Я загружен пассивными навыками (Новелла) Том 1 Глава 791 Алхимия Чёрной Курицы!

На смотровой трибуне.

Взгляды почти всех представителей великих сил были прикованы к Молодому господину Сюю.

Этот парень был, пожалуй, самым зрелищным участником всего Турнира Алхимиков.

И дело было не во внешности.

А исключительно в его способности вызывать смех.

Увидев черное пламя Молодого господина Сюя, Хуа Ин разочарованно моргнула.

В глубине души она все еще лелеяла последнюю надежду на то, что Чжоу Тяньцань не солгал.

Но все поступки Молодого господина Сюя никак не вязались с образом величественного и могучего дядюшки-наставника Сюя, способного в одиночку противостоять Бессмертному Меча.

«Да у него нет даже базовой предрасположенности к стихиям огня или дерева!»

Хуа Ин видела, что Молодой господин Сюй вовсе не был практиком огненной стихии.

Это чернильно-черное пламя он призвал с помощью духовной техники.

Что уж говорить о сравнении с Небесным пламенем Цзиньчжао или Белым пламенем...

Оно уступало даже большинству духовных огней.

В судейской ложе Ши Ти, до этого сидевший в напряжении, наконец расслабился и с облегчением выдохнул.

«Это не Небесное пламя Цзиньчжао...»

Он обнаружил самое фундаментальное различие между Молодым господином Сюем и Сюй Сяошоу.

По крайней мере, будучи учеником Старейшины Сана, Сюй Сяошоу относился к алхимии с благоговением. Даже если он и устраивал взрывы, они были результатом его предельной концентрации.

В этом чувствовался темперамент художника.

А искусство само по себе, рождаясь из сосредоточенности, несет в себе толику прекрасной непредсказуемости.

Сюй Сяошоу лишь безгранично усиливал эту... непредсказуемую сторону прекрасного.

Но этот Молодой господин Сюй... его отношение к алхимии было развязным. В нем не было ни капли уважения.

Человек, не питающий ни малейшего благоговения к «искусству алхимии», никогда не сможет создать хорошую пилюлю!

Ши Ти был немного разочарован.

Но в то же время испытывал и облегчение.

К счастью, это был не он.

Значит, остатки доброго имени старика Сана не будут опорочены.

...

Внутри Духовной формации.

Чернильно-черный огонь, нарисованный с помощью «Мастерства Рисования», не угасал, пока его поддерживала духовная энергия.

Но по качеству это пламя уступало Белому пламени в разы.

Сюй Сяошоу пришлось довольно долго прогревать Алхимический котел, прежде чем тот достиг нужной температуры.

Он облегченно вздохнул.

«Надо же, не думал, что нарисованное пламя окажется таким паршивым. Было бы забавно, если бы за четверть часа я даже котел не успел прогреть».

Сюй Сяошоу подумал, что в таком случае ему пришлось бы, набравшись наглости, просить главу Дун Лин одолжить ее «Изначальный падший фиолетовый огонь».

К счастью, прогрев котла удался, и первый шаг был сделан.

За это время другие алхимики, не в силах больше выжидать, тоже начали действовать.

Сюй Сяошоу бросил взгляд налево.

Юй Чучу все еще хмурилась в глубокой задумчивости.

«Ну и девчонка...»

Он с усмешкой повернулся к Сяо Ваньфэну:

— Твоя сестрица Чучу совсем никудышная, да? Этот молодой господин уже объяснил ей, что именно проверяет этот рецепт, а она до сих пор не догадалась.

— Какая еще «моя сестрица Чучу»? Она не моя... — покраснев, выпалил Сяо Ваньфэн и тут же поспешил сменить тему. — Молодой господин Сюй считает, что с рецептом все в порядке? Вы собираетесь начать? Скажите, какие травы вам нужны, опишите их, и я, наверное, смогу их найти.

Он повернулся к деревянному столу.

Духовные травы уже были извлечены из кольца.

Но этих нескольких сотен трав было так много, а некоторые из них почти не отличались по виду, что у Сяо Ваньфэна голова шла кругом.

— Не нужно мне помогать с травами. Просто заваривай чай, остальное я сделаю сам, — загадочно улыбнувшись, отрезал Сюй Сяошоу.

К алхимии он подходил серьезно и не мог позволить Сяо Ваньфэну вмешиваться.

В этом деле даже неправильное время добавления одной-единственной травы могло привести к провалу, что уж говорить о Пилюле Жажды Сокровенного, которая для других была весьма сложной?

Сяо Ваньфэну, этому эпатажному человеку-инструменту, достаточно было стоять в стороне, заваривать чай и приносить Очки пассивности. Задействовать его не было нужды.

Получив отказ, юноша лишь промычал «о-о» и молча отступил назад с чашкой, принявшись внимательно следить за дальнейшими действиями Молодого господина Сюя.

Никто не верил в его успех.

Но Сяо Ваньфэн, кажется, ни разу не видел, чтобы Молодой господин Сюй в чем-то потерпел неудачу.

Он был уверен, что тот притворяется. Его навыки алхимии должны быть весьма неплохи. В худшем случае, он должен был достичь Врожденного уровня, раз уж осмелился участвовать!

«Интересно, какую технику он использует...»

Сгорая от любопытства, Сяо Ваньфэн смотрел на него с предвкушением.

Начало!

Молодой господин Сюй внезапно высвободил свою ауру, могучую, как у мечника, извлекающего клинок, — Ауру, Поглощающую Горы и Реки.

В следующее мгновение Сяо Ваньфэн увидел, как Молодой господин Сюй взмахнул рукой, и в воздухе появилась черная чернильная курица...

Стоп.

Что-то здесь не так...

Курица?

— Ко-ко-ко!

Кудахтанье эхом разнеслось по Духовной формации. Когда до Сяо Ваньфэна дошло, что происходит, его глаза чуть не вылезли из орбит.

— ??

Курица?!

Молодой господин Сюй призвал курицу?

Юноша резко повернулся к нему, пытаясь разглядеть на его лице хоть тень смущения в духе: «Прошу прощения, этот молодой господин применил не ту технику».

Но ничего подобного не было.

Он видел лишь абсолютную серьезность и благоговение.

«Это не у меня с глазами проблемы, это у Молодого господина Сюя проблемы с головой!» — в этот миг Сяо Ваньфэн был на грани срыва.

— Курица?!

За пределами арены эту сцену видели многие.

Почти сразу кто-то указал на черную чернильную курицу в Духовной формации и завопил:

— Это безумие! Молодой господин Сюй что, не то умение применил? Он призвал курицу?

— Ха-ха-ха, курица! Черная курица! На Турнире Алхимиков появилась курица?

— Боги, что я вижу? Курица? Кажется, она еще и кудахчет! Это призывная техника Молодого господина Сюя?

— Только посмотрите на эту чернильную курицу! Какая живая, какая реалистичная! Вам не кажется, что она сделана в том же стиле, что и его чернильное пламя? Я полагаю, это какая-то высшая алхимическая тех... пф-ха-ха-ха, все, больше не могу выдумывать!

— Курица! А-ха-ха-ха, это и правда курица! Твою ж мать!

— Ну это просто нечто.

В судейской ложе лица многих старых глав одновременно окаменели.

Словно некий могущественный эксперт внезапно обрушил на них свою волю, лишив этих восемнадцать почтенных старцев всех эмоций.

После долгого молчания.

Глава Лу наконец выдавил сквозь зубы, роняя слова по слогам:

— Он... оскорбляет... искусство... алхимии!

Хруст, хруст.

Даже остальные главы, повидавшие на своем веку немало, невольно сжали кулаки, с трудом сдерживая гнев.

В той, приковавшей всеобщее внимание Духовной формации...

Старые главы видели, как эта нелепая черная курица, то и дело задирая голову и громко кудахча, ковыляет на своих лапках, виляя задом, прямо к столу.

Затем черная курица раскрыла свой острый клюв, схватила духовную траву и прыгнула в Алхимический котел, где вместе с травой обратилась в духовную энергию, завершив свою грешную жизнь.

Но тут же появилась вторая черная курица, которая взобралась на стол, схватила траву и прыгнула в котел...

И так по кругу.

Без конца.

В Духовной формации Молодого господина Сюя перед глазами у всех разворачивалось «высокое искусство алхимии» в виде летящих в огонь кур.

Эти изящные, упитанные, аппетитные черные куры, шаг за шагом, топтали последние остатки уважения старых глав к искусству алхимии, а совершив акт «попрания» и «надругательства», выбирали самоубийство.

— Да я сейчас взбешусь!

Глава Лу в судейской ложе вскочил на ноги, его глаза пылали яростью.

Он больше не мог на это смотреть.

Если прежние выходки Молодого господина Сюя еще можно было стерпеть, списав на отвратительные замашки избалованного наследника великой семьи, то эта сцена с курицей...

Это уже нельзя было назвать простым «оскорблением»!

Ладно бы он просто не умел создавать пилюли, но то, что делал Молодой господин Сюй...

Без сомнения, он бросал вызов всему искусству алхимии Царства Восточных Небес!

...

— Ко-ко-ко!

Куры неистово кудахтали.

Кудахтали и, хватая травы, летели на верную смерть.

Сяо Ваньфэн сходил с ума.

Он схватился за голову с выражением полнейшего изумления на лице.

Зрители за пределами арены тоже сходили с ума.

Они хохотали до поросячьего визга, хлопали себя по ляжкам и звали всех вокруг стать свидетелями этой исторической сцены, которая непременно войдет в анналы алхимии Царства Восточных Небес.

Алхимики из Зоны изоляции, уже закончившие первый раунд, тоже сходили с ума.

Они прильнули к ограждениям, не веря своим глазам, но в то же время испытывая глубочайшее уважение к смелости Молодого господина Сюя.

Даже наследник Полусвятого не может так себя вести!

В мире алхимии ведь тоже есть Полусвятые. Говорят, Полусвятой Пепельного Сияния из Священного Дворца в молодости был очень вспыльчив.

Он вполне мог, невзирая на расстояние между двумя царствами, лично покарать того, кто так оскорбляет искусство алхимии!

Как только Молодой господин Сюй осмелился на такое?

Подобно тому, как зевота заразительна, когда внимание десятков тысяч людей сосредоточено на одной точке, это силовое поле способно влиять на других даже через Духовную формацию.

Рядом с Сюй Сяошоу.

Алхимик седьмого ранга был полностью поглощен процессом.

Внезапно его мысли зашли в тупик из-за конфликтующих свойств трав в рецепте. Он машинально поднял глаза, обдумывая решение, и случайно увидел, как десятки тысяч зрителей вокруг обезумели.

«Что происходит?»

«Состязание закончилось?»

Он в изумлении проследил за взглядами толпы и увидел в соседней Духовной формации, как отряд черных кур, толкаясь и спотыкаясь, хватает духовные травы и одна за другой бросается в Алхимический котел.

— ??

Алхимик застыл с ошеломленным лицом, пораженный до глубины души.

— Бах!

В следующую секунду перед ним раздался взрыв, и мощная сила отбросила его прямо на барьер Духовной формации.

— Ах ты ж...

Он даже не успел активировать защитный барьер из духовной энергии. Теряя сознание, алхимик лишь успел выкрикнуть ругательство и, унося с собой безграничное недоумение, погрузился во тьму.

Молодой господин Сюй... занимался алхимией?

— Бах! Бах! Бах!..

Подобных несчастий, вызванных недоумением, было не счесть.

Слишком многие по неосторожности замечали безумие, творящееся за пределами арены, а затем видели процесс «алхимии» Молодого господина Сюя.

И их котлы взрывались.

Грохот взрывов не умолкал.

Лицо Ши Ти в судейской ложе почернело.

Он обнаружил в Молодом господине Сюе еще одну черту, схожую с Сюй Сяошоу.

С той лишь разницей, что...

Сюй Сяошоу взрывал свой котел.

А Молодой господин Сюй — чужие!

— Твою мать, я больше не могу это терпеть... — Лу Чэнхуэй оттолкнул стул.

В этот момент ему даже не хотелось никого звать. Он хотел сам войти на арену, войти в Духовную формацию, схватить этого Молодого господина Сюя за шкирку и вышвырнуть его за пределы Царства Восточных Небес, чтобы тот возвращался в свой чертов Северный Регион и там занимался своей проклятой «Алхимией Чёрной Курицы».

— Это слишком оскорбительно для искусства алхимии!

Но как только он собрался двинуться с места, Дун Лин остановила его жестом. В ее глазах читалось удивление.

— Постойте.

— Глава Дун Лин! — гневно обернулся Лу Чэнхуэй. На этот раз он был готов даже взять всю вину на себя, лишь бы вышвырнуть Молодого господина Сюя. Одна такая жертва стоила того.

Один вид этого человека на арене был ему неприятен.

Дун Лин, не поворачивая головы, пристально смотрела на процесс алхимии Молодого господина Сюя.

— Вы не заметили? С ним что-то странное.

Лу Чэнхуэй готов был взорваться от злости:

— Что-то странное? Глава Дун Лин, вы что, ослепли?! В этом парне «что-то» странное?

Дун Лин наконец обернулась и метнула на Лу Чэнхуэя испепеляющий взгляд.

Тот, не дрогнув, встретил его.

В этот момент большинство старых глав были на взводе и поддерживали Лу Чэнхуэя.

— Погодите! — Ши Ти, немного успокоившись, тоже заметил неладное. — Господа, взгляните. Да, некоторые участники отвлеклись и взорвали свои котлы, но котел самого Молодого господина Сюя, кажется, еще цел?

— А?

Эти слова заставили старых глав немного остыть.

Снова взглянув на арену, они и вправду заметили эту странность.

Молодой господин Сюй, использующий Алхимию Чёрной Курицы, до сих пор не взорвал свой котел.

Более того, если не обращать внимания на кур, а смотреть лишь на сам процесс...

Действия Молодого господина Сюя были плавными и отточенными, без малейших заминок, в отличие от других участников.

Наоборот, казалось, будто он создавал Пилюлю Жажды Сокровенного уже бесчисленное количество раз — настолько он был искусен.

Лу Чэнхуэй с сомнением обернулся:

— Глава Дун Лин, вы хотите сказать... что кто-то из присутствующих слил ему задание?

Все замерли.

Дун Лин хлопнула себя по лбу и закатила глаза.

Нельзя было винить Лу Чэнхуэя — поначалу она и сама так подумала.

Однако...

— Вы посмотрите внимательно на его процесс. Даже если кто-то и слил ему задание, какой юнец сможет за столь короткое время достичь такого мастерства? — указала она на Молодого господина Сюя.

Все главы поняли.

Действительно, окончательная версия рецепта была утверждена лишь утром.

А рабочие версии, по которым можно было создать пилюлю, появились всего день или два назад.

Один-два дня.

Даже если бы ему слили рецепт, кто смог бы действовать так уверенно?

Из-за использования кур старые главы не могли разглядеть его алхимических техник.

Но тот идеальный момент добавления каждой травы... даже не все из них могли бы сделать это так... безупречно!

Алхимические техники появились для «регулировки жара», «исправления ошибок» и «оптимизации процесса».

Но если в процессе алхимии ошибок нет...

Какая разница, использовать техники или нет?

Именно это и демонстрировал Молодой господин Сюй!

— Он отказался от техник и начал процесс, полагаясь лишь на идеальное время добавления трав и контроль над жаром? — изумленно спросил один из глав.

— Это невозможно, просто невозможно...

Лу Чэнхуэй бормотал, качая головой. Чем дольше он смотрел, тем больше ему казалось, что что-то не так:

— Кто может гарантировать, что в его процессе не будет ошибок? И потом, этот Молодой господин Сюй ведь не должен знать рецепт. А даже если и знает, откуда ему известно идеальное время для добавления каждой травы?

— В самом рецепте это не указано с такой точностью. Означает ли это, что...

Он не осмелился закончить мысль.

Но Ши Ти, сглотнув, завершил предположение Лу Чэнхуэя за него:

— Он знает все свойства всех духовных трав в рецепте Пилюли Жажды Сокровенного. И под «всеми» я имею в виду и скрытые свойства!

При этих словах у всех восемнадцати судей волосы встали дыбом.

Этот молодой человек, хоть и выглядел несерьезным, похоже, творил нечто невероятное!

Вот только...

Такое божественное мастерство совершенно не вязалось с его предыдущим абсурдным поведением!

— Внешность обманчива, внешность обманчива... — восхищенно произнес один из глав.

Куры...

Нет!

Время, в которое Молодой господин Сюй добавлял травы, было настолько идеальным, что каждая из них вызывала в котле чудесную благоприятную реакцию.

Возвышение!

Созидание!

Эти куры...

Нет!

Процесс алхимии Молодого господина Сюя, если отбросить этих кур, был настоящим искусством!

Ши Ти не отрываясь смотрел на него.

Ему казалось, что он нашел сокровище.

«Достоин быть наследником Полусвятого. В его семье наверняка есть выдающийся алхимик».

«Иначе никому бы и в голову не пришло учить своего ученика уделять внимание скрытым свойствам базовых ингредиентов».

Взглянув на тех алхимиков, что из-за невнимательности взорвали свои котлы и теперь с руганью покидали арену, Ши Ти почувствовал, что прозрел.

«К такому... кхм, особому искусству алхимии нужен и особый подход».

«Точно так же, как когда-то к алхимии Цзиньчжао старика Сана...»

«Принятие — тоже своего рода выбор».

Мысли о Старейшине Сане напомнили Ши Ти о его письме.

Терпимость — это добродетель.

Великодушие — это признак благородства.

В этот миг он постиг новый смысл этих слов.

И вправду!

Почему бы не дать этой курице... кхм, этому Молодому господину Сюю немного времени? Посмотрим, какую курицу... тьфу, какую штуковину он в итоге изготовит.

(Конец главы)