Я загружен пассивными навыками (Новелла) Том 1 Глава 1226 Моим телом и волей призываю Злого Бога
— Да… человек… должен… иметь… сострадание… — бессознательно повторяла Жао Яояо слова Пяти Небесных Упадков.
Эта фраза погрузила ее в особое состояние. В памяти всплыли бесчисленные жизни, которые она оборвала с тех пор, как стала Главой-распорядителем Алых Одежд, и их отчаянная жажда выжить в последний миг.
Никто не святой, и кто может быть бесчувственным? Сострадание таится в сердце каждого.
Жао Яояо сознательно отринула прошлое, но одна фраза, порожденная Очами Трех Отвращений, заставила ее вспомнить. Это и было доказательством того, что ее владение Мечом забвения чувств еще не достигло совершенства.
Но каким бы несовершенным оно ни было, столкнувшись с этим ментальным воздействием, ее дух инстинктивно воспротивился. Сработало озарение, посетившее ее во время бесчисленных циклов в Царстве времени:
«Меч забвения чувств должен отсекать чувства. Все, что было, уже свершилось, и теперь это лишь прах!»
Три цветка, витавшие в ее глазах, вытекли из зрачков и рассеялись. В тот же миг со всех сторон возник Лик Мириадов Существ из мирской суеты.
Но на этот раз Намерение меча, порожденное Искусством меча чувств, черпало силу не только из Лика Мириадов Существ, взращенного в Мирском мире. Горы, камни, деревья, люди — все на Острове Пустоты стало для Жао Яояо опорой, позволившей ей утвердить свою волю.
С помощью Духа всего сущего ее сознание прояснилось, и она резко вырвалась из-под контроля Очей Трех Отвращений.
И в этот миг в ее зрачках отразился Пять Небесных Упадков. Его душа только что вернулась в тело, и он, превозмогая мучительную боль, уже бросался в атаку, словно между ними легла кровная вражда.
— Владыка Бедствий!
С оглушительным ревом за спиной Пяти Небесных Упадков взметнулся к небу серый гигант, сотканный из упадка. Не медля ни секунды, он воспользовался мимолетным замешательством Жао Яояо и взорвался безграничным туманом, который хлынул в ее глаза, уши, рот и нос.
— Ух! — Открыв глаза, Жао Яояо увидела перед собой лишь мутное пятно, а голову пронзила острая боль.
Туман упадка проник в ее тело через все отверстия и, словно дикий зверь, принялся неистово крушить все на своем пути, за считаные мгновения разъедая ее плоть до неузнаваемости.
Боевая мощь Древних мечников велика, но их физические тела — их главное слабое место. Если они попадали под удар и не могли вовремя ответить атакой на атаку, то, по сути, Жао Яояо не так уж и отличалась от Пяти Небесных Упадков…
Нет!
Разница была, и огромная!
Если говорить о чистой физической силе, Жао Яояо уступала даже ему!
В тот миг, когда боль почти сокрушила ее разум, Жао Яояо крепче сжала в руке Божественный Меч Лазурного Свода и ощутила, как рушится невидимый барьер. Дух всего сущего на Острове Пустоты словно откликнулся на ее зов, позволяя ей вновь обрести себя. Именно благодаря этой силе она только что пришла в себя.
И теперь она наконец поняла, что это было.
— Меч забвения чувств, Опора Гор и Морей!
Божественный Меч Лазурного Свода вонзился в пустоту, и у ног Жао Яояо вспыхнула сияющая Диаграмма сокровенного смысла. Она была не слишком яркой, но узоры на ней оказались невероятно сложными, до головокружения, и превосходили даже те, что явил Мэй Сыжэнь при использовании Праджня-пустоты. По одной лишь сложности узоров, не считая самой силы, эта диаграмма была почти сравнима с теми, что показывал Сюй Сяошоу.
На Острове Пустоты поднялся гул голосов. Появление Праджня-пустоты из Искусства меча сердца уже потрясло всех, но это еще можно было принять, ведь Мэй Сыжэнь был мечником старой закалки. Но теперь и Жао Яояо явила свою Диаграмму сокровенного смысла.
Пусть ее сияние было слабым, но на острове собралось множество мастеров Очищения Духа из Восточного Региона. А в Небесах Бога Меча каждый из них знал цену Искусства меча чувств из Девяти великих искусств меча.
— Меч забвения чувств, Опора Гор и Морей… да это же сильнейший меч второго уровня Искусства меча чувств!
— Я слышал, что Искусство меча чувств — самое трудное из Девяти великих искусств меча. На первом уровне сильнейшей техникой считается «Лик Мириадов Существ», и Святая Меча Жао овладела ей. Это даже выше, чем «Лик Учителя и Ученика» господина Сыжэня.
— На втором уровне тоже есть свои ступени, и сильнейшей считается «Опора Гор и Морей», переданная Богом Меча Гу Лоуином.
— Сколько мечников древности и современности практиковали Искусство меча чувств, но не могли достичь этого уровня, а Святая Меча Жао смогла?
— Говорят, этот меч позволяет черпать силу из всего сущего, чтобы утвердить свою волю. Достигший этого уровня обретает совершенное сердце Дао, неуязвимое для любого зла.
— Одна лишь его защитная мощь такова, что пока стоят горы и моря, мечник несокрушим… Как Святому Меча Жао это удалось? Воистину… воистину радостное событие!
— Но ведь мгновение назад она потеряла контроль под атакой Пяти Небесных Упадков! Это что, она на грани поражения совершила прорыв?
— Какой поразительный талант!
Надо сказать, что на острове было много зрителей и ни одного участника, а сторонние наблюдатели зачастую видят больше. Изменения, происходившие с Жао Яояо, они понимали лучше, чем она сама.
Лишь в этот миг Жао Яояо окончательно осознала: ее Меч забвения чувств достиг совершенства. Еще в Царстве времени, переживая бесчисленные циклы, она поняла, что единственный выход — овладеть «Опорой Гор и Морей». Но когда оставался всего один шаг, Царство времени рухнуло. Жао Яояо чувствовала, что почти преуспела, но чего-то не хватало.
Виной тому — или, вернее, причиной — стал Свет Искажения Янь Усэ. Этот свет довел Хуанцюаня до безумия и кратковременной потери контроля, из-за чего тот не смог удержать Царство времени, находившееся далеко в Кровавом мире. Поэтому Жао Яояо вышла раньше срока.
Кто бы мог подумать, что именно здесь, под гнетом Очей Трех Отвращений, она сделает последний шаг. Того давления, которого не смог оказать Хуанцюань, с избытком дал Пять Небесных Упадков.
С появлением «Опоры Гор и Морей» ее путь меча стал практически завершенным. Теперь ей оставалось лишь оттачивать эту технику. Следующим шагом был третий уровень Искусства меча чувств, «Врата Сокровенной Тайны» Несравненного меча.
Что есть сокровенная тайна? Божественное! Этот уровень означал, что Искусство меча чувств поглотит все Девять великих искусств меча, позволяя заново пройти путем Бога Меча. Создав такой меч, можно было как минимум стать Святым Императором седьмого ранга и обрести право на обожествление.
Но пока Жао Яояо не смела даже думать об этом.
А сейчас… раз она овладела Мечом забвения чувств, Очи Трех Отвращений больше не могли ее контролировать. Какие еще козыри могли быть в рукаве у этого человека в маске Ямы?
— Прорвалась?
Можно представить, какое отчаяние вызывает у противника прорыв в самый разгар битвы. Пять Небесных Упадков никак не ожидал, что Жао Яояо сможет не только выстоять под действием его Очей Трех Отвращений, но и возродиться из пепла. Он даже спланировал все: сначала контроль Очами, затем — Владыкой Бедствий, а в это время он применит запретную технику Проклятой казни, не оставив ей ни единого шанса.
Но противник сыграл не по правилам, и это заставило Пять Небесных Упадков вспомнить. Он не боялся происхождения Жао Яояо и был готов убить ее здесь и сейчас, даже ценой собственной жизни. Но она была не просто из клана Жао — она была его ярчайшей звездой. Ее успех не был заслугой одной лишь фамилии. Она была бессмертной феей меча, гением от рождения, одним из величайших талантов своего поколения. Любой удар, что не убивал таких гениев на месте, лишь становился для них ступенью к новым высотам.
Это удушающее чувство бессилия — вечная тень, которую слово «гений» отбрасывает на жизнь простых смертных. И сейчас Пять Небесных Упадков вновь его испытал.
— Ха-ха-ха-ха!
Когда он увидел, как туман упадка, порожденный Владыкой Бедствий, без труда рассеивается среди камней и трав Острова Пустоты силой «Опоры Гор и Морей», а сама Жао Яояо больше не подвержена влиянию Злого Рока, он разразился безумным хохотом. Этот смех озадачил и Жао Яояо, и всех на острове.
В его смехе слышалась лютая ненависть. Но это уже не имело значения. Пять Небесных Упадков понял, что в одиночку ему Жао Яояо не одолеть. Он отказался от этой затеи и мгновенно сменил тактику.
— Моими внутренностями — искренне приглашаю Злого Бога…
— Моими конечностями — развлекаю Злого Бога…
— Моим телом и волей — призываю сойти Злого Бога…
Он сложил печать в одно мгновение, и зловещий, леденящий душу голос заполнил Остров Пустоты, заставляя кровь стынуть в жилах. В следующую секунду все увидели, как тело Пяти Небесных Упадков напротив Жао Яояо сдулось, словно проколотый пузырь. Его внутренности и конечности исчезли, а тело окуталось нечестивым светом, и скверна вмиг распространилась на тысячи ли вокруг.
Даже Жао Яояо почувствовала неладное. Это была сила Проклятия, способная угрожать самой ее сути. Радость от прорыва к «Опоре Гор и Морей» звала ее вновь обнажить меч, но в этот раз она прислушалась к голосу сердца и отступила.
— Пх!
Но стоило ей отпрянуть, как маска Пяти Небесных Упадков приподнялась, и он выплюнул сгусток черной крови прямо на нее.
— Я… именем Злого Бога, что ходит вместо меня, проклинаю тебя, Жао Яояо! Пусть твое развитие остановится навек, пусть тело твое осквернится, пусть Злой Рок преследует тебя, пусть семь чувств не приносят радости, и пусть жизнь твоя будет полна тревог…
— Проклятие Бога, Повелеваю!
В безветренной пустоте раздался леденящий вой, словно все вокруг погрузилось в девять кругов ада Цзюю.
Жао Яояо в ужасе попыталась использовать силу «Опоры Гор и Морей», чтобы преобразовать эту мощь, но было поздно. Как только черная кровь коснулась ее, «Проклятие Бога» уже свершилось. Кровь исчезла, но в ауре удачи Жао Яояо появилась зловонная желтизна скверны.
— Проклятье…
Жао Яояо не почувствовала никаких физических недомоганий, но знала, что ее удача, ее будущее — все было проклято. Этот носитель Тела Упадка, Полусвятой, владеющий Жемчужиной Кровавого Мира, пожертвовал собственным телом, чтобы наложить проклятие на другого Полусвятого… можно лишь догадываться о его силе.
Но зачем идти на такое? После подобных увечий он, скорее всего, не оправится до конца жизни. Неужели Пять Небесных Упадков отчаялся и больше не хотел жить?
Жао Яояо ломала голову, но никак не могла понять, почему он решил искалечить себя, лишь бы проклясть ее.
И тут Пять Небесных Упадков снова двинулся, окончательно потеряв рассудок.
— Жизнью своей — приношу дань Пути небес, дабы возвыситься над шестью мирами и обмануть законы…
— Запретный ход жертвоприношения духа, Повелеваю!
Снова запретная техника!
Зрачки Жао Яояо дрогнули от потрясения. Применить еще одну запретную технику в предсмертном состоянии — это чистое самоубийство. Пять Небесных Упадков был обречен!
На этот раз его иссохшее, похожее на труп тело содрогнулось и, словно полностью пожранное Злым Богом, истаяв, превратилось в струйку дыма и исчезло за гранью законов Дао.
— Жао Яояо, когда встретимся вновь, то увидимся в Иньцао!
Сдавленный болью голос затих в вышине. Фигура Пяти Небесных Упадков исчезла.
Пропал?
Обитателям Острова Пустоты показалось, что они стали свидетелями фокуса с исчезновением. После прорыва Жао Яояо их противник без малейшего колебания принес себя в жертву, чтобы проклясть ее, а затем покончил с собой, растворившись в небытии.
— Запретный ход жертвоприношения духа…
— Это же злая техника Школы Шуцзинь! Говорят, тот, кто ее использует, может преодолеть законы Дао и мгновенно переместиться на другой конец света.
— Но это способ ублажить Злого Бога. После применения этой техники жить остается недолго, и спасения нет.
— К тому же он применил «Запретный ход жертвоприношения духа» после «Проклятия Бога». Он точно умрет!
— Что за человек! Он должен был сражаться, а не вот так вот… Какое разочарование, даже посмотреть не на что.
На острове шли оживленные споры, а Жао Яояо, глядя в пустоту перед собой, погрузилась в раздумья. Запретный ход жертвоприношения духа… конечно, она знала эту злую технику, способ побега ценой собственной жизни. Но она никак не могла смириться с тем, что стоило ей совершить прорыв, как Пять Небесных Упадков, пожертвовав жизнью, проклял ее, а затем совершил самоубийство.
Разве его жизнь ничего не стоила? Судя по предыдущим действиям Ямы, Пять Небесных Упадков был важным членом организации Хуанцюаня. Он не мог так просто покончить с собой. Значит, у него был шанс выжить после применения этих техник? Но какой?
Жао Яояо не могла найти ответа и решила больше не думать об этом, вспомнив лишь его последние слова.
«Когда встретимся вновь, то увидимся в Иньцао… Встретимся вновь? Хех, хочешь утащить меня в преисподнюю? Сначала переживи собственное самоубийство, а потом поговорим!»
Она отбросила лишние мысли. Даже если Пять Небесных Упадков и выживет после нескольких запретных техник, ему понадобятся десятки лет на восстановление. Этот человек был полностью выведен из строя. Единственное, о чем стоило жалеть, — это то, что не удалось выведать у него информацию о Хуанцюане.
Жао Яояо повернулась в ту сторону, где в последний раз видели Сюй Сяошоу. У нее было еще слишком много дел.
А что до «Проклятия Бога»… Обычный Полусвятой, возможно, и обеспокоился бы, ведь речь шла о жизни и смерти. Но Жао Яояо было совершенно все равно.
Ее фамилия была Жао.
...
— Прославленный меч рождается в бездне, в бескрайних просторах меж небом и землей. Ветры и тучи сплетаются в дракона, что взмывает за пределы небес!
— Прольется дождь зеленых слив, и каждый сам познает их терпкий вкус. Пустая гора — вот царство духа, так кто же скажет, что это не безумство?
— Весь город полон чувств, но никому нет дела. Под сенью павильона в туманной дымке ты пленен любовью…
— Сотни птиц — к фениксу, а люди — к мечу. Если не меня чтить, то кого же?
...
Пока в Первом Зале Греха битва на жизнь и смерть дошла до запретных техник, двое других «мечников» под аккомпанемент поэтических строк прорубились через Лес Чудес и Призрачную столицу подземного мира и достигли границ Падшей Бездны.
— Черт, я устал, — Сюй Сяошоу, игравший роль Сяо Кунтуна, наконец не выдержал. — Мне нужен отдых, хватит притворяться.
Его противник вытянул из него почти все силы. Духовной энергии в его энергетическом море было еще предостаточно, но вот жизненный дух иссяк полностью.
Ни капли не осталось! Никогда прежде Сюй Сяошоу так отчетливо не ощущал, что техники Древних мечников поглощают не только энергию, но и жизненный дух. Особенно эти комбинации техник первого уровня.
Он продержался до сих пор лишь благодаря пассивному навыку «Преобразование», который позволял ему восполнять жизненный дух за счет жизненной силы и духовной энергии. Но даже этого оказалось недостаточно. Они пробились почти через половину из Девяти Великих Запретных Земель, и его противник, «Ба Цзуньань», истратил уже несколько Приказов об отмене изгнания.
Если после такого представления Жао Яояо все еще будет что-то подозревать, то Сюй Сяошоу готов был писать свое имя задом наперед.
— Ха… ха-а… уже устал? — тяжело дыша, спросил Сяо Кунтун с лицом Ба Цзуньаня. Несмотря на мертвенную бледность и то, что он, паря в воздухе, упирался руками в колени, он все еще находил в себе силы для насмешки. — Ты вообще можешь, парень?
— Как ты умудрился запомнить все эти пафосные стихи твоего учителя? Он тебя научил?
У Сюй Сяошоу уже не было сил язвить в ответ. Его переполняло изумление. Если господин Сыжэнь обучил его основам Девяти великих искусств меча, то Сяо Кунтун в этой битве показал ему все недостающие приемы.
Этот бой, который выглядел как смертельная схватка, на деле был спектаклем, а по сути — уроком. Сюй Сяошоу научился очень и очень многому.
Он был поражен не только памятью Сяо Кунтуна, но еще больше — тем, каким безумцем был Ба Цзуньань в молодости. Обычному Древнему мечнику и Трех потоков алой сливы хватило бы на всю жизнь. А Ба Цзуньань оставил после себя столько сложнейших комбинаций, да еще и сопроводил каждую из них строками «один стих — один меч, один меч — одна песнь»!
(Конец главы)