Я освобожденный раб, но мой хозяин одержим мной Том 1 Глава 233 233. Галлюцинации (3)

— Что ж, пора возвращаться.

Я допил остатки чая и поднялся с места.

Раз уж мы прояснили все недопонимания, оставалось лишь выбраться отсюда, и дело с концом.

— Вы чего сидите? Не собираетесь вставать?

Однако Шабель по-прежнему не двигалась с места.

— …Вы уже уходите?

— Пора. Все, должно быть, волнуются.

— Да, верно. Наверняка волнуются…

Ответив так, Шабель всё равно не поднялась.

В том, как она, обхватив чашку, смотрела на пейзаж за окном, сквозило нежелание расставаться.

— Не хотите уходить?

— …Немного.

Шабель подняла на меня взгляд и неловко улыбнулась.

— Жалко выгляжу, да? Зная, что это всё фальшивка, всё равно не хочу уходить. Ведь там меня ждут остальные.

— Ничуть не жалко.

На её месте я бы тоже не смог легко уйти, если бы мне вернули всё, что я потерял.

Тем более, если бы появились те, кого я считал безвозвратно утраченными.

— Сначала я думала: «Хоть бы разок взглянуть на них». Я даже не помню толком, о чём мы говорили при нашей последней встрече.

Я не стал встревать.

Молча внимал её словам.

— Наверняка это были пустяки. Что-то вроде «я скоро вернусь» или «не задержусь»…

— …

— Если бы я знала, что то был последний раз, я бы поговорила с ними подольше. Сказала бы, как сильно их люблю.

Шабель замолчала на мгновение, а затем снова открыла рот:

— Но когда я их увидела, одного взгляда оказалось мало. Мне захотелось поговорить, пообедать вместе, прогуляться…

— Вот как.

— Сегодня мама расчёсывала мне волосы и ворчала, что они стали совсем сухими. Говорила, что принцесса должна больше следить за собой. А я ведь уже давно забыла, как это — заботиться о таких вещах.

Она улыбнулась, касаясь своих волос.

Шабель оберегала повседневность множества людей, но для неё самой эта повседневность была чем-то далёким.

Именно поэтому, даже зная, что это — лишь сфабрикованная иллюзия, она не могла не поддаться искушению.

— Вы думаете, что, задержавшись подольше, обретёте покой?

— Это…

— Если останетесь сегодня, захочется остаться и завтра, и послезавтра.

— …

Человеческие желания безграничны.

Стоит получить желаемое, как тут же хочется чего-то ещё.

Так, говоря себе «ещё разок, всего один разок», в конце концов теряешь возможность уйти навсегда.

Шабель не могла этого не понимать. Но эта повседневность была ей настолько дорога, что она не могла заставить себя уйти.

— Люди, которых мы пришли спасать, сейчас чувствуют то же самое.

Но мы не можем оставить всё как есть.

— Мы должны вывести их отсюда. Вернуть семьям, которые ждут их снаружи.

— Я знаю.

— И всё же ваши ноги вас не слушаются.

— …

Я тихо вздохнул и снова сел на стул.

Если бы было достаточно просто напомнить о долге, Шабель уже давно бы встала.

— Боитесь того, что ждёт снаружи?

Похоже, я попал в точку.

Шабель вздрогнула плечами и медленно кивнула.

— Мне страшно при мысли, что придётся вернуться и снова терпеть всё это в одиночку.

Спустя долгое время Шабель наконец заговорила:

— Я думала, раз уж справлялась до сих пор, то и дальше смогу… но увидев здесь родителей, я даже не понимаю, как мне удавалось держаться.

— Почему в одиночку? У вас есть товарищи. И связи, которые вы выстраивали всё это время.

— Но для них я — Герой.

Я хотел было ответить, но прикусил язык.

— Они все верили мне и шли за мной. Если я скажу таким людям, что мне тяжело, что я не знаю, как быть…

— Они не те люди, которые отвернутся от вас.

— Я знаю. Но… когда пытаюсь сказать это вслух, слова застревают в горле.

Шабель горько усмехнулась.

Дело было не в недоверии к товарищам.

Просто верить и полагаться на кого-то — это одно, а показывать свою слабость — совсем другое.

Если лидер даст слабину, пошатнётся весь отряд.

Ответственность, которую накладывает титул Героя.

Именно она лишила её права опереться на кого-то другого.

— Тогда можете поныть мне.

— Вам, Рион?

— Да. Для меня вы, Герой, прежде всего — моя хозяйка. А то, что хозяйка эксплуатирует раба — дело вполне естественное.

— «Эксплуатирует»…

— Я имею в виду, что вы можете полагаться на меня сколько угодно. Я не тот человек, который пошатнётся от того, что вы проявите слабость.

Шабель на мгновение замерла, глядя на меня пустым взглядом, а затем тихо рассмеялась.

— И то верно. Если это вы, Рион, то всё будет в порядке.

Сказав это, Шабель заметно посветлела лицом.

Она какое-то время смотрела на меня, а потом осторожно спросила:

— Тогда, когда мы вернёмся, я тоже смогу так делать?

— Что именно?

— Капризничать, когда тяжело, или просить вас побыть рядом, если не хочу оставаться одна… Вы примете это?

— С превеликим удовольствием.

— А вдруг я начну злоупотреблять вашей поддержкой?

— Разве я не для того это говорю? Пока я ваш раб, вы можете делать всё, что пожелаете.

— Пока вы мой раб…

Шабель, казалось, хотела что-то добавить, но в итоге лишь тепло улыбнулась.

— Хорошо. Раз вы так настаиваете, я не буду отказываться.

— Превосходный ответ.

Я снова поднялся на ноги.

— Выходим?

— Да.

Шабель последовала моему примеру.

Я, наконец, успокоился и направился к двери.

Пусть мы и немного поплутали, но, похоже, убедить её всё же удалось.

Теперь оставалось просто выйти.

С этой мыслью я потянул за ручку, но…

— Тук.

— Э?

Дверь не поддалась.

— Что-то случилось?

— Погодите секунду.

Негоже терять лицо, когда ты так уверенно пообещал выйти, а на деле не можешь справиться с дверью.

Я снова приложил усилие, но она даже не шелохнулась.

— Какого чёрта?

— Дверь не открывается?

— Да.

Я, способный одной рукой поднять валун, не могу открыть проклятую дверь?

А ведь служанка, когда входила, даже не напряглась.

Она что, скрывала свою истинную силу?

— Отойдите, пожалуйста.

Убедившись, что Шабель отступила, я выхватил меч. Я намеревался просто вынести эту преграду.

— Дзынь!

Раздался металлический лязг, и клинок отскочил.

Отдача, прошедшая по руке до самого плеча, заставила меня нахмуриться.

На дверном полотне не осталось даже царапины от меча.

— Что за хренова дверь…

Похоже, силой её не взять.

«Если дверь не открывается, значит…»

Я обернулся к Шабель.

— Вы что, до сих пор не отпустили свои сожаления?

Это место — мир, созданный из желаний Шабель.

Если что-то мешает нам уйти, значит, внутри неё всё ещё осталось нечто неразрешённое.

Иного объяснения тому, что дверь заперта, просто быть не могло.

— Герой?

С Шабель творилось что-то странное.

Она не могла встретиться со мной взглядом, опустив голову.

Её руки, сложенные перед животом, не находили себе места: пальцы судорожно переплетались и расцеплялись.

Я отчетливо видел, как её щеки залил густой румянец.

— Ну, это… то есть…

— У вас есть догадки?

— Они есть, но… мне немного неловко об этом говорить…

Шабель не могла вымолвить ни слова, лишь беззвучно шевелила губами.

— Прошу, скажите мне. Мы же должны отсюда выбраться.

— Но это моё личное…

— Я очень хотел бы уважать ваше право на тайну, но сейчас совсем не время. Пожалуйста, говорите.

Она молчала еще долго, но, наконец, решившись, зажмурилась и выпалила:

— Можно… можно и меня тоже обнять?

— Что?

— Обнимите меня и погладьте по голове, скажите, что я всё это время так старалась…

— С чего вдруг такие просьбы…

От столь неожиданного требования мой мозг на мгновение отключился.

— Просто… когда вы были в трактире с Реноа, вы ведь обнимались. Как влюбленные…

— Мы не влюбленные, но обнимались, было дело. И что с того?

Каждое слово давалось ей с огромным трудом, Шабель несколько раз открывала рот, прежде чем ответить:

— Мне тоже иногда хочется опереться на чье-то плечо. Раньше рядом не было никого, кто мог бы это позволить, но ведь вы сами сказали, что я могу полагаться на вас, сколько захочу…

— Я понимаю ваши чувства, но даже так, это немного…

Я выразил сомнение и попытался отстраниться, как вдруг глаза Шабель наполнились влагой.

— Но я ведь правда так старалась…

А следом из её глаз покатились крупные капли слёз.

— Когда появлялись монстры, я без отдыха мчалась в бой, разгребала проблемы, которые создавали соратники, терпела боль, не показывала, как мне тяжело…

— Герой?

— Мне ведь тоже бывает больно. Я просто хочу, чтобы меня похвалили, сказали, что я большая молодец, что прошла через многое…

— Нет…

Прежняя решительная Шабель исчезла без следа.

Передо мной остался лишь обиженный ребёнок, который захлёбывался слезами и капризничал.

«Она ведь была совсем не такой по характеру».

Перемена была слишком резкой, я не успевал за ходом событий.

А впрочем, может, это вовсе и не было внезапным.

Я прекрасно знал, насколько безнадёжны окружающие её люди.

Сколько же ей пришлось вынести, работая с ними?

Будь я на месте Шабель, я бы точно не сохранил рассудок. То, что она дошла до этого момента — уже подвиг.

К тому же, у меня самого был подобный опыт.

Когда-то давно я бежал без остановки, лишь бы выжить.

Внешне я казался в порядке, но сам того не замечая, был истощён до предела.

И когда Аврора тогда обняла меня, я разрыдался, почувствовав внезапный прилив облегчения.

Это было чертовски стыдное воспоминание, но именно благодаря ему я смог привести чувства в порядок и двигаться дальше.

Вспомнив об этом, я больше не мог оттолкнуть Шабель.

Я выдохнул и сделал шаг вперёд.

Затем осторожно притянул к себе Шабель, которая всё ещё дрожала, сотрясаясь от рыданий.

— …!

Её тело на мгновение напряглось, став твёрдым, как дерево.

Её дрожь передавалась мне прямо через грудь.

Шабель в замешательстве широко распахнула глаза. Я слегка погладил её по спине.

— Вы отлично справились.

— …

— Вы проделали огромный путь, спасибо за ваш труд.

Руки Шабель, не знавшие, куда деться, легли мне на бока.

Колеблясь лишь долю секунды, она обняла меня за талию и уткнулась лицом в мою грудь.

— Хнык, у-у-у…

Шабель тихо всхлипывала.

Проплакавшись, она начала капризничать, по-детски выпрашивая ласку:

— Голову… погладьте меня по голове тоже.

— Что?

— Погладь меня по голове. Похвали, скажи, что я молодец, только ласково.

Требования у нее были весьма конкретные.

Я засомневался, правильно ли это, но раз уж мы дошли до объятий, отказывать смысла не было.

К тому же, если я схалтурю и она не выпустит меня отсюда — будет еще хуже.

Я поднял руку и медленно провел ладонью по ее зеленым волосам, следуя их линии.

— Ты большая молодец, Герой.

Шабель прижалась ко мне еще теснее, обвив мой пояс, и пробормотала:

— И еще…

— Есть что-то еще?

— Не называй меня Героем, зови по имени. Сейчас я не хочу быть Героем.

Что ж, бывает и такое: хочется, чтобы тебя называли просто по имени, а не титулом Героя или принцессы.

— Хорошо. Ты отлично справилась, Шабель.

— На «ты» и без формальностей.

Много же она хочет.

Пусть будет подарком.

Сделаю всё, как она просит.

— Ты отлично справилась, Шабель. Ты была просто великолепна.

— Ух…

В тот же миг Шабель, зажатая в моих объятиях, вздрогнула и издала сдавленный стон.

Ее руки, обхватившие мою талию, напряглись.

Похоже, она испытала настоящий трепет от того, что ее давняя нужда наконец была удовлетворена.

— Достаточно? Теперь я могу идти?

— …Еще разок.

— Наша Шабель самая лучшая. Ты просто супер.

— Хе-хе…

Я опасался, что прозвучал не слишком искренне, но Шабель, похоже, это не смутило — она довольно рассмеялась.

Неужели это настолько важно?

Знал бы раньше — сделал бы всё это давным-давно. Глядишь, и сам бы так не мучился.

— Щелк.

С той стороны двери, которая до этого момента не поддавалась, раздался звук открывающегося замка.

Неужели всё было именно в этом?

— Дверь открыта. Можешь отпустить.

— Я знаю.

Она ответила, но руки с моей талии не убрала.

— Хочу еще немного так постоять.

Я переводил взгляд с двери на нее, а потом снова опустил руку на ее спину, которую уже собирался было убрать.

Теперь-то я понимал: она держит меня не потому, что дверь заперта.