Я стал студентом-инвалидом Академии Том 1 Глава 166
Пронеслась неистовая буря.
В общежитии, ещё недавно оглашаемом воплями и рыданиями, воцарилась гнетущая тишина.
— Что это сейчас... было?
Атра зачесала волосы назад. Даже липкая, жгучая ревность, терзавшая её до этого, выгорела дотла после случившегося.
Настолько мощным и... жутким было то, что промелькнуло в одно мгновение.
Все, кто находился в спальне, понимали, о чём речь.
Несмотря на то, что в комнату набилось много людей с самым разным цветом волос, она была достаточно просторной, чтобы вместить всех.
Их взгляды были прикованы к кровати.
Там мирно спал Ли Ха Юль, будто ничего и не произошло, а рядом, крепко обхватив его после долгой истерики, уснула Ли Се Юль.
Впрочем, слово «спал» здесь было не совсем уместным.
Обычно, когда человек изрыгает фонтаны крови и теряет сознание, это не называют сном.
— Не знаю... Может, какое-то ограничение? — отозвалась Лиана. После пережитого шторма её лицо выглядело мертвенно-бледным.
— Курсант Ли Ха Юль явно хотел что-то сообщить, верно? Но прямо перед этим он замер, тело забилось в судорогах, он начал харкать кровью... Не похоже ли это на отдачу за нарушение ограничения?
— Ограничение? Кто и когда мог наложить на него печать с такой чудовищной отдачей? И главное — сам носитель не мог не знать условий.
Лиана и Атра повидали немало, сражаясь на передовой в африканских Магических землях. Среди прочего им доводилось встречать людей под действием ограничений, хоть это и было редкостью.
Именно поэтому Атра возразила.
Ограничение само по себе — вещь крайне трудноисполнимая, а уж настолько мощное встречается едва ли не раз в жизни.
Та сцена до сих пор стояла перед глазами.
Кровь, хлещущая из всех семи отверстий, словно под давлением.
Кровавая пена на губах и куски неопознанной плоти, вылетающие вместе с судорожным кашлем.
Магические цепи во всём теле, перекрученные и разорванные в клочья, и это бьющееся в припадке тело...
«...»
При одном воспоминании об этом у Атры заломило в висках, а к горлу подкатила тошнота.
Через что нужно пройти, чтобы наложить подобное ограничение? И Ли Ха Юль, не зная условий, едва не отправился на тот свет, попытавшись раскрыть секрет.
Но что важнее всего...
— Одновременно с отдачей началось восстановление... нет, сверхскоростная регенерация, верно?
— Сначала калечит, потом лечит... Что за бред.
Едва отдача превратила его в кровавое месиво, как раны затянулись, будто время повернули вспять.
Они проверяли несколько раз — его тело было в полном порядке.
Отдача, карающая за нарушение условий.
Обычно она либо превращает нарушителя в калеку, либо убивает на месте.
Но зачем сначала подвергать невыносимым мукам, а потом возвращать всё как было?
Смерть от болевого шока? Если цель в этом, то проще было бы сразу потратить ресурсы на убийство.
— ...Мы даже не уверены, что это было именно ограничение. Он просто внезапно начал харкать кровью и рухнул без чувств...
— Да что же это такое...
Точной причины не знал никто. Лица присутствующих омрачились.
Все здесь понимали, что у Ли Ха Юль есть свои тайны, но никто и представить не мог, что попытка приоткрыть завесу обернётся таким кошмаром.
У Хон Ёнхва всё внутри горело от тревоги. Ей казалось, что в случившемся есть и её вина.
Она и раньше пыталась выведать его секреты, и теперь её терзало чувство вины: вдруг он принял это близко к сердцу и в итоге пострадал...
Стоявшая рядом Элия чувствовала себя не лучше, её сердце обливалось кровью.
Перед глазами всё ещё стоял Ли Ха Юль, изрыгающий куски внутренних органов вместе с кровью.
Сколько бы она ни вливала в него исцеления и регенерации через свою уникальную способность, кровь не останавливалась, а кожа становилась всё холоднее. Вспоминая его хриплое, тяжёлое дыхание, она невольно бледнела.
— А может, это проклятие?
В тишине раздался голос, заставивший всех обернуться.
От зловещего слова «проклятие» лица присутствующих посуровели.
Волосы цвета воды до самой талии и лазурные глаза.
Пэк Арин, которая до этого молча пребывала в раздумьях, пожала плечами под тяжестью устремлённых на неё взглядов.
— Условие срабатывает, но сам носитель о нём не знает. Таких проклятий полно.
— Действительно, если учесть, что он не знал условий, это вполне может быть проклятием, — кивнула Лиана.
— Но способно ли проклятие нести такую отдачу и условия срабатывания? Разве хватит мощности?
— Если заранее провести тщательную подготовку и сопроводительный ритуал с жертвоприношением, то, думаю, вполне. К тому же, судя по тому, что отдача была мощной, но не смертельной, туда могли быть вплетены условия запрета на убийство и регенерации.
Диалог вели в основном Лиана и Пэк Арин.
Остальные не обладали достаточными знаниями, чтобы вклиниться, и просто внимательно слушали.
Беседа текла довольно профессионально, и Лиана удивлённо округлила глаза.
Познания Пэк Арин в области проклятий превосходили все ожидания.
Удивительно, но в этом вопросе Пэк Арин была на несколько голов выше.
Она точно понимала механизмы работы и активации даже тех проклятий, о которых Лиана имела лишь смутное представление.
— Проклятия... Это направление настолько специфическое, что обычно все ограничиваются лишь изучением методов противодействия. Вы весьма осведомлены.
В Сиёламе тоже преподают чёрную магию. Хотя эти техники считаются грязными и вызывают отвращение, их не запрещают категорично.
Если полностью их искоренить, будут утрачены и способы борьбы с ними. Именно поэтому в различных учебных заведениях чёрная магия существует как предмет.
Однако популярностью она не пользуется. В большинстве случаев всё обучение сводится к защите, а точные механизмы работы и процессы активации остаются загадкой.
Об углублённом курсе и говорить нечего.
Но Пэк Арин обладала глубокими познаниями даже в самых тонких нюансах.
— А... ну, знания лишними не бывают, — Пэк Арин неопределённо улыбнулась на вопрос Лианы и принялась накручивать прядь волос на палец.
— К тому же, это мой личный интерес.
◆ ◆ ◆
Иногда люди задаются вопросом о смысле своего рождения.
Для чего я появился на свет или чего должен достичь в будущем?
Как правило, у человеческого рождения нет конкретной причины.
Для появления на свет не требуется особого обоснования, и редко кто рождается ради исполнения какой-то высшей миссии.
Обычно люди не рождаются с заранее заданной целью. Их не создают для использования в каких-то нуждах.
Меч куют, чтобы рубить и колоть, но предназначение человека не бывает фиксированным.
— Хи-и...
Однако Ли Се Юль была другой.
На её глазах дрожали крупные слёзы. Эмоции переполняли её.
В душе маленькой Ли Се Юль бушевал вихрь чувств, которым она ещё не могла дать определения.
Объединяло их одно — все они были негативными.
Далекими от счастья и радости.
Той тёмной ночью.
Ли Се Юль проснулась от невыносимой тоски и первым делом бросилась искать Ли Ха Юля.
Его не было рядом.
Ли Ха Юль спал на другой стороне кровати, прижавшись к Элии.
Используя её руку вместо подушки, он уткнулся лицом ей в грудь и ровно дышал.
— И-и...
Ли Се Юль затрепетала крыльями.
Увернувшись от рук Элии, она приземлилась прямо между ней и Ли Ха Юлем. Протиснувшись в узкое пространство, она прильнула к груди Ли Ха Юля.
Пусть его тело стало меньше и теперь было крохотнее её собственного, Ли Се Юль это не заботило — она изо всех сил вжалась лицом в его грудь.
В этот миг её окутали покой и тепло.
Объятия жёлтого человека... Элии тоже были уютными, но здесь она чувствовала себя по-настоящему счастливой.
Всего несколько месяцев назад — срок, который и прошлым-то назвать сложно.
Ли Се Юль была заперта внутри яйца, не в силах вылупиться, и в туманном полузабытьи ждала хозяина, который пробудит её.
Она не знала, сколько прошло времени.
Затуманенное сознание и инстинкты просто ждали своего часа.
И вот пришёл импульс.
Присутствие хозяина, намеренного пробудить её.
Тогда Ли Се Юль была уверена.
Она не испытывала особых чувств.
Была тихая радость от того, что она наконец вылупится, но не было великого восторга.
Ещё до рождения она понимала суть такого существа, как Рыцарь-фей.
Она — щит и меч для защиты Владыки. Копьё и доспех.
Инструмент, созданный и рождённый исключительно ради охраны Владыки, проводящий жизнь ради одной абсолютной цели.
Её будущее было предопределено.
Пока предшествующий Рыцарь-фей защищает Владыку, она должна быстро вырасти и стать взрослой особью.
За это время она обязана освоить боевые навыки и знания, необходимые для защиты Владыки.
Став взрослой, она всю жизнь проведёт рядом с ним, исполняя роль инструмента.
Пока она так размышляла, она почувствовала прикосновение к скорлупе.
Осторожное движение, будто касались чего-то крайне хрупкого, и волна тёплых, уютных эмоций встряхнула сознание Ли Се Юль.
Для Рыцаря-фей, ещё не увидевшего свет.
Для Ли Се Юль, чьё холодное «я» сформировалось лишь на основе заложенных знаний без опыта реального мира, это была слишком мощная... и мягкая волна чувств.
«Это... Владыка?..»
Он был не таким, каким она его представляла.
Вопреки ожиданиям, что лидер вида будет холодным и расчетливым, то, как он прижимал яйцо к себе, было преисполнено тепла и нежности.
Волна эмоций, с которой он оберегал её, боясь повредить, была невероятно ласковой.
— Может, хоть кусочек попробуем?
Красный человек. Женщина, созданная из пламени, хотела её съесть.
— Ну давай разок куснём. Оно такое большое, чего переживать? А? Как думаешь?
Это не было пустой болтовнёй. Врождённая эмпатия фейри уловила искренность в словах красной женщины.
Красная женщина действительно собиралась разбить скорлупу и сожрать ещё не вылупившуюся Ли Се Юль...
— Согласна. Честно, Ха Юль, тебе разве не интересно, какое оно на вкус? Если из лотереи выпадет какая-то ерунда, будет обидно. Я постучала — внутри явно что-то есть, давай приготовим и съедим.
Рядом была и жёлтая женщина. Несмотря на инстинктивное чувство близости, её слова были пугающими.
Конечно, жёлтая женщина скорее шутила, но доля правды в её словах была.
Разбить яйцо, вытащить содержимое, положить на жаровню, я принесу огонь, поджарим помедленнее и съедим, запечём целиком в костре, оно такое огромное, точно наедимся...
Слыша голоса, наперебой обсуждавшие её ужасный конец, Ли Се Юль лишь мелко дрожала от ужаса внутри яйца.
Тем, кто защитил её от этих угроз, был Владыка.
Обладая более хрупким телом по сравнению с двумя другими людьми, он крепко обнимал яйцо и отчаянно защищал её.
После рождения.
Из-за того, что она была ещё маленькой и слабой, она не могла защищать Владыку, но Ли Ха Юль ничуть не расстраивался, окружая Ли Се Юль бесконечной любовью и заботой.
Он дал ей имя, одел в мягкие одежды. Прижимал к себе, чтобы она не мерзла, и кормил тёплой едой, чтобы она не была голодна.
По ночам он баюкал её в своих объятиях, пока она не засыпала, а когда она открывала глаза, он всегда встречал её улыбкой.
Это было трогательно и приносило счастье, но вместе с тем она чувствовала глубокое бессилие.
Прежде чем стать ребёнком, она была Рыцарем-фей.
Рыцарь-фей, обязанный защищать Владыку, сам находится под его защитой?
Инстинкты Рыцаря-фей протестовали. Рождённая с великой миссией, она не должна была так жить.
Куда делись предшественники? Почему Владыка страдает в одиночестве? Где остальные сородичи?
Это были вопросы не для Рыцаря-фей.
Ли Се Юль — «Рыцарь-фей», созданный и рождённый для защиты Владыки.
У неё есть предназначение.
Есть причина, по которой она родилась, и цель, которую она должна достичь при жизни.
Защита Владыки.
Это была единственная цель Рыцаря-фей.
— Папа...
Но для маленького Рыцаря-фей, с момента вылупления которого не прошло и четверти года, реальность была слишком суровой.
Ли Се Юль всё ещё была незрелой особью, а Владыка по-прежнему подвергался угрозам и в одиночку вёл смертельную борьбу.
Вопреки её клятве исполнить долг, Ли Ха Юль раз за разом оказывался на грани жизни и смерти.
С каждым разом жизненная сила Ли Ха Юля становилась всё слабее.
Ли Се Юль не было рядом, и она ничего не могла сделать.
Так было и сейчас.
Даже когда Ли Ха Юль рухнул, харкая кровью прямо перед её носом, Ли Се Юль была бессильна.
Она должна была хотя бы броситься под удар, став живым щитом, но не смогла даже этого.
Ли Се Юль, не в силах сдержать нахлынувшие чувства, терлась лицом о спину Ли Ха Юля, ища утешения.
«Так нельзя».
Ли Се Юль закусила губу.
Можно было найти массу оправданий, но жестокий мир не принимал их.
«Быстрее...»
Нужно расти.
Рыцари-фей растут быстрее всех остальных фейри. Это необходимо, чтобы как можно скорее вступить в бой.
Но даже это время казалось ей непозволительной роскошью.
У неё не было времени на промедление.
Ли Се Юль начала извлекать информацию, записанную в её памяти. Она отбирала только самое необходимое.
Ли Се Юль шевельнула крыльями.
Крылья — это символ расовой исключительности и уникальности фейри.
Это не просто красивый атрибут, привлекающий внимание, они выполняют множество функций.
Ли Се Юль медленно перевела взгляд.
Голубая ткань, парящая в воздухе... Артефакт Ли Ха Юля, Небесное оперение.
В то же время это были крылья Ли Ха Юля.
Ли Се Юль осторожно вытянула свои крылья и коснулась его крыльев.
Её крылья затрепетали. Вскоре через крылья Ли Ха Юля начала понемногу поступать «информация».
«Ещё быстрее...»
Она стремительно усваивала знания, необходимые для того, чтобы стать взрослой особью.
Это случилось за два дня до начала второго семестра.
◆ ◆ ◆
[Синхронизация с Рыцарем-фей «Ли Се Юль»]
[Рост Рыцаря-фей ускоряется]
...
[Система коррекции игрока: Показатели]
...
«Ми?»: ?
«Фейри?»: ?
«Психический урон»: Сильное ментальное потрясение.
«Неполнота»: Расколот, целостность нарушена.
«Истощение жизненной силы»: Жизненная сила исчерпана.
...
[Активируется «Проклятие одиночества»]
[«Проклятие одиночества»: Боль нельзя разделить]
[Активируется «Проклятие безмолвия»]
[«Проклятие безмолвия»: Нельзя просить о помощи]