Я загружен пассивными навыками (Новелла) Том 1 Глава 1549 Сан Цие — образец для подражания. Наставник Очищения Духа и его строптивый ученик
Путь прокладывают силой.
Сражайся от рассвета до заката, от мира живых до подземного царства. Выбери одно направление и бей в него, пока враг не испугается и не отступит. Тогда он и уступит дорогу.
В тот миг, когда Божественные чертоги рухнули, тьма уступила место рассвету. Даже серое небо Божественных руин показалось свежим, а в воздухе словно разлилась сладость.
Юэ Гунли молчал, но в его памяти эхом отдавались эти слова.
Так ответил Шэнь И, когда его слава только начинала греметь. Юэ Гунли, дурачась, решил взять у него интервью под видом Странствующего поэта, и этот бритоголовый мужчина ответил ему со всей серьезностью и спокойствием.
С таким же спокойствием он сейчас избивал Священное Древо Зачатия.
Юэ Гунли смутно помнил ту сцену. Шэнь И держал за руку никому не известную тогда женщину. В толпе он выделялся могучим телосложением, возвышаясь над остальными на голову, а то и на две. С ними был еще один — самопровозглашенный гадатель, который на самом деле предсказывал только свадьбы и которого они притащили с собой силой. В те времена этот «гадатель» был еще безвестнее, чем Шэнь И, и лишь Юэ Гунли, знавший его с детства, догадывался, насколько черна душа у этого приятеля.
Он покосился на гадателя и спросил Шэнь И:
— А что если ты попадешь в непревзойденную иллюзорную формацию, в заколдованный круг, из которого нет выхода? Как тогда прокладывать путь силой?
— Просто сражаться, — все так же невозмутимо ответил Шэнь И. Тогда он был еще новичком, но его дух был тверд, как скала, тысячи лет омываемая ветрами и дождями.
Юэ Гунли это не устроило, и он надавил:
— А если формация окажется редчайшей, превосходящей все известные духовные формации в мире?
— Ничто в мире смертных не способно меня удержать, — спокойно ответил Шэнь И. — Что мне какая-то формация?
Услышав это, гадатель закатил глаза, а женщина в объятиях Шэнь И лишь нежнее прижалась к нему, и в ее взгляде светилось одно лишь обожание.
Юэ Гунли это позабавило, и он, повернувшись к гадателю, спросил:
— А ты что думаешь?
— Я? — Гадатель даже не стал раскидывать свои кости, ответив наобум:
— Желаю им долгой и счастливой жизни!
А потом… все его слова сбылись.
После той битвы за места среди Десяти Почтенных Престолов те, кто выжил, прославились.
Шэнь И стал сильнейшим из мужчин.
Сян Яояо стала счастливейшей из женщин.
Надменный и упрямый Дао Цюнцан совершил невероятное: добился признания своего клана, пусть и ценой отказа от исследований, и в итоге занял то самое место, которого одновременно и жаждал, и ненавидел больше всего.
Он превратился в ходячее противоречие: эпатажный и скрытный, дерзкий и сдержанный одновременно.
Каждый из них ярко сиял на своем пути.
«Только я…»
Юэ Гунли коснулся груди и с тоской посмотрел на далекие всполохи света на горизонте, оставшиеся после крушения Божественных чертогов.
Только его, после того как раскрылся обман с самозванным посланником Императорских владений Ледяного Дворца, его собственная сестрица, истинная посланница, лично схватила и вернула в клан, где его подвергли безжалостной и мучительной порке игольчатым кнутом.
А когда он вновь вышел в мир, все изменилось.
Он, Юэ Гунли, стал почитаемым Главой-распорядителем Алых Одежд.
А Шэнь И… Шэнь И остался прежним, будто и не прошло нескольких десятков лет. Все та же спокойная дерзость.
«Нет!»
«Кое-что все-таки изменилось».
Юэ Гунли быстро отогнал сантименты, тяжело глядя вдаль и следуя за толпой к главному полю боя.
Шэнь И стал сильнее.
Хоть он и завоевал сразу два места среди Десяти Почтенных Престолов, это не означало, что он прочно занял трон «сильнейшего воина». Напротив! По общему мнению, было как минимум несколько человек, превосходивших его. Те, кого он не видел десятилетиями, другие Почтенные Престолы… Сегодня, когда они вернулись, Шэнь И уже гонялся за Священным Древом Зачатия. А что же остальные?
Когда и они освободятся от своих оков, неужели небо над Континентом Священного Духа и впрямь будет опрокинуто?
...
Когда Божественные чертоги окончательно развеялись, он смешался с толпой, двигавшейся к полю боя. Вокруг стоял невообразимый гвалт:
— Древо-прародитель! Это Древо-прародитель!
— Я видел его на изображениях в клане! Это Священное Древо Зачатия! Мой клан Чэн из Юаньпина смог возвыситься лишь потому, что один из предков когда-то заполучил Плод Дао этого древа!
— А тот, кто гонится за ним…
— Шэнь И! Тот самый, что зовется богом у врат в преисподнюю!
— Вот это да! Какой свирепый! Этот старик лично участвовал в битве Десяти Почтенных Престолов и издали сталкивался с Шэнь И. Тогда он был далеко не так силен.
— Что? Почтенный господин участвовал в той битве?
— Хе-хе, ну, «издали»… Он тогда одним ударом на расстоянии меня вырубил. Так что можно сказать, что и этот старик прикоснулся к престолу…
Бум! Бум! Бум!
Битва все еще кипела.
Шэнь И, воплощение Пути небес, несколькими ударами своего посоха «Гегемон» раздробил корни Священного Древа Зачатия, стерев их в порошок. Древо-прародитель было наполовину уничтожено, и его оставшаяся крона с человеческим лицом в панике спасалась бегством. Шесть толстенных ветвей-щупалец на уцелевшей части ствола больше не смели вступать в бой с Гегемоном и, словно паучьи лапы, несли своего хозяина прочь, как побитую собаку.
А Шэнь И неотступно преследовал его.
«Шэнь И… настолько силен?»
Сюй Сяошоу смотрел на это с растущим изумлением. С одной стороны, он был потрясен тем, как этот человек в одиночку поднял престиж Девяти Престолов Святых Рабов на немыслимую высоту. А с другой, он невольно задумался:
«Битва Шэнь и Ай…»
Да, до его прихода в Божественные руины здесь произошла битва уровня Десяти Почтенных Престолов. Говорили, что бой был настолько яростным, что небо и земля содрогались, и победитель не определился даже спустя несколько дней. В конце концов Ай Цаншэн покончил с собой, положив всему этому нелепый конец.
Возможно, мир решил, что Ай Цаншэн признал поражение. Но Сюй Сяошоу, в отличие от остальных, знал, что у Шэнь И больше не было «ограничителя» в лице Тетушки Сян, а у Ай Цаншэна, наоборот, появилась обуза — Дао Сюаньцзи. Потому битва и закончилась ничем.
Но «ничем» — это и была худшая из новостей!
Сейчас Шэнь И, используя лишь один из древних боевых искусств Шести Путей — Путь небес — и один лишь посох «Гегемон», обращал в бегство Священное Древо Зачатия. Насколько же слабее мог быть Ай Цаншэн, сражавшийся с ним на равных несколько дней?
В какой-то момент Сюй Сяошоу понял, что это не Шэнь И зазнался. Это он сам зазнался.
«Как я вообще осмелился вломиться на Священную Гору и выпендриваться прямо перед носом у пса Ай? Выходит, на обратном пути мне и впрямь придется столкнуться с Ай Цаншэном из Десяти Почтенных Престолов, находящимся в „идеальной форме“?
Может, свалить отсюда?
А как же Старейшина Сан? Бросить его?
Хотя, если не спасать, то тоже вариант…
Ах, Ли Фугуй, почему я не послушал твоего совета! Ну почему ты был таким деликатным? Надо было просто силой затащить меня в Руины Жаньмин, и не было бы сейчас всех этих проблем!»
— Сюй Сяошоу.
Пока он предавался этим размышлениям, до его ушей донесся знакомый голос.
Цэнь Шуй, Бай Юэ и остальные резко обернулись. Сюй Сяошоу тоже крутанулся на месте. Рассеянная по округе толпа тоже с любопытством повернула головы.
Неподалеку появилась еще одна фигура.
На ней была белая, рваная тюремная роба, перепачканная дочерна. Обнаженные руки, обугленные и иссохшие, походили на два уголька, а в трещинах на них тускло мерцал белый огонь. И не только руки — такими же были его шея, ноги и все участки тела, видневшиеся из-под одежды. Все, кроме лица, было словно обуглено.
— Безрукавый!
— Святой Раб Безрукавый!
— О небеса, он тоже здесь! Значит, тут собрались…
Юэ Гунли окинул взглядом прибывшего, и в его глазах промелькнул огонек. Безрукавый, Шэнь И, Цэнь Цяофу, Водяной. Посторонние, возможно, не стали бы считать Шэнь И и вряд ли знали Водяного. Но он, будучи почти своим, за эти годы наслушался от сестрицы множества секретов и прекрасно понимал: сейчас здесь собрался высший командный состав Святых Рабов былых времен — второй, третий, четвертый и пятый номера организации!
«Хотя тот теперь — бывший второй номер. Нынешний второй номер — это Дедуля Шоу, ученик, превзошедший учителя».
«А значит… Пятеро из Престолов Святых Рабов!»
«Если всех пятерых уничтожить здесь, Святые Рабы лишатся половины своей мощи, и Ба Цзуньань в одночасье вернется на тридцать лет назад, лишившись всяких шансов на успех!»
Но Юэ Гунли тут же нахмурился и незаметно скрылся в толпе.
«Благородный муж не стоит под угрожающей стеной. Вопрос ведь не в том, смогу ли я их здесь уничтожить. Вопрос в том, не прикончат ли они меня все вместе?!»
...
— Старейшина Сан…
Когда он обернулся, грохот битвы на заднем плане словно стих. Казалось, даже фигуры людей вокруг начали блекнуть, и лишь один силуэт, одновременно чужой и знакомый, становился все отчетливее.
Старейшина Сан изменился! Он изменился до неузнаваемости! Его нынешний облик не имел ничего общего с тем, что Сюй Сяошоу видел в Мире Великой Пустоты. Проще говоря, его прежнее состояние «Безрукавый с обожженными руками» мутировало в «Безрукавого с обожженным телом».
— Ты чего в такое чудище превратился? — усмехнулся Сюй Сяошоу и, растолкав толпу, бросился вперед, чтобы схватить старика за руку и рассмотреть поближе.
Давно не виделись! Очень давно! Если не считать двух встреч в Мире Великой Пустоты, то они не виделись со времен битвы в Багунли. Казалось, прошла целая вечность. Будь здесь младшая сестра, она бы точно разрыдалась, превратившись в настоящую Лэй Си'эр. Но Сюй Сяошоу был спокоен. Хотя они и давно не виделись, но не настолько, чтобы день разлуки казался тремя годами осени. Ведь если посчитать… Старейшина Сан пропал меньше года назад!
«Год! А я уже стал таким сильным!»
«А ты, мой наставник… как ты умудрился превратиться в такое чудище? Что-то пошло не так с практикой? Ха-ха… кхм».
Это были не просто мысли. Сюй Сяошоу подошел к Старейшине Сану вплотную и, продолжая посмеиваться, схватил его за одежду и начал тереть:
— А как твоя одежда уцелела?
— Безрукавый с обожженным телом? Нет, тут что-то не так. Должно быть «Безодежный с обожженным телом». А этот материал…
Сюй Сяошоу быстро понял, что это не обычная тюремная роба. Эта вещь была создана с помощью особой техники очищения и даже пахла жжеными пилюлями. Кроме того, в ней чувствовался привкус Драконьего Пламени Слияния — техники Второго поколения Всепроникающей Божественной Мысли.
«Это поддельная одежда? Нет, она наполовину настоящая, наполовину поддельная. Частично создана из Драконьего Пламени Слияния. А это значит…»
Сюй Сяошоу уставился на старика, который был заметно ниже его и чью лысину теперь было хорошо видно, и с изумлением выпалил:
— Ты что, голый бегаешь?
Старейшина Сан молча все это выслушал. Глядя на юношу перед собой, он почувствовал, как дернулись его темные круги под глазами. Вся трогательность долгожданной встречи испарилась без следа.
Он без конца повторял себе: «Терпение, великодушие… Не стоит связываться с сопляком. Столько людей смотрит, это невыгодно, неприлично и унизительно».
— Я не хотел так, — едва слышно пробормотал Старейшина Сан, качая головой.
— Что? — Сюй Сяошоу не расслышал бормотания старикашки.
— Отойди.
Старейшина Сан ткнул пальцем в лоб этому ежу и с силой толкнул, будто намереваясь прикончить непутевого ученика на месте.
Бам!
Воздух взорвался рябью, земля под ногами растрескалась. Сюй Сяошоу отлетел на несколько шагов, на его лице отразилось удивление.
— Ты…
Он не успел договорить.
Старейшина Сан вскинул подбородок, его губы изогнулись в дьявольской усмешке, и он вскинул руку.
Вззз!
Яркий свет хлынул из-под его ног, окутывая всех присутствующих. Сияние распространилось на десять тысяч ли, его мощь сотрясала небеса.
Диаграмма сокровенного смысла!
Толпа мгновенно взорвалась изумленными криками.
— Что? Сокровенный Смысл огня?
— Святой Раб Безрукавый постиг Сокровенный Смысл огня?
— Не может быть! У него… у него же не было Сокровенного Смысла! Когда он был на уровне королевского престола, он не был престолом Сокровенного Смысла…
— Я что-то путаю? Кто-то стер мне память? Святой Раб Безрукавый не был ни престолом Сокровенного Смысла, ни Великой Пустотой Сокровенного Смысла! Первым мастером Очищения Духа с Сокровенным Смыслом был Юй Линди, разве нет?
— Это был Юй Мо!
— Кажется, Янь Усэ?
— У Старейшины Яня нет Сокровенного Смысла, ты все перепутал! А у Безрукавого он был всегда! Ты думаешь, почему он был вторым номером среди Святых Рабов?
— А? Разве?
Это проявление Сокровенного Смысла огня ошеломило не только толпу, но и Полусвятых.
Цэнь Цяофу, Бай Чжоу, Юэ Гунли — все были поражены.
Даже Водяной застыл в изумлении. Он сам был Полусвятым Сокровенного Смысла, достигшим этого уровня с Великой Пустоты, и лучше кого бы то ни было понимал, что Сокровенный Смысл огня Безрукавого был подлинным.
Но… он также лучше кого бы то ни было знал, что раньше у второго номера Святых Рабов, Безрукавого, никакого Сокровенного Смысла огня не было!
Он постиг его после достижения Великой Пустоты?
Такое прозрение… это же просто чудовищно!
Однако вскоре… как и Водяной, все остальные посмотрели на Безрукавого, гордо стоявшего на своей Диаграмме сокровенного смысла со скрещенными за спиной руками, с лицом, полным надменности, и улыбкой, которую он изо всех сил пытался сдержать. А затем их взгляды переместились на Дедулю Шоу.
И в тот же миг на лицах у всех появилось странное выражение.
У Сюй Сяошоу тоже было странное выражение лица.
«Нет, серьезно? Столько усилий… и все для того, чтобы выпендриться передо мной?»
...
«Кайф!»
В этот момент, глядя на сложные, недоуменные, ошеломленные и почтительные лица окружающих, Старейшина Сан признался себе: он сделал это нарочно. Все ради этого мимолетного, примитивного удовольствия!
Он потратил столько лет на исследования, размышлял об этом более тридцати лет, даже пошел на предательство Священного Дворца, чтобы найти во внешнем мире «еретический путь» — постичь Сокровенный Смысл, уже находясь на уровне Великой Пустоты!
«Мой путь завершен!»
«Эта дорога ведет к небесам!»
«И что с того, что я немного покрасовался? Что с того, что я после долгой разлуки решил похвастаться перед своим учеником? Я не хотел так, это все ты меня вынудил! Я вообще-то планировал сначала поболтать по душам, проявить отеческую заботу… а уже потом, для контраста, нанести этот сокрушительный удар!»
«Но твой язык… он так раздражающе мелет без умолку! Раз так, я покажу все сразу! Ну что, онемел? Потрясен мощью этого старика? Ты же у нас гений? Тот, кто за полгода прогремел на все Пять Регионов, кого не переставал нахваливать даже Ба Цзуньань, „три вдоха до Сяньтянь, три года до Бессмертного Меча“?»
«Дедуля Шоу?»
«Хех. Перед настоящим дедулей ты — ничто!»
«Мальчишка, знай, когда Четверо сынов Священного Дворца гремели на весь мир, ты еще даже не родился!»
— Предшественник Фэньцинь…
Один из разведчиков, следовавший за Старейшиной Саном, не выдержал и, с дергающимся лицом, попытался что-то сказать.
Но Старейшине Сану было не до него! Он величественно взмахнул рукой и с нотками высокомерия и наставничества, на глазах у Сюй Сяошоу и всей толпы, громко провозгласил:
— Когда-то я, будучи особым посланником Священного Дворца, посетил Священную Гору Сломанного Османтуса и встретил там одного старого Полусвятого. Мы с ним обменялись некоторыми мыслями об Очищении Духа. Я считаю, что Великое Дао не имеет границ, и мастера Очищения Духа не должны быть скованы правилами. Мои идеи его вдохновили, и он с ними согласился. Из этого следует вывод: утверждение, что Сокровенный Смысл можно постичь лишь на уровне королевского престола — полная чушь, заблуждение в Очищении Духа!
Он еще выше задрал подбородок, глядя на всех свысока, и даже слегка воспарил над землей, совсем как Е Сяотянь. Он совершенно не замечал, как его старые подчиненные из Фэньцинь за его спиной хотели что-то сказать, но не решались.
— Неважно, королевский престол, Отсечение Дао, Великая Пустота или Полусвятой, — любой, чье прозрение достаточно сильно, может постичь Сокровенный Смысл. Вот истина! А то, что у меня под ногами, на самом деле не Диаграмма сокровенного смысла. Я называю это эволюционирующей…
— Диаграммой Великого Дао? — внезапно вставил Сюй Сяошоу.
— Верно, именно Диаграммой Великого Дао! — Старейшина Сан с улыбкой кивнул, но тут же замер. — Откуда ты знаешь?
Сюй Сяошоу промолчал.
Вся площадь погрузилась в мертвую тишину.
Водяной потер полую часть своей Золотой звериной маски, внезапно пожелав, чтобы она была целой и полностью скрывала его лицо.
Старейшина Сан огляделся, уже чувствуя, что что-то не так. Реакция толпы была странной. Слишком спокойной. Услышав столь ошеломляющие новости об Очищении Духа, они должны были реагировать иначе.
«Где ваши „о небеса“, „черт возьми“, „невероятно“ и „вот это да“? Почему все замолчали? Вы что, немые? Все же простые люди, зачем строить из себя приличных и культурных? Сейчас не время для молчания! Аплодируйте!»
— Хлоп, хлоп, хлоп…
Сюй Сяошоу зааплодировал. Качая головой, он с сокрушенным видом подошел ближе, наклонился и потрогал призрачную Диаграмму сокровенного смысла, на которой парил высокомерный Старейшина Сан.
— Старейшина Сан, вы так сильны! — с присвистом произнес он.
Губы Старейшины Сана мгновенно опустились. Он хотел было картинно встряхнуть рукавами, но вспомнил, что их нет. Тогда он небрежно выставил два пальца и постучал ими по воздуху, неизвестно по чему, и с деланым безразличием бросил:
— Обычное дело.
Сюй Сяошоу выпрямился, и восхищение на его лице стало еще гуще:
— На уровне Великой Пустоты постичь Сокровенный Смысл огня… Вы — образец для нашего поколения! Не скромничайте, это уже лицемерие!
«Вы?»
Кажется, впервые этот непутевый ученик обратился к нему с таким уважением.
Старейшина Сан больше не мог сдерживать улыбку, и она растянулась до ушей. Он протянул руку, чтобы поправить Золотую звериную маску, как Водяной, но вспомнил, что ее тоже нет. Тогда он просто потер нос и хмыкнул:
— Какой-то Сокровенный Смысл, не стоит и упоминания.
Сюй Сяошоу вскочил на ноги и взволнованно воскликнул:
— Не стоит упоминания? А что тогда стоит? Разрушить оковы и постичь Диаграмму Великого Дао, проложить путь к Сокровенному Смыслу на уровне Великой Пустоты… Если вы не образец для нашего поколения, то кто?
«Мелочи», — успокоил себя Старейшина Сан. Он был человеком, знающим меру, и решил на этом закончить. Он так вел себя только для того, чтобы поставить на место Сюй Сяошоу. В обычной ситуации он бы никогда не стал так кичиться.
— Кстати, — Сжигающий Цитру, Варящий Журавля, он же Святой Раб Безрукавый, был умен. Старейшина Сан быстро понял, что было странным, и хотел спросить Сюй Сяошоу, откуда тот узнал слова «Диаграмма Великого Дао».
Но Сюй Сяошоу, жестикулируя, не давал ему и слова вставить:
— Постичь Сокровенный Смысл огня на уровне Великой Пустоты — это „образец для нашего поколения“.
— А что тогда… — он обвел взглядом всех присутствующих, — что тогда говорить о том, кто на уровне Отсечения Дао постиг несколько Сокровенных Смыслов Очищения Духа и овладел различными Диаграммами Великого Дао?
Все снова замолчали.
Старые подчиненные из Фэньцинь благоразумно отступили. Дедуля Шоу уже подвел разговор к опасной черте, и вмешиваться сейчас было бы невежливо, неразумно и просто опасно для жизни. Пусть учитель и ученик разбираются сами.
Старейшина Сан, заложив руки за спину, с усмешкой посмотрел на своего вечно поражающего глупыми речами ученика:
— Это невозможно.
— А если возможно? — не унимался Сюй Сяошоу.
— Раз уж ты назвал меня „образцом для нашего поколения“, то такого человека я готов назвать „Наставником Очищения Духа“! — отрезал Старейшина Сан.
Едва он договорил, как Сюй Сяошоу задрал подбородок, заложил руки за спину и взмыл в воздух.
Его черные волосы и одежды заколыхались, хотя ветра не было, а из-под ног хлынуло ослепительное сияние, слой за слоем.
— БУМ!
Вдалеке «Гегемон» вновь отбросил Древо-прародителя, но грохот оттуда был ничем по сравнению со здешним.
Вззз… вззз… вззз…
Слой за слоем!
И в самом деле, слой за слоем!
Старейшина Сан оцепенел, его зрачки потеряли фокус. Казалось, единственной функцией его глаз осталось отражать все новые и новые, неповторяющиеся Диаграммы Великого Дао, что вспыхивали и гасли под ногами его строптивого ученика.
Диаграмма жизни… диаграмма пути меча… диаграмма пространства…
Огонь, формация, золото, время, тело, духовный смысл…
Те, что он мог понять…
И те, что не мог…
Мир замер, краски поблекли, потому что все они были украдены этим учеником.
Старейшина Сан чувствовал, как ком подступает к горлу, как по спине бегут мурашки, а душа покидает тело. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он услышал снисходительный, сокрушительный, спокойный голос Сюй Сяошоу:
— Наставник Очищения Духа?
— Что ж, я согласен.
— А теперь, ученик мой, пришло твое время называть меня наставником.
( Конец главы )