Я стал студентом-инвалидом Академии Том 1 Глава 179 В тот миг внезапно появился единорог (3)

Чего только не довелось пережить Хон Ёнхва.

И виной всему в большинстве случаев становился этот «золотой ребёнок», Ли Ха Юль.

Не раз и не два он вдребезги разбивал её сердце. Стоило ей по крупицам собрать себя воедино, как следовала новая череда происшествий, вновь наносивших сокрушительный удар...

Хоть он и причинил ей немало страданий, это стало для неё поводом для духовного роста.

Если точнее — в плане терпения.

Если раньше она, не в силах сдержаться, сразу пускала в ход кулаки, то теперь могла подавить этот импульс пять раз кряду, прежде чем сорваться.

Убедившись, что Ли Ха Юль в безопасности, она не бросилась тут же громить заповедник этих конеголовых.

Она проявила выдержку и спокойно доложила о ситуации. Лишь получив разрешение, Хон Ёнхва ступила на территорию заповедника единорогов.

— Ничего особенного не вижу. Просто разграничили территорию?

— Точных цифр не назову, но концентрация маны здесь высокая. Видимо, просто поддерживают среду и позволяют им жить на вольном выпасе.

Элия и Пэк Арин пошли вместе с ней.

Поскольку они были рядом в момент происшествия, разрешение получили на всех.

Заповедник, куда они вошли под присмотром смотрителя, был окружён барьером, отделяющим его от внешнего мира.

По ту сторону барьера расстилались луга, покрытые сочной зелёной травой, уходящей за самый горизонт.

В основном это была ровная равнина, но кое-где виднелись гряды пологих холмов.

— И смотритель даже не пошёл с нами? Не боится, что мы тут натворим дел?

Пэк Арин, поглаживая подбородок, склонила голову набок, пока они шли к точке, отмеченной на голограмме.

— Раз администрация дала добро, может, поэтому нас просто отпустили?

— Даже с разрешением обычно приставляют сопровождающего. У нас, по крайней мере, так. Даже без злого умысла можно что-нибудь натворить... Да и это всё-таки монстры, так что в целях безопасности сопровождение — норма.

— В семье Арин тоже выращивают монстров?

— Да-да. Территории у нас огромные и труднопроходимые, так что многих приручаем для перевозки грузов. Я и сама на них часто ездила.

Клан Чангэ действительно разводит монстров. Многие содержатся для исследований, но большинство особей предназначено для транспортировки.

Внутри подземелий и Магических земель условия настолько суровы, что даже военная техника там малополезна.

Для монстров хаотичные волны маны не помеха, и если их ранг достаточно высок, они с лёгкостью обходят любые транспортные средства, обладая при этом завидной выносливостью.

К тому же владения клана необъятны, а ландшафт суров, так что мобильные средства передвижения там жизненно необходимы.

— О-о... Я бы тоже хотела попробовать прокатиться!

— Как-нибудь заходите в гости вместе с Ха Юлем. Подарю вам парочку. Только учтите, что у нас там довольно холодно.

За разговорами они прошли какое-то расстояние, и вскоре вдали показалось несколько единорогов.

Те поглядывали в их сторону настороженно, но с явным любопытством — похоже, бросаться в атаку они не собирались.

— Тц... Вели бы себя так и раньше.

Хон Ёнхва смотрела на них с явным недовольством. Она демонстративно цокнула языком и покачала головой.

Сидели бы смирно в своём заповеднике, так нет же — приспичило им сбежать, цапнуть человека и дать дёру. Какого чёрта?

Она сдерживалась лишь потому, что Ли Ха Юль вроде как не пострадал. Появись на нём хоть одна царапина — она бы уже выхватила оружие.

— А может, они обознались?

— В смысле?

На ворчание Хон Ёнхва идущая рядом Пэк Арин негромко ответила:

— Я про Ха Юля. Если судить по свойствам его маны, он почище любого единорога будет. Вот они и могли принять его за своего детёныша.

— Да какое там «обознались»? Даже эти конеголовые не могли...

Хотя... а вдруг?

Хон Ёнхва в замешательстве склонила голову.

Мана Ли Ха Юля в последнее время изменилась.

Её цвет стал ослепительно белым, а чистота возросла многократно.

Честно говоря, трудно было разобрать: мана это или сгусток первозданной Непорочности.

Как раз то, от чего единороги без ума.

Вполне логично, если они приняли его за сородича. Ну, или как минимум за существо одного с ними порядка.

— ...Возможно?

— Аура у него Чистая, душа Непорочная. Да и тело юное, Целомудренное — неудивительно, что единороги потеряли голову и утащили его.

— Ну, в общем-то да... Стоп, блядь, что значит «Целомудренное»?

Хон Ёнхва, озадаченно кивавшая до этого, резко вскинула голову.

Пэк Арин удивлённо на неё посмотрела.

— Ты чего взвилась? Опять-то что не так?

— Откуда тебе знать, было у него что-то или нет, сука?

— А? Ну, тело, вмещающее столь Непорочную ману, просто обязано быть Целомудренным.

— ...А?

— О чём это ты вообще подумала? Неужели... о том самом?

На губах Пэк Арин заиграла ехидная ухмылка.

Заметив в её взгляде смесь насмешки, озорства и торжества («попалась!»), Хон Ёнхва осознала свою оплошность и попятилась.

Но Пэк Арин успела съязвить первой:

— Какая пошлость... Совсем стыд потеряла.

— Кха...

Пострадавшая от морального удара Хон Ёнхва кое-как пришла в себя и продолжила путь.

Заповедник единорогов был довольно обширным. Спустя некоторое время стали попадаться похожие на лежбища гнёзда.

А вскоре вдали показался сбившийся в кучу табун единорогов.

— Ва-а... Сколько же их там.

— И правда, целое стадо. Кажется, в Сиёламе единорогов больше, чем во всём остальном мире.

— Он там.

Пробормотала Хон Ёнхва, глядя на голограмму. Красная точка была совсем рядом. Ли Ха Юль находился где-то там, среди единорогов.

«Эх...»

Внезапное похищение единорогом.

Очередное происшествие, от которого сердце уходит в пятки, но вины Ли Ха Юля в этом... скорее всего, нет.

Наверное.

— Фр-р-ру!

В этот момент.

Со стороны табуна донеслось ржание, и что-то белоснежное взмыло в воздух.

— Что это?

Хон Ёнхва, подавив замешательство, потянулась к поясу.

Она коснулась рукояти меча в кошеле подпространства, висевшем на ремне, но в тот же миг замерла.

Её взгляд чётко сфокусировался на белом объекте.

Это был единорог. Но совсем крошечный.

Взрослые особи раза в три-четыре крупнее обычных лошадей, этот же был размером с пони.

Да и рог у него был коротким и тупым по сравнению с рогами сородичей, способными пронзить десяток человек разом. Видимо, ещё детёныш.

Увидев Ли Ха Юля, прильнувшего к спине этого жеребёнка, она невольно застыла.

— ...Что за чертовщина...

Ошарашенно прошептала Хон Ёнхва. Пэк Арин и Элия тоже во все глаза уставились на это зрелище.

Покрытый сочной зеленью холм. Резво скачущий по нему жеребёнок... и вцепившийся в него Ли Ха Юль...

У него не было ни седла, ни какой-либо упряжи, но он умудрялся держаться на удивление крепко.

После пары прыжков единорога расстояние быстро сократилось.

В какой-то момент жеребёнок перестал скакать и, мерно цокая копытами, направился к ним.

Хон Ёнхва из последних сил удерживала ускользающее самообладание.

Картина казалась нереальной, но Ли Ха Юль с поистине величественным видом приближался верхом на единороге.

— ...Смотрю, тебе весело. Хм... у меня много вопросов, но давай сначала вернёмся и...

Хон Ёнхва старалась говорить спокойно.

— ...пого... во... рим...?

Но, взглянув на Ли Ха Юля, она осеклась.

Хон Ёнхва моргнула.

Она усомнилась в собственном зрении. Всё было в порядке.

Может, ментальное воздействие? Она всколыхнула своё Адское Пламя, выжигая из тела всё нечистое.

Никакого воздействия не было.

Завершив проверку, она открыла крепко зажмуренные глаза.

Ли Ха Юль буквально светился. Вокруг него разливалась живая, яркая энергия, подобная сиянию восходящего солнца.

И источником этого света был... рог, выросший прямо у него на лбу.

«Это ещё что за хрень, блядь».

Сознание Хон Ёнхва на миг помутилось.

— Ёнхва!

Голос, полный счастья и радости.

Голос, принадлежащий Ли Ха Юлю.

Это было непривычно.

Хоть она и знала его голос не так давно, но никогда прежде не слышала его таким бодрым и живым.

Вскоре Ли Ха Юль лучезарно улыбнулся и замахал рукой.

Его серые глаза были широко распахнуты.

— Ёнхва!

Прелестный, милый облик, искреннее и оживлённое поведение, совсем как у ребёнка его лет...

— Кха-а.

Для Хон Ёнхва это зрелище оказалось слишком сильным потрясением. Она схватилась за грудь и согнулась пополам.

◆ ◆ ◆

Ему просто было хорошо. Иного объяснения не нашлось бы.

Ли Ха Юль попытался провести Синхронизацию, основываясь на информации о роге единорога, и на его лбу вырос рог.

Он этого не планировал. Он хотел скопировать функции, а не сам орган.

Но рог вырос. Что-то с хрустом пробилось сквозь кожу на лбу.

В тот миг вместе с появлением физического органа активировалась и одна из его способностей.

Непорочность.

Переход к простому и чистому образу мыслей, свободному от корысти и злобы.

Прежде чем он успел это осознать, дремавшая внутри него Непорочность вырвалась наружу и поглотила разум.

У Ли Ха Юля не было шанса сопротивляться.

Ведь эта чистота изначально была его истинной природой.

Он родился с таким характером.

Однако несчастная жизнь насильно подавила его натуру. Ради выживания ему пришлось выстроить защитный слой из пессимизма и критического мышления.

Но благодаря силе рога его истинная сущность пробудилась.

[Счастье!]

[Плыву по облакам]

[Радость!]

[Облегчение]

[Рад видеть!]

[Добро пожаловать!]

Ли Ха Юль впал в состояние ребёнка, не знающего никаких фильтров.

Ожерелье откровения беспрестанно щелкало, обнажая сокровенные мысли своего владельца.

Это был парад по-детски наивных и очаровательных слов.

К тому же он улыбался так беззаботно и чисто, кувыркаясь и играя в траве с жеребёнком...

Зрелище было явно странным.

И в то же время... невероятно трогательным и милым.

Хон Ёнхва не выдержала и пала духом, так что на ногах остались лишь двое.

— Ха Юль? Иди-ка сюда.

Элия, стерев с лица странное выражение, позвала мальчика.

Уши Ли Ха Юля дернулись.

Он как раз тискал и щекотал жеребёнка, но тут же вскинул голову.

И без малейших раздумий, весело топоча, подбежал к Элии.

Хоть он снова зажмурился, но послушно подставил лицо, и Элия присела перед ним на корточки.

Она протянула руку и погладила его по щеке.

Ли Ха Юль принял её ласку без малейшего сопротивления.

Напротив, он, довольно урча, сам прижался щекой к её ладони.

[Приятно]

[Счастлив]

[Гладь ещё]

[Тискай ещё]

[Тепло]

[Мягко]

Ожерелье продолжало щелкать, без всякой цензуры выдавая его радостные мысли.

От такой очаровательной реакции глаза Элии нежно сощурились.

— Малыш, чему ты так радуешься?

[Просто хорошо!]

Ли Ха Юль ответил с лучезарной улыбкой.

[Настроение супер]

[Элия тоже нравится!]

Выпалив всё это, Ли Ха Юль прыгнул прямо в объятия Элии.

Элия, поймав внезапно влетевшего в неё мальчика, широко раскрыла глаза.

Вскоре она почувствовала тепло и щекотку.

Посмотрев вниз, она увидела Ли Ха Юля, который уткнулся лицом ей в грудь и увлечённо тёрся о неё.

Рог на его лбу то и дело тыкался ей в грудь. Хоть он и был тупым и крошечным, это всё же был рог. Однако, на удивление, боли она совсем не чувствовала.

— Ох...

Она не понимала причин, но ей было безумно приятно, что ребёнок, который обычно так стеснялся, теперь с таким рвением льнул к ней.

Выражение лица Элии смягчилось. С видом, полным материнской нежности, она крепко прижала к себе Ли Ха Юля, продолжавшего прятать лицо у неё на груди.

[И-и-инь]

— Ах, прости. Тебе больно?

[Щекотно]

[Покалывает приятно]

Когда она коснулась его рога, он шутливо зашипел и ещё яростнее заерзал лицом по её груди.

[Грудь?]

[Мягкая]

[Горячая]

В этот момент.

Ли Ха Юль вдруг наклонил голову и принялся ладошками ритмично мять верхнюю часть груди Элии.

— Хе-хе. Щекотно.

Элия, хихикая, заерзала. Его мягкие волосы кололи кожу, а горячее дыхание обжигало ложбинку между грудей.

[Грудь огромная]

[Как у коровы]

Как у коровы.

С одной стороны, слова звучали двусмысленно, но Элия, не обращая на это внимания, лишь погладила Ли Ха Юля по спине.

От него не исходило ни капли похоти.

Лишь чистая, младенческая реакция.

Простое умозаключение: раз грудь большая, значит, как у коровы.

Элия нежно улыбнулась и накрыла своей ладонью руку Ли Ха Юля, продолжавшего мять её груди. С озорным видом она легонько постучала по тыльной стороне его кисти.

— Но ведь у коровы есть молоко? А у меня его пока нет. Я всё равно корова?

[Нет молока?]

[Тогда не корова...]

[Люблю молоко]

[Вкусное!]

[Но сейчас невкусно...]

— А-а? Уже невкусно? Так нельзя... Я ведь собираюсь в будущем тебя им вдоволь поить, так что не вздумай потом оставлять...

Пробормотала Элия, в притворном замешательстве тиская Ли Ха Юля за щеки.

— ...Звучит как-то странно.

Слушавшая всё это Пэк Арин покачала головой и похлопала Элию по плечу.

— Элия, Элия. Я тоже хочу обнять Ха Юля.

— Ха Юля?

Элия моргнула и перевела взгляд с Пэк Арин на Ли Ха Юля.

— Хм-м...

Немного подумав, Элия осторожно отстранила Ли Ха Юля от себя.

[И-и-ик]

[Не хочу уходить!]

Ли Ха Юль отчаянно сопротивлялся.

Он даже вцепился ей в груди, не желая отпускать, но после недолгой возни Элия подхватила его под мышки и подняла в воздух.

[Пу-у...]

Повиснув в воздухе, Ли Ха Юль набрал в рот воздуха и надул щеки.

От этого демонстративного проявления обиды уголки губ Элии дрогнули. Ей безумно захотелось укусить эти надутые щечки.

— Ха Юль?

[?]

Выражавший недовольство Ли Ха Юль повернул голову на звук своего имени.

В радиусе действия всё ещё активного Наблюдения он почувствовал Пэк Арин, на лице которой застыла загадочная улыбка.

— Иди ко мне?

Пэк Арин широко развела руки. Её пышная грудь подалась вперёд. Весь её вид говорил о готовности принять его в объятия.

Ли Ха Юль, который так охотно льнул к Элии, замер на месте.

[Холодно]

[Прохладно]

[Стужа]

— Хм?

От неё веяло ощутимым холодом.

И Наблюдение, и Сенсорика маны давали одно и то же ощущение.

Казалось, стоит подойти ближе, и он тут же превратится в ледышку.

Это вызвало своего рода отторжение.

Он ненавидел холод. Терпеть не мог, когда температура тела падает. Ему нравилось тепло человеческого тела.

Он чувствовал неприязнь к энергии холода Пэк Арин. Он боялся Пэк Арин, которая в оригинале пронзила Игрока.

Но была ли ему неприятна нынешняя Пэк Арин?

Разум Ли Ха Юля, погружённый в состояние Непорочности, заработал.

Он прокрутил в голове воспоминания с момента прибытия в Сиёлам. Одно за другим всплывали события, когда Пэк Арин помогала ему.

Их было великое множество.

— У-у-унг...

Рог запульсировал. От него исходила мелкая дрожь, активируя уникальную способность.

Рог единорога инстинктивно распознаёт истинную натуру собеседника и выносит собственное суждение.

— ......

Поколебавшись мгновение, Ли Ха Юль двинулся с места.

Он мягко подошёл и нырнул в объятия Пэк Арин.

Прохладная, но пышная плоть прижалась к его лицу.

С неоднозначным выражением лица Ли Ха Юль уткнулся в эту плоть.

— О?

Пэк Арин, ожидавшая его решения, удивлённо воскликнула.

Видимо, теперь они доросли хотя бы до объятий.

Лучезарно улыбнувшись, Пэк Арин положила руку на голову Ли Ха Юля.

◆ ◆ ◆

[У Арин тоже нет молока?]

— Позже, наверное, появится.

◆ ◆ ◆

— ...Младший, у вас что-то случилось?

Ли Джиён, на лице которой читалось явное замешательство, спросила, вглядываясь в моё лицо, и я отчаянно затряс головой.

[Нет]

[Всё в порядке]

[Ничего не случилось]

[Ничего]

[Правда]

— А, да... Хорошо.

Видя такой яростный отпор, Ли Джиён неуверенно кивнула.

По её лицу было ясно, что она не верит ни единому слову, но я насильно сменил тему разговора.

Что случилось?

Я коснулся лба.

Ничего. Ни следа.

У меня отродясь не было рогов. У людей... да и у фейри не бывает такого органа, как рог.

А значит, ничего и не было.

— Ха Юль? Хорошо спалось? Вот, выпей стакан молока.

Ничего не должно было быть...

— Это? Самое лучшее молоко. Я дам его тебе вместе с ттоком, так что съешь всё с аппетитом на обед, хорошо?

Эти воспоминания не могут быть правдой...

— ...Ха Юль, так нельзя вести себя с другими. Так что немного потерпи. Хорошо?

Я понурил голову, побледнев как мертвец.

Как же я себя ненавидел.

— Хлюп...

Я откупорил бутылку и сделал глоток.

Белоснежная жидкость тонкой струйкой потекла в рот.

Она была тёплой.

◆ ◆ ◆

[Система коррекции игрока: Показатели]

▶Психологическое состояние

「Отрицание」

「Самоуничижение」

「Отчаяние」

「Желание」

「Импульс」

「Страх」

...

[Система коррекции игрока: Благосклонность]

Ли Ха Юль → Элия Слейд

●●●●●●●●○○ (81 ▷ 82/100)

「Симпатия」 「Благодарность」 「Корова?」 「Цыплёнок」 「Сожаление」 「Вина」

Ли Ха Юль → Пэк Арин

●●●●●●●○○○ (69/100)

「Энергия холода」 「Симпатия」 「Вопрос」 「Смятение」 「Корова?」 「Вина」