гильдии авантюристов?

Пока шёл обратно в гостиницу, прямо с ясного неба грянул гром — и тут же хлынул ливень.

«Твою мать».

Когда это над головой успели собраться эти мрачные чёрные тучи?

Можно было и просто промокнуть по дороге, но я подумал, что дождь, может, скоро пройдёт, и завернул в ближайшую харчевню.

Всё равно уже пора было поесть. Вот я и решил заодно что-нибудь заказать и немного переждать.

— Ваш заказ.

Жареное мясо, тыквенное рагу и ржаной хлеб.

Желудок приятно согрелся и набился как следует, но чего-то всё равно не хватало.

И ведь это не какая-то дешёвая забегаловка, где обед стоит триста стоунов.

«И всё-таки... мясо у Миши выходит лучше».

Я подумал, что завтра надо будет купить мяса побольше и попросить её пожарить, — и вдобавок заказал ром.

Раз уж так вышло, посижу тут, пока дождь не стихнет. Ну или хотя бы не поутихнет.

Всё равно, если вернусь сейчас, Миши там уже не будет.

«А, хотя... может, из-за дождя она всё ещё там?»

Я сидел один, потягивал выпивку под шум ливня — и мысли тянулись одна за другой, без всякого порядка.

Кажется, ещё совсем недавно я жевал каменные лепёшки, шарахаясь от гоблинских ловушек.

А уже полгода прошло.

«Оладьи с зелёным луком... да ещё с макколи... Неужели тут и такого нет?»

Мысли о возвращении домой уже давно потускнели.

Просто всё стало привычным.

Скрипучая кровать. Крошечная комнатушка с отдельным закутком под туалет. Дешёвое пиво. Смех и болтовня с товарищами.

«И правда... я сильно изменился».

Если начать перечислять, чем этот мир дерьмов, можно говорить весь день напролёт. Но если спросить, бывало ли мне здесь хоть раз по-настоящему хорошо...

Сначала я просто пытался выжить. А потом всё чаще начал ловить удовольствие игрока от того, что сам становлюсь сильнее.

Да и сидеть, дурачиться и трепаться с товарищами тоже оказалось не так уж плохо.

Ощущение было немного непривычным.

«Если бы меня сюда не затащило, я бы, наверное, до сих пор сидел в своей комнате и в одиночку рубился в игры».

У двадцатидевятилетнего офисного работяги Ли Хансу круг общения был до смешного узким. И, что важнее, меня это совершенно устраивало.

К старости я готовился исправно, жил так, чтобы ни на кого не опираться, и вполне мог тянуть всё в одиночку.

В отличие от этого мира, где товарищи тебе практически навязаны.

«Раз уж мне вообще в голову лезут такие мысли... похоже, я и правда успел к ним привязаться».

Я сделал глоток рома. В послевкусии ненужно приторно тянуло сладким — будто туда сахара подсыпали.

Двальки, Ротмиллер, гном.

Стоило подумать об этих троих — и на душе отчего-то становилось кисло.

«Чтобы идти выше, всё-таки придётся собирать новую команду».

Начиная с пятого этажа, с нынешним составом уже не вытянуть.

У них слишком уж видно потолок роста.

Хотя бы взять Двальки. Он не из Магической башни, да вдобавок у него от рождения слишком маленький запас маны — проблема нешуточная.

«Сейчас-то он ещё кое-как успевает учить новые заклинания, но шестой ранг ему, считай, уже не светит».

С Ротмиллером и вовсе всё ясно.

На нижних этажах от разведчика требуется просто не сбиться с пути. Но выше и ему нужна уже по-настоящему приличная боевая сила.

Потому что максимум в группе — пять человек.

«Если только у того мужика вдруг не пробудится дар проводника. А если нет, четвёртый этаж — его потолок».

Конечно, в отличие от них двоих, гном, если как следует подобрать ему экипировку, и на верхних этажах ещё сможет работать.

Но двух танков в одной команде всё равно не держат.

«...Пожалуй, когда Миша ещё немного подрастёт по статам, надо будет либо собирать новую команду, либо менять состав».

Я думал об этом и раньше.

Но только сейчас окончательно решил.

Слишком уж сильно на меня подействовал бой с троллем.

Я и дальше буду подниматься наверх.

И этой цели мне с ними не достичь.

Пусть со стороны это и выглядит холодно, но на самом деле это решение ещё и ради них самих.

Потому что на верхних этажах кишат твари и похуже тролля.

Ожидать, что нам и дальше будет раз за разом так же везти, как сегодня, не стои—

— Яндел?

А? Что это ещё такое?

Я обернулся на голос — и увидел того, кого уж точно не ожидал встретить.

Медвежий дядюшка.

То есть...

— Уракбурак?

— ...Урикфрит. Но если тяжело выговаривать, можешь звать меня просто Абман.

— Ладно. Тогда так и буду.

Медвежий дядюшка с такой брутальной физиономией, видимо, решил ей соответствовать: даже не спросив разрешения, уселся напротив.

Впрочем, сам я проделывал такое сплошь и рядом, так что меня это не задело.

— Не думал, что ты окажешься у меня в заведении как посетитель.

— У тебя?

— А, точно, я ведь не говорил. Этим местом управляет моя жена.

Вот, значит, как.

Новость неожиданная, но не настолько, чтобы прямо уж удивляться. Исследователь пятого ранга вполне может позволить себе открыть харчевню.

Если уж чему и удивляться, так другому.

— То есть у тебя даже жена есть, а ты всё равно в одиночку лезешь в лабиринт?

— Дела у заведения сейчас плохи. Раз так, кому-то надо работать вдвое усерднее.

Ну, если так...

Тогда мне и сказать нечего.

Не моё это дело.

— Как ни крути, а забавно. Зашёл укрыться от дождя — и наткнулся на хозяина, которого знаю.

— Слово «забавно» тут уже маловато. Скорее уж подозрительно удачное совпадение. Даже помогло мне окончательно убедиться, Бьорн Яндель.

— Убедиться в чём?

Медвежий дядюшка ответил так, будто речь шла о сущей мелочи:

— Не возьмёшь меня в свою команду?

А?

Это ещё откуда взялось?

---

Просит принять его в группу — вот так сразу?

Тема была внезапная, но, послушав дальше, я, в общем-то, понял его логику. С его точки зрения я уже был проверенным исследователем.

— Человек, который в такой ситуации спасает незнакомца, в спину бить не станет.

Да, я стряс с него пять миллионов стоунов. Но, похоже, сам факт, что я в изолированном разломе вытаскивал его, не пожалев даже высшего зелья, всё-таки произвёл на него впечатление.

«...Ну надо же, как всё обернулось».

Призывной помощник, полезный для танка, плюс мощный физический урон на дистанции.

Такой, как медвежий дядюшка, и выше пятого этажа без проблем отработает свою долю.

Но...

— Кажется, вы что-то не так поняли. В этот раз я просто вошёл отдельно. Вообще-то у меня есть постоянная команда.

Я вежливо, но прямо отказал.

По крайней мере на ближайшее время я собирался оставаться в группе Двальки. А ради этого мужика вышвыривать оттуда кого-то ещё было бы уже перебором.

Как ни странно, медвежий дядюшка лишь спокойно кивнул.

— Если так, то ладно. Тогда вернёмся к этому разговору позже. Когда у тебя освободится место... или когда сам выйдешь из команды.

— Освободится место?

— Ты-то уж должен понимать, что я имею в виду.

На этом, после его многозначительного взгляда, тему с напарничеством закрыли. Дальше мы коротко обсудили, когда именно он вернёт пять миллионов стоунов.

— Я как раз выставил на биржу кое-что из старой экипировки. К условленному сроку деньги будут.

Глядя на почти пустой зал, где разве что мухи не летали, я почувствовал себя не слишком-то легко, но...

в итоге мы договорились так: через десять дней встретимся здесь же и обменяем пять миллионов на залог.

— Тогда до встречи.

— Накинь хотя бы это. Тебе тоже подойдёт.

Ждать дальше смысла не было — дождь явно не собирался заканчиваться. Я одолжил у медвежьего дядюшки плащ-дождевик и пошёл обратно в гостиницу.

*ш-ш-ш-ш*

Ливень хлестал так, будто на город обрушился целый тайфун.

Я добежал по непривычно пустым улицам — и очень скоро оказался у гостиницы.

И тут...

что это ещё такое?

— О, Бьорн, вернулся? Тут тебя гостья ждёт.

— Уаааа... дяденька...!

Как внезапный ливень среди ясного неба,

меня поджидала встреча, которой я никак не ожидал.

---

С того случая десять лет назад она привыкла многое в себе сдерживать.

Поэтому всегда считала, что умеет терпеть.

По крайней мере, до сегодняшнего дня.

— Если тянуться к чужому, разве не положено за это расплачиваться?

Слова, вырвавшиеся у неё прежде, чем она успела себя остановить, заставили Эрвен вздрогнуть.

— Хм? А ты... оказывается, куда жёстче, чем выглядишь?

К счастью, другая сторона, похоже, не поняла, что именно скрывалось за этой фразой, но...

«Ч-что я вообще сейчас сказала...»

Строго говоря, у неё ведь ничего не отняли.

Дяденька — не вещь.

Более того, уйти от него и быть с сестрой решила когда-то именно она сама.

Но тогда что это за чувство?

*скрип*

Изнутри поднималась какая-то неестественная враждебность.

Если дело дойдёт до драки... получится ли победить?

Она сама не заметила, как уже оценивает соперницу именно с этой стороны.

— Кстати, мы ведь даже не представились. Я Миша Калстайн.

— ...Эрвен Форначи ди Терсия.

— Ух ты, какое красивое имя... Эрвен, приятно познакомиться.

— Да...

Спрятав нежелание за вежливостью, она ответила на рукопожатие.

А потом они сели и продолжили разговор.

Особого желания сближаться с этой женщиной у Эрвен не было. Но был один вопрос, который она обязана была задать.

— Госпожа Калстайн, у Вас... случайно нет человека, с которым Вы встречаетесь?

— В-встречаюсь? Что за странности ты говоришь. Мы с Бьорном просто напарники. Просто напарники!

— Вот как...

Странное дело, но от этих слов злость будто немного схлынула.

Она ведь всего лишь спросила, есть ли у неё кто-то.

Почему же в ответ сразу прозвучало имя дяденьки?

Как бы там ни было, проверить стоило ещё кое-что.

— Простите. Просто Вы сказали, что вы мылись вместе, и я... неверно это поняла.

— В-вместе мылись? Ты о чём вообще? Я всего лишь ненадолго воспользовалась ванной!

— Надо же. Ванна в комнате чужого мужчины... Должно быть, Вы живёте очень далеко отсюда?

— А? Да нет, не особенно...

— ...Правда?

Брови Эрвен едва заметно изогнулись.

Пусть сам дяденька и не такой, но у этой женщины точно были на него виды.

Раз она дошла даже до таких дешёвых уловок.

— Кхм-кхм! А ты тогда откуда вообще знаешь Бьорна?

Может, захотела перевести разговор с себя?

Теперь уже вопрос задала другая сторона.

И Эрвен честно ответила:

— Мы с дяденькой были напарниками.

— Хм? Дяденькой?.. Бьорну ведь всего двадцать.

— Ах, это просто наше с дяденькой особое обращение. Не думаю, что Вам стоит на это обращать внимание.

— Особое... обращение?

— Да. У Вас с этим какая-то проблема?

Она склонила голову с самым невинным видом, и зверолюдка натянуто улыбнулась.

— Да нет. Какая ещё проблема? Конечно, никакой.

Улыбалась она ртом, но хвост раздражённо бил по покрывалу.

От этого зрелища Эрвен даже испытала какое-то странное удовлетворение.

Правда, ненадолго.

— У нас с дяденькой немного особые отношения. Во-первых, он был моим первым напарником. И первое возвращение мы тоже пережили вместе—

— Хе-э. Но разве всё это не имеет значение только для тебя?

— ...Что?

— Ну сама подумай. Мы с Бьорном уже несколько месяцев бок о бок, а о тебе я от него ни разу не слышала.

Зверолюдка улыбнулась так беззаботно, будто просто болтала о пустяке, — и этими словами вонзила ей нож прямо в сердце.

От такой резкой смены тона Эрвен не смогла скрыть растерянности.

Но одно она поняла сразу, на уровне инстинкта.

— Эрвен, да? Само по себе то, что ты вытворяешь, ещё можно было бы счесть даже милым. Но... если ты вот так открыто показываешь враждебность и заодно держишь меня за идиотку, я тоже начинаю злиться.

Миша Калстайн.

Конечно, Эрвен с первого взгляда почувствовала к ней враждебность не просто так.

— Хотя за одно я тебе даже благодарна. Теперь, похоже, и сама больше не буду путаться.

— Н-не будете путаться?..

— Кто знает? Но ты ведь и сама прекрасно понимаешь, о чём я.

Эта женщина — враг.

Та, что пытается отнять у неё самое дорогое.