Затмить Небеса Том 1 Глава 674 Искусство отсечения себя для прояснения Дао

Пламя бушевало повсюду, словно зажгли целый мир. Не было видно ничего, кроме клубящихся нитей девятицветного тумана.

Жар стоял невыносимый. Даже на большом расстоянии многие дворцы, отлитые из очищенного металла, расплавились и полностью испарились, не оставив и следа.

В центре же творилась картина ада, где вой и крики не стихали. Большая часть людей среднего и молодого поколения рода Ван была поглощена пламенем и билась в море огня.

Только что Ван Тэн одержал великую победу, и многие его сородичи подошли поздравить, собравшись вместе. Теперь же это обернулось трагедией.

— А-а-а!

Трое героев рода Ван, что считались сильнейшими после Ван Тэна, первыми обратились в пепел. Издав лишь короткий крик, они навеки исчезли.

У Ван Чэнкуня потемнело в глазах, и он тут же выплюнул полный рот крови. Это была будущая надежда их рода, а теперь они погибли.

— А-а-а!

Ещё один яростный вопль быстро оборвался, и не осталось ни звука. Великий мастер Ван Чэньюнь продержался лишь мгновение и, став человеческим факелом, в конце концов тоже обратился в пыль, не оставив даже костей.

Ван Чэнкунь от боли едва не лишился чувств. Это был его родной брат, знаменитый боец рода, чья сила была неизмерима и не уступала его собственной. Он находился в самом расцвете лет, но так завершил свою жизнь.

— Нет! — вскричал он, но был бессилен что-либо изменить. Огонь распространялся, поглощая небо и землю, и даже его сын, Северный император, был при смерти.

— Как такое могло случиться?! — глаза одного старейшины рода Ван налились кровью, и он готов был броситься и рвать плоть Е Фаня зубами. Эту боль невозможно было вынести.

Крики боли раздавались один за другим. Перед золотой боевой колесницей собралась большая часть людей рода Ван, в основном среднего и молодого поколения. Ни один из них не выжил — все были уничтожены!

Это было их надеждой, опорой будущего. Однако в одночасье всё обратилось в дым. Все ресурсы и силы, вложенные в их воспитание за столько лет, пошли прахом.

— А-а-а!

Наконец, ещё два жалобных крика раздались напоследок. Двое других, относительно «молодых» великих мастеров, погибли ужасной смертью, и имена их были стёрты из мира.

Этот огонь был слишком жесток. Трое великих мастеров рода Ван сгорели заживо. И если бы самого Ван Чэнкуня не отбросило прочь с раздробленной половиной тела от удара бронзового гроба, он тоже непременно погиб бы в божественном пламени.

— Как жестоко! Как жестоко!

Прадед Ван Тэна и ещё семь-восемь оставшихся в живых человек дрожали всем телом и от гнева не могли вымолвить ни слова. Все, кто прибыл в род Цзи, были элитой. Теперь они были уничтожены, и потери были невосполнимы.

Три великих мастера погибли, а лучшие люди среднего и молодого поколения были почти полностью истреблены. Эта боль была слишком жестокой. Пройдёт несколько десятков лет, прежде чем они смогут восполнить свежую кровь, и в их рядах зияла брешь.

Но самым страшным для них было то, что жизнь их Сына императора Ван Тэна висела на волоске, и он вот-вот должен был погибнуть. Пламя превратило его тело в обугленную головешку, и спасти его, казалось, было уже невозможно.

Северный император и впрямь был очень силён. Любой глава школы, попади он под девятицветное пламя, был бы обречён на верную смерть. А он держался до сих пор, сражаясь с богом смерти.

Хотя нити девятицветного тумана уже поглотили его голову, он всё ещё не погиб. Из его уст вырывался яростный крик, и он в одиночку противостоял божественному пламени.

Это было могучее тело, хранившее в себе крупицу бессмертной божественности. Многие повелители святых земель устыдились бы, ибо в этом очистительном огне он не умирал!

Е Фань тоже был встревожен. Северный император был злейшим врагом, но и впрямь слишком силён. Он выпустил не одну струю пламени, а перевернул всю чёрную горлянку, и девятицветное священное пламя затопило округу. Но даже так Ван Тэн ещё не сгорел.

Даже живое ископаемое, окажись оно здесь, погибло бы. Его физическое тело ни за что не было бы таким могучим. В нём была сила бессмертной божественности, выходящая за пределы обычного тела!

— Неудивительно, что он мог сражаться с Сражающимся с богами святым обезьяном, — пробормотали некоторые в душе.

Сражающийся с богами святой обезьян обладал сильнейшим телом среди королевских родов древних существ. А Северный император сражался с обезьяной в Циньлине, и хотя его тело уступало в силе, оно было почти сравнимо с тем.

Однако Ван Тэн наконец начал сдавать. Большая часть его тела превратилась в уголь, и в ней не осталось ни следа жизни. Такое пламя он, конечно, не мог выдержать, и его гибель была лишь вопросом времени.

— Тэн! — вскричали люди рода Ван. От их былого высокомерия не осталось и следа, лица их были бледны. Если Северный император умрёт, все великие замыслы рода обратятся в ничто.

— Отсечь небеса!

— Отсечь Дао!

— Отсечь истинного себя!

Северный император внезапно взревел. Из его головы вырвалась золотая изначальная душа, приняв облик божества, а затем превратилась в меч Дао, который рассёк сверху вниз.

Пф-ф!

Он отсёк самого себя. Физическое тело превратилось в пыль, а поток чистой энергии взметнулся вверх. Под защитой меча Дао он пошёл против небес, собирая новое тело. Обладая величественной святостью, он был подобен божеству, сошедшему в мир.

Что это за тайный метод? Все были потрясены. Из смертельной западни он снова вырвался, родив тело, подобное Бессмертному Владыке.

Не говоря уж об обычных культиваторах, даже главы всех школ и несколько живых ископаемых почувствовали, как их сердца бешено забились, и едва не вскрикнули.

— Искусство отсечения себя для прояснения Дао! — наконец, взгляд даоса Красного Дракона застыл, и он произнёс эти слова. Настроение его, по-видимому, было очень тяжёлым.

Многие культиваторы были поражены. Это было таинственное и ужасающее древнее искусство: отсечь своё прошлое «я», сердцем прояснить Дао, превзойти нынешнее «я», постичь Дао в будущем и ясно увидеть своё сердце.

— Это древнее искусство снова явилось в мир! — не было никого, кто бы не изумился. Это была поразительная, бросающая вызов векам техника, что похищала саму судьбу неба и земли и не имела себе равных от древности доныне. Это было самое ужасающее из всех искусств.

— Неужели легенда правдива? Четыре жизни Великого Императора Хэнжэнь, и Смутная Древность — одна из них?! — выражение лица даоса Красного Дракона стало серьёзным.

Искусство отсечения себя для прояснения Дао, согласно преданиям, связано с Великим Императором Хэнжэнь. Именно так он сбросил демоническую оболочку и породил новое божественное тело, прожив ещё одну жизнь.

В небе Ван Тэн внезапно громко вскрикнул. Всё его тело залилось кровью, и каждый цунь кожи разорвался. Он почти превратился в кровавое месиво.

— Хорошо, что это неполное Искусство отсечения себя для прояснения Дао, — даос Красный Дракон, казалось, выдохнул с облегчением. Если даже живое ископаемое выглядело так, можно было представить, какое давление испытывали остальные.

— Искусство отсечения себя для прояснения Дао записано в Небесном Искусстве Бессмертного, но ни в нынешнюю эпоху, ни в прошлом никто никогда не получал его, — заговорил У Дао, Пятый Великий Разбойник.

В наше время «Писание Бессмертного» и «Писание Безначального» были невероятно таинственны. За исключением двух великих императоров, они никогда не появлялись в мире, и никто из посторонних не мог их изучать.

Грохот!

Е Фань не собирался давать ему шанса. Сейчас он даже не скрывал своего убийственного намерения. Кто бы ни встал у него на пути, он убьёт и его. Взмыв вверх, он выпустил из чёрной горлянки во лбу девятицветное священное пламя, которое в мгновение ока заслонило небо.

— Тэн!

Люди из рода Ван в ужасе закричали. Кое-кто напал на Е Фаня, но их остановили бронзовым гробом.

— Тайное искусство Хаоса Небес! Изгнание самого себя!

Ван Тэн, стиснув зубы, активировал бесконечные бездны подпространств, которые поглотили его самого. Так он избежал этого ошеломляющего удара и спасся от неминуемой гибели.

Вечная тьма и бесконечный могильный холод поглотили Северного императора, и он исчез на месте. Только что он изгнал Е Фаня тайным искусством Хаоса Небес, а теперь наоборот — похоронил в нём самого себя.

— Тэн!

Отец Ван Тэна бросился в атаку, и за ним последовали двое старейшин, желая убить Е Фаня. Мощь троих была поистине несравненной, и противостоять ей было невозможно.

Однако Е Фань не испугался. Как говорится, одна сила побеждает десять приёмов. Ныне, держа в руках огонь, он владел и Поднебесной. Пока у противников не было тайного сокровища, способного противостоять этому пламени, они были обречены на смерть.

Грохот!

Божественное пламя заполнило небо, и девятицветные облака закружились, словно бескрайнее звёздное поле обрушилось вниз, чтобы предать огню троих великих мастеров.

Все трое могли гордо взирать на целый регион и обладали высочайшим мастерством. В первый же миг они отступили, избежав этого удара.

— Остановитесь! — громко вскричал восьмой предок рода Цзи.

— Отступите! — приказал своим и патриарх рода Ван, лично выступив вперёд.

У-у-ум!

В то же время одно живое ископаемое из рода Цзи вмешалось, не желая, чтобы несколько важных лиц из первого древнего рода Северных равнин постигла беда. В будущем это сулило бы много хлопот. Вместе с главой рода Цзи он нанёс удар.

Великий Разрыв Пустоты рассёк пространство, мгновенно разделив два мира. Прямо между священным пламенем и людьми возник барьер пустоты, разделивший обе стороны.

Это и было тайное искусство рода Цзи. В учении о пространстве никто не мог их превзойти. Хотя Тайное искусство Хаоса Небес и затрагивало эту область, оно не было основой божественного искусства Великого императора Луаньгу.

Великий император Пустоты владел пространством до самого предела, и никто не мог с ним сравниться. Он обладал средствами, обращавшими небеса вспять, и в бою с любым противником был практически непобедим от природы, и никакое искусство не могло его разрушить.

На последних страницах «Писания Пустоты» хранились истинные запретные императорские искусства. До сего дня те, кто их видел, либо умерли, либо погребены во вселенной.

Е Фань не стал преследовать. Он застыл на месте, не желая создавать трудности для рода Цзи. Воевать с ними было бы себе дороже.

— Тэн! — кричал Ван Чэнкунь с красными от ярости глазами и страшно искажённым лицом.

— Северный император, я дождусь, когда ты выйдешь, и по-настоящему убью тебя! — холодно фыркнул Е Фань. Из его лба хлынул поток пламени, окутал его и защитил его тело.

Вдалеке все были в ужасе. Это ужасающее пламя могло испепелить даже живое ископаемое, а он совершенно не боялся его. Люди трепетали.

— Святое тело стало настолько могучим!

В этот миг каждый недоумевал: ведь это тот самый огонь, что заставил Ван Тэна, объятого им, отсечь самого себя, а Е Фань купался в нём.

— Истинное писание солнца воистину достойно звания Материнского писания человеческой расы! Оно способно контролировать всё пламя мира!

Люди не могли понять, что священное пламя девятого слоя Огненной Области было до такой степени ужасающим, что нынешний Е Фань, даже владея Истинным писанием солнца, не смог бы ему противостоять. Лишь семечко Бодхи могло одолеть его.

— Неужели Северный император и впрямь погиб, затерявшись в созданном им же подпространстве…

Люди были в сомнениях и страхе. Прошло уже полчаса, а он всё не появлялся. Попав в такую пустоту, трудно было выбраться живым.

Дун!

Хаотические облака разошлись. Пустота разверзлась, и Северный император вырвался наружу. Хотя всё его тело было в крови, он сумел стабилизировать свою плоть и привести себя в состояние высшего расцвета.

— Он смог довести неполное Искусство отсечения себя для прояснения Дао до такого уровня! Это просто невероятно! — люди были поражены.

Ван Тэн не мог с его помощью переродиться в божественное тело — от древности и до наших дней лишь один человек сумел это сделать. Однако Северный император спас себе жизнь, и одного этого было довольно, чтобы потрясти мир.

У Е Фаня не было лишних средств. Не говоря ни слова, он поднял чёрную горлянку, держа её в руке, и изо всех сил активировал её. Девятицветное пламя бесконечно выплёскивалось, застилая небо и землю.

Ван Тэн был самым могучим врагом из всех, кого он встречал, превосходя всех прежних. Можно сказать, даже повелители святых земель испытывали бы перед ним страх. Но Е Фань не чувствовал никакого напряжения.

— Ты и впрямь думаешь, что меня, Северного императора, так называют впустую?! — Ван Тэн был поистине в ярости. С момента своего появления в мире он шёл напролом и с победной песней не встречал равных. А теперь кто-то уничтожил его физическое тело.

— Девять тайных искусств… — громогласно начал он, готовясь применить Девять тайных искусств. В этот миг он почти превратился в божественного духа: левый глаз его стал истинным драконом, а правый — бессмертным фениксом.

— Сокровище, прошу, повернись! — произнёс Е Фань. Сначала это было сказано просто так, главное было — извергнуть пламя, чтобы сжечь небеса и уничтожить Северного императора. Однако случилось поразительное: из чёрной горлянки вырвался сгусток древней вселенной. Бесчисленные звёзды сгустились, звёздное поле замерцало, и вселенская звёздная область превратилась в бессмертный меч, что полетел вперёд.

Пф-ф!

Это было слишком быстро. Бессмертный меч пронёсся и разом отсёк голову Северного императора. Более того, он нанёс ещё несколько ударов и изрубил её в клочья!

Все оцепенели. Что это было? Как всё так быстро перевернулось? Ван Тэн собирался перейти в решающую атаку, но не успел и пальцем шевельнуть, как его обезглавили.

— Это он… Он всё ещё существует в этом мире! В древнейшие времена им были убиты древние короли! — Цзы Тяньду вскочил на ноги. Его пурпурные зрачки исторгли два луча пугающего света.