Я отказался от попыток покорить героинь Том 2 Глава 266 Доп. история. Неугасшие чувства (1/2)

— Моя выносливость действительно сильно возросла.

Метаморфоза.

Процесс перерождения, во время которого скелет и мышцы преображались на структурном уровне, наделяя меня телом сверхчеловека.

Теперь я действительно ощущал, что прошёл через него.

Прошлой ночью я занимался интенсивными упражнениями для всего тела в окружении жён, задействовав каждую его часть. И всё же сегодня утром, поспав всего два часа, проснулся, полностью избавившись от усталости.

Сколько заходов у меня было?

Кто знает.

После десяти я перестал считать.

Из меня без всякого отдыха выжали всё до последней капли.

— Корнелия? Ты уже встала?

— Ах, кх... Да... Мне нужно на работу...

Скрип.

Дверь тихо открылась, и из комнаты вышла Корнелия. Она с трудом передвигалась, опираясь на стену.

Её шатало из стороны в сторону, а ноги почти не слушались.

...Вчера ей и правда сильно досталось.

— Может, возьмёшь выходной и отдохнёшь?

— Государственные служащие обязаны заранее подавать заявление на отпуск, господин Наёмник.

— Неужели даже человек, занимающий такую высокую должность управляющей, обязан соблюдать подобные мелочные правила?

— Именно потому, что я занимаю столь высокое положение, мне следует подавать пример.

— Твои подчинённые, скорее всего, предпочли бы, чтобы сегодня ты не приходила.

— Это... Возможно, ты действительно прав. Кажется, всем немного тяжело работать под началом настолько молодой управляющей.

— Пухе-хе.

Корнелия тихо рассмеялась.

Затем подошла ко мне, быстро осмотрелась и села мне на колени.

— Всё-таки решила прогулять работу?

— Нет. Я просто пользуюсь коротким промежутком, пока все остальные спят, чтобы единолично завладеть тобой, Ю Джин.

— Какая жадная девушка. Почему бы тебе не проявлять такую жадность и в обычное время?

— Я не могу. Ведь я...

Корнелия проглотила оставшиеся слова и с тихим стуком прислонилась головой к моей груди.

Я догадывался, что она собиралась сказать.

— Ты чувствуешь вину, потому что думаешь, будто соблазнила меня и отняла у тех троих?

— Не могу сказать, что это совсем не так...

На этот раз тихо рассмеялся уже я.

Какая нелепость.

Я обхватил голову Корнелии руками и поцеловал её в макушку.

— Я повторю столько раз, сколько потребуется: именно в тебя я впервые по-настоящему влюбился, Корнелия. Благодаря тебе я понял, что такое любовь. Если бы не ты, я бы никогда не воссоединился с Джилл, Юлией и Ериной.

— Но...

— Я говорю это не ради утешения. Это правда. Сначала я решил жениться на тебе, а уже потом воссоединился с остальными жёнами. Строго говоря, это не ты встала между нами, а они.

— Это действительно так?

— Ты когда-нибудь видела, чтобы я лгал?

— Да... Довольно часто...

Это была правда, поэтому возразить мне было нечего.

— Я когда-нибудь лгал именно тебе, Корнелия?

— Да... Хм-м. Нет, не лгал. Ты многое скрывал, но ни разу не сказал мне прямой неправды.

Я немного нервничал, ведь ложь уже давно вошла у меня в привычку, но, услышав такой ответ, почувствовал облегчение.

Корнелии я действительно не лгал.

Не знаю почему, но мне всегда казалось, что этого делать нельзя.

Остатки моей крохотной совести не позволяли обманывать и использовать ещё и Корнелию.

— Хе-хе. Тогда можно мне стать немного жаднее?

— Конечно. Можешь вести себя так даже перед другими жёнами.

— Это будет слишком неловко... Честно говоря, прошлой ночью я едва не умерла от стыда.

— Прости. В следующий раз тебя не звать?

— Как я могу отказаться, когда ты спрашиваешь таким образом? Если тебе это нравится, я готова вынести любой стыд.

— Тяжело тебе приходится с мужем, у которого настолько странные вкусы.

— Хмф. Хорошо, что хотя бы понимаешь.

Глуповато рассмеявшись, Корнелия потёрлась щекой о мою грудь.

Её дыхание щекотало кожу.

Было бы здорово, если бы она проявляла такую нежность и в обычное время.

Раз она стесняется делать это перед остальными, следует чаще создавать ситуации, в которых мы остаёмся наедине.

— Ю Джин?

— Ай?!

Скрип.

Дверь напротив открылась, и наружу показался синий мех. Корнелия испуганно подпрыгнула.

Словно её застали за изменой, она вздрогнула и попыталась отстраниться от меня.

Но я не отпустил, поэтому сбежать с моих колен Корнелия не смогла.

— Хм-м. Развлекаетесь наедине с самого утра. Прошлой ночи вам оказалось недостаточно, управляющая Кёльна?

— Вовсе нет... Я рано встала, потому что собиралась на работу... Ой! Точно! Мне действительно уже пора!

— Разве ты не собиралась прогулять?

— Нет! Отпусти меня, пожалуйста, Ю Джин! Я тороплюсь!

— Хочешь уйти на работу — поцелуй меня в щёку.

— М-м. Сюда?

— Теперь в губы.

— Ух, ну правда!.. М-м...

— Не чмокни, а поцелуй. Если уйдёшь сейчас, мы несколько дней не увидимся. Разве такого прощания достаточно?

— Какой же ты злой... Правда...

Корнелия не любила проявлять нежность перед окружающими, а в присутствии других жён сдерживалась особенно сильно. То ли из чувства вины, то ли из желания считаться с ними.

Однако, поняв, что без поцелуя я её совершенно точно не отпущу, Корнелия покраснела, осознав, что выхода нет.

— Ха-а...

Быстро проверив реакцию Ерины, Корнелия обвила руками мою шею.

Затем она притянула меня вниз, прижимая свои губы к моим.

Хотя моё тело достигло предела после прошлой ночи, её сердцу всё ещё было недостаточно.

Словно ей было мало любви, которую она делила с четырьмя другими, Корнелия страстно желала большего, только губами.

Она так жадно тянула мою шею своими тонкими руками, стремясь завладеть моими губами, что выглядела невероятно очаровательно.

— М-мне правда пора на работу… До встречи, Ю Джин. И Ледяная Королева…

— Да. До следующей встречи.

Лишь после продолжительного поцелуя Корнелия наконец смогла высвободиться из моих объятий.

Не взглянув толком в глаза Ерине, она попрощалась и почти пулей вылетела прочь.

Хотя её жалкая, шаткая походка совсем не позволяла назвать это бегством.

Наверное, на работе все будут волноваться, не повредила ли она ноги?

— Хмф…

Ерина всё это время молча наблюдала за нашими ласками, скрестив руки на груди. И только после ухода Корнелии она недовольно фыркнула.

Несмотря на свою ужасную ревнивость, она была такой же доброй.

До невозможности милой.

— Корнелия стала весьма смелой. Это ты её подтолкнул?

— Да. Хотя тебе это, вероятно, не нравится…

— С чего бы мне это не нравилось? Я терпеть не могу предрешённые сражения. Мне было бы куда неприятнее, если бы Корнелия продолжала лишь односторонне считаться со мной и вела себя как наложница.

— И правда. Ты всегда была такой. Столь же доброй, сколь и ревнивой.

— К-кто тут добрый?

— Я говорю о тебе.

О той, что не только простила крольчиху-зверолюдку, посмевшую соблазнить и попытаться отнять мужчину своей госпожи, но и признала её положение наложницы.

Ерина неловко задвигалась, словно слова о её доброте были для неё совершенно непривычны.

Всю свою жизнь она, Королева Крови и Льда, Ледяная Королева, внушала окружающим лишь страх.

«Но она выглядит вполне нормально. Хотя прошлой ночью мы совсем не сдерживались…»

Корнелия едва могла управлять собственным телом, а Ерина двигалась совершенно свободно, будто прошлой ночью ничего не произошло.

Если задуматься, Ерина тоже была сверхчеловеком.

Её способность к восстановлению действительно находилась на другом уровне.

— Хоп.

Бросив на меня недовольный взгляд, Ерина оседлала мои колени.

Подобно Корнелии, она прислонилась головой к моей груди, но отвела глаза и уставилась куда-то вдаль.

Похоже, она пока не собиралась отказываться от образа обиженной.

Однако её хвост был куда откровеннее. Он проскользнул между моих колен и начал энергично хлестать поочерёдно по обоим бёдрам.

— Обними меня.

— Вот так?

— Да. И поцелуй.

— Подними голову.

— Нет!

— …

Когда я попытался взять её за подбородок и поднять лицо, Ерина шлёпнула меня по руке.

И что мне теперь делать?

Несколько мгновений я растерянно сидел неподвижно, пока наконец не понял её намерение.

Проще говоря, она хотела, чтобы я в точности повторил то, что делал, когда Корнелия хвасталась своей близостью со мной.

— Хмф…

Чмок.

Я намеренно громко поцеловал Ерину в макушку.

Но погодите.

Разве всё это не происходило до того, как Ерина покинула комнату?

Я серьёзно начал подозревать, что у неё есть склонность к подглядыванию.

— Прошлой ночью…

— Да.

Ерина заговорила тихим и подавленным голосом.

Похоже, ночного разговора в постели ей оказалось недостаточно.

Или же она просто хотела поговорить со мной наедине.

— Почему ты не сделал со мной… это… до конца? Ух. Погоди, дай мне сначала…

Продолжая смотреть в сторону, Ерина обхватила мою шею руками.

Слегка поцеловав меня, она снова отстранилась и уселась как прежде.

Её лицо слегка покраснело.

Ерина глубоко вдохнула, словно собираясь с духом, чтобы продолжить разговор.

Поцелуй со мной, казалось, действовал на неё как алкоголь.

— Почему ты не занялся сексом только со мной и Юлией?

— Слишком расплывчато. Я не понимаю, о чём ты.

— Ты прекрасно понимаешь. Не притворяйся. Ты просто хочешь, чтобы из моих благородных уст прозвучали пошлые слова.

— Ты хорошо меня знаешь.

— Зверь…

Я схватил Ерину за затылок и крепко прижал к себе.

Теперь она сидела лицом ко мне, но на этот раз не отвернулась и не стала сопротивляться, а послушно позволила себя обнять.

Уткнувшись лицом мне в грудь, она начала судорожно вдыхать мой запах:

— Шмыг… Ха-а…

— Конечно, я очень хотел переспать с жёнами, но решил, что будет ужасно лишать тебя девственности в подобной обстановке.

— Поэтому?..

— Да. Именно поэтому.

Причина, по которой прошлой ночью я занялся сексом лишь с Мией и Корнелией, была проста.

Две другие: Ерина и Юлия, — всё ещё оставались девственницами.

Позволить им провести хотя бы первую брачную ночь наедине со мной — было самой малой заботой, которую я мог проявить.

Если бы я оказался неспособен даже на это, то был бы уже не просто зверем и мерзавцем, а чем-то гораздо худшим.

— К тому же мне показалось неправильным сразу после возвращения из свадебного путешествия со всеми жёнами, позвать в комнату только Мию и Корнелию, поэтому я пригласил всех… Ты расстроилась, решив, что я отношусь к тебе иначе?