Я стал студентом-инвалидом Академии Том 1 Глава 244 Легко поддающийся уговорам(1)
Ранее в Я стал студентом-инвалидом Академии...
Мои шаги, ведущие к лестнице, были полны нетерпения. Даже я сам осознавал, что предвкушение переполняло меня.
[Предвкушение]
[Тук-тук]
Голос, прозвучавший из едва приоткрытого Ожерелья Откровения, лишь усиливал это чувство.
Тридцать дней… для кого-то это короткий срок, а для кого-то — вечность.
Мне же он показался невероятно долгим.
Хотя я был безмерно счастлив, когда сблизился с госпожой Ариэль и находился под её опекой…
Всё же всем сердцем я жаждал этого дня, когда смогу вновь увидеть всех.
Пройдя по коридору, я направился к центральной лестнице. Я сбегал вниз, легко преодолевая широкие ступени.
Почувствовав лёгкое прикосновение к коже, я настроил своё восприятие.
Сквозь рассеивающийся туман перед глазами проступил яркий алый цвет.
— Ёнхва!
[Се Юль!]
Ёнхва оказалась в поле моего зрения, а с помощью Наблюдения и интуиции я почувствовал присутствие Се Юль.
Обе девушки расположились на диванах в холле.
Ёнхва сидела, откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу, а Се Юль прижималась к Элии, которая сидела, держа её на руках.
Увидев их обеих после столь долгого времени, я невольно расплылся в счастливой улыбке.
— Я так по вам скучал!
Я со всех ног бросился к ним.
Заметив мою ещё более оживлённую походку, Ёнхва, до этого сидевшая с серьёзным выражением лица, усмехнулась. Похоже, она уловила радость встречи в моём движении.
Она выпрямила ноги и встала.
Я тоже протянул руки.
И тут…
— Вспышка!
[Се Юль!]
— …! Папа!
— ?
Я подхватил Се Юль, сидевшую у Элии, и подбросил её в воздух.
На лице Се Юль, до этого явно надутом, на мгновение мелькнула улыбка.
Опомнившись, она испуганно пришла в себя и тут же приняла обиженный вид.
Не в силах сдержать улыбку, я крепко обнял её.
[Хе-хе, Се Юль… Я так скучал.]
И это была чистая правда.
Кто бы мог подумать, как сильно я скучал по Се Юль, находясь в Башне Знаний.
Мне было жалко и противно от самого себя: я воспитывал ребёнка, но даже не мог провести с ним должного времени.
И всё же, когда я встретил её вот так, вместе с чувством вины накатила огромная радость.
Я прижался к Се Юль и потёрся щекой о её щёку.
— Хи-хи-хи.
Уголки губ Се Юль подрагивали.
Она изо всех сил старалась сохранить обиженное выражение лица… показать, что сердится, но когда она не могла сдержать эту дрожь в губах, выглядела невероятно очаровательно.
Я тихо рассмеялся.
Поглаживая Се Юль по спине, я спросил:
[А Се Юль по мне не скучала?]
— Очень скучала, кхм..!
Се Юль, выдав это по неосторожности, тут же замолчала.
Она заметалась своими белоснежными глазами и внезапно сильно надула щёки.
— Пфу, пфу-у…
Пытаясь изо всех сил скрыть улыбку, она приняла максимально сердитое выражение лица.
Глядя на эту явную демонстрацию «я на самом деле обижена», я горько усмехнулся.
Похоже, ей ужасно не понравилось моё отсутствие в течение целого месяца. Впрочем, это было вполне естественно.
[…Се Юль, может, завтра пойдём погуляем вместе?]
— Да! …Ой.
Ответив на автомате, Се Юль тут же прикрыла рот обеими ладошками. Её округлившиеся глаза задрожали.
— Аха-ха! Только посмотрите, как быстро ответила!
Элия рассмеялась, наблюдая эту прелестную картину.
От её смеха щёки Се Юль залились румянцем.
Это было настолько мило, что я снова потёрся о её щёку, одновременно используя Наблюдение, чтобы рассмотреть Элию, прикрывшую рот ладонью и смеющуюся.
Плечи смеющейся Элии подрагивали.
Вместе с этим естественно покачивался и кулон у неё на шее.
«Хм».
Вид кулона, аккуратно висевшего у неё на шее, вызвал в глубине души глубокое чувство удовлетворения.
Хотя я отдал его как бы между делом, я испытывал нечто похожее, когда Пэк Арин носила на пальце подаренное мной кольцо.
Как бы это выразить… чувство, будто я обозначил своё присутствие своими вещами?
В любом случае, ощущение было приятным.
— Ха Юль, а куда вы собираетесь? Или, может, отправимся все вместе на пикник?
[И это было бы здорово.]
Я кивнул в знак согласия на вопрос Элии, которая перестала смеяться.
Тогда Элия с удивлением наклонила голову:
— Ой, завтра же будний день, почему ты не спрашиваешь, как быть с лекциями?
[А?]
[У Элии ведь завтра нет никаких лекций?]
— Откуда ты знаешь?
Широко распахнув глаза, Элия с любопытством спросила.
Я тоже наклонил голову в ответ и через Ожерелье передал:
[В прошлый раз, когда мы вместе выбирали предметы на второй семестр, ты мне рассказывала.]
— А-а, Ха Юль, ты тогда всё запомнил?
[Да.]
Ведь нужно знать расписание других людей, чтобы спланировать совместное время. Вот я и запомнил.
Если планы не изменились, значит, всё верно. А если и произошли какие-то корректировки, всегда можно с помощью Наблюдения выяснить, кто где и чем занят.
— …Ха Юль.
И тут…
Раздался голосок Ёнхвы, которая до этого молчала.
Обрадовавшись, я повернулся к ней:
— Да, Ён… хва…?
Вернее, попытался повернуться.
Хвать — рука Ёнхвы остановила моё движение.
Неожиданно к моему уху приблизилось тёплое дыхание.
— Хи-ик!
От дыхания, щекотавшего ухо, моё тело содрогнулось.
В то же время рука, скользнувшая по моей спине, погладила мою шею, а затем…
Хвать…
— Э-э-э-э…
Она крепко сжала мою шею сзади.
От этого мои мышцы рефлекторно обмякли.
В руках похолодело — объятия опустели.
Как оказалось, поднявшаяся Элия за одно мгновение перехватила Се Юль из моих рук.
Вся эта цепочка действий произошла настолько стремительно, будто они действовали по заранее согласованному плану.
— ……
Когда взгляд Ёнхва остановился на Элии, та лишь невозмутимо пожала плечами.
На короткое мгновение между ними промелькнул некий непонятный обмен взглядами.
Вскоре после этого...
Ёнхва без труда подхватила меня и усадила на свои колени, лицом к себе.
— Ё-Ёнхва…?
Я в изумлении моргнул.
Меня моментально обездвижили, выхватили из рук Се Юль и насильно усадили к Ёнхва на колени.
Что вообще происходит?
С этим невысказанным вопросом я перевёл взгляд на неё...
— Хм.
И только тогда я заметил её глаза, которые странно похолодели.
Кроваво-красные, как и всегда, они красиво мерцали, но в них читалась какая-то ледяная отстранённость.
От этого мои плечи невольно сжались.
— Ёнхва… ты сердишься?
— Вовсе нет.
Едва я осторожно спросил, как последовал мгновенный ответ.
«Неужели врёт…?»
Её слова противоречили моим подозрениям, но всё её поведение говорило об обратном.
Слово «ложь» так и вертелось на языке, но я боялся произнести его вслух.
[Ложь]
— Ой.
Бестактное ожерелье на секунду вышло из-под контроля и озвучило мои мысли.
Мои глаза распахнулись, а уголки глаз Ёнхва опасно сузились.
— Ложь? И что же из этого ложь?
— Э-э… ну-у-у…
Она начала сжимать мои щёки. Пока её пальцы мяли моё лицо, словно тесто, я беспомощно водил глазами.
Почему Ёнхва так внезапно?
Я даже заглянул в записи Наблюдения, пытаясь разобраться.
«…Ёнхва тоже обиделась?»
Вот к какому выводу я пришёл.
Таков был результат анализа её состояния по записям Наблюдения — то, чего я не заметил сразу из-за радости встречи.
Но почему?
Не понимаю.
С самого начала она казалась чем-то недовольной, а потом это ощущение только усилилось.
И произошло это… как раз в тот момент, когда я обнял Се Юль.
«Ревность?»
Ёнхва… ревнует к Се Юль…?
Она расстроилась из-за того, что я первым делом обнял Се Юль, а не её.
Поначалу я отмёл эту мысль.
Ведь Ёнхва — взрослая, а Се Юль — маленький ребёнок.
«…А может, и так?»
Но я попытался поставить себя на её место.
Спустя целый месяц мы наконец встретились, а Ёнхва тут же схватила Се Юль, терлась с ней щеками и всячески проявляла нежность.
Разумеется, я бы обрадовался. Было бы хорошо, что Ёнхва так любит Се Юль. Стало бы спокойно: даже если я умру, она не бросит ребёнка.
…Но при этом глупая ревность всё равно бы кольнула: «Меня бы тоже обняла, мне бы тоже щекой прижалась…»
«А-а».
Стоило взглянуть на ситуацию под другим углом, как стало ясно: поводы для ревности действительно были.
Как только я пришёл к этому выводу, ускоренный ход мыслей замедлился.
— Ха Юль, о чём задумался?
— Э-э-э…
Но Ёнхва, заметив мою секундную задумчивость, тут же спросила.
Мои щёки всё ещё тискали, поэтому я лишь беспомощно переводил взгляд.
Ёнхва обиделась. Причину я примерно понял.
Выходит, всё из-за того, что я первым делом уделил внимание Се Юль.
Как вести себя в такой ситуации? Я уже кое-чему научился и примерно знал, что делать.
В такие моменты нужно просто проявить ласку… потребовать нежности, и тогда её гнев улетучится.
Стоит мне просто удобнее уткнуться ей в грудь и потребовать ласки, как Ёнхва обычно тут же оттаивает.
Да и, честно говоря, я делал бы это не только ради неё — мне и самому безумно хотелось приласкаться прямо сейчас.
Уткнуться лицом в её объятия, наслаждаясь исходящим от неё теплом и пышными формами.
Уткнуться носом глубоко в ложбинку и вдыхать этот густой, словно молочный, аромат её тела, который доносился до меня и сейчас.
Хочу, чтобы Ёнхва гладила меня по голове и спине, чтобы похлопывала по попке…
«У-у-ух…»
Настойчивый пристальный взгляд…
…Но сейчас это было проблематично.
Я вздрогнул от пристального, буквально впивающегося мне в спину взгляда… взгляда Се Юль, которая висела на руках у Элии.
Се Юль.
Мой ребёнок, который считает меня своим опекуном.
Как же я, опекун, могу проявлять такую распущенность на глазах у своего ребёнка?
«Так… так нельзя…»
Это был мой личный принцип.
Се Юль — моя дочь. Раз она считает меня родителем, я должен выполнять свои обязанности.
Как и подобает родителю… я должен выглядеть надёжным, чтобы ребёнок не тревожился.
Честно говоря, если бы меня спросили: «Серьёзно, только сейчас опомнился?», мне было бы нечего ответить.
Вся моя авторитетность рухнула ещё тогда, когда я уменьшился в размерах, а Се Юль плющила меня под собой и обсосала мне щеку.
И всё же!
Всё-таки… я ведь так старался выглядеть в глазах Се Юль хоть сколько-то надёжным…
И чтобы я прямо у неё на глазах ластился в объятиях Ёнхвы…
Это… это уже слишком…
— Ах, точно! Я совсем забыла про то, что купила в прошлый раз! Тот сэндвич-бар неожиданно стал настолько популярным, что мне пришлось отстоять целую очередь!
В этот момент Элия громко хлопнула в ладоши и быстро поднялась. Разумеется, вместе с Се Юль на руках.
— Се Юль, пойдём поедим сэндвичи? Я одна уже попробовала, это безумно вкусно!
— Да, да-а… Ах! Но подождите, чуть позже…!
— А-а, я принесу и для Ёнхвы с Ха Юлем! Чуть позже…!!
Элия, успокоив Се Юль, которая брыкалась у неё на руках, направилась к столовой.
Голос Се Юль постепенно затихал.
Вскоре последние отзвуки её голоса тоже исчезли.
В окрестностях воцарилась абсолютная тишина.
Иными словами, посторонние взгляды больше не смущали.
Зрителей, перед которыми можно было бы испытать унижение, больше не было.
— ……
— ……
Я слегка приподнял взгляд и встретился с её яркими алыми глазами.
Под её пристальным взглядом, словно говорящим: «И что ты теперь собираешься делать?», я…
— Ёнхва-а-а…
Растягивая гласные и заплетающимся языком, словно потеряв контроль…
издавая звуки, которые стыдно даже вспоминать, я протянул к ней руки.
Крепко обхватив Ёнхва за талию обеими руками, я прижался к ней ещё теснее, слегка поёрзав бёдрами.
Затем, поддавшись внезапному порыву, зарылся лицом в её пышную грудь, источающую аромат молока.
Нюх-нюх…
[Как приятно пахнет молоком…]
Мягкая, нежная грудь и её успокаивающее тепло, такое характерное для Ёнхвы.
Вместе с густым ароматом тела, который, словно скопившись между её грудей, заполнил моё дыхание, моё тело и разум окончательно расслабились и растворились.
Вспых!
Дремлющее во мне пламя Гэпхва внезапно разгорелось.
Оно билось в унисон с Гэпхва самой Ёнхвы, и под его воздействием стыд постепенно сгорал без остатка.
— Ёнхва… я тебя люблю…
[Люблю Ёнхва]
Уткнувшись лицом ей в грудь и прошептав это, я услышал над головой тихий смешок.
Судя по интонации, её гнев почти полностью испарился.
Облегчённый от того, что мой выбор оказался правильным, и окончательно убедившись в этом, я начал действовать ещё смелее.
Оперевшись подбородком о её грудь, я потёрся щекой о её шею, покрывая её поцелуями.
Приоткрыв воротник, я зарылся лицом в обнажённую грудь, наслаждаясь прикосновением к голой коже, её теплом и усилившимся ароматом тела.
Чувствуя, как её рука нежно поглаживает мои ягодицы, я, двигая бёдрами, словно просил ещё больше ласки…
В общем, я изо всех сил ластился к ней, рассказывая о событиях в Башне Знаний, будто пытаясь получить компенсацию за весь прошлый месяц, когда мне так не хватало её прикосновений.
Благодаря этому я полностью погрузился в ласку, чувствуя, как мой рассудок буквально плавится от некоего блаженного экстаза.
Мозгов у меня и так было немного, но сейчас я рисковал окончательно превратиться в дурачка…
Но мне так безумно нравилось, когда меня баловали и окружали этой сладкой заботой…
Именно поэтому...
— Ха Юль, не хочешь тоже принять участие?
— …В чём? В конкурсе создания магических артефактов? Ну, теперь я в себе уверен. Ведь я усердно тренировался…
— Нет. В конкурсе переодевания в девушек.
…я не смог сразу же отказаться от нелепого предложения Ёнхвы.
— Не-е… не хочу… Я не желаю участвовать…
— Ха Юлю не хочется? А мне бы так хотелось увидеть Ха Юля в женском платье…
— Э-э-э…
— Тогда как насчёт такого? Я заявлюсь на конкурс мужского костюма, а ты — на конкурс женского? А?
— Э-э-э… Ну… Я…
— М-м… Совсем никак? А я так хочу увидеть… Мы бы смогли выступить вместе и оставить прекрасные воспоминания…
Взгляд Ёнхвы впился в меня.
В её алых зрачках читались отчаянная мольба, ожидание, вожделение, возможно… похоть?.. и ещё целая буря эмоций.
— Э-э… Ла-ладно…
Не в силах противостоять её рукам, жадно сжимавшим мои ягодицы, и этой горячей настойчивости Ёнхвы, я всё же едва заметно кивнул.
— Правда?! Спасибо, Ха Юль!
Чмок!
— Э-хе-хе…
Поцеловав меня в губы, Ёнхва прижала мою голову к своей груди, подавшись вперёд.
Зарывшись в её объятия, я глуповато улыбнулся.
Утопая в блаженстве, сожаления о сделанном выборе исчезли где-то бесконечно далеко.
.
.
.
«Блядь».
[Блядь]
На следующий день эти сожаления снова всплыли на поверхность.
Проснувшись с Се Юль на руках, я невольно выругался про себя.
Стояла осень, готовая уступить место зиме.
◆ ◆ ◆
[Система Коррекции Игрока: Оценка]
▶ Титул
«Податливый ребёнок»