86 — Восемьдесят шесть — (Новелла) Том 13 Глава 0.7 Пролог. На месяц глядя

[П/П: Название главы в оригинале — строчка из стихотворения поэта Абэ-но Накамаро из собрания Хякунин иссю (перевод Н. Н. Бахтина).]

Он напоминал дворец, сотканный из лунного сияния, словно из ее заветной сказки. Чистый, снежно-белый, слепяще яркий поселок. В отличие от мегаполиса, где она обитала прежде, этот свежий пригородный жилой район возвели совсем недавно. В нем проложены широкие прямые магистрали, кварталы четко разделены по республиканским нормам, а улицы заполнены изящными постройками и утонченными фонарями.

Этот прекрасный, словно сошедший со страниц сказки городок, спроектировали юные одаренные зодчие, чтобы новоселы обрели здесь уютные гнезда для воспитания подрастающего поколения на благо нации. Цветы пышно расцветали у скверов, парков и одинаковых домиков.

Альба, обитавшие в Республике дольше остальных, и эмигранты, пустившие корни на поколения вперед, уже воспринимали Республику как истинную родину, а их поселения крепко сплетались узами. Новый городок принял мигрантов из Объединенного королевства Роа Грация, а также семьи вроде семьи Читори, прибывшие сюда не так давно. Здесь селились выходцы разных народов.

Только одна семья чистокровных Альб поселилась неподалеку — ее род перебрался из Империи Гиаде. Да, они оказались соседями.

В том доме обитал ее сверстник, друг из детских лет. Дастин Егер.

Егеры принадлежали к имперской знати, так что Дастина растили истинным аристократом. Несмотря на юный возраст, мальчик держался зрело и достойно. Уверенный, но уравновешенный, вежливый и сердечный. Егер никогда не задирал малышей или девчонок, в отличие от тех хулиганов с улицы, что дергали ее за косички или швыряли жуков.

Дастин выделялся среди них — он был настоящим принцем из сказки.

Мальчишка ей импонировал. Может, она даже восхищалась им.

Девочка отправлялась в сад, чтобы сплести ему корону или колечко из цветов в знак благодарности за заботу, а он неизменно соглашался примерить этот веночек. Его отношение к ней как к принцессе наполняло сердце радостью.

Каждодневно они шагали в школу вдвоем, резвились по возвращении. Он заходил в гости, махал рукой на прощание и клялся вернуться завтра.

Пока не выбила та роковая ночь.

ᅠ

С тяжелым предчувствием в душе она очнулась в временном убежище, где накануне решили заночевать. Это было служебное строение у моста через могучую реку — названия ни моста, ни реки она не ведала. На городских окраинах, куда редко ступала нога человека, оно стояло заброшенным, весь штат разошелся по домам задолго до полуночи. Ночью они взломали замок и проникли внутрь.

Рассветало рано, и хоть моросил легкий снег, надежные конструкции зданий Союза вкупе с теплом товарищей грели от стужи. Это верные соратники и подруги еще с лаборатории в восемьдесят шестом секторе — она пригласила их в это паломничество, пока время не истекло.

Однако здесь недосчитывались многих. Кто-то не сумел пробраться, кто-то отказался следовать за Читори. Точку сбора для эвакуации республиканцев не скрывали напрочь, но и не трубили на весь мир, так что беды наверняка не стряслось…

Приподнявшись, она стянула пальто, служившее ей покрывалом, и заметила, как пробуждались остальные девушки. Кики и Каринэ. Ашиха и Имено, Тотори и Ран, и Шиохи.

Нет… Одной недоставало.

— Где Тотори?

Каринэ — с длинными прямыми алыми локонами — негромко покачала головой. Она слыла «старшей сестрой» и в лаборатории, и в их отряде.

— Ушла посреди ночи.

Словно кошка, чующую близкую кончину, она ускользнула в поисках укромного уголка, чтобы испустить дух в одиночестве.

Нет, не словно. Именно так и вышло.

— Понятно…

Все же…

…она оторвалась от безлюдного речного берега на городской окраине, бросив за спиной пустую лачугу. Углубилась в безмолвную тьму одна и растаяла в ночной мгле бесшумно. Тот факт, что никто не стал свидетелем ее конца, послужил хоть слабым, но утешением.

Именно за этим они и съехались. Стремились к той же участи.

Осознав потерю одной, Читори обвела взглядом в поисках еще одного, кто непременно должен быть рядом. Он вел девушек, зная о грядущей им доле.

— Где Юто?

Подруги еле сдержали хихиканье — Читори походила на птенчика, выискивающего мамашу.

— Отправился за провизией. Сказал, что утренний базар, верно, уже открылся.

— Он велел ждать его возвращения до прихода обслуги в здание, но если задержится, то встретиться у того высокого дерева, — улыбнулась Кики. Она сидела, поджав ноги.

Кики — миниатюрная девушка с нежными светлыми прядями.

— Я так изумилась, когда ты его притащила, Читори. А вдруг его схватят? Но я довольна, что он с нами. Благодаря ему мы едим горячим и свежим.

Поскольку Читори с подругами нельзя было светить глазами, Юто не только прокладывал путь, но и снабжал едой на всем маршруте. Улавливая шанс, он подлетал к лоткам за горячей снедью. Вдали от людных мест разводил огонь, заваривал чай или грел консервы. Один раз даже подстрелил фазана без ружья и разделал его.

Читори не имела никакого опыта в разделке рыбы, не то что в охоте и всем, что с ней связано. В ее глазах Юто совершал настоящее волшебство. А горячая еда, которую он готовил, согревала их тела и души в суровой зиме Союза, раскинувшегося на севере континента.

Это доставило ей такое наслаждение, что в первую ночь, попробовав, Читори прослезилась. Жар его супа, почти обжигающий язык, и красное мерцание костра, разгоняющее тьму, показались ей такими меланхоличными и ценными.

Эти умения он вынужден был освоить на поле боя, где мороз был куда свирепее, чем зимние снега Союза.

Он вел борьбу не только с Легионом, но и со снегом, мраком, лесом, с ледяной ненавистью людей. Поэтому и сейчас выживает как гордый одиночка-волк в этом леденящем, снежно-свинцовом мире.

Полностью отличный от них, от этих оленят, которые даже костер развести не умели, проводя дни в уюте темных лабораторий. Он был тем, кто сражался и выжил.

От этой мысли у нее возникло ощущение жуткого... одиночества.

— А, вы еще не двинулись?

Даже здание на окраине Союза, что использовалось днем, оказалось крепко построенным, так что дверь отворилась без единого звука. Юто просунул голову внутрь.

Прошло уже несколько дней с их отбытия из Санкт-Йеддера, однако на его лице не мелькало ни следа усталости. Он казался собранным и полным сил, чему Читори не могла поверить, поскольку сама ощущала полную вялость.

Юто указал за свою спину.

— Смотрители должны скоро прийти, но нам, наверное, нужно выдвинуться пораньше, просто на всякий случай. Город оказался больше, чем я подумал прошлой ночью, и днем тут будут ходить люди… Ты чего?

Он посмотрел на Читори, которая удивленно глядела на него.

— Ничего, — мотнула головой она.

Бледно-золотистые волосы. Глаза слегка оранжево-красные, оттенка заката. Он напоминал чистую, ясную луну — единственный источник света в ночной тьме. Именно так она о нем подумала.