Я загружен пассивными навыками (Новелла) Том 1 Глава 757 Возвращение Великого Дао к Истоку, Небесные Явления!
— Где я?
Очнувшись от беспросветной тьмы, Сюй Сяошоу растерянно оглядел ослепительно белую комнату.
Он помнил, что был в Королевском Городе Восточных Небес, в Центральном районе, и даже заигрывал с Жао Яояо, одной из Семи Бессмертных Меча.
А в следующую секунду Жао Яояо обнажила меч, и он оказался в этом плачевном состоянии.
Опыт показал: с Семью Бессмертными Меча шутки и впрямь плохи…
«Меч бренного мира?»
Казалось, даже в беспамятстве вся информация, что он видел и слышал благодаря своей святой воле, продолжала поступать в его духовный мир.
Что до этого удара Жао Яояо, то тут и чужие слова были не нужны.
Пережив его на себе, Сюй Сяошоу понял, что это было.
Одно из Девяти великих искусств меча, Искусство меча чувств — Меч бренного мира!
Меч бренного мира отсекает семь страстей и шесть желаний, сокрушает саму волю человека.
Всю основную информацию о Девяти великих искусствах меча Сюй Сяошоу давно выведал у Ба Цзуньаня. Тот не особо делился практическими знаниями, зато все концепции разложил ему по полочкам.
Девять великих искусств меча тоже делились на уровни, и всего их было восемнадцать.
У каждого искусства был первый и второй уровень мастерства. Лишь у Искусства меча чувств был третий, а у Искусства Сокрытия Меча — только первый.
Эти уровни были подобны Сокровенному Смыслу, который постигали, достигнув совершенства на пути королевского престола, а потому считались редчайшей драгоценностью, доступной лишь немногим.
И удар, который Жао Яояо обрушила на него, был как раз первым уровнем Искусства меча чувств — Мечом бренного мира.
Погруженный в бренный мир, но подпитываемый Святой силой, Сюй Сяошоу мог на мгновение приходить в себя. Он прекрасно понимал: после удара Меча бренного мира он не выдержал Испытания сердца и начал стремительно стареть.
И когда уже не оставалось никакой надежды, когда казалось, что Меч бренного мира вот-вот оборвет его жизнь, он достиг своего предела. А затем мир перед глазами сменился, и он провалился в это белое пространство.
Так что же…
«Что происходит?»
Сюй Сяошоу попытался встать. Он понял, что лежит, и попробовал шевельнуться…
Не вышло!
Тело было бессильно, но разум — ясен.
Словно в вегетативном состоянии, он мог лишь духом осматривать эту маленькую белую комнату.
Внезапно его осенило, и Сюй Сяошоу покрылся холодным потом.
«Больничная палата?»
Эта сцена до ужаса напоминала палату из его прошлой жизни. Это было серое искусство, которое одним лишь белым, до крайности монотонным цветом рисовало картину вселенского отчаяния и человеческого одиночества. Искусство, доведенное до предела!
В этот миг Сюй Сяошоу почувствовал, как его дух затрепетал.
«Нет. Не то. Это не перемещение…»
На какое-то мгновение ему даже показалось, что он вернулся в реальность, а все пережитое на Континенте Священного Духа было лишь сном. Но он быстро отмел эту мысль. Нет!
Потому что в этой белой комнате не было дьяволов в белых одеждах, готовых излить ему душу, рассказывая о причудливом и чужом для него мире эмоций.
Была лишь тишина.
Сосредоточившись, Сюй Сяошоу заметил нечто странное.
У белой стены стояли три меча.
Два черных и один огненно-красный.
«Сокрытая Скорбь, Юсыцзянь, Огненный Питон!»
Сюй Сяошоу возликовал.
Эти три вещи доказывали, что он, скорее всего, находится всего лишь во вражеской иллюзии. Его тело все еще было на Континенте Священного Духа.
Вжух!
Из трех мечей в углу два остались неподвижны, но Сокрытая Скорбь, заметив внимание Сюй Сяошоу, радостно дернулась, подпрыгнула высоко в воздух и зависла над его головой.
Меч начал извиваться. Он изгибался, словно черная водяная змея, изгибался так резво и бесстыдно, что и на меч-то уже не был похож.
Более того, Сюй Сяошоу отчетливо ощутил волну бурных эмоций, исходивших от Сокрытой Скорби, словно два человека стояли лицом к лицу и могли разговаривать.
«Ты пришел?»
«Ого, ты не можешь двигаться, как же так, какой ужас, какой ужас…»
«Смотри на меня, я могу двигаться!»
«Кручусь, верчусь~»
Сюй Сяошоу лишился дара речи.
Но клоунада Сокрытой Скорби изрядно развеяла его страх.
Он попытался мысленно связаться с мечом, как делал раньше, когда они общались через единение воли.
«Где мы?»
Комната содрогнулась. Мысленный посыл разошелся по пространству рябью. Затем Сокрытая Скорбь, крайне удивленная, приблизилась и прижалась лезвием к его беззащитному лбу, передавая чувство крайнего недоумения.
«М-м?»
Сюй Сяошоу остро ощутил, что эта дуреха по-человечески проверяет, нет ли у него жара… Но, очевидно, его не было. Этот ответ поверг Сокрытую Скорбь в глубокие раздумья.
— Не дури, где мы? — посерьезнел Сюй Сяошоу.
Вопрос застал Сокрытую Скорбь врасплох. Меч замер в нерешительности, перестав извиваться. Казалось, ему предстояло объяснить одно из самых фундаментальных и сложных понятий этого мира, используя свой скудный запас знаний. Иными словами, объяснить человеческим языком суть явления, которое все принимали как данность, но никогда не задумывались о нем.
После долгой паузы Сокрытая Скорбь нашла ответ. Слегка вздрогнув, она неуверенно ответила:
«Дом?»
Сюй Сяошоу замер. В этот миг его душа содрогнулась, и перед глазами вихрем пронеслись все картины испытаний, пережитых под действием меча Жао Яояо. Наконец до него дошло. Страх исчез, сменившись полным умиротворением.
— Дом… — тихо прошептал Сюй Сяошоу и вдруг горько усмехнулся.
Да. Это был «дом».
Последний этап испытания бренным миром, бескрайнее одиночество на пороге смерти, пустой «дом», принадлежащий лишь тебе одному.
Одна жизнь подошла к концу. Однако, в отличие от других, у Сюй Сяошоу было две жизни в бренном мире!
И его вторая жизнь оказалась точным отражением того, что испытывали все мастера Очищения Духа, пораженные мечом и дошедшие до своего предела… Бесстрастие и безразличие, отсутствие желаний и Недеяние. Ни гнева, ни наваждений, ни радости, ни печали.
Проще говоря, в конце великого Дао, помимо смерти и возвращения всех даров жизни, есть лишь вечная жизнь и сопутствующее ей бесконечное одиночество.
Так уж вышло, что в первой жизни Сюй Сяошоу познал смерть, а во второй обрел вечную жизнь.
Вечная жизнь и одиночество, недоступные другим… были его прошлой жизнью!
Более того, когда одиночество и диалог с самим собой стали для него второй натурой, Испытание сердца превратилось в сущий фарс. Иными словами, если измерять время мучительно тянущимися секундами его прошлой жизни, то Сюй Сяошоу уже пережил этот так называемый Меч бренного мира… бессчетное количество раз!
— Дом…
Снова прошептав это слово, Сюй Сяошоу почувствовал, что может двигаться. Сначала он открыл глаза, затем с трудом разлепил губы и издал сухой, скрипучий звук. А потом рассмеялся.
Жао Яояо, наверное, до самого конца так и не узнает, что какой-то практик уровня Врожденный сумел таким необычным способом одолеть ее Меч бренного мира. Можно ли назвать это совпадением?
Сюй Сяошоу так не считал. Он вспомнил, как в своей жизни на Континенте Священного Духа не смог пройти последнее Испытание сердца, не сумев ответить на вопрос «зачем». Потому что на Континенте Священного Духа у него появились чувства, друзья, учитель. И даже, хотя он сам того не осознавал, зародились тончайшие нити чего-то, чего он никогда прежде не испытывал и потому не знал, как назвать… привязанность?
Семь страстей и шесть желаний рождаются, чтобы быть отсеченными вновь. Легко ли в иллюзии бренного мира, на грани вечности и мгновения, постичь истинный смысл жизни?
«Не могу отпустить», – вот что сильнее всего чувствовал Сюй Сяошоу. Он был уверен: именно это и было главной причиной, почему обычные люди, попав под действие Меча бренного мира, тонули в нем без остатка, не в силах освободиться.
Но во второй жизни, то есть в его прошлой… все стало на свои места. Это был его предел.
«Что еще я могу потерять?» — спросил он себя. И понял, что терять ему действительно нечего. Иметь семью, дружбу, любовь… это прекрасно. Это все, чего ищет человек. Но если их нет — это лишь возвращение к истокам. Простое возвращение к изначальному «я».
Когда у человека ничего нет, любое приобретение — это дар. Сюй Сяошоу не искал даров, но давно научился наслаждаться одиночеством.
— Дом!
Произнеся это слово снова, уже твердо, Сюй Сяошоу понял. Это место действительно было домом. И нереальным, и реальным одновременно. Последняя фантазия, рожденная на исходе иллюзии бренного мира. Что-то вроде… духовного мира!
Еще на уровне Врожденный Сюй Сяошоу открыл Изначальный Двор, в котором величественно парила его Пассивная система. Он всегда считал, что именно там и находится его духовный мир. Но теперь он наконец осознал — это было не так. Тот прекрасный, чарующий мир был лишь плодом его воображения, идеалом, к которому стремится человек.
Но если отбросить все это и заглянуть в самую суть, то это маленькое, залитое белым светом пространство… эта больничная палата… и была его настоящим духовным миром!
Но теперь все изменилось. Пройдя Испытание сердца, Сюй Сяошоу больше не чувствовал в этом пространстве былого одиночества. Здесь было уютно. Это был совершенно новый мир.
Здесь был дух Сокрытой Скорби. Были Юсыцзянь, Огненный Питон и другие, еще не пробудившиеся духи, которым лишь предстояло установить с ним связь.
Сюй Сяошоу сел и огляделся. На белом деревянном столе лежали огненное семя и Ледяной Лотос. А в стороне тихо покоилась Соломенная Шляпа Старейшины Сана. Рядом с ней стоял флакон со Святой кровью и еще два — со Святым Образом и Фантомным образом.
«Точно, Святую кровь, Фантомный образ и Святой Образ старик Сан передал прямо в мой духовный мир. Так вот где они были…» — осенило Сюй Сяошоу.
Он, пошатываясь, встал, даже не заметив, что к нему вернулась способность двигаться. Он посмотрел в другую сторону. Там была лишь пустота, но вдруг в воздухе появился древний фолиант под названием «Канон Созерцания Меча». При его появлении Юсыцзянь слегка вздрогнул.
Сюй Сяошоу усмехнулся.
«Я пришел, я увидел, а значит — я победил, и оно существует!»
В своем духовном мире он был всемогущим богом. О каком одиночестве могла идти речь? Он потратил целых три года на то, чтобы создать этот мир, где он всемогущ, проработав его до мельчайших деталей: запаха земли, Узоров на листьях, речи и жестов людей. Все было здесь, все было досконально, все было доведено до совершенства. При таком богатстве можно ли говорить об одиночестве?
— Спасибо тебе, — искренне поблагодарил Сюй Сяошоу, глядя на Сокрытую Скорбь. Ведь начало его духовного богатства положило именно это слово — «дом».
Сокрытая Скорбь громко зажужжала и, с большим самодовольством ткнув острием раз, другой, ответила: «Скажи еще раз, мне очень приятно».
Сюй Сяошоу потерял дар речи. Он со злостью щелкнул пальцем по черному мечу. С громким «дзынь» Сокрытая Скорбь вонзилась в белую стену, и та покрылась трещинами. Сквозь них смутно проступили люди, события и предметы внешнего мира.
«Пора выходить…»
Сюй Сяошоу шагнул вперед, и в этот миг сквозь трещины в стене в его глаза ударил яркий золотой свет. Он замер, а потом снова улыбнулся.
«Больше не одинок…»
Да. Даже если бы он не смог разрушить эту иллюзию, там, снаружи, все еще были те, кто о нем беспокоился, кто не дал бы ему утонуть в море страданий бренного мира.
Однако…
«Воля Сюй Сяошоу может сравниться с волей Святого Императора!»
«Более того, у Святого Императора всего одна жизнь, а у меня — две… Небеса на чи ниже, чем Ба Цзуньань, а святые на чжан ниже, чем Сюй Сяошоу!»
«Жалкий Меч бренного мира, что он может мне сделать?»
В глазах Сюй Сяошоу зажегся огонь, а грудь распирала отвага. Он сделал шаг. Без всякого золотого света Будды. С презрением ко всем святым и богам поднебесной. С оглушительным грохотом в сознании иллюзия бренного мира рухнула, и духовный мир рассыпался в прах.
Время словно обратилось вспять. Седые волосы Сюй Сяошоу, парящего в воздухе, мгновенно вернули свой прежний черный цвет.
В этот миг весь Королевский Город Восточных Небес, казалось, был притянут и подавлен возрожденной аурой его Дао. На фоне величественного Святого Образа его мощь, казалось, способна сокрушить небесный свод.
Все присутствующие с немым изумлением смотрели, как Сюй Сяошоу, который, казалось, должен был с трудом вырваться из плена Меча бренного мира под ударом Великого Будды… явил себя городу с величием истинного императора!
— Он одолел Меч бренного мира? — ужаснулся Мэй Сыжэнь.
— Он одолел Меч бренного мира! — прекрасные глаза Жао Яояо расширились от изумления, словно она стала свидетельницей самого невероятного события на свете. На ее лице было написано чистое недоверие.
— Вот же малец… — изумленно пробормотал Неряшливый Дядюшка. Он сам нанес Удар Великого Будды и прекрасно понимал, что его удар даже не успел коснуться иллюзии, в которой был заточен Сюй Сяошоу. Его помощь больше не требовалась.
В тот же миг все великие мастера, в отличие от простых зрителей, поняли, что Сюй Сяошоу спасся не благодаря Удару Великого Будды, а вырвался сам.
«Что за несгибаемая воля?»
О силе Меча бренного мира знали не только Древние мечники — большинство практиков Очищения Духа, слышавших о подвигах Бессмертной Меча Жао Яояо, были наслышаны о нем. Что уж говорить о каком-то юнце уровня Врожденный? Даже мастера королевского престола и уровня Отсечения Дао едва ли смогли бы сохранить рассудок после такого удара.
Но то, что было не под силу другим… Сюй Сяошоу смог!
— Ты… как это возможно? — в изумлении воскликнула Жао Яояо издалека. Она все еще сжимала свой Певец Звёзд и Луны, но в ее глазах Сюй Сяошоу словно стал другим человеком. Он взялся за Юсыцзянь… Он повернул голову… Свет в его глазах…
Это был свет, способный покорить целую эпоху, высокомерие, с которым взирают на весь мир, несравненное величие того, кто с мечом в руке непобедим! На какой-то миг Жао Яояо даже увидела в нем молодого Ба Цзуньаня. И в этот момент фигура Сюй Сяошоу с Юсыцзянем в руке идеально совпала с образом Ба Цзуньаня!
— Как это возможно… — тихо повторил Сюй Сяошоу ее вопрос. Он чувствовал, как внутри него рушатся и исчезают какие-то оковы. Но, пережив две жизни в бренном мире, он смотрел на все с невозмутимым спокойствием. Даже Бессмертная Меча с клинком в руке не могла поколебать его волю.
— Испытание сердца спрашивает «зачем»? А зачем спрашивать «зачем»? Нет никакого «зачем», — сказал Сюй Сяошоу и улыбнулся. Ему показалось, что это была самая мудреная фраза, которую он когда-либо произносил.
Он поднял голову к небу. Ночь была все так же темна.
Сюй Сяошоу подумал, что если Испытание сердца требует ответа на вопрос «зачем», то он понимает, что никакого «зачем» быть не должно. Если нужно дать исчерпывающий ответ о жизни, о смысле бытия, то он не знал, что скажут другие. Но, как он и сказал: «Зачем спрашивать „зачем“? Нет никакого „зачем“».
Жить. Иногда это и есть лучший, самый простой ответ.
Небесный свод затрепетал. Пустота наполнилась Узорами Дао. Сюй Сяошоу, подставив лицо ветру, раскинул руки.
И тут ему в голову пришла еще одна мысль: почему «небо» называют «небом»? На самом деле, это лишь воля человека. А если у «неба» изначально нет «неба», откуда взяться «явлениям»?
«Небесные явления…»
Крещение Святой силой. Испытание двумя жизнями в бренном мире. Сюй Сяошоу знал: что-то внутри него рвалось наружу, и он больше не мог это сдерживать. Но пройдя этот путь, он понял — нужно просто довериться течению. Не можешь сдержать — так и не сдерживай.
— Изначально у небес нет явлений, и у Дао нет формы. Но небеса познаются через явления, и Дао обретает форму!
Сделав шаг, Сюй Сяошоу постиг истинный смысл небесных явлений уровня Мастер. В тот же миг пустота содрогнулась, и на десять ли вокруг зазвенели мечи.
Обычные люди, соприкоснувшись с Дао, становятся Мастерами, а постигнув Дао — восходят на королевский престол. Сюй Сяошоу же сопротивлялся потоку Святой воли, сдерживая свой прорыв. Он и не думал, что испытание Мечом бренного мира и перерождение в двух жизнях приведут его к постижению истинного смысла Великого Дао.
— Мастер? Тот, кто коснулся Дао? Мое Дао давно сформировано. Мастер? Всего лишь!
Сюй Сяошоу стоял в пустоте, смеясь и говоря. В этот миг Великое Дао вернулось к своему истоку, обрело форму под давлением Святого Образа Девяти Драконов, Сжигающих Предка. И даже Семь Бессмертных Меча в ужасе смотрели, как этот юноша, вступая в Сферу Небесных Явлений уровня Мастер, заставил саму Великую Пустоту смиренно склонить голову.
Вот она, истинная Аура, Поглощающая Горы и Реки!
Вот оно, истинное возвращение Великого Дао к Истоку!
(Конец главы)