Затмить Небеса Том 1 Глава 681 Вступление на древний путь звёздного неба
«Я на этом конце звёздного неба, а ты — на том. Нас разделяет огромное расстояние. Ослепительная вечность, бескрайняя даль, и нам уже никогда не увидеться.
Глубокой ночью я в одиночестве смотрю на звёздное небо и молча благословляю тебя».
Эти слова, вместе с яркой улыбкой и прозрачными слезами, расцвели на лице Цзи Цзыюэ. Она улыбалась и плакала, и от этого становилось горько на сердце.
В глубине души Е Фаня что-то сильно дрогнуло, однако у него не было другого выбора. Он хотел вернуться. Упусти он этот шанс — и другого могло бы уже не быть.
Он получил эту возможность, но при этом терял некоторых людей. Такова была горькая правда. Этот мир был настолько уравновешен, что, обретая что-то одно, ты неизбежно терял что-то из того, чем обладал.
Е Фань развернулся и, не оглядываясь, шаг за шагом пошёл вперёд. За спиной он слышал звук падающих слёз, но так и не остановился.
— Малыш Е, куда же ты собрался? — спросили Ли Хэйшуй, У Чжунтянь и остальные.
— Брат Хэй, вы все берегите себя. Я отправляюсь далеко. Моя родина — на другом конце звёздного неба. Встреча с вами в этой жизни — моё величайшее обретение.
Е Фань подошёл ближе и, глядя на Ли Хэйшуя, У Чжунтяня, Лю Коу и Цзян Хуайжэня, с силой помахал рукой.
— Но почему? — не мог понять обезьяна.
— Брат обезьяна, ты — единственный сын старого Сражающегося с Богами Святого Императора и обладаешь несравненным статусом. В будущем древние существа непременно выйдут в мир и принесут смуту в Поднебесную. Я надеюсь, ты сможешь присмотреть за моими друзьями. Желаю тебе в будущем постичь Дао и стать императором! — серьёзно произнёс Е Фань.
— Будь спокоен. Пока я жив, никто не посмеет причинить им вред! — обезьяна ответил на редкость прямо и властно.
Чёрный император сказал:
— Парень, ты спятил? И впрямь решил уехать? Собрался сесть в этот разбитый гроб, что тащат девять драконов? Ты шутишь? Даже древние мудрецы не осмеливались на такое бездумное путешествие!
— Мёртвый пёс, впредь живи достойно. Будь немного надёжнее. Не заставляй меня где-нибудь в неведомом звёздном поле лишний раз убедиться, насколько ты бессовестный и ненадёжный.
— Твою мать, парень, что ты такое говоришь? Другим желаешь добра, подбадриваешь, предаёшься воспоминаниям, а на мне решил отыграться?! — оскалился огромный чёрный пёс, всем своим видом выражая крайнее недовольство.
— Потому что ты так отличаешься от всех, что я могу сказать тебе только это, — тихо вздохнул Е Фань.
— Я делаю всё надёжно, будь спокоен, — беззастенчиво заявил огромный пёс, а потом добавил: — Кстати, ты и впрямь с другого конца звёздного неба? Пересекать звёздное поле смертельно опасно. Не стоит играть своей жизнью.
— Живи достойно, вырасти Наньнань и позаботься о ней, — наказал Е Фань и погладил девочку по голове.
— Большой брат, я не отпущу тебя! — у маленькой Наньнань уже давно покраснели большие глаза. Она вцепилась в штанину Е Фаня и, задрав маленькое личико, заплаканными глазами смотрела на него, жалкая и несчастная.
— Будь послушной. Потом старший брат навестит тебя, — Е Фань хотел, чтобы она отпустила руку.
— Когда — потом? — малышка предчувствовала, что на этот раз это, возможно, навсегда, и громко заплакала. Слёзы градом катились по щекам, и она, обхватив Е Фаня за ногу, не отпускала его.
— Чёрный император, позаботься о ней в будущем, не давай её в обиду, — Е Фань указал пальцем, и луч чистого света вылетел наружу. Маленькая Наньнань очутилась на спине Чёрного императора.
Затем он, не оглядываясь, широкими шагами устремился вглубь Запретной земли древности.
Маленькая Наньнань, убитая горем, громко плакала и бессильно махала ему вслед маленькой ручкой.
— Малыш Е… — громко вскричал Пан Бо.
— Берегите себя! — громко ответил Е Фань.
— Е Фань… — Ли Хэйшуй, У Чжунтянь и обезьяна были потрясены. Оказалось, что их друг был родом с другого конца звёздного неба и теперь уходил навсегда.
— Малыш Е! — тихо позвала Цзи Цзыюэ. По её щекам текли слёзы, но она дарила ему улыбку и легко махала рукой.
Е Фань резко остановился. Десять лет жизни в этом мире, сцена за сценой, события прошлого быстро проносились перед глазами. Ему и впрямь было невыносимо больно и горько вот так уходить.
Грохот!
Из самой глубины Запретной земли древности раздался оглушительный гул. Пятицветный алтарь сиял светом в десять тысяч чжанов, и сплетённые им руны становились всё более ослепительными, а очертания Восьми Триграмм постепенно прояснялись.
¹ 1 чжан ≈ 3,3 м.
Девять драконьих трупов и бронзовый древний гроб дрожали и в любой миг могли пронзить пустоту. У Е Фаня больше не было времени.
Он глубоко взглянул на всех и с силой выдохнул два слова: «Прощайте!» — после чего устремился вглубь запретной зоны, больше не оглядываясь.
— Он спятил! Зачем он бросился в запретную зону?!
— Что это со святым телом? Почему он в одиночку устремился в запретную зону жизни?!
— Что он задумал? Он осмелился идти вперёд навстречу смерти! Неужели хочет вернуть маленький бронзовый гроб?!
У края запретной зоны жизни многие были в страхе и крайнем недоумении. С их точки зрения, это было равносильно добровольной смерти.
Е Фань двигался очень быстро. Вливая в рот живительный божественный источник, он, словно луч света, исчез впереди. Позади доносились полные печали крики старых друзей, но у него не было времени ответить.
Дан!
Бронзовый гроб, влекомый девятью драконьими трупами, задрожал. Звук металла разнёсся по небесам, подобный столкновению клинков и алебард тысяч всадников и десятков тысяч коней, что пронзало небесный простор на тридцать тысяч ли.
¹ 1 ли ≈ 0,5 км.
Налетел порыв ветра, и тысячи опавших листьев заплясали в воздухе. Вся Запретная земля древности наполнилась суровой, убийственной аурой. Е Фань стрелой пронёсся вперёд и быстро достиг подножия девяти священных гор.
Это место было затоплено таинственным сиянием, и даже сила Запустения здесь ослабла, не в силах в большом количестве отнимать у него жизненную изначальность. Он приближался с огромной скоростью.
Прямо над той огромной пропастью простирался пятицветный алтарь, неся на себе драконьи трупы и древний гроб. Над ним руны слагались в Восемь Триграмм, соединяясь с неведомыми глубинами вселенной.
— Что-то не так!
Е Фань заметил аномалию. Руны были неполными, и сложенные ими Восемь Триграмм не были совершенными: в них имелись изъяны. Поэтому древний путь звёздного неба всё никак не мог открыться по-настоящему.
— Так и есть! Пятицветный алтарь неполон, и созданные им Восемь Триграмм тоже имеют недостаток.
Неужели всё рухнет у самого финала? Отплытие вот-вот должно было начаться, но застопорилось из-за такой проблемы. Это не могло не вызывать разочарования.
Грохот!
Внезапно из тёмной, как преисподняя, пропасти вновь вздыбилась энергия. Пятицветный божественный свет взметнулся ввысь, и наружу вылетели несколько нефритовых блоков, каменных плит и прочего.
— Это нефритовые блоки разрушенной части алтаря!
Е Фань изумился. Он и не ожидал, что повреждённый пятицветный алтарь может собраться заново, образовав почти целое древнее основание, что парило в небесах.
За пределами запретной зоны жизни люди изумлялись. Многие живые ископаемые до боли в глазах вглядывались в это. Кто в те годы разбил алтарь и заставил его рухнуть в пропасть?
Разнообразные нефритовые блоки взмывали в воздух и устремлялись к древнему алтарю, восстанавливая его в единое целое. Процесс этот был чрезвычайно быстрым, словно алтарь, подобно живому существу, пробуждался.
Один за другим древние нефритовые камни всплывали вверх, подобные бесчисленным кристальным лепесткам цветов, заполняя собою всё небо.
Е Фань до боли в глазах смотрел на алтарь. Он обнаружил, что в самом его центре недоставало одного ключевого элемента, отчего алтарь был прозрачен сверху донизу, и сквозь него проходили лучи света.
— Как такое возможно?! Что за битва случилась здесь в те годы, что разрушила такой божественный предмет? Неужели сюда приходил великий император?!
Дун!
Раздался последний оглушительный гул. Сборка алтаря была завершена. Недоставало лишь центральной нефритовой колонны толщиной с мельничный жёрнов, но это уже не мешало ему открыть пустоту.
В небе огромные Восемь Триграмм, словно отлитые из божественного металла, мерцали металлическим блеском. В то же время пространство исказилось, лучи света затуманились, и символы триграмм, соответствующие Цянь, Кунь, Сюнь, Дуй, Гэнь, Чжэнь, Ли, Кань, исторгали странные колебания, словно группа древних кодовых знаков.
Е Фань знал, что это задавались пространственные координаты и то был знак скорого отплытия. Ему нужно было взойти наверх.
Однако пятицветный алтарь находился очень высоко над землёй, прямо над пропастью, и достать до него было совершенно невозможно. В этой запретной зоне жизни нельзя было применять магическую силу, и, каким бы великим героем ты ни был, взлететь было нельзя.
Он прикинул, а затем стал отступать, удаляясь от священной горы, готовясь использовать предельную скорость, чтобы взбежать на горную вершину и, используя инерцию, прыгнуть в пустоту.
Однако в этот миг его сердце сжалось. На горных вершинах появились несколько древних фигур. На них были одеяния эпох, ушедших в неисчислимую древность, и они словно сошли из стародавних времён.
— Святая дева Тяньсюань! Эта безупречно красивая, несравненная девушка шесть тысяч лет назад была первой красавицей Восточных земель! — у края запретной зоны кто-то вскрикнул от удивления.
— Она из одной школы с Безумным стариком! Кто бы мог подумать, что она стала рабыней Запустения!
— Смотрите! Одежды других ещё более древние! Это все люди как минимум из эпохи десятков тысяч лет назад! Это несравненные мастера прошлого!
— Что?! Это… один величайший божественный владыка из моего рода Цзи! — вскрикнуло одно живое ископаемое из рода Цзи. Он увидел седовласого старика, который был точь-в-точь похож на портрет одного старого владыки из их рода, пропавшего без вести.
Над великой пропастью две рыбы Инь-Ян внутри Восьми Триграмм, подобные вратам, уже отверзлись, открывая путь в древнюю вселенную. Внутри мерцал свет звёзд.
Это было очень причудливое и ошеломляющее зрелище. То был древний путь, ведущий на другой конец звёздного неба, и уже виднелось тамошнее звёздное небо, бескрайнее и безграничное!
— У меня больше нет времени! Я должен идти!
Е Фань начал ускоряться и взял в руку треножник из материнской энергии. Если бы возникла опасность, он, не колеблясь, выставил бы того древнего мудреца. Он решил взойти на бронзовый гроб и не желал упускать эту возможность.
— А-а-а!
Он громко вскричал, сотрясая горы и реки. Тысячи деревьев закачались, и бесчисленные листья хаотично закружились. Подобно небесному испытанию, его крик пронёсся до края запретной зоны.
— Святое тело спятило! — это было в сердцах у всех.
Хотя Е Фань и не мог применять магическую силу, его физическое тело не имело равных в мире. Скорость его всё нарастала, и в конце концов тело засияло так, словно горело.
Подобно лучу света, он взлетел на горную вершину. Наверху несколько человек в одеждах стародавних эпох с бесстрастными лицами смотрели на него.
— Вверх!
Е Фань, минуя их, оттолкнулся ногой от отвесной скалы над пропастью и прыгнул в пустоту!
Это была чрезвычайно рискованная попытка. Если бы он не смог запрыгнуть на пятицветный алтарь, то неминуемо рухнул бы в бескрайнюю пропасть.
Следует знать, что с древности и до наших дней никто не слышал, чтобы кто-то успешно входил в пропасть Запустения и возвращался оттуда живым. Даже подъём на священную гору обращал людей в пепел, что уж говорить об этой пропасти.
К счастью, несколько древних людей не стали вмешиваться. Он прыгнул в пустоту и не встретил препятствий.
Однако как раз в этот миг девять драконов, влекущих гроб, пришли в движение и медленно вошли в тёмный и таинственный проход, созданный диаграммой Великого Предела и Восьми Триграмм, сосуществуя с бесконечным звёздным сиянием.
Е Фаню не хватило всего лишь одного чжана, чтобы коснуться алтаря и взойти на него. Он падал в пропасть Запустения.
— Боже! Да человек ли это вообще?! Без магической силы, на одной лишь скорости, прыгнуть в небо… На такую высоту — это уму непостижимо!
Вдалеке все были поражены. Прыжок Е Фаня был слишком высоким и выходил за пределы возможного для физического тела. Он был подобен Небесному Пуну.
— Он падает! Сейчас рухнет в пропасть… — все смотрели на это в ужасе.
У Цзи Цзыюэ, Пан Бо, Ли Хэйшуя и остальных души ушли в пятки. Если он упадёт вниз, то неминуемо погибнет. Даже Безумный старик в те годы лишился рассудка!
— Малыш Е!
Дзынь!
Е Фань взмахом руки метнул железную цепь на пятицветный алтарь, а затем, с силой раскачавшись, ещё раз подпрыгнул. Подобный расправившей крылья птице Куньпэн, он взобрался на древний алтарь.
Девять огромных драконьих трупов уже полностью погрузились в древний путь звёздного неба, и бронзовый саркофаг тоже вошёл туда почти целиком, оставив снаружи лишь заднюю часть.
Е Фань прыгнул и разом вскарабкался наверх. С грохотом он приземлился на саркофаг и изо всех сил ухватился за его древние, покрытые ржавчиной узоры.
В последний раз он обернулся, чтобы взглянуть на былых друзей. Картины прошлого всплыли перед глазами.
Обезьяна с чёрной золотой дубиной, что разила всех врагов и повелевала ветрами и тучами… Чернолицый Ли Хэйшуй… Невинная и послушная, прелестная маленькая Наньнань… Ненадёжный и бессовестный Чёрный император… И Цзи Цзыюэ в пурпурных одеждах, что смотрела на звёздное небо…
Прощайте! Увидеться снова будет почти невозможно!
Грохот!
Девять драконов, влекущих гроб, полностью погрузились в древний путь звёздного неба, и Е Фань исчез вместе с ними, покинув этот мир!