Я стал персонажем в академии без главного героя Том 1 Глава 209 Ни больше ни меньше

Тук.

Рука Шлюса безвольно упала на больничную койку.

Он лежал с закрытыми глазами, погрузившись в сон.

Некоторое время Трие молча смотрела на его лицо, а затем тяжело вздохнула.

— Это из-за меня.

— Это неправда.

— Всё случилось потому, что я слишком слабая.

Утешения Айрис ничем не помогали.

Трие уже была твёрдо убеждена в своей правоте.

— Теперь я наконец всё поняла. Из-за моей слабости Шлюс пострадал и чуть не погиб… Я должна стать сильнее.

— То же самое касается и меня. Если бы я была достаточно сильна, чтобы защитить себя…

— Нет. Айрис, ты ведь столько всего умеешь помимо сражений. А я умею только драться. Если я не буду сильнее всех остальных, от меня вообще никакой пользы…

— …

Увидев горькую улыбку Трие, Айрис не нашлась с ответом.

В её нынешнем состоянии любые слова утешения могли лишь усугубить ситуацию.

— Мне нужно отправиться на тренировки. И я не вернусь, пока не стану достаточно сильной, чтобы защищать Шлюса.

— Т-так внезапно? Но если уж уходишь, хотя бы скажи об этом Шлюсу.

— Нет. Если он проснётся и попросит меня остаться, я наверняка не смогу уйти. Поэтому нужно сделать это до его пробуждения…

Трие взяла лист бумаги, быстро нацарапала на нём несколько слов, сложила и положила на столик.

Вот так просто уйти, даже не попрощавшись?

Она хоть подумала о чувствах тех, кого оставляет?

Айрис невольно прикусила губу.

— Если случится что-нибудь, с чем вы не сможете справиться, позови меня. Я буду сообщать о своём местонахождении каждый раз, когда куда-нибудь перееду. Но только тебе. Шлюсу ни слова. Поняла?

— Хорошо…

Айрис и сама не заметила, как на неё взвалили такую тяжёлую обязанность.

Знать, где находится Трие, и при этом лгать Шлюсу, будто ничего не знаешь…

Она терпеть не могла подобные вещи.

Но раз уж согласилась, отступать было поздно.

— И куда ты отправишься сначала?

— Сначала?.. Я немного подумала и решила всё-таки разыскать своего прежнего учителя. Слышала, что сейчас он скрывается где-то в пустыне. Так что для начала придётся его найти.

Пустыня.

Проклятая земля, где царят жара и засуха, а жизнь встречается крайне редко.

И Трие собиралась отправиться именно туда.

Теперь Айрис хотя бы немного представляла, насколько серьёзно та настроена.

Она решила проводить Трие как следует.

Всё равно удержать её вряд ли получилось бы.

— Надеюсь, в следующий раз мы встретимся, когда ты станешь ещё сильнее.

— Ага. Я скоро вернусь.

Айрис слегка приподняла юбку и присела в реверансе.

В ответ Трие шутливо преклонила одно колено, словно принося рыцарскую клятву.

Затем забрала длинный меч и покинула больничную палату.

Больше она не возвращалась.

"

«Может, всё-таки стоило её остановить?..»

Резиденция Флешеттов.

Айрис лежала грудью на письменном столе и задумчиво постукивала по нему пальцами.

Ей было страшно снова встречаться со Шлюсом.

Вдруг он начнёт допытываться, куда отправилась Трие?

Точнее, Айрис боялась, что тогда придётся ему солгать.

Но ещё сильнее её мучило другое.

«Ах… Зачем я вообще это сказала?..»

Она жалела о признании, которое случайно вырвалось у неё перед Шлюсом.

Наверняка в тот момент она просто сошла с ума.

Ведь до сих пор ей удавалось соблюдать необходимые границы.

Она любила его, но довольствовалась тем, что наблюдала издалека.

Так почему же вдруг…

— Кажется, я и правда спятила…

Впрочем, перед признанием она ясно попросила его всё забыть.

Сказала, что говорит не в своём уме, поэтому не стоит воспринимать её слова всерьёз.

К счастью, Шлюс отличался просто невероятной невнимательностью к подобным вещам.

Наверняка он свято поверил, что в эликсире содержатся какие-то опьяняющие вещества.

И действительно сделает вид, будто ничего не слышал.

«Да. Пожалуй, пора сдаться».

Видимо, всё произошедшее стало наказанием за попытку завладеть тем, что принадлежит другой.

Айрис решила признать свои ошибки и отказаться от Шлюса.

Она должна оставаться святой и дарить любовь как можно большему числу людей.

Это и есть правильный путь.

Жить благочестиво, ни на что не отвлекаясь…

Тук-тук.

В дверь постучали.

— Да?

— Госпожа, его превосходительство Шлюс Хайнкель желает с вами встретиться.

— А-а… Т-тогда передайте, что я сейчас выйду…

— Он уже направляется к вашей комнате.

— Что-о?!

Шлюс уже идёт сюда?!

Кто вообще его впустил?

«Проклятые старикашки!..»

Тяжело вздохнув, Айрис поспешила снять ночную рубашку и переодеться.

Из коридора уже доносились приближающиеся тяжёлые шаги.

Она как раз успела собрать длинные волосы в тугой хвост, когда…

Тук-тук…

— Входи.

— …

После короткого стука дверь открылась.

Шлюс Хайнкель молча поздоровался с ней кивком, вошёл и с глухим стуком закрыл дверь.

Айрис украдкой взглянула на его лицо.

И сердце болезненно сжалось.

На краю его щеки всё ещё виднелся едва заметный шрам.

— Ты вот так запросто врываешься в комнату девушки? Совсем никаких манер.

— Дело срочное. Ничего не поделаешь.

— И что же такого срочного?

Ответ был очевиден.

Наверняка Шлюс пришёл спросить, не знает ли она, куда отправилась Трие.

Но пока Айрис всё равно не могла сообщить ничего полезного.

Она знала только одно: Трие направлялась в пустыню.

Точное место назначения оставалось неизвестным.

— Мне нужно срочно ответить на твоё признание.

— Ах!

Услышав совершенно неожиданные слова, Айрис вздрогнула.

Ведь звукоизоляция в этом месте была не самой лучшей!

Она тут же попыталась активировать барьер, подавляющий восприятие.

Но раз за разом терпела неудачу.

И дело было вовсе не в её волнении.

Кто-то намеренно мешал ей установить барьер.

— Что ты делаешь?..

— Это я должен спросить. Ты перевернула мои мысли с ног на голову, а теперь предлагаешь просто забыть об этом?

— …

Возразить было нечего.

Однако даже просто молчать оказалось непросто.

Айрис изо всех сил сдерживала предательски подрагивающие уголки губ.

Мысль о том, что её признание вызвало такую бурю в сердце Шлюса, заставляла её безумно улыбаться.

— Я хочу предложить тебе брак, Айрис.

— Б-брак?! Как ты можешь так шутить со святой…

— Я не шучу. Говорю совершенно серьёзно.

— А… А-а! Ты говоришь о том разговоре насчет моей племянницы.

— Нет. Я говорю о браке с тобой, Айрис.

— …

Айрис крепко сжала губы.

Наверняка все горничные сейчас столпились за дверью, прислушиваясь.

От одной мысли, что они слышат этот разговор, её лицо начало заливаться краской.

— О чём ты вообще думаешь?..

— Разве это не главная резиденция Флешетт? Если среди прислуги нет шпионов, то беспокоиться об утечке информации о брачных переговорах незачем.

— Дело совсем не в этом…

Он совершенно не понимал сути проблемы.

Конечно, сам разговор вряд ли выйдет за пределы дома Флешетт.

Но ведь вскоре все обитатели резиденции узнают, что она призналась Шлюсу в любви!

А если об этом услышат ещё и старейшины…

Как после такого вообще смотреть им в глаза от стыда?

— Выбор за тобой, Айрис. Ты можешь оставаться святой всю жизнь. А можешь стать моей женой. Причём второй вариант вовсе не означает, что тебе придётся немедленно отказаться от титула. Мы можем тайно обручиться, а свадьбу отпразднуем позже, когда ты сама этого захочешь.

— …

Какое соблазнительное предложение.

Когда перед тобой ставят такой выбор, ответ кажется очевидным.

Разумеется, нужно следовать своим желаниям…

— Я…

— Ах да, забыл сказать. Я уже обещал жениться на другой.

— Что? И кто она?

— Боюсь, пока не могу сказать.

— …

Айрис застыла.

Она недоверчиво уставилась на Шлюса, но выражение его лица ничуть не изменилось.

Значит, он не шутит.

Он пришёл предлагать ей брак.

И при этом заявляет, что уже обещал жениться на другой?

Да ещё и отказывается назвать её имя?!

— Да что с тобой вообще…

Мне отказали.

Причём самым решительным образом.

— С вами всё в порядке?

— А, да. Всё в порядке.

Я взял у горничной мешочек со льдом и приложил к щеке.

После сильной пощёчины лицо заметно распухло.

Даже не думал, что у Айрис такая сильная рука.

Прижимая лёд к горящей щеке, я был вынужден покинуть резиденцию Флешетт.

«Облажался…»

Слишком самонадеянно себя повёл.

Я что, Казанова?

И с чего решил, будто могу открыто заявить, что у меня уже есть невеста, и всё равно получить согласие на брак?

Да я просто законченный идиот.

— Придурок.

— …

Именно это я услышал от Эмилии, когда вернулся домой и рассказал ей о произошедшем.

Диагноз оказался настолько точным, что возразить было нечего.

— Братик, ты совсем с ума сошёл? Ты собираешься её добиваться или нет?

— Да я не пытался её соблазнить. Я хотел заключить брачный союз с Флешеттами и…

— Хватит оправдываться! Чтобы заключить союз, тебе всё равно нужно добиться святой!

— …

Как вообще получилось, что теперь Эмилия меня отчитывает?

Я и сам не заметил, как оказался перед ней, сидя с выпрямленной спиной и низко опустив голову.

— Тогда, может, мне прямо сейчас снова к ней пойти? Сказать, что про другую невесту я соврал, и…

— Ничего себе. Ты серьёзно считаешь это хорошим решением? Ужас какой.

— Тогда что мне делать?..

— Ухаживать за ней как следует! Не разговаривать с ней свысока, будто ты великодушно принимаешь её признание. Ты тоже должен показать, насколько сильно хочешь быть с ней.

— Боюсь, не получится.

— Почему ещё?!

— Не думаю, что люблю Айрис настолько сильно.

— …

Эмилия с досадой хлопнула себя ладонью по лбу.

Да я и сам, произнося эти слова, чувствовал себя последним ничтожеством.

Только подумать.

Какой-то ублюдок собирается заставить женщину отказаться от положения святой и сделать своей женой, хотя сам её даже не любит.

И всё это прекрасно зная, что она искренне в него влюблена.

На мгновение я даже задумался, заслуживает ли подобная мразь права жить на свете.

— И когда ты успел к ней охладеть? Я ведь думала, что тебе нравится святая.

— В смысле охладеть? У меня с самого начала не было к ней романтических чувств.

— Братец, ты правда совсем ничего к ней не чувствуешь?

— Думаю… нет. Кроме физического влечения.

— П-правда? Хм-м… Хм! Вот как… Значит, я всё неправильно поняла…

Эмилия почему-то заметно повеселела.

Она принялась обмахивать лицо ладонями, то и дело украдкой поглядывая на меня.

А затем встретилась со мной взглядом и приблизилась.

Я упал на деревянный пол, не в силах противостоять её напору.

— Тогда, братик… Давай поступим так.

— ?..

Эмилия заправила выбившуюся прядь волос за ухо, взяла моё лицо в свои ладони и придвинулась ближе.

Её волосы, которые она только что убрала, снова упали и щекотали моё лицо.

Но отстраниться от неё я уже не мог.

Её нежные алые губы коснулись моего подбородка, чуть ниже рта.

Кажется, она закрыла глаза и немного промахнулась.

Ещё сильнее смутившись, Эмилия покраснела, а затем, на этот раз точно, коснулась моих губ.

Раздался тихий звук поцелуя.

Я принял её язык, который проник мне в рот.

На вкус он был сладким, с лёгкой терпкостью.

Но как только я собрался распробовать этот вкус получше, Эмилия выдохнула и отстранилась.

Она выглядела так, словно вот-вот заплачет.

— Не больше и не меньше… Люби святую так же сильно, как меня, братик. С этого момента ты будешь любить её именно так. Что скажешь?

— …

Это предложение не решало мою проблему.

Ведь тогда я вообще не смогу полюбить Айрис.

Дело в том, что я не воспринимаю тебя как женщину.

(P.S. от Беса. Как же хочется проломить этому ублюдку его тупую башку)