Выживая в игре за варвара (Новелла) Том 1 Глава 9 Ночной напарник (2)

— ...Почему вы даёте это мне?

— Чтобы помочь, обязательно нужна причина?

Говорить то, во что сам не веришь, — такое чувство, будто язык шипами колет, но выбора нет.

С такими этот подход работает лучше.

Я хочу взять эту эльфийку в ночные напарники.

Если так говорить, звучит как-то по-скотски, но для неё это тоже не худший вариант.

Ранена, не спала, да ещё и мордашка симпатичная.

Как ни посмотри, положение у неё в несколько раз хуже моего.

Вот она и выкинула только что такую дичь.

Честно говоря, даже я офигел от того, как отчаянно она цеплялась за жизнь.

— Как я уже сказал, сначала перевяжись. Поговорим потом.

— Но...

— А я пока посторожу.

Я отвернулся с видом, не терпящим возражений, и вскоре услышал тихое чавканье.

Похоже, она жевала лекарственную траву, чтобы приложить к ране.

— ...Готово.

Уже? А она, оказывается, ловкая.

Когда я обернулся, в разрыве одежды виднелась аккуратно затянутая повязка. И во взгляде, которым она на меня смотрела, настороженности как будто стало поменьше.

Для начала представимся и будем потихоньку сокращать дистанцию.

— Я — Бьорн, сын Янделя.

— ...Эрвен.

— Не знаю, что ты там себе напридумывала. Но того, о чём ты думаешь, не будет.

— А? А, да...

Она и делала вид, что всё нормально, но страх из глаз никуда не делся.

Я-то думал, после всего этого недоразумение уже начнёт рассасываться. Так что, чёрт возьми, пошло не так?

В итоге я спросил прямо:

— Почему ты меня так боишься?

— ...Но варвары ведь враждуют с эльфами?

— Враждуют?

— П-простите. Я не это хотела сказать... Я не хочу с вами драться, дяденька.

Похоже, от моего вопроса она очнулась и опять, как раньше, съёжилась.

А я ведь правда просто спросил.

Вражда между эльфами и варварами? Слышу впервые. В игре они вроде бы ладили вполне нормально.

Что за чертовщина?

Стоило только вперить в неё взгляд, как нужная информация сама полилась наружу.

— ...Эт-это же война, которая закончилась десять лет назад, разве нет? У меня к этому никакой неприязни нет! Правда!

Десять лет назад, значит...

Что именно там случилось, я не знал, но по её словам это было скорее что-то вроде давней грызни, чем настоящей кровной вражды.

Хм. Значит, с детства наслушалась всякого и теперь боится меня до усрачки?

Положение выходило довольно паршивое.

Что делать? Может, даже сейчас ещё поискать кого-то другого?

С другой стороны, траву и бинт я уже отдал. Немного жалко.

Ладно. Для начала хотя бы попробую.

— И у меня на этот счёт никаких обид нет.

— П-правда?!

— Правда. Поэтому и спрашиваю, Эрвен. Не хочешь стать моим ночным напарником?

— ...Ночным напарником?

— Я сейчас валюсь с ног. Ты, думаю, тоже. Так что, есть между нами старые счёты или нет, давай хотя бы сегодня поработаем вместе.

— М-м-м...

Глаза у неё вдруг округлились и заблестели.

Честно говоря, трудно было поверить, что это та же самая девчонка, что минуту назад тряслась от страха.

Я не торопил её и дал время подумать. Эрвен даже нахмурилась от усердия, а потом вместо согласия выдвинула одно условие:

— Я слышала, что для варваров честь воина — дело серьёзное. Вы можете поклясться ею, что не причините мне вреда первым?

— Клятва, значит.

— К-конечно, я тоже поклянусь именем своего рода. Что первой никогда не причиню вам вреда, дяденька.

Если переводить на корейский лад, это было что-то вроде клятвы на пальцах — такой, после которой уже не отвертишься.

Уж я-то мог хоть целый день так клясться.

Но перед этим надо прояснить одну вещь.

— Я — Бьорн, сын Янделя. А не дяденька.

Я-то ладно, но моему Бьорну вообще-то всего двадцать.

---

Договор был заключён.

Отпечатки пальцев мы, конечно, не ставили, но по здешним меркам сделали нечто примерно столь же серьёзное.

Заодно я узнал настоящее имя юной эльфийки.

Эрвен Форначи ди Терсия.

Ей тоже было двадцать. Ровесница.

Фух. Хорошо, что я не настоящий Бьорн. Уверен, настоящий Бьорн подумал бы ровно то же. Я ещё ладно, но она...

Не будем об этом.

— Тогда в каком порядке будем спать?

— Сначала посплю я. Так тебе будет спокойнее.

— Да я не то чтобы... но раз вы так настаиваете, что уж тут поделаешь...

Короче, отказываться она и не собиралась.

— Считаю это согласием.

— Да.

Фух. Хорошо, что сработало. Предложи она решать камень-ножницы-бумага, у меня бы в глазах потемнело.

Меня уже давно клонит в сон. Господи, дайте мне уже просто поспать. Неужели даже вздремнуть по-человечески — настолько тяжёлое дело?

— Ой! А время как узнавать?

Эх, вот поэтому с новичками и тяжело.

Я достал из рюкзака часы и протянул Эрвен.

— Дорогая вещь. Не сломай.

— Да-а...

И по тому, как она не просто сказала это, а прямо как святыню приняла, мне стало куда спокойнее.

— Буду осторожна. Спите.

Я, как тогда тот дядька, подложил под голову рюкзак, укрылся одеялом и свернулся.

А потом...

*хр-р-р-р-р.*

Я вырубился почти мгновенно.

— Дяденька!

...Бьорн вообще-то.

— Дяденька, вставайте. Время.

Я с трудом разлепил глаза и сел. Не верится.

Неужели уже прошло два часа?

— Вот, возьмите часы.

Я посмотрел на время.

И правда. Два часа.

Кстати, я ведь даже толком не успел начать свой проверочный храп. Хотел хотя бы минут десять похрапеть на всякий случай...

Офигеть, это что, синергия рюкзака и одеяла?

Даже страшно.

Если бы тот дядька тогда одолжил мне это, я бы точно не увернулся от внезапной атаки.

Дрых бы как убитый и ни хрена не заметил.

Может, это и есть карма?

...Ладно, раз так, дам и ей.

— Укройся. И под голову тоже можешь подложить, если хочешь.

— А? Но...

На словах отказывается, а уголки рта уже поползли вверх.

Я решил сделать вид, что не заметил.

— Ну... тогда спасибо, воспользуюсь...

Хотя я даже второй раз не уговаривал, Эрвен сама юркнула под одеяло и свернулась, как кошка. Вскоре её дыхание стало ровным.

Ну надо же. И не боится спать при чужом мужике?

Впрочем, оно и понятно. Судя по всему, денёк у неё выдался не легче моего.

— Фух...

Прислонившись спиной к стене, я по привычке открыл часы.

「22 : 50」

По ощущениям прошло уже дней пять, а до конца второго дня ещё больше часа.

Хочу поскорее вернуться в город. Хотя само слово «вернуться» звучит смешно... Но если только доберусь туда, то несколько дней подряд буду только спать.

«...Раз у меня вообще появляются такие мысли, значит, телу и правда стало полегче».

Я убрал часы и по-настоящему ушёл в мысли. Наверное, потому что впервые за долгое время выдалась спокойная минута, в голове одна за другой полезли всякие думы.

Что там стало с настоящим мной?

Уже признали пропавшим без вести? Вряд ли. Для этого меня ведь ещё кто-то должен был хватиться. Да и на работе пару дней точно не станут бить тревогу.

*хмык.*

Не зря я до сих пор ни разу всерьёз не думал об этом.

От таких мыслей становится только паршиво.

Если решу, что даже вернуться мне, по сути, некуда, у меня просто надломится воля.

Так что лучше об этом не думать.

Пусть даже это всего лишь самообман — самовнушение у меня всегда работало неплохо.

— ...

Я нарочно вывел мысли на другую колею.

Да, лучше уж ещё раз прокрутить в голове всё, что случилось за эти два дня. Обряд взросления, лабиринт, драки с гоблинами, драка с дядькой...

До этого места я ведь справлялся неплохо, верно?

Мне было так тяжело, что хоть кто-нибудь мог бы меня похвалить. Но раз уж хвалить некому, почему бы этого не сделать хотя бы самому?

*щёлк.*

Решив, что хвалить себя буду уже в городе, я открыл часы — и увидел, что время вышло.

— Эрвен, вставай.

— Ещё пять минут...

Какие ещё пять минут? Живо вставай.

— У-у...

Когда я, по-варварски грубо, встряхнул её за плечо, Эрвен, протирая глаза, поднялась.

М-да. Пахнет бедой.

Теперь я понял, почему тот дядька мне не доверял.

— Только не смей клевать носом только потому, что до сих пор ничего не случилось.

— Да...

Было тревожно, но я всё же снова улёгся.

Может, из-за того, что я одолжил ей одеяло и рюкзак, даже теперь в них ещё осталось чужое тепло.

Странное чувство.

Когда я вообще в последний раз чувствовал тепло другого человека?

Жутко непривычно.

Пожалуй, даже непривычнее всего, что я пережил за эти два дня.

*хр-р-р-р-р.*

На этот раз сил у меня ещё было, так что я сразу пустил в ход проверочный храп. Если честно, мне важнее было не её проверить, а убедиться, что она не засыпает.

...Вроде не клюёт.

Я приоткрыл один глаз, мельком оглядел Эрвен и, отбросив тревогу, снова заснул.

А потом, спустя неизвестно сколько...

*тук.*

Почувствовав чьё-то присутствие, я резко сел.

— Ай!

Сам не знаю почему, но в моей руке оказалось белое запястье Эрвен.

Похоже, она тянулась ко мне.

— Что ты делаешь?

— Вы... вы, кажется, кошмар видели и всё время потели...

Судя по платку у неё в руке, это была не отмазка.

Хотя будь это оружие, я бы не спрашивал, а уже вмазал бы щитом.

— П-простите.

Разобравшись, я разжал пальцы.

Эрвен тут же скривилась и начала тереть место, за которое я её схватил.

Там уже проступал ярко-красный след.

Извиняться я не стал. Всё равно вышло бы пустое сотрясание воздуха.

— Сколько прошло?

— ...До смены ещё минут десять.

— Ясно. Тогда меняемся сейчас.

— Но...

— Если сейчас усну, только хуже будет.

После моих слов Эрвен с виноватым видом снова улеглась. Немного поворочалась, а потом позвала:

— Дяденька.

— Что-то случилось?

— Нет. Просто хотела кое-что спросить.

— Спрашивай.

Эрвен немного помялась и наконец открыла рот:

— ...Кто вы вообще такой, дяденька?

Что это ещё? Загадка с подвохом?

— Вы всё время говорили во сне «прости»... А, простите. Я лезу не в своё дело, да? Можете не отвечать. Я тогда спать.

Не дав мне и слова вставить, Эрвен сама же всё договорила и натянула одеяло на голову.

Похоже, эта барышня, убедившись, что я не так уж страшен, начала понемногу проявлять любопытство.

*у-ух.*

Потягиваясь, я задумался.

Я по-прежнему вообще ничего не помнил, но, судя по её словам, какой-то кошмар мне и правда снился.

И мне вдруг стало немного интересно.

Кто же был тем самым «дядькой», у которого я во сне просил прощения?

На ум приходили двое.

Безымянный дядька, которому отрубили голову на обряде взросления, и дядька Ханс, научивший меня, что такое быть человеком.

...Хотя если подумать, странно и то и другое. Ни перед одним из них мне вроде бы не за что было извиняться.

Вскоре я пришёл к выводу:

что бы мне ни приснилось, это наверняка был просто бессмысленный дурацкий сон.

---

「04 : 30」

Начался третий день.

До того, как будить Эрвен, оставалось ещё минут десять.

Глядя на неё — спящую, свернувшуюся креветкой и зажавшую одеяло между ног, — я размышлял.

Предлагать продолжение.

То есть звать её в напарники насовсем или нет.

Конечно, у напарничества был и минус: добычу пришлось бы делить.

Пусть с третьего дня гоблины и начинают шастать уже по трое-четверо, присоединение Эрвен всё равно явно уменьшит мой заработок.

И дело тут не в том, сильна она или нет.

Как-никак эльфийка. За одного бойца свою долю она точно вытянет, но...

У меня и так уже перебор по силе, если можно так выразиться.

Даже без Эрвен я вполне мог в одиночку без особого труда разбираться с тремя-четырьмя гоблинами.

И это не самоуверенность. Просто после нескольких реальных схваток в этом теле я действительно так считал.

А мне, помимо прочего, ещё надо копить магические камни — и на жизнь в городе, и на будущие налоги.

— Фух...

Безопасное место для сна или побольше магических камней.

Я всё ломал голову, стараясь выбрать самый разумный вариант, и именно тогда...

*топ.*

Из левого коридора донеслись шаги исследователей.

За время караула такое случалось уже не раз, так что я не особо напрягся. Обычно на нас просто быстро глянут и проходят мимо.

Вот только...

*стоп.*

Эта парочка исследователей — толстяк и дохляк — увидела нас и прямо на месте остановилась.

А потом они начали тихо шептаться между собой.

— Это ведь та самая эльфийка?

— Похоже на то. Лук такой же.

Шёпотом придя к выводу, толстяк, похоже у них за главного, обратился ко мне:

— Варвар, кем тебе приходится та эльфийка?

— Как видишь, мы с ней ночные напарники.

— Варвар и эльфийка — ночные напарники? Ну и редкость. Так сколько у вас там осталось?

— Не вижу причин тебе отвечать.

После моего ответа толстяк не стал допытываться.

Он лишь широко ухмыльнулся и повёл за собой дохляка.

— Ясно. Пошли.

— А? А, ага...

Вскоре их шаги совсем стихли.

Но расслабляться я не мог.

Что это, блядь, за типы? От них несёт такой же дурной приметой, как тогда, когда вождь заорал у меня прямо над ухом.

Я тихонько сдвинулся в сторону и ткнул Эрвен в плечо.

— У-у...

Эй, тебе сейчас правда спится?

Просыпайся.

Чую, мы в полной жопе.