Я, Архидемон, взял эльфийку-рабыню в жёны. И как же мне её любить? (Новелла) Том 13 Глава 4.03 Побеждать вопреки — вот что значит быть героем.

— Эй. Эй, ты. Может, уже проснёшься?

Чей-то голос достиг его слуха, но он был незнаком. Обращались ли к нему? Тело казалось неподъёмным, а мысли текли мучительно медленно. Он попытался раскрыть веки, но вокруг была лишь непроглядная тьма. Вдруг в этой черноте проявился светлый силуэт, наклонившийся к его лицу.

— Наконец-то. Ты очнулся. Понимаешь меня?

— Эм… да…

Её голос звучал как у взрослой женщины, но внешне она походила на маленькую девочку, лет четырнадцати или пятнадцати на вид.

“Эльфийка?..

У неё были длинные, заострённые уши. Её белоснежные волосы напоминали пушистую сахарную вату, а глаза светились, словно чистое озеро. Одета она была в простое старомодное платье с изящными узорами. Черты её лица отдалённо напоминали ту, что была так дорога Архидемону Загану. Однако первой мыслью Ричарда было вовсе не о ней.

— Леди Нефтерос!

— Хья!

Он вскочил с такой силой, что девушка отлетела назад. Не успев даже подумать о том, чтобы помочь ей подняться, Ричард вспомнил произошедшее. Узнав о том, сколько времени осталось Нефтерос, он заключил её в объятия, и в тот же миг что-то пронзило его грудь. Последнее, что он запомнил, был отчаянный крик Нефтерос.

— Мне нужно идти!..

— Так-так, подожди-ка, — прервала его девочка. — Ты вообще знаешь, где находишься?

— А?..

Когда она вдруг потянула его за рукав, Ричард наконец пришёл в себя. Вокруг простиралась лишь бесконечная тьма. Ощущение под ногами было зыбким, словно твёрдая поверхность отсутствовала вовсе.

— Где мы?.. — поинтересовался Ричард.

— Хороший вопрос. Если говорить прямо… думаю, это можно назвать адом.

Ричард не нашёл, что возразить.

— Значит, я умер?.. — спросил он.

— Нет. Похоже, всё-таки не умер. Видимо, ты довольно популярен. Люди вокруг тебя приложили массу усилий, чтобы спасти тебя, и сумели удержать на грани жизни. Поздравляю.

— А… Спасибо…

Её туманные и уклончивые ответы сбивали с толку. Однако казалось, она не собиралась над ним подшучивать. В этот момент Ричард заметил, что она всё ещё сидит на земле.

— Простите меня. Вы не ушиблись? — спросил он, протягивая руку.

Девочка несколько секунд смотрела на него с укором, но затем взяла его за руку и ответила:

— Нет, не ушиблась. Ты и правда такой джентльмен, каким кажешься. Это радует.

Ричард почувствовал укол стыда. Несмотря на спешку, он сбил её с ног и даже не подумал помочь. Когда она поднялась, Ричард понял, что она ещё ниже, чем ему показалось – макушкой она едва доставала ему до живота. Быть может, она была чуть выше Альшеры, но лишь немногим. Неизвестно, как она истолковала его взгляд, но внезапно она рассмеялась.

— О, не стоит так переживать. Представители моего народа обычно невелики ростом. К тому же, несмотря на внешность, я на самом деле гораздо старше тебя.

— П-правда?

Где он находился? И кем была эта девочка? Пока эти мысли роились в его голове, Ричард вдруг кое-что понял.

“Она здесь заперта? Если так, я не могу её бросить.”

Поэтому он снова протянул ей руку.

— Мне нужно вернуться, — сказал он. — Я не знаю, куда идти, но не хотите пойти со мной? Думаю, это всё же лучше, чем оставаться здесь.

— Хм? Ты хочешь мне помочь? Но я даже меча у тебя не вижу.

— Сражение — это не только размахивание мечом. Я ещё неопытен, но приложу все усилия.

— Тогда… пожалуй, позволю тебе меня сопровождать.

С этими словами девочка взяла его за руку и вдруг зашагала вперёд.

— Эм, а куда мы направляемся? — спросил Ричард.

— Хи-хи! Разве не ты сказал, что двигаться лучше, чем стоять на месте? Не волнуйся, я не думаю, что случится что-нибудь плохое.

— Ясно…

Пока они шли, девочка бросила на него насмешливый взгляд.

— Хм. А я думала, ты засыплешь меня вопросами. Разве тебе ничего не хочется узнать?

— Настоящий рыцарь не станет допрашивать даму при первой встрече.

— Ха-ха-ха! Мне нравится твоя воспитанность. Но иногда женщинам хочется, чтобы их расспрашивали. Если у тебя есть та, к которой лежит сердце, лучше запомни это.

— Эм… По-моему, различить такое довольно сложно.

Женское сердце и правда было невероятно сложной вещью.

— Тогда считай, что я просто разговариваю сама с собой, — продолжила девочка. — Так, с чего бы начать? А, точно. Помнишь, я назвала это место адом?

— Да.

— Я разговариваю сама с собой. Отвечать не нужно.

— ……

Девочка была довольно утомительной. Ричард натянул на лицо улыбку. Увидев её, девочка, кажется, осталась довольна собой и продолжила:

— По правде говоря, я грешница. Хотя, наверное, правильнее будет сказать, что мы грешники. Весь мой народ. Думаю, мы совершили все мыслимые злодеяния. Я и сама много раз сжигала невинных людей... Очень много раз…

Улыбка на её лице стала пустой.

— Каждый день восстания вспыхивали, и каждый раз мы подавляли их собственной силой. Ах, если бы только мы пали быстрее. Но даже у нас, грешников, были семьи и друзья. Были вещи, которые мы хотели защитить. Поэтому мы не могли просто спокойно погибнуть от их рук. Как же мы были глупы.

Девочка опустила плечи, становясь все более хрупкой на вид.

— Поэтому мы были обречены исчезнуть. И исчезли. То, что происходит со мной сейчас, — всего лишь заслуженное наказание. Но есть одна вещь, которую я не могу вынести.

Подгоняемая собственной горечью, она ускорила шаг.

— Я не могу терпеть, когда мою силу используют для угнетения других.

“Кто она вообще такая?..”

Ричард был всего лишь обычным рыцарем и не обладал достаточными знаниями, чтобы догадаться. Будь здесь Шастиль или Курока, они бы сразу поняли, что перед ними серафим. Но Ричарду не было знакомо даже это слово. И всё же ему казалось, что эта девочка нуждается в спасении не меньше, чем Нефтерос.

— Люди склонны ошибаться. Это касается всех без исключения. Даже самые благие намерения могут привести к трагедии. Даже тот, на кого я возлагала надежды, может однажды свернуть с правильного пути. Мой последний хозяин поначалу тоже не был таким. Он был джентльменом, совсем как ты. Но…

Что же ей пришлось пережить? Дрожа плечами, девушка пыталась искренне излить душу, но Ричард перебил её, словно говоря, что услышал уже достаточно.

— Я тоже хочу поговорить сам с собой, — сказал он, отчего она удивлённо обернулась к нему. — Есть женщина, которую я люблю, но жить ей осталось недолго, и её нужно спасти. Я уверен, что запачкал бы руки любым деянием, если бы это позволило спасти её.

Услышав это, девочка разочарованно опустила плечи. Однако Ричард продолжил:

— Но даже так я не хочу становиться человеком, которого бы стыдился сам. Особенно перед ней. Я хочу быть человеком, который борется с несправедливостью и служит примером для других.

Каждый человек в этом мире обладал и совестью, и злым умыслом. Эти две стороны постоянно влияют на жизнь. Выбор, который одному казался правильным, для другого мог быть ошибкой.

— Люди совершают ошибки. Это я знаю наверняка. В конце концов, можно понять, был ли твой поступок правильный, только когда пройдёт какое-то время.

Не существовало человека, который всегда и в любой ситуации поступал бы правильно. Если бы такой человек действительно существовал, он был бы уже не человеком, а чем-то ближе к богу.

— Поэтому я считаю, если ты будешь стараться оставаться верным себе, то даже если твои поступки неверны, кто-то обязательно откликнется на это таким же образом..

Девочка слегка улыбнулась, обдумывая его слова.

— Хи-хи! Спасибо за попытку утешить меня, но есть ужасные вещи, которые весь мир без колебаний назовёт злом.

— Правда? Но разве не вы сами только что сказали, что у вас, грешников, было то, что вы хотели защитить? Что ради них у вас просто не оставалось другого выбора?

— Но сжигать невинных людей — это очевидно несправедливо.

Возможно. И всё же Ричард покачал головой.

— Может быть. Но, возможно, именно потому, что вы совершили эту несправедливость, появился кто-то, кто её исправил. Разве это не значит, что этот человек появился, чтобы облегчить ваши страдания?

Ангельские Рыцари объявляли магов воплощением зла и подавляли их. Именно этого от них ждало общество. Так всё было с самого начала, пусть за долгую историю и появлялись некоторые искажения. Но у этих «злых магов» тоже были семьи. Возможно, были дорогие им люди, которых они просто пытались защитить.

И всё же церковь, заявляя, что такие вещи не заслуживают внимания, довела эту добродетель до крайности и объявила магов злом, которое необходимо искоренить. Именно так поступал покойный кардинал Клавелл, и поэтому он закончил так, как закончил.

— Хочешь сказать, что посеешь, то и пожнёшь? — спросила девочка.

— Да. Я верю, что даже ваши страдания однажды приведут к появлению кого-то, который сможет ответить на ваши надежды. Или, по крайней мере, я хотел бы стать этим кем-то.

Возможно, Ричард совершил ошибку. В конце концов, Нефтерос оказалась в отчаянии потому, что он признался ей в любви.

“Но я всё равно хотел поддержать её.”

Даже если это было ошибкой, даже оказавшись в этом странном месте, это чувство оставалось всё таким же сильным. Он хотел, чтобы она была счастлива… и он никому не позволит назвать это ошибкой. Никому не позволит сказать, что это было бессмысленно. То же самое касалось и страданий этой девочки.

— Какой же ты наивный, — вздохнула она.

— Мне стыдно признавать это, но вы правы.

— Но в твоих словах есть смысл, — сказала девочка, слегка кивнув. — Именно поэтому мы и проиграли тысячу лет назад.

— Тысячу лет назад?..

Первой, кого вспомнил Ричард, была Альшера. Неужели эта девочка тоже прожила столь мучительно долгую жизнь? Если так, слова такого человека, как он, едва ли могли её утешить. И всё же девочка неожиданно довольно кивнула.

— Хи-хи! Твой небольшой монолог оказался довольно занятным. Это было не совсем то, чего я надеялась услышать, но тоже неплохо.

Крутанувшись весело на месте, она снова развернулась к Ричарду.

— Тебя ждут испытания, которые вполне можно назвать адом, — произнесла она. — Возможно, именно ты станешь тем, кто создаст этот ад. Скажи, даже тогда ты будешь верить в то, что только что говорил?

Напомнив ему об Альшере, Ричард невольно увидел сходство между ними. Ему стало понятно. На такой вопрос нельзя было отвечать, просто решившись и не думая. Ричард тихо прикрыл глаза и задал этот вопрос самому себе.

Даже решение, которое кажется лучшим, может привести к ужасным последствиям. Порой последствия оказываются подобны самому аду. И если этот день наступит, найдётся ли кто-то, кто остановит его?

— Да, — ответил Ричард с уверенной улыбкой. — Человек, который не способен верить хотя бы в это, никогда не сможет спасти её.

— Тогда... заставь и меня поверить в эти слова, — протянула ему руку девочка, будто прося помощи. Ричард крепко сжал её ладонь. — Если ты ответишь на мои надежды, тогда я стану твоим клинком. Священный Меч Камаэль будет принадлежать тебе.

Произнеся это, девочка исчезла, будто растворившись в темноте. Пропала и ладонь, которую он сжимал, но вместо неё оказался двуручный меч.

— Это же!..

“Я молюсь, чтобы эта сила не стала клинком, пронзающим врата в ад.”

Ричард поднял двуручный меч и этим движением разрезал тьму. Перед ним открылась водная гладь. На поверхности озера тьмы плыли многочисленные обломки разбитых лодок. А в центре озера возвышалась огромная извивающаяся тень. Это была тень из слизи, имитирующая облик дорогой ему девушки. Воплощение отчаяния, настолько глубокого, что один Ангельский Рыцарь не смог бы с ним совладать.

— Леди Нефтерос. Я иду за вами.

Тем не менее Ричард бросился прямо к ней.