Юность Хайбары: Новая игра+ (Лайт-Новелла) (Новелла) Том 10 Глава 3 Глава 3. Подготовка к школьной поездке

Глава 3. Подготовка к школьной поездке

Летние дни подошли к концу, и второй учебный семестр официально начался.

Мы вновь обрели возможность ежедневно встречаться всей нашей дружной компанией.

Уже наступил сентябрь, однако погода оставалась по-летнему жаркой. Казалось, до конца лета ещё далеко.

Выйдя со станции Маэбаси и направляясь к родной школе, я заметил, что вокруг всё больше и больше учеников из Рёмэй. Воздух словно был наполнен ожиданием.

Все вокруг выглядели слегка возбужденными. Отовсюду доносились оживленные разговоры о долгожданной встрече после продолжительных каникул.

Я сам с нетерпением ждал возможности снова увидеть всех в стенах школы.

За прошедшие летние месяцы я регулярно общался лишь с теми, с кем пересекался по делам: с Серикой и ребятами из нашего клуба, с Нанасэ на подработке и, разумеется, с Хикари. С Тацуей и остальными я виделся всего несколько раз — на фестивале фейерверков и на моём рабочем месте. Больше ни с кем не пересекался.

Едва я переступил порог класса, как меня сразу же заметили, и кто-то помахал рукой в знак приветствия.

— О, Нацуки.

Это был Тацуя. Он привлёк моё внимание, подозвав к себе.

Тацуя, Рейта, Мэй и Кидзима стояли сгруппировавшись, погруженные в оживленную беседу.

— Доброе утро.

— А, и тебе доброе утро.

— Привет. Давно не виделись.

Приближаясь к ним, я ответил на эти три разных по тону приветствия.

— Доброе утро всем. Рад видеть, что все в добром здравии. Хотя Мэя я видел, кажется, вчера.

— Ха-ха, мы же состоим в одном клубе.

— А мы разве не виделись со времён фестиваля фейерверков?

— Нет. Мы с Нацуки не виделись где-то три недели.

— Эй, значит, по-настоящему давно не видел меня только я?

Кидзима произнёс эти слова с оттенком лёгкой обиды.

— Прости, братан, у меня были завалы в клубе.

— Ну, мне это знакомо. Я сам на каникулах чуть не помер. Из-за Тацуи.

Кидзима и Тацуя вместе занимаются в баскетбольной секции.

— Если не набрать форму как следует за долгие каникулы, то против серьёзных соперников нам ничего не светит.

— Я всё понимаю, но…

Судя по всему, Тацуя устроил им действительно суровые тренировки во время летних каникул.

— Может, как-нибудь всем вместе сходим в караоке?

— Да, было бы здорово.

Кивнув в ответ на предложение Кидзимы, я внезапно погрузился в раздумья.

Мы с Кидзимой стали друзьями только после перехода во второй класс.

Иными словами, мы ещё не достигли того уровня близости, чтобы я мог сам предложить ему куда-то пойти. Хотя и с самыми близкими друзьями, вроде Тацуи, я за эти каникулы выбрался лишь однажды — но это уже другая история.

В течение первого семестра второго класса я был полностью поглощён проблемами в нашем коллективе.

Возможно, именно поэтому я уделял своим отношениям с новыми одноклассниками недостаточно внимания.

— Вы все домашку закончили?

Стоило мне сменить тему, как Тацуя первым поднял большой палец вверх.

— Разумеется. Я уже не тот, кем был раньше.

Как он и сказал, Тацуя действительно претерпел изменения.

В изначальной истории после каникул он, скорее всего, занимался бы списыванием оставшейся домашки.

— Я тоже завершил всё ещё до начала августа.

Рейта, как всегда, всё выполнил согласно плану.

— Ха-ха-ха… А я кое-как закончил в последний день… Вот и не выспался.

Мэй произнёс это, слегка отведя взгляд.

Что ж, у него было много дел в клубе, да и домашки задали немало.

…И всё же, почему у него такой виноватый вид?

— Только не говори, что ты списал домашку у Фунаямы?

— О-откуда ты знаешь?!

Реакция Мэя не оставляла сомнений: я угадал.

— Что?! Вы меня подловили?!

Реакция Мэя оказалась настолько комичной, что мы все дружно рассмеялись.

В первом классе Мэй испытывал трудности с адаптацией в коллективе, а со второго он в основном держался нашей компании. У него появилось больше друзей, и теперь школьная жизнь явно приносила ему удовольствие.

— А я только что закончил. Ещё немного — и меня бы вызвали к директору.

С этими словами Кидзима пожал плечами.

Летние домашние задания для каждого предмета полагалось сдавать на первом же уроке.

Не успеешь — и получишь целую комбинацию из выговора и дополнительных заданий.

— А ты как, Хайбара?

— Кое-как закончил три дня назад.

Отвечая на вопрос Кидзимы, я изобразил кривую улыбку.

— Если решишь, что всё будет, как в прошлом году, — горько пожалеешь. Я вот уже пожалел.

— Это точно.

В первом классе задачи попадались в основном простые, а во втором всё чаще встречались сложные — точнее, те способы решения которых я успел позабыть, — поэтому пришлось повозиться гораздо больше, чем ожидалось. Если не начну учиться несколько усерднее, удерживать первую строчку в рейтинге параллели станет непросто. Не то чтобы я стремился во что бы то ни стало оставаться первым, но, учитывая перспективы, хорошие оценки определённо не помешают.

Естественно-научное направление я выбрал как раз после долгих размышлений о своём будущем.

Чтобы сделать Хикари счастливой, я не могу позволить себе бесцельно прожигать жизнь.

Конечно, я полностью отдаюсь группе, но если она так и не достигнет успеха, в определённый момент придётся поставить точку. Например, после окончания университета.

Пока я прокручивал в голове все эти мысли, остальные продолжали свою беседу.

Я рассеянно оглядел класс. Похоже, уже прибыла примерно половина учеников.

— Все, вижу, в полном порядке.

— Привет-привет~

— Всем добрый день. Давно не виделись.

К нам подошли Фудзивара, Курахаси и Фунаяма.

Это почти все, с кем мы обычно держимся вместе в классе, но на самом деле есть ещё один человек.

Я взглянул на дверь и встретился взглядом с девушкой, которая как раз входила в класс.

Первая мысль, промелькнувшая в голове: насколько же она юна. Черные волосы, собранные в хвост, казались до боли знакомыми. Ростом она была лишь ненамного ниже, чем во взрослом возрасте. Миори легко улыбнулась и направилась к нам.

— Привет всем. Давно не виделись.

Миори выглядела точно так же, как и до летних каникул, как я её запомнил.

Ну да. Ведь в реальности ничего и не произошло. Только я видел сон.

И всё же, прекрасно осознавая это, я не мог отвести взгляда от Миори.

— …Что-то случилось?

Заметив, что я замер, Миори слегка наклонила голову.

— …Нет, ничего.

Я покачал головой и отвёл взгляд.

Начался второй семестр. Значит, с Миори, которая учится со мной в одном классе, мы теперь будем видеться каждый день.

Почему же такое обыденное событие казалось мне ужасающим?

— Кстати, раз уж заговорили о втором семестре второго класса…

— Школьная поездка!

Миори и Фудзивара рассмеялись, словно их мысли мгновенно совпали.

— А, точно, забыл. Совершенно верно, нас же ждёт школьная поездка.

Кидзима произнёс это, хлопнув себя ладонью по раскрытой руке.

— Эй, разве школьная поездка — не главное событие старшей школы?

Тацуя прав: назвать её одним из главных событий юности — отнюдь не преувеличение.

Забыть о ней — просто немыслимо. Я так ждал её всё лето, что буквально не мог уснуть по ночам!

— Я, конечно, жду. Просто вылетело из головы.

— Сегодня только первый день после каникул, а у нас, говорят, уже начнётся организационное собрание~

Курахаси произнесла это своим фирменным протяжным тоном.

Школьная поездка запланирована на конец сентября.

Второй семестр только стартовал, но если сейчас не начать всё планировать, времени уже не хватит.

— А куда мы поедем?

На простой вопрос Миори ответил Рейта.

— На Окинаву.

— О-о, круто.

— Давайте все вместе сделаем фото на берегу моря~

— Отличная идея. Мне тоже хочется.

Наблюдая за их непринуждённой беседой, я погрузился в размышления.

В первой поездке, когда распределяли по группам, я оказался лишним и попал к ребятам, с которыми раньше даже слова не сказал. Всю поездку им приходилось как-то со мной возиться. Простите. Лучше бы я тогда остался дома.

Никогда прежде я так горько не сожалел о своей серой юности.

Именно поэтому на этот раз я намерен насладиться школьной поездкой в полной мере.

А для этого нужно тщательно всё спланировать.

— Нацуки, что-то случилось?

Пожалуй, Рейта заметил, что я затих, и окликнул меня.

— Да нет… Просто подумал, как же я жду эту поездку.

— …Понятно.

В конечном счёте все мои действия имели лишь одну цель — изменить окраску собственной юности.

Сделать Хикари счастливой, веселиться со всеми, работать ради денег, серьезно заниматься музыкой в группе… Все мои шаги вели к одной и той же цели.

Мне и самому казалось, что я действительно прилагаю усилия.

То, что в последнее время моя юность обрела все цвета радуги, — результат, которого я добился сам.

Сейчас у меня есть всё, о чём я раньше только мечтал.

Поэтому теперь я буду думать лишь об одном: как прожить эту радужную юность до самого конца, не упустив ни мгновения.

＊

Настал последний утренний урок — время для организационного собрания.

— Итак, начинаем подготовку к школьной поездке.

Стоило классному руководителю произнести эти слова, как по классу прокатилось радостное «О-о-о!».

Похоже, одноклассники тоже воодушевились. В конце концов, школьная поездка — событие немалого масштаба.

— Вкратце расскажу расписание. В первый день вы собираетесь в школе, после чего автобус доставит вас в аэропорт Ханэда. Сразу предупреждаю: опоздания категорически запрещены. Обед пройдёт в самолёте, и вскоре после полудня мы прибудем в аэропорт Наха. В первый день в Молодёжном центре префектуры Окинава будет проведено занятие, посвященное миру.

Раздав нам распечатки, учитель невозмутимо продолжил разъяснять расписание.

— Утром второго дня мы посетим замок Сюри. После обеда запланирована прогулка по улице Кокусай-дори и окрестностям.

Слушая расписание, я вспомнил досадные моменты первого раза.

Во второй день все передвигались вместе, поэтому держать свою группу было необязательно. Но для меня это означало остаться одному. Идти в общей толпе, но чувствовать себя одиноким, было очень некомфортно.

— В третий день каждая группа отправится на экскурсию на такси. Вечером пройдут развлечения на пляже. На четвёртый день вы выедете из гостиницы в аэропорт Наха. Ну а дальше — только возвращение домой.

Объяснения учителя в точности совпадали с моими воспоминаниями.

Взаимоотношения между окружающими заметно изменились по сравнению с изначальной историей, но такие значительные события, как школьная поездка, остались в основном прежними. В конце концов, моё влияние не настолько велико.

— В общих чертах, всё так. Однако расписание может меняться в зависимости от погодных условий.

— Погода, значит…

С соседней парты донёсся тихий голос.

Повернувшись, я увидел Миори: подперев щёку рукой, она смотрела перед собой с явной задумчивостью.

Да, Миори сидела рядом со мной. Причина проста: после перехода в новый класс нас рассадили в алфавитном порядке. «Ха» в Хайбара и «мо» в Мотомия — хотя всё, конечно, зависело от фамилий остальных одноклассников — обычно оказывались в соседних рядах. Вот мы и оказались рядом.

— Что-то случилось?

— Да нет, просто подумала: вот будет неприятно, если налетит тайфун.

Действительно, часто говорят, что на Окинаве нужно особенно опасаться тайфунов.

Мол, из-за того, что она находится южнее Хонсю, тайфуны чаще проходят поблизости.

— …Наверное, всё будет нормально.

— Почему ты так думаешь?

По крайней мере, в моём первом круге никакого тайфуна не было.

Но сказать ей об этом я не мог, поэтому лишь пожал плечами.

— Просто так кажется.

— …Ну, сейчас всё равно бессмысленно об этом думать.

Миори посмотрела на меня с лёгким укором и вздохнула.

Пока мы разговаривали, учитель продолжал объяснение.

— А теперь к главному вопросу на сегодня: план экскурсии на такси в третий день вы составите сами.

Услышав это, ученики в разных концах класса радостно загудели.

— Поэтому сначала разделитесь на группы. В каждой должно быть по шесть человек: трое парней и три девушки. Из-за общей численности наверняка получится несколько групп по семь человек, но разберитесь как-нибудь сами.

Учитель Асакава, ставший нашим классным руководителем во втором классе, в таких случаях особо не заморачивался.

Хотя можно сказать и иначе: он просто оставляет всё на усмотрение учеников. Может быть, он нам доверяет.

Класс тут же загудел.

Все начали собираться с близкими друзьями, образуя несколько групп.

— Нацуки, что будем делать?

Тацуя и Рейта подошли к нашим партам.

— Группа из шести человек… Есть над чем поломать голову.

В нашей обычной компании пять парней и четыре девушки. Разделиться всё равно придётся, но как именно?

— Да объединитесь вы втроём. А я пойду с Синохарой!

Возможно, решив проявить такт, Кидзима сказал это, обняв Мэя за плечи.

Затем Кидзима позвал Моги из теннисного клуба, и они образовали группу из трёх парней.

— У-у… Неужели я не останусь лишним… Никогда ещё не был так счастлив…

Почему-то Мэй прослезился от счастья. Я тебя понимаю.

Так приятно, когда тебя принимают в компанию, даже если ты сам никого не позвал.

— Тогда мы, получается, вместе?

— Эй, да это же точь-в-точь как в прошлом году.

Так мы с Тацуей и Рейтой объединились втроём.

Свежестью здесь и правда не пахнет, зато с ними спокойно.

С Тацуей и Рейтой точно будет весело.

— Теперь осталось найти трёх девушек…

Оглядев класс, я заметил, что парни и девушки уже собрались в отдельные тройки, но никто не решался заговорить с противоположным полом. Все выжидали. Ведь если сейчас кого-нибудь пригласить, это может выглядеть так, будто человек тебе нравится. Возникла странная патовая ситуация.

— Э-эм… Может, пойдём вместе?!

Первой, словно набравшись решимости, к нам обратилась Иноуэ.

Мы редко разговариваем, и, насколько я знаю, она довольно тихая девушка.

Двух девушек рядом с ней я тоже знаю разве что по именам и почти никогда с ними не общался.

Я не понимал, почему она решила обратиться именно к нам.

— …Я хотела быть в одной группе с Нагиурой во время школьной поездки.

После слов Иноуэ по всему классу прокатился взволнованный гул.

— Что… со мной?

Тацуя удивлённо показал на себя.

Покраснев, Иноуэ коротко кивнула.

— Э-э, нечестно! Мы тоже хотим быть в группе с Нагиурой и его друзьями!

С весёлым девичьим визгом к нам приблизилась Ояма.

Ояма и её подруги выглядели как компания гяру, и с ними мы общались хотя бы чаще, чем с Иноуэ. Поэтому их приглашение само по себе не удивляло… Но я и представить не мог, что всё обернётся так.

— Тогда и мы тоже…

Следом робко подняли руки девушки ещё из нескольких групп.

Т-Тацуя… пользуется популярностью! Нанасэ была права!

— Эй-эй, что вообще происходит?..

Сам Тацуя тоже растерялся.

Разумеется, едва ли все поднявшие руки метили именно в Тацую.

Хотя неловко говорить это самому, наверняка кто-то хотел бы оказаться в группе со мной или Рейтой.

— Ну, раз уж выпала такая возможность, лучше провести поездку с красавчиком. Даже если встречаться с ним всё равно не получится.

Миори равнодушно пожала плечами.

— …А ты сама?

— Мне всё равно. Подойдёт любая группа.

Похоже, Миори объединилась с Курахаси и Фудзиварой.

— А Фунаяма?

— Сказала, что пойдёт с другими. Кажется, она попала в одну группу с Синохарой.

Проследив за взглядом Миори, я увидел, что Мэй и остальные стоят кружком вместе с Фунаямой и её подругами.

— Ёко нравится Кидзима, поэтому, говорят, они с Сидзуки заключили союз.

— Союз?

— Ёко хочет быть вместе с Кидзимой, а Сидзуки — с Синохарой. У них совпали интересы.

— Они подошли к делу на удивление стратегически…

Объяснение Курахаси сразу всё прояснило.

— Всё-таки школьная поездка — идеальная возможность найти себе пару.

Если верить воспоминаниям о первом круге, тогда действительно образовалось немало пар.

— Хотя Хайбару это уже не касается.

Курахаси пожала плечами.

Ну да, у меня ведь уже есть девушка — Хикари.

— Думаю, они ещё и торопятся. Уже второй семестр второго класса, и если упустить эту возможность, то на школьную жизнь с любимым человеком останется совсем мало времени. Скоро ведь начнётся подготовка к вступительным экзаменам.

— …Рейта, ты сейчас это в каком качестве говоришь?

Миори тут же поддела Рейту за это объяснение.

Пока мы тихонько обсуждали сложившуюся ситуацию, Тацую окружили девушки.

— Какие теперь будут действия?

Обернувшись, Тацуя с неуверенностью посмотрел на нас.

— Думаю, есть лишь один путь к мирному разрешению.

Рейта метнул взгляд на Миори.

Осознав его намерение, Миори издала странный звук: «У-э-э».

— Вы хоть представляете, сколько гнева других девушек мы на себя обрушим?

— Разве для тебя это имеет какое-то значение?

Курахаси с невозмутимым видом безжалостно поддела Миори.

Миори издала стон — «Кх…» — и, не найдя аргументов, отвернулась.

— Нацуки, ты ведь тоже не против?

Услышав вопрос Рейты, я на мгновение замер.

В самом деле, было бы жаль тратить такую ценную часть юности, как школьная поездка, с людьми, с которыми я почти не в ладах.

Молодость приносит радость именно потому, что её проводят с дорогими людьми.

Следовательно, оптимальный выбор — сформировать группу с Миори и остальными. Это я прекрасно осознаю.

Однако… образ зрелой Миори постоянно стоял перед моими глазами.

Могу ли я отправляться в школьную поездку с Миори в таком состоянии?

— …Что-то не так?

Заметив мой взгляд, Миори слегка наклонила голову.

— …Нет, ничего. Разумеется, я не против.

В итоге, другого ответа дать не мог.

— Тогда так и поступим. Я им всё объясню.

Рейта, словно сменяя Тацую, двинулся к Иноуэ и Ояме.

— Прошу прощения. Вообще-то мы решили объединиться с Миори и её компанией.

На извинения Рейты последовал хор недовольных возгласов: «Э-э?!»

— Рейта-кун, ты всё ещё влюблён в Миори-тян?

— Ну, вроде того.

Ояма, как ни в чём не бывало, задала довольно бестактный вопрос, а Рейта так же легко от него уклонился.

Рейте удалось кое-как успокоить возмущённых Иноуэ и Ояму, но в классе распространилось общее недоумение: «И что теперь делать?».

Некоторые группы, включая Мэя и его товарищей, уже сформировались, но большинство парней и девушек всё ещё пребывали в нерешительности.

Фудзивара, наблюдавшая за этим, вздохнула.

— Ничего не поделаешь… Пойдём, Хайбара-кун.

— А, я?

— Ведь мы сами всё это начали. Естественно, ты идёшь.

Как и в первый год обучения, Фудзивара обладала лидерскими качествами среди девушек и привычно взялась за организацию. Проще говоря, она занялась формированием парней и девушек в группы. Что-то вроде группового свидания?

Хотя я никогда не был на групповых свиданиях.

Так или иначе, мне пришлось помогать Фудзиваре, которая обходила весь класс.

Я выяснял у групп парней, с какими группами девушек они хотели бы объединиться, а Фудзивара задавала такие же вопросы девушкам. На основе этих данных мы составляли пары и формировали группы.

Честно говоря, было бы гораздо проще решить всё путём жеребьёвки между парнями и девушками. Однако тогда нам пришлось бы распустить нашу группу и довериться судьбе, иначе это сочли бы нечестным. Раз уж мы решили провести поездку с близкими друзьями, необходимо было взять на себя часть усилий.

— Ну что, кажется, всё?

Примерно за десять минут все группы наконец определились.

Мы сдвинули парты, сформировали группы и приступили к обсуждению.

Пока мы двигали парты, нам раздали памятки: инструкции по передвижению группами, информацию о гостинице — начальной и конечной точке маршрута, — и прочие сведения.

Как мы и решили, в нашу группу вошли шестеро: я, Тацуя, Рейта, Миори, Фудзивара и Курахаси.

— Итак, по поводу нашей группы…

Фудзивара тут же взяла инициативу в свои руки.

Хорошо, когда в такие моменты кто-то берёт руководство на себя.

— Что будем делать, Хайбара-кун?

Но, как только я так подумал, Фудзивара почему-то первой обратилась ко мне.

Остальные не стали комментировать её выбор и молча посмотрели на меня.

— …Да?

— Ты ведь наверняка уже составил план — я тебя знаю.

Миори произнесла это с усталым видом.

— С чего ты взяла… Хотя, определённый план у меня есть.

— Так я и знала.

Миори самодовольно усмехнулась.

— Но лучше всем вместе обсудить и решить.

Признаю. Да, я действительно заранее подготовил план школьной поездки!

Всё-таки это ключевое событие второго года обучения, и я очень его ждал.

Но это не означает, что я хотел пренебречь мнением остальных членов группы.

— Для начала покажи. Будет от чего оттолкнуться.

Раз уж меня так просят… Ничего не поделаешь.

Я передал всем листок с составленным планом экскурсии с использованием такси.

— Ого…

Фудзивара широко раскрыла глаза.

— Ничего себе. Ты, оказывается, так ждал школьную поездку.

Курахаси захлопала в ладоши.

— Ахаха, здорово.

Миори весело рассмеялась.

— Надо же, всё расписано по минутам.

— У Нацуки всегда всё так.

Вот поэтому я и не хотел вам показывать!

Я планировал постепенно предлагать свои идеи!

— Хайбара-кун, ты бывал на Окинаве?

Фудзивара, внимательно изучавшая листок, обратилась ко мне с вопросом.

— Почему ты так решила?

— Здесь отмечены такие детали, о которых не узнаешь, если сам там не побывал…

— …Всего один раз. Поэтому немного знаю.

Похоже, лучше придерживаться этой версии.

Хотя на самом деле я просто опирался на знания из первого прохождения.

— …Правда? Когда?

— В средней школе. Ездил с семьёй.

Из-за вопросов Миори мне пришлось импровизировать.

— О-о, завидую.

Похоже, у неё не возникло особых подозрений.

В средней школе мы почти не общались, поэтому она вряд ли поймёт, что я солгал.

— Тогда спокойно можем положиться на Хайбара-куна.

— Но послушай… ты не слишком много всего туда включил?

— Я тоже так думаю.

Это произошло потому, что я включил в расписание все места, куда хотел отправиться.

— Тогда давайте тогда учтём, куда хотят попасть остальные, и немного подправим план.

Рейта предложил, как нам действовать дальше, и мы все согласились.

＊

— Я уже жду не дождусь школьной поездки!

Это было во время обеденного перерыва. Слова пробормотала Хикари, сидевшая рядом.

Пару раз в неделю мы тайком забирались в пустой класс и обедали мы вдвоём.

— А ты с кем попала в группу?

— Я с Серикой-тян и Канако-тян, втроём. Парней определили жребием, так что я с ними почти не разговаривала, но мне кажется, что все они хорошие.

Канако-тян — похоже, одна из тех, с кем Хикари подружилась в новом классе.

Я с ней не разговаривал, но знал её в лицо: она часто была рядом с Хикари и Серикой.

— А ты, Нацуки-кун?

Она спросила, и я перечислил участников своей группы.

— О-о, почти ваша обычная компания. Только Курахаси-сан я не знаю…

— Она играет с Миори в женской баскетбольной команде и довольно высокая. А по характеру она спокойная, всё делает в своём темпе.

— А-а, кажется, я её видела.

Болтая о всяком, Хикари доела свой обед и взяла мою руку.

Хотя за нами никто не наблюдал, в школе Хикари редко сама брала меня за руку.

— Хикари?

— Я очень рада школьной поездке, но хотела бы быть с тобой в одной группе.

— …Я тоже хотел быть с тобой.

Вернее, я хотел, чтобы мы снова собрались той нашей шестёркой.

Конечно, это не означает, что я был недоволен нынешней группой.

Просто я слишком сильно привязался к нашей компании из первого класса.

…И ещё: теперь, когда мне снятся эти странные сны, мне было не по себе от того, что я попал в одну группу с Миори.

— Сможем хоть раз побыть вместе?

— …Думаю, да. Днём вряд ли получится, но, может быть, ближе к вечеру…

Наверняка найдётся момент, когда мы сможем незаметно остаться вдвоём.

— Давай вместе посмотрим на море.

Услышав это, Хикари радостно улыбнулась.

— Хи-хи. Летом ведь так и не получилось.

— Эй, мы же летом видели море префектуры Гумма?

— Ну да, но… всё-таки хочется увидеть настоящее.

— Тем более окинавское. Вода там прозрачная и невероятно красивая.

— Буду с нетерпением ждать.

Не размыкая рук, Хикари переплела свой мизинец с моим.

— Обещай.

— …Да. Обещаю.

＊

К тому времени, как закончилась тренировка, было уже за восемь вечера.

Серику и остальных я попросил идти домой без меня. Сам же в одиночку шёл по корпусу, где располагались клубные комнаты.

Всё потому, что Тацуя позвал меня сообщением в RINE.

Когда я подошёл к зоне отдыха у автоматов, Тацуя и Рейта о чём-то беседовали.

— Ну, что случилось?

Днём ещё ладно, но вечерами увидеть их вместе было довольно необычно.

Тренировки у них заканчивались в разное время. Видимо, Тацуя позвал Рейту.

— Да тут… посоветоваться хотел. Нацуки, ты тоже выслушай.

С этими словами Тацуя купил банку кофе и бросил её мне.

Поймав банку, я сел на скамейку.

— Вообще-то после уроков меня позвала Иноуэ.

— Что?..

Иноуэ — наша одноклассница.

Сегодня днём она предложила Тацуе быть в одной группе на школьной поездке.

— Неужели…

— Ага. Призналась мне.

Тацуя достал из внутреннего кармана письмо.

— Это любовное письмо?

— Ага. Сказала, что словами не сможет нормально всё выразить.

— Довольно старомодный способ…

Тацуя посмотрел на меня так, словно хотел сказать: «И это говоришь ты?»

Хотя куда уж старомоднее признаваться в любви музыкой.

— И ты ей отказал, да?

Рейта спросил, но Тацуя покачал головой.

— Нет. Я сбежал, едва взяв письмо.

— Понятно.

Иноуэ и в классе была тихой.

Наверняка даже для того, чтобы признаться Тацуе, ей пришлось набраться огромной смелости.

— Как думаете, что мне делать? Вы-то у девушек популярны, должны знать.

Тацуя растерянно обратился к нам за советом.

— Что тут делать… Если не собираешься с ней встречаться, остаётся только отказать.

— Ну да…

После моих слов на лице Тацуи отразилось смятение.

— Ты что, сомневаешься?

— …Нет. Конечно, люблю я Уту.

— Тогда ответ очевиден. Сомневаться не в чем.

— …Просто это письмо. В нём столько всего написано.

Тацуя смотрел на письмо, полученное от Иноуэ.

Бросив взгляд, я заметил длинный текст, выведенный аккуратным почерком.

— Похоже, она и правда в меня влюблена.

Может, он растерялся, потому что почти не сталкивался с чьими-то искренними чувствами к себе.

Я понимал Тацую.

Разобраться, как отвечать на чужие чувства, оказалось сложнее, чем я думал.

Нельзя просто радоваться: «Как здорово, я популярен у девушек».

— Понятно. Не хочешь довести её до слёз.

Рейта с горькой улыбкой поднял взгляд к звёздному небу.

— Ну да… Не хочется, чтобы подруга страдала.

Тацуя назвал Иноуэ подругой.

В классе они вроде не общались, но, видимо, где-то вне моего поля зрения произошло что-то, из-за чего Иноуэ в него влюбилась.

— Я ничего против Иноуэ не имею.

Пока Тацуя говорил, Рейта почему-то еле сдерживал смех.

Я уже собирался спросить, что здесь такого смешного в столь серьезной ситуации, но Рейта поймал мой взгляд и украдкой указал пальцем в сторону. Я глянул: из-за дерева едва виднелся край ярко-красной спортивной куртки. Не та ли самая, которую Ута обычно носит поверх формы?..

Рейта мгновенно принял серьезное выражение лица и произнес:

— А может, для начала попробовать повстречаться с Иноуэ?

— Что? Попробовать?.. Так вообще возможно?

— Раз не желаешь ее расстраивать, значит, и сам к ней хоть что-то испытываешь, верно?

— Ну… она мне не противна.

— Тогда, если попробуете встречаться, возможно, ты ее полюбишь.

Как только Рейта произнес это, край красной спортивной куртки за деревом заметно задрожал.

— Но ведь я люблю Уту, слышишь?

— Но ты ведь стремишься стать мужчиной, способным сделать Уту счастливой? Тогда тебе, может, стоит набраться опыта в отношениях с девушками.

Красная спортивная куртка за деревом почему-то отчаянно заходила из стороны в сторону.

— Понятно. В этом, возможно, и есть смысл, но…

Тацуя произнес это с серьезным выражением лица, но все же покачал головой.

— Если я начну с ней встречаться по такой причине, то лишь сильнее раню Иноуэ.

— …Да. Ты прав.

Рейта слегка улыбнулся и кивнул.

— Ты меня, случайно, не проверял?

— Ну что ты, «проверял» — звучит некрасиво. Я просто развлекался.

Сказав это, Рейта покосился на дерево.

— Так это ещё хуже! Я ведь серьёзно совета прошу!

— Ха-ха, прости, прости.

Весело смеясь, Рейта все же извинился перед Тацуей.

— Ну ты…

Тацуя вздохнул, но выражение его лица смягчилось.

Похоже, несмотря на легкомыслие Рейты, на душе стало немного легче.

— …Я всё думаю: может, если так и не отвечу, всё само собой сойдёт на нет…

Наверняка Тацуя и сам понимал, что это лишь откладывание проблемы.

Поэтому и позвал нас посоветоваться.

Уже сам факт, что он обратился к нам, показывал, как Тацуя вырос. Во время начала учёбы и межклассных спортивных соревнований он обычно всё держал в себе и приходил к выводам самостоятельно.

— …Нацуки, а ты что думаешь?

Значит, моя роль — честно высказать Тацуе своё мнение.

— Чтобы признаться, требуется немало смелости.

Тацуя нахмурился. По его лицу было видно, как ему тяжело.

— Поэтому… если ты не примешь её чувства всерьёз, её смелость окажется напрасной.

— …Да. Нельзя убегать.

Тацуя вздохнул.

Я отлично понимал, почему ему так тяжело.

Как ни поступи, ничего радостного из этого не выйдет.

То, что кто-то любит тебя, само по себе должно приносить радость. И всё же, если ты не можешь сделать этого человека счастливым, возникает ощущение твоей вины. От такой мысли начинаешь ненавидеть себя.

В памяти всплыли заплаканные лица Уты и Миори.

Выбрать кого-то — значит отвергнуть кого-то другого.

Путь, который выбрал я, сиял особенно ярко — но от этого и тени стали гуще.

— …Значит, вам уже приходилось с этим сталкиваться.

— Похоже, Тацуя и сам понял, что парням, популярным у девушек, тоже приходится нелегко.

Рейта со вздохом пожал плечами.

Наверняка Рейте уже не раз доводилось попадать в подобные ситуации.

— Эй, Нацуки. Помнишь, прошлой осенью я схватил тебя за грудки, когда ты отверг Уту?

— …С чего ты вдруг?

Он о том, как я отказал Уте после её признания.

Говорить об этом при Уте было немного страшно.

Но Тацуя, не знавший, что Ута слушает, разумеется, продолжил:

— Похоже, тогда я совсем не понимал, что ты чувствовал…

Слова, которые Тацуя выдохнул вместе со вздохом, растворились в ночной тьме.

— …Тяжело всерьёз принимать чужие чувства, да?

Я отпил кофе из банки, которую дал мне Тацуя. Он показался горше обычного.

Если подумать, все полтора года после прыжка во времени я только этим и занимался.

Всерьёз принимал чувства других.

Если у радужной юности и есть условие, то, думаю, именно это.

Научив Ямано считаться с чужими чувствами, я наконец смог выразить словами, как изменился сам.

Причина, по которой после прыжка во времени я обрёл юность, о которой мечтал, была вовсе не в знаниях и опыте лишних семи лет. Я просто научился всерьёз принимать чужие чувства. Вот и всё.

— Лгать, увиливать и избегать проще.

В первом круге я именно так себя и вёл.

Не задумывался о чувствах других и поступал лишь так, как было удобно мне.

— Но таким людям не доверяют. Главное — честно говорить друг с другом, не скрывая настоящих чувств.

Опираясь на собственный опыт, я высказал Тацуе своё мнение.

Тацуя немного расслабился и пожал плечами.

— …Иногда ты кажешься мне необычно взрослым.

Ну, я как минимум старше Тацуи.

До прыжка во времени мне было двадцать два. По меркам общества — уже взрослый.

…Хотя повзрослел ли я внутренне на свои годы — другой вопрос.

— Спасибо. Благодаря вам я наконец разобрался в своих чувствах.

Когда разговор подошёл к концу, Ута вышла из тени дерева и направилась к нам.

— Привет, ребята! О чём вы тут беседуете?

Она заговорила с нами так, будто ничего не произошло.

— Ой, Ута?!

Тацуя вздрогнул и широко распахнул глаза.

— Что значит «ой»?!

— Ты ведь… не слышала, о чём мы говорили?!

— О чём?

Ута непонимающе моргнула.

…И ведь она притворяется. Девушки — страшное создание.

— Ну, раз не слышала, ладно…

Тацуя с облегчением перевёл дух.

— Да неважно! Раз уж встретились, пойдёмте домой все вместе!

Ута легко побежала вперёд и обернулась к нам.

Её звонкий голос звучал необычайно весело.

В темноте лица было не разглядеть, но, наверное, она широко улыбалась.

＊

На следующий день, во время обеденного перерыва.

Тацуя вызвал Иноуэ на разговор и, похоже, прямо отверг её признание.

Иноуэ вернулась в класс с припухшими глазами, но всё равно улыбалась.

А вот Тацуя почему-то выглядел мрачным.

— …Что-то случилось?

— Да нет. Я же ей отказал. Сказал, что мне нравится другая девушка.

Ну да, это классический способ отказать.

— А она сказала: «Я знаю».

Значит, Иноуэ призналась, хотя знала, что Тацуе нравится Ута.

Наверное, даже не рассчитывая на успех, она всё равно хотела донести до него свои чувства.

— «Тебе ведь нравится… Нанасэ-сан?» — вот что она сказала.

— Что?!

Мы с Рейтой уставились на него круглыми глазами.

— Я сказал, что всё не так, но Иноуэ заладила: «Всё нормально! Я всё понимаю!»… Неужели многие так думают?

И правда, Тацую с Нанасэ часто можно было увидеть вместе.

Раз уж даже я считал, что они близки, остальные наверняка думали так же.

— Вот как… занятно.

Рейта пробормотал это с явным интересом.

— Эй, не находи это забавным.

— Кстати, среди девчонок вроде и правда ходил такой слух.

Миори, стоявшая рядом и слушавшая наш разговор, вмешалась:

— Серьёзно? И что мне теперь делать?

— Ничего обидного в этом слухе нет, так что, думаю, можно просто не обращать внимания.

Из уст Миори это звучало особенно весомо.

— Да и мы-то знаем, что это неправда.

— А если Ута неправильно поймёт?..

Судя по вчерашнему, так она точно не подумает… Но Тацуя-то, конечно, не знает, что Ута тайком подслушивала наш разговор.

— Тогда есть простой способ всё решить, Тацуя.

Я положил руку ему на плечо и ухмыльнулся.

— Просто объяви всем, что любишь Уту.

— Среди своих ещё куда ни шло, но заявлять такое всем подряд — это же жутко стыдно!

— Не советую. Только наплодишь себе позорных воспоминаний~

— Ха-ха… — сухо улыбнулась Миори.

— Что-то Мотомия всё это время говорит на удивление убедительно.

— Хочешь, врежу?

Тацуя, наверное, сказал это совершенно искренне, но Миори всё равно смерила его сердитым взглядом.

Наверное, и такие ничем не примечательные будни однажды станут страницей нашей юности.

＊

Насыщенные сентябрьские дни юности понемногу уходили в прошлое.

Кружок, подработка, свидания, подготовка к школьной поездке. Дел было много, но жаловаться мне было не на что.

Я как никогда наслаждался юностью. И всё же это ощущение странным образом уживалось с дурным предчувствием.

Однажды вечером мне неожиданно позвонила Хикари.

— Хикари, что случилось?

— Нацуки-кун, послушай меня!

По телефону Хикари казалась необычайно оживлённой.

Запыхавшись, она говорила громче обычного.

— Представляешь — я получила премию для начинающих авторов!

— Что, правда?!

Новость была просто замечательная.

— Значит… твоя мечта сбылась, да?

— Да! Смотри!

Хикари прислала мне в чат ссылку.

Я нажал на неё и попал на страницу премии для начинающих авторов на сайте одного издательства.

Там и правда значилось имя «Нацумия Хикари» — в списке лауреатов поощрительной премии.

Награждённый роман назывался «Девушка-детектив не знает любви».

По странному совпадению это был тот самый роман, который год назад она написала, чтобы сразиться с Сэй-саном.

Он был интересным с самого начала, а потом, как я слышал, Хикари ещё не раз его перерабатывала.

— Поздравляю!

— Хе-хе… спасибо, Нацуки-кун.

В голосе Хикари звучала неподдельная радость.

— Наверное, всё благодаря тому, что ты подарил мне иероглиф «лето»…

— Н-нет, что ты. Это результат твоих собственных стараний.

Она так и оставит этот псевдоним? Думаю, даже после получения премии его ещё можно изменить…

Но задавать такой бестактный вопрос я, конечно, не стал и только неловко улыбнулся.

— Вообще-то я узнала ещё неделю назад.

— Правда?

— Да, мне позвонили из редакции и сообщили…

— Ого, совсем по-писательски.

— Хи-хи, я тоже так подумала.

Хикари продолжила оживлённым, почти звенящим голосом:

— Но мне велели никому не говорить до объявления результатов, поэтому я молчала даже тебе.

— Молодец.

Я бы, наверное, проговорился своей девушке, но Хикари всегда была серьёзной и ответственной.

— Поначалу всё казалось нереальным. А когда я увидела страницу с результатами, меня вдруг захлестнула радость. Я правда смогу стать писательницей!

Если подумать, всю последнюю неделю Хикари и правда словно витала в облаках.

Видимо, даже получив известие, она не могла поверить до официального объявления.

— А Сэй-сану рассказала?

— Да. Я несовершеннолетняя, поэтому организаторам требовалось подтверждение от родителей.

Понятно. Значит, заранее она сообщила только родителям.

— Он поздравил меня. Правда, потом добавил: «Только учёбу не забрасывай».

— Мог бы хоть раз просто похвалить…

Похоже, он по-прежнему не мог удержаться от лишнего замечания.

— Ха-ха, такой уж у меня папа.

Кажется, теперь Хикари принимала Сэй-сана таким, какой он есть.

За последний год семейные отношения между ними немного улучшились, и Хикари выглядела очень счастливой.

— Значит, ты сможешь стать профессиональной писательницей. Писательница-старшеклассница!

— Хи-хи… хи-хи-хи-хи-хи-и~

— Ты даже ничего толком не сказала.

— Просто я так рада…

В трубке послышался звук, будто Хикари катается по кровати.

— Тогда нам нужно отпраздновать твою премию.

— Ты подаришь мне что-нибудь?

— Пожалуй… Ты свободна в эту субботу?

— Да! Утром у меня есть дела, но после обеда я буду свободна!

— Есть такое место, куда бы ты хотела сходить?

После моего вопроса Хикари на мгновение замолчала.

— Если тебе ничего не приходит в голову, я сам что-нибудь придумаю.

— …Я хочу к тебе домой.

Пробормотала Хикари, почти шёпотом.

— К-ко мне?

— …Да.

— Там ведь нет ничего особенного. Ты ведь и сама знаешь.

Хикари уже дважды бывала у меня дома.

В первый раз — когда поссорилась с Сэй-саном и сбежала к нему.

Во второй — незадолго до того, как мы начали встречаться. Это было уже почти год назад.

— И так тоже хорошо.

— …Тебя это устроит?

— Да. Гулять тоже весело, но…

Хикари на другом конце провода немного колебалась, но всё же продолжила:

— На людях мы не сможем побыть наедине…

— …………Понимаю.

Это всё, что я смог выжать из себя.

В последнее время напор Хикари был просто невероятным.

И ведь совсем недавно, в день фестиваля фейерверков, у неё дома произошло то событие… Поэтому её желание прийти ко мне звучало так, будто она хотела продолжения.

— Т-тогда… договорились!

Похоже, Хикари окончательно смутилась и быстро повесила трубку.

Я рухнул на кровать и задумался.

…Пожалуй, мне тоже пора морально готовиться.

Нет, прежде чем готовиться морально, нужно запастись презервативами.

Я ведь девственник и понятия не имею, что и в каком порядке делать. Нужно заранее почитать в интернете.

И ещё… нужно придумать подарок в честь премии. Что бы её порадовало?

«Я люблю тебя. Поэтому давай поженимся».

Почему-то перед глазами всплыло помолвочное кольцо, которое я подарил Миори.

Нет-нет, это был всего лишь сон, да и денег на столь дорогую вещь у меня нет.

Мы всё ещё школьники. И подарок должен быть подходящий для школьников.

…Как ни крути, сегодня счастливый день. Хикари осуществила свою мечту.

Я должен был радоваться этому всем сердцем.

Но почему же, хоть я всё и понимал, на душе оставалась какая-то тяжесть?

Пытаясь понять причину, я вспомнил недавние слова Хикари.

«Я дебютирую ещё в школе и поступлю в университет на литературный факультет. Но мой дебютный роман будет продаваться неважно, поэтому после выпуска я стану работать в офисе папиной компании и совмещать это с писательством».

Тогда я ещё мог отмахнуться: обычная фантазия.

Но первый пункт уже успел подтвердиться.

Получалось, Хикари действительно станет писательницей ещё до окончания школы.

«…А потом, примерно в двадцать пять, у меня выйдет настоящий хит. Экранизация! Больше миллиона экземпляров! Заказов станет намного больше, доход от книг стабилизируется, и я перейду на писательство полностью. Основная работа больше не будет отнимать время, в жизни появится немного свободы… Но к тому времени…»

Этот факт придавал её словам убедительность.

«…Рядом со мной уже не было Нацуки-куна».

Тогда Хикари говорила так, словно предсказывала будущее.

— Нет-нет… быть такого не может.

Что за глупости лезут мне в голову. Я покачал головой и попытался переключиться.

В последнее время мне слишком часто снились странные сны, и мысли сами сворачивали не туда.

…Понемногу я начинал бояться засыпать.