Абсолютная Регрессия Том 1 Глава 749 Этот мир полон омерзительных ублюдков

Гём Мугык не припомнил бы, когда в последний раз изумление прошивало его столь сильно. Он и в мыслях не допускал, что встретит Ак Гунхака в этом зале.

— Ак-хён! — выкрикнул он, и его веселый голос разлетелся эхом по всему помещению.

Глаза Гём Мугыка дрогнули, когда он впился взглядом в Ак Гунхака. Он не мог скрыть восторга и едва сдерживался, чтобы не подбежать и не заключить его в объятия. При их последней встрече они уговорились стать друзьями. А это значило, что перед ним больше не Король Меча, а просто Ак-хён.

«Помнишь, что я сказал? Мы должны видеться, когда захотим, и помогать друг другу, когда прижмет. Пожалуйста, будь другом, который порой может даже запустить в меня своим ботинком».

Гём Мугык искренне тосковал по своему товарищу. Однако это было совсем не то место, где им следовало встретиться.

— Я грезил, что при новой встрече мы будем жарить мясо в чистом поле. Или, может быть, столкнемся плечами, захмелевшие в какой-нибудь таверне. Я даже допускал мысль, что нам лучше и вовсе не видеться, — Гём Мугык нарочито вздохнул. — Так почему ты опять в столь мрачном месте? До какой же степени тебе нравится это подземелье? Просто нелепица, не так ли?

Он напомнил о тех временах, когда они прорывались через подземный туннель Школы Золотого Дракона. Миг, когда они вместе выбрались на поверхность, чтобы созерцать звезды, досыта наевшись чудесных трав, всплыл в памяти, словно это случилось вчера.

— Прости, — извинился Ак Гунхак.

Разве мог Гём Мугык этого не понимать? Должна быть веская причина, по которой Ак Гунхак не мог уйти.

— Все из-за того, что ты еще не выплатил свой долг?

После короткой паузы Король Меча ответил:

— Я сполна выплатил свой долг.

— Тогда почему ты не можешь уйти?

Король Меча хранил молчание.

«Что, черт возьми, удерживает его? Что вообще может сковать могущественного мастера, который так неистово жаждал свободы?»

— Раз мужчина сказал, что уходит, он должен уйти. Тебе следовало просто свалить, охаживая этими ботинками каждого, кто посмеет встать на пути, — взгляд Гём Мугыка упал на обувь, висящую на поясе Короля Меча. Они были новенькими, словно он их ни разу не надевал. — Я купил тебе эти ботинки, чтобы ты их носил, а ты даже не примерил. Я даже устроил сбор для наших друзей, но ты не явился. Ты ведь знал, что я его организую, верно?

К удивлению, Король Меча кивнул. Он следил за делами Гём Мугыка.

— Я боялся, что ты попросишь меня станцевать, вот и не пришел.

— И танцевать ты не умеешь, и уйти не можешь. Да что с тобой такое?! — запричитал Гём Мугык.

Несмотря на слова, его лицо светилось восторгом. Разве мог он утаить свою радость?

— И все же я по-настоящему счастлив снова тебя видеть.

Все, что он сказал до этого, было лишь прелюдией к этой единственной фразе.

Мужчины посмотрели друг на друга и лучезарно улыбнулись. Каковы бы ни были обстоятельства, их счастье оставалось подлинным.

Напротив, выражение лица Демона Клинка Кровавых Небес ожесточилось, пока он наблюдал за ними. Он уже догадался, кем является этот незнакомец.

«Значит, это он».

Поскольку Гём Мугык всегда травил байки о своих приключениях по возвращении в Культ, Старик Клинок понял: этот мастер меча и был тем единственным, кто уцелел в битве при Школе Золотого Дракона.

Он чувствовал это одним лишь взглядом. Он уловил колоссальную мощь босоногого мечника. Этот человек источал самое властное присутствие среди всех врагов, которых Старик когда-либо встречал.

[— Да, все верно. Это он.]

Владыка Меча сталкивалась с Королем Меча во время той битвы, вместе с Кулачным Демоном. Схватка едва не вспыхнула, когда Ак Гунхак первым выбрался из-под земли. В той напряженной, взрывоопасной ситуации Гём Мугык последовал за ним, и, к счастью, кровопролития удалось избежать.

Демон Клинка Кровавых Небес нахмурился. Дружба Гём Мугыка с Джин Хагуном или Пи Са Ином — это одно, но здесь ситуация иная.

[— Он выглядит опасным.]

[— Что ж, он силен.]

Демон Клинка Кровавых Небес покачал головой. Он назвал Ак Гунхака опасным вовсе не из-за его силы. Он произнес это, потому что почувствовал: Гём Мугык слишком беспечно открывает свое сердце врагу.

[— Этот босоногий человек опасен.]

Владыка Меча Одного Удара взглянула на Демона Клинка Кровавых Небес. Он видел то, чего она не могла осознать.

Тем временем беседа между Гём Мугыком и Королем Меча продолжалась.

— Гляжу, наш Ак-хён за это время даже обзавелся женщиной, которой он по нраву.

— Я?

— Ты понятия не имеешь, сколько мы о тебе судачили, Ак-хён. Жизнь одной женщины изменилась из-за тебя.

Гём Мугык считал это истинной жалостью. Чха Иран следовало быть здесь в этот миг. Стала бы она скромничать? Смутилась бы? Или справилась бы с атмосферой с поразительным изяществом?

— Она красивая?

— Тебе следовало спросить, кто она такая!

Оба мужчины дружно рассмеялись.

Разумеется, Король Меча понимал, что речь идет о Чха Иран. В конце концов, именно она покинула организацию после схватки с Гём Мугыком.

— Давай встретимся с ней вместе, когда все закончится.

Король Меча не выразил согласия. Гём Мугык знал, что этот безмолвный ответ продиктован не неприязнью, поэтому упорствовал.

— Ты собираешься быть настолько бесстыдным после того, как перевернул жизнь женщины вверх дном? Нет, абсолютно исключено! Я непременно забираю тебя с собой.

Король Меча по-прежнему молчал.

«Я не знаю, каким ты видишь исход этой битвы, но я отведу тебя в наш Культ. Даже если ты уйдешь, ты уйдешь оттуда».

После воссоединения с Гём Мугыком Король Меча перевел взгляд на двух Высших Демонов и сложил руки в приветствии, выражая почтение.

Демон Клинка Кровавых Небес сверлил его взглядом, не скрывая недовольства, в то время как Владыка Меча Одного Удара ответила легким приветственным жестом.

Гём Мугык задал Королю Меча самый важный вопрос.

— И? Почему ты здесь?

Удивительный ответ сорвался с уст Короля Меча.

— Чтобы защитить того, кто желает убить тебя.

Гём Мугык не особо удивился. Он предвидел это в тот миг, когда завидел его.

— Что ж, это большая проблема. Если Ак-хён кого-то защищает, его невозможно убить.

Ледяной голос Демона Клинка Кровавых Небес раздался за спиной.

— Я убью его.

Гём Мугык знал, что тот не шутит.

— Хорошо! Пока я крепко держу этого человека, пожалуйста, покончи с ним поскорее.

Демон Клинка Кровавых Небес парировал:

— Пожалуйста, заводи дружбу с нормальными людьми!

Гём Мугык повернулся к Демону Клинка Кровавых Небес и ответил:

— Но мой самый первый друг уже был ненормальным.

Демон Клинка Кровавых Небес понял, что шпилька адресована ему, и лишь качнул головой.

Тем временем Тхэ Су наблюдал за происходящим с гулко бьющимся сердцем. И дело было не в том, что Гём Мугык встретил здесь какого-то незнакомца. По какой-то причине его сердце учащенно забилось, когда он увидел, как марионетку окружают со всех сторон.

Он уже не раз видел Гём Мугыка в деле, но никогда прежде не ощущал подобного трепета — вероятно, потому, что тот расправлялся с врагами слишком быстро. Однако теперь, глядя на то, как Мугык стоит в одиночестве против таких устрашающих мастеров, он казался человеком с небес за пределами небес, кем-то, к кому Тхэ Су никогда не смел надеяться приблизиться.

Изначально он планировал встретиться с отцом после этого дела и сказать, что бросает воровство. Теперь же иная мысль поселилась в его голове.

«Будет ли уместным просить стать подчиненным этого человека?»

Ему казалось, будто он всю жизнь взирал на небо, до которого не мог дотянуться, в одиночку преследуя несбыточную мечту.

Тхэ Су мельком глянул на Джи Хана.

«Разве ты не чувствуешь того же?»

Джи Хан, однако, наблюдал за ситуацией спокойным взором. Он знал истинную личность Гём Мугыка, поэтому эта сцена его ничуть не шокировала.

Марионетку прижали к стенке? Само собой, Юный Владыка Божественного Культа Небесного Демона обязан быть главным действующим лицом среди этих марионеток.

Тем не менее внутри он был напряжен. Он понятия не имел, к чему клонится ситуация. Неужели первый бой, в котором он примет участие на службе Юному Владыке, окажется столь грандиозным?

Если эти двое чувствовали подобное, то прочих воинов и вовсе лихорадило от непредвиденного поворота. Они полагали, что за этой дверью откроется новая ловушка или же их будут ждать несметные богатства. Они рисовали в воображении залы с десятками скелетов, рядом с которыми разбросаны всевозможные сокровища.

Реальность, однако, не прощает тех, кто тешит себя грезами.

«Нас одурачили!»

Они решили, что Гём Мугык обманул их и заманил сюда. Марионетка и то, как тепло он приветствовал человека, который уже был здесь, — все указывало на это.

Вскоре они поняли, однако, что не Гём Мугык вел их за собой.

Человек в железной маске раскрыл свою причастность, почтительно поприветствовав Короля Меча.

— Давно не виделись.

— Не жарко постоянно таскать эту маску?

— Все в порядке.

Их непринужденный диалог ясно давал понять: статус человека в маске отнюдь не низок.

— Тот человек, которого ты ищешь?

— Он должен быть среди них.

Воин в железной маске направился к группе практиков, извлек из-под одежд благовоние и зажег его.

— Это Благовоние Визуализации Запаха. Оно среагирует на того, кого мы ищем.

Дым потянулся от палочки, медленно заполняя пространство вокруг.

Воины ощутили леденящий ужас, наблюдая, как дым подползает к ним. Разыгрывалась ситуация, которую они не могли и представить.

Гём Мугык внезапно осознал, что человек в железной маске ищет Дан Соджина — того самого, что связался с ним через телепатию.

— ……

Дым, неспешно дрейфовавший до этого, обвился вокруг одного человека, словно живой.

Избранным, как и ожидал Гём Мугык, оказался Дан Соджин.

Гём Мугык приготовился к худшему сценарию. Если человек в маске попытается прикончить Дан Соджина, он намеревался первым прийти тому на выручку. Разумеется, это не давало гарантии, что Дан Соджин не был врагом. О нем ему было известно только имя. И все же инстинкт велел спасти его.

К счастью, человек в железной маске не выказал намерения убивать его.

— Подойди сюда.

Дан Соджин затрепетал, объятый ужасом. С самого начала его игра была безупречной.

— Зачем вы это делаете?

Его притворство, впрочем, запоздало.

— Прекрати это и выходи. Тебе нужно выбраться оттуда, чтобы выжить.

Остальные вздрогнули от этих слов. Означало ли это, что он намерен истребить всех прочих?

Человек в маске указал на еще одного человека.

— Ты, тоже выходи.

Это был воин со шрамом от меча на лице. По словам Дан Соджина, тот был практиком из Альянса Отступников.

Воин в железной маске также точно знал его личность.

— Этот человек был прислан Владыкой Альянса Отступников. Был приказ оставить его в живых.

Обозначенный человек со шрамом шагнул вперед и встал рядом с Дан Соджином. Обстановка совсем не располагала к сопротивлению.

Отобрав этих двоих, человек в железной маске двинулся к оставшимся практикам, явно намереваясь зачистить всех до единого.

В этот миг Король Меча невозмутимо произнес:

— Я только что воссоединился с другом после долгой разлуки. Не смей распространять запах крови.

Человек в железной маске смутился, осознав, что это приказ не совершать убийств.

— Вы не можете так поступить.

Король Меча молча уставился на него. Он не скалился и не источал жажды крови, но человек в маске мгновенно склонил голову.

Король Меча обратился к воинам, что стояли в нерешительности:

— Проваливайте и не оборачивайтесь.

Мастера боевых искусств рванули назад тем же путем, каким пришли.

— Если я накоплю немного доброй кармы вот так, возможно, позже в аду меня бросят в чуть менее раскаленную яму, верно?

Он произнес это так, будто спас их ради собственного блага, но Гём Мугык знал правду. Тот отпустил их ради него, зная, что его друг терпеть не может бессмысленной резни.

ШВА-А-АК—!

Внезапно со стороны, куда они бежали, донесся рев концентрированной ци. Раздались крики, и оттуда пополз густой запах крови.

Вскоре в зал вошли четверо мужчин в странных облачениях. Двое были в черных боевых халатах с черными плащами и черными дао на поясах, а двое других — в алых халатах с красными плащами и красными дао.

Между двумя парами проследовал мужчина, чье присутствие было абсолютно подавляющим. Высокий, мощно сложенный, он нес два дао на поясе.

Левый и правый клинки, которыми он владел, отличались друг от друга. Левый был черным, как беззвездная ночь, а правый — кровавым, алым, словно сама смерть. На черном дао белыми линиями была выведена луна, на кровавом — сияло солнце.

Черты его лица были резкими, словно вырубленными ножом, а иссиня-черные глаза сверкали стальным блеском. Его взор был настолько острым, что просто смотреть на него было равносильно тому, чтобы ощущать клинок у горла.

Как только Гём Мугык увидел его, он понял, кто это. Второй из Двенадцати Королей Зодиака, Король Клинков, Нэн Мусан.

С этими парными дао он вознесся к вершине мастерства владения клинком в эпоху Двенадцати Королей. Говорили, что его боевые искусства настолько глубоки, что, по слухам, его техника сабли могла соперничать с мастерством Короля Меча. Все трепетали перед ним не только из-за грозных техник, но в еще большей степени — из-за его жестокой, порой граничащей с безумием натуры.

Четверо воинов, вошедших перед ним, были конечностями Короля Клинков, абсолютными мастерами, известными как Четверо Темно-Кровавых Клинков.

Теперь, вослед Королю Меча, явился и Король Клинков. Первый и второй короли из Двенадцати Королей Зодиака оказались в одном месте.

Король Меча взглянул на Короля Клинков и заметил:

— Твое пламя в аду стало еще чуточку жарче.

Их взгляды скрестились в воздухе. В глазах Короля Клинков, смотрящего на Короля Меча, не было и тени страха. Но не было там и неуважения.

— Как бы я ни пытался тебя понять, у меня не выходит, — голос Короля Клинков был острым, как зимний ветер, но при этом низким и сухим.

Затем, словно указывая на причину, Король Клинков повернул голову и впился взглядом в Гём Мугыка.

СВУ-У-УШ—!

Нить жажды крови метнулась к Гём Мугыку. В ней бурлили эмоции: неприязнь и неприкрытая враждебность.

ХРЯСЬ—!

Прежде чем эта жажда крови достигла Гём Мугыка, Сабля, Истребляющая Небеса вонзилась в землю прямо перед ним. Энергия, излучаемая саблей, все еще обмотанной тканью, отринула каждую частицу враждебного намерения, не пропустив ни капли.

Аура Демона Клинка Кровавых Небес, который внезапно заступил путь Гём Мугыку, была холоднее, чем когда-либо. Это не был тот кроткий старик, который привычно читал книги и попивал чай.

— В конечном счете, этот мир кишит омерзительными ублюдками.

Ш-Ш-ШУРХ—!

Он развязал узел, скрепляющий Саблю, Истребляющую Небеса. Когда ткань размоталась, открылся истинный облик клинка.

— Пожалуй, будем считать, что я проиграл это пари.