Я стал психиатром, которым одержимы охотники Том 1 Глава 226 А с чего постели вообще намокать

226. А с чего постели вообще намокать?

Я тогда как раз собирал мнения о тематическом оформлении будущего консультационного центра.

Кажется, всё началось сразу после разговора с Сеа.

— Ох, до чего же хорошо!

Мой чистенький, только что вышедший из душа пингвинёнок с довольным напевом распахнул дверь кабинета.

Заметив, что я говорю по телефону, Ханыль сразу притихла.

Подошла вплотную, прижалась ко мне и стала вытирать волосы полотенцем.

Заодно прислушивалась к разговору.

Меня это не беспокоило, если не считать капель воды.

Щёлк.

И вот Ча Хваён только что положила трубку.

Оказывается, у нашего Небесного Демона есть и очаровательная сторона.

В отличие от остальных женщин, которые почти открыто озвучивали свои желания, она, похоже, смутилась и поспешила сбежать.

Ладно, это ещё ничего.

Но вот другое дело…

— …

Я некоторое время молча смотрел на телефон.

Затем перевёл взгляд на блокнот.

Записей накопилось немало.

Особенно впечатлял последний совет: обустроить комнату так, чтобы клиент мог прислуживать мне…

— Неужели это может пригодиться?..

Я покачал головой.

Нет.

Люди всё-таки выделили время, чтобы честно ответить на мой вопрос.

Не стоит пренебрежительно относиться к их мнению.

— В этих ответах… столько личных желаний, — тихонько пробормотала Ханыль и цокнула языком.

— Зато теперь можно не переживать за обстановку дома… Мф!

Я осторожно прикрыл ей рот ладонью.

— Итак…

Я легонько постучал ручкой по столу и повернулся к сидевшему рядом пингвинёнку.

— А ты?

— Хм-м.

Ханыль приложила палец к подбородку и с преувеличенно задумчивым видом прикрыла глаза.

— Входишь — а посреди комнаты стоит обеденный стол.

— Ага, стол.

Я добросовестно записал.

— Потом я сажусь за стол.

— Хорошо. Дальше?

— А пользователь выходит с едой из кухни рядом.

— …

— Суши, пицца, курочка…

Шурх-шурх.

Я двумя жирными чертами перечеркнул только что написанное.

Хорошо ещё, что записал всего одну строку.

— Может, тогда просто поедим?

— …Да.

Похоже, мой пингвинёнок просто проголодался.

После завтрака она весь день ничего не ела. Неудивительно.

Надо было догадаться ещё на слове «обеденный».

Я быстро приготовил лёгкий перекус.

Всего-то пятнадцать больших сэндвичей.

— Сейчас немного перекусим, а вечером поужинаем как следует.

Я не шутил.

Для нас обоих это и правда был лёгкий перекус.

Ханыль помогала собирать сэндвичи и кивнула.

— Угу.

Осталось решить, куда пойти.

Взгромоздив стопку сэндвичей себе на голову, она закружилась на месте и спросила:

— В гостиную?

— Ты же хотела фильм посмотреть.

— Ой, точно! Тогда ко мне в комнату?..

— Давай.

Моя комната по-прежнему служила кабинетом: лишнего там ничего не разместишь.

Зато спальня Ю Ханыль незаметно превратилась в настоящий домашний кинотеатр.

Просторная комната, огромная кровать и множество мониторов.

На стене напротив кровати она даже установила проектор.

Мы вошли в «кинотеатр Ханыль».

— Кстати, когда ты успела установить проектор?

— Ровно неделю назад.

Пока я целыми днями работаю, она то и дело что-нибудь заказывает и устанавливает.

Поэтому, возвращаясь домой, я то и дело натыкаюсь на сюрпризы.

— И что ты вообще на нём смотришь?

Даже мне самому этот вопрос показался подозрительным.

Не верилось, что такой огромный проектор нужен ей исключительно для фильмов.

— …

Ханыль вдруг отвела глаза.

Пингвинёнок явно что-то скрывал.

— Ханыль, посмотри на меня.

— Ну… когда я хочу работать лёжа на кровати, иногда вывожу туда экран пользователя…

Так она и вчерашние события с И Со Рён смотрела на большом экране?..

Я решил не спрашивать.

— Эх.

Я закрыл дверь и выключил свет.

— Может, нам всё-таки переехать?

Вещей и мебели с каждым днём становилось всё больше.

Когда я жил один, всё было иначе. Никогда не думал, что с таким ненасытным соседом квартира настолько преобразится.

Хотя, признаться, мне нравилось, как квартира становилась всё обжитее и уютнее.

— Хм. Мне везде хорошо.

Болтая о пустяках, мы улеглись рядом на кровать.

Сегодня мы собирались смотреть особенный фильм: главную роль в нём сыграла Чин Сеа.

Да-да, самая настоящая Чин Сеа.

Для «Хэтхэ» Сеа давно стала главной звездой, так что её даже снимали в кино.

Удобно, наверное: компьютерная графика ей почти не требуется.

Спецэффекты, которые актриса сама создаёт на площадке, куда зрелищнее компьютерной графики.

Говорят, фильм посмотрели пятнадцать миллионов зрителей.

— Если подумать… Сеа, наверное, самая известная среди охотников?

По крайней мере, в Корее.

Пусть Сеа сыграла всего в одном фильме, она всё-таки и киноактриса, и охотница S-ранга, и просто красавица.

— Я читала «Галерею охотников». Ням-ням.

Ханыль жевала сэндвич, набив щёки.

— Многие пишут: красивая, но наверняка ужасно злая.

— Сеа? Сеа… м-м…

Я уже хотел было возразить, что Сеа добрая и милая.

Но слова застряли в горле.

Со мной — да.

А вот с другими людьми… не всегда.

— Значит, люди не слепые. Ням-ням.

Я не стал спорить. Просто вытер Ханыль уголок рта и включил фильм.

Комнату наполнил громкий звук.

Мы сразу увлеклись фильмом.

Когда фильм перевалил за середину и начал немного затягиваться…

Шурх.

Птенец пингвина, который лежал рядом, пошевелился под одеялом. От неё исходил приятный аромат чистоты, будто она недавно приняла душ. Наконец Ханыль устроилась поудобнее и, как ни в чем не бывало, забралась ко мне в объятия. Я молча раскрыл руки, уступая ей место. «Пользователь», — снизу на меня посмотрели её круглые глаза. Шурх. Она немного покопошилась и придвинулась почти к моей шее. Я слегка ослабил объятия, чтобы ей было комфортнее. «Хи-хи», — она легко поцеловала меня в щеку. По правде говоря, дистанция между мной и Ханыль уже давно почти исчезла. И это было неудивительно. Мы живем под одной крышей, спим в одной комнате, а иногда проводим всю ночь в объятиях. Хотя чаще всего мы просто используем друг друга вместо подушек. Какая уж тут может быть дистанция? Лежать рядом, делиться теплом и нежностью давно стало для нас привычным делом. Так было и сегодня. «Пользователь», — Ханыль положила подбородок мне на шею и тихо позвала. В ответ я лишь опустил глаза. Наши взгляды встретились. «Другие… очень красивые. Я тоже их люблю». «…» «Онни Сеа такая известная и популярная. И остальные тоже…» Она ненадолго замолчала. «Но я давно хотела кое-что спросить». «Что?» «А я… красивая для вас, пользователь?» Неожиданный вопрос. В её глазах мелькнула непривычная неуверенность. Я уже открыл рот, чтобы ответить, но… «Ням». Ханыль отвернулась, даже не дождавшись ответа. Снова уставилась в экран и, как ни в чем не бывало, уютно устроилась в моих объятиях. Может, спросила просто так? Тук. Тук. Я слышал стук её сердца. Нет. Совсем не просто. Я некоторое время вглядывался в её профиль. «Да», — коротко ответил я. Шурх. Ханыль чуть заметно шевельнулась в моих объятиях. Не произнесла ни слова. Лишь прижалась чуть крепче. «Наверное, красивее всех». «…» Ханыль снова молча подняла голову. Хотела убедиться в моём ответе? Или просто взглянуть на меня? Наши взгляды снова встретились. Мы оказались совсем близко. Наверное, ближе, чем когда-либо раньше. Мы всегда были рядом, но прежде нашу близость сложно было назвать близостью взрослого мужчины и женщины. До недавних пор Ханыль даже намёка на такое не подавала. Сейчас она молчала. Я тоже. Расстояние между нами сокращалось само собой. Тихий вдох. Наши губы встретились. Мягко. Всего на миг, однако мне он показался долгим. Первой отстранилась Ханыль.

«Пользователь… На самом деле я тоже придумала, какой хочу кабинет». Она смотрела на меня снизу вверх и говорила почти шёпотом. «Вы выслушаете?» «Конечно». Ведь Ханыль собиралась постоянно работать в центре. Её мнение было особенно важным. «Я хочу просто…» — она нежно прижалась ко мне. «Чтобы посреди комнаты стояла большая кровать. Такая, чтобы мы могли целыми днями валяться на ней вдвоём и обниматься». Её тихий голос звучал у самого моего уха. «И вкусные закуски. И вы, пользователь. И один телевизор… Больше ничего не надо». «Но ведь у нас уже почти всё это есть». Всё, о чём она мечтала, было здесь. «Вот именно». Немного помолчав, Ханыль добавила: «Сейчас я счастливее, чем когда-либо». И… Чмок. Она вновь поцеловала меня в губы. «Уф… сердце так стучит…» Опустив голову, она спрятала лицо у меня на груди. «Хорошо», — я медленно погладил её по волосам. «Я рад, что ты счастлива». Я тоже. Мне было достаточно того, что Ханыль рядом. Улыбнувшись, я спросил: «…Но ты сегодня заранее всё задумала?» Просто хотел понять, стоило ли мне морально готовиться. «Что?! Нет! Н-ничего такого! Правда!» Ханыль резко вскинула голову. Бум. «Ай!» Ш-ш-ш! «Эй!» Она со всего маху ударилась о спинку кровати. И банка колы, стоявшая у самого края, перевернулась. Прямо на кровать. Я успел подхватить одеяло и уберечь его от колы. Но наматрасник промок насквозь. «А… всё нормально. Матрас же водонепроницаемый…» — пробормотала Ханыль, словно ничего не произошло. «Непромокаемый?» Я ведь точно застилал кровать мягким наматрасником из микрофибры. Когда это он успел стать непромокаемым? «Он слишком часто намокал, а стирать микрофибру каждый раз очень трудно. Очень». «А с чего кровать вообще должна намокать?» Ханыль замерла. Её глаза медленно расширились. А затем лицо стало наливаться краской. Шурх. Она молча вытащила салфетки и принялась вытирать кровать. Приподняла край наматрасника, собрала жидкость в середине и ловко промокнула салфетками. Выглядело так, будто проделывала она это уже не раз. «…» Я молча наблюдал за ней. «Ханыль». «Я очень старательно вытираю». «Вижу. Но…» «…» «Что значит «часто намокал»?» Шурх-шурх-шурх. Она принялась вытаскивать салфетки из пачки ещё быстрее. «Ну… То колу пролью, то воду. Всякое бывает». «А-а». «Да…» «Понятно». «…Да». Руки Ханыль заработали ещё быстрее. Уши у неё покраснели. Я решил не задавать больше вопросов. Похоже, мне и правда незачем это знать. *** Перевод выполнен командой «Дом Некроманта» Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta