Бессмертие через формирования (Новелла) Том 4 Глава 1950 Божественные рабы
Глава 1265
Шигу при жизни был сильнейшим великим генералом племени Шугу.
Он пал жертвой предательства подчиненных, злого бога и великого голода — он стал жертвой несчастий Великих Пустошей.
Даже после смерти его плоть оставалась невероятно могучей и все еще внушала трепет.
В то же время он был трупной марионеткой, которую Мо Хуа контролировал с помощью «формирования Духовного стержня».
Однако ранг «Формирования Духовного стержня» был слишком низок, а его сила контроля — слишком слаба.
Разрушительная мощь Шигу как «бессмертного великого генерала» совершенно не могла быть проявлена.
Труп Шигу, лишенный скверны злого бога и жажды плоти, утратил свой «источник питания» и превратился в обычное украшение.
Поэтому, после долгих раздумий, Мо Хуа решил первым делом вырезать на теле Шигу «Предельное формирование Духовных Останков Таоте Двенадцати Меридианов».
Он хотел, чтобы погибший Шигу стал самым преданным «слугой» Божественного Владыки, бессмертным воином Великих Пустошей, который в облике смерти стяжает вечную славу.
Вместе с тем, Шигу должен был стать для него лучшим «материалом» для практики в технике вырезания формирований на костях.
Наносить такое свирепое предельное формирование на кости «живого человека» — и особенно на свои собственные — было крайне опасно.
Без предварительной практики и достаточного опыта даже Мо Хуа не осмеливался действовать опрометчиво.
Но тренироваться на других «живых людях» было бы жестоко: в случае неудачи — а она была более чем вероятна — Мо Хуа просто убил бы их, чего его милосердное сердце не могло допустить.
Следовательно, Мо Хуа оставалось только начать с «мертвого человека».
И этим мертвецом был Шигу.
Однако практиковаться на таком великом генерале, как Шигу, было делом невероятной сложности.
Шигу был варварским культиватором на позднем ранге Золотого Ядра.
Даже после смерти его плоть и кости сохраняли прочность третьего ранга.
При жизни Шигу обладал колоссальной силой, и крепость его тела намного превосходила показатели обычных варварских культиваторов.
С «Формированием Духовного стержня» все было проще: оно предназначалось лишь для простого контроля движений, а не для ожесточенных сражений.
Поэтому нанесение узоров на поверхность плоти без глубокой интеграции не оказывало большого влияния.
К тому же, многие детали Мо Хуа проработал весьма небрежно.
Но с «Предельным формированием Духовных Останков Таоте Двенадцати Меридианов» ситуация была иной.
Это предельное формирование должно было максимально глубоко слиться с останками Шигу.
Ведь Мо Хуа планировал использовать это формирование Духовных Останков Таоте Двенадцати Меридианов в качестве своего собственного жизненного духовного сокровища.
В будущем, когда он нанесет его на свои кости, формирование должно будет идеально слиться с его меридианами и скелетом, чтобы стать опорой для Золотого Ядра.
В противном случае возникнут серьезные проблемы, которые могут разрушить его фундамент.
Поэтому сейчас, проводя «эксперимент» на останках Шигу, нельзя было допускать ни малейшей халатности.
Если даже на мертвом теле Шигу возникнут проблемы, то на его собственном теле последствия будут во сто крат тяжелее...
Но это был порог, который Мо Хуа обязан был перешагнуть, избежать этого было невозможно...
Разумеется, Мо Хуа подготовился к такому развитию событий.
Мо Хуа на мгновение замолчал, прокручивая в голове все заготовки формирований, сделанные им ранее, и только после этого приступил к работе.
Сначала он достал большое количество духовных материалов для культивации: всевозможные золотые порошки, медь, нефрит, корни духовного дерева, камни превращения крови и многое другое.
Все эти материалы он заблаговременно подготовил еще в секте Тайсюй.
Часть он обменял на заслуги секты, а часть специально для него нашёл господин Сюнь и мастер секты Тайсюй, воспользовавшись своими связями.
На самом деле господин Сюнь и мастер секты беспокоились о достижении ранга Золотого Ядра Мо Хуа больше, чем кто-либо другой.
Но этот ребенок шел в своей культивации необычным путем, и они не знали, какое именно странное Ядро он формирует, поэтому не могли слишком сильно вмешиваться.
Они могли лишь заранее подготовить все предметы, которые могли ему понадобиться, чтобы Мо Хуа не тратил время на поиски редких материалов.
Поэтому, хотя процесс достижения ранга Золотого Ядра затянулся, все необходимые духовные предметы были заготовлены господином Сюнем еще в секте Тайсюй.
Понимая, что от этого зависит будущее Мо Хуа, господин Сюнь использовал расчёты причинно-следственных нитей и свой богатый опыт.
Он руководствовался принципом «лучше иметь лишнее, чем недостающее», поэтому подготовил внушительный и детальный список материалов.
Мо Хуа был очень тронут заботой господина Сюня и благодарен секте за покровительство.
Поэтому сейчас, несмотря на то что он находился в диких землях с иными обычаями и наследием, у него было все необходимое для Золотого Ядра.
Даже материалов для предварительной тренировки было в избытке.
Конечно, по-настоящему ценные «эссенцию древесной белезны» и «сущность золотого нефрита», предназначенные для создания костей из золота и нефрита, Мо Хуа использовать побоялся.
Для практики он использовал более дешевые «аналоги».
В конце концов, для мертвого Шигу такие тонкости были не важны.
Труп Шигу снова был препарирован.
Мо Хуа начал действовать согласно техникам семьи Бай «Древесной Белизны, Золота и Нефрита», пытаясь сначала формировать на костях Шигу слой «золотого нефрита».
Так как это была первая попытка, слой получился грубым и местами неровным, но в целом все прошло успешно.
Завершив создание слоя «Золотого нефрита», Мо Хуа взял нож для вырезания на костях и начал наносить узоры «Предельного формирования Духовных Останков Таоте Двенадцати Меридианов» поверх покрытия.
«Формирование Духовного стержня» Мо Хуа просто рисовал.
Но с «Формированием Духовных Останков Таоте Двенадцати Меридианов» так было нельзя: узоры нужно было именно «вырезать», чтобы они были максимально устойчивыми.
Кости Шигу принадлежали культиватору ранга Золотого Ядра, и Мо Хуа не мог их прорезать, но после нанесения слоя «Золотого нефрита» вырезание по этому покрытию пошло без проблем.
Если бы вырезание велось на живом человеке, то в процессе работы происходила бы огромная потеря Ци Крови.
Эту проблему Мо Хуа планировал решить дополнительным нанесением формирования «Возвращения Весны Изумрудного Дерева».
Но сейчас в этом не было нужды.
Шигу был мертв, его тело было холодным, и проблемы потери жизненной ци не существовало — формирование «Возвращения Весны Изумрудного Дерева» здесь было бесполезно.
К тому же, Мо Хуа еще не привык к вырезанию внутри человеческого тела, и нанесение одного лишь формирования Духовных Останков Таоте Двенадцати Меридианов было для него пределом возможностей, успех которого не был гарантирован.
Дополнительное вырезание «ФормированияВозвращения Весны Изумрудного Дерева» непомерно усложнило бы задачу.
Об этом можно было подумать лишь в будущем.
Нужно двигаться шаг за шагом: сейчас главное — освоить создание костей из золотого нефрита, вырезания на них и конкретное применение формирования Духовных Останков Таоте Двенадцати Меридианов.
Мо Хуа сосредоточенно принялся вырезать формирование Духовных Останков Таоте Двенадцати Меридианов на костях Шигу согласно своим расчётам.
Весь этот процесс и само формирование были невероятно сложными, пугающими и глубокими.
Мо Хуа возился два полных дня, но в итоге потерпел неудачу.
Причин провала было множество: кости Шигу были слишком твердыми, температура трупа — слишком низкой, «Золотой нефрит» плохо сливался с мертвой плотью, ножи для вырезания были неудобными, узоры Таоте — трудными в рисовании, а узлы формирования не совсем совпадали с меридианами тела... и так далее.
Мо Хуа вздохнул, но не чувствовал разочарования.
Такие вещи никогда не получаются с первого раза.
Любой успех строится на бесчисленных поражениях.
Нужно лишь найти корень каждой неудачи, обдумать ее и устранить — тогда успех придет сам собой.
По сути, «успех» и «поражение» — это две стороны одной медали.
Успокоившись, Мо Хуа терпеливо подвел итоги и предпринял новую попытку.
В этих попытках он постоянно обнаруживал новые трудности, решал их и преодолевал неудачи...
Понимание Мо Хуа процессов создания костей, вырезания и принципов работы предельного формирования Духовных Останков Таоте Двенадцати Меридианов постоянно углублялось, а его движения становились все более уверенными.
Параллельно с этим его знания о трупах, опыт управления ими и навыки «модернизации» человеческих меридианов и костей с помощью формирований неожиданно для него самого росли...
Хотя этот опыт и способности были... не совсем теми, что полагались «порядочному культиватору».
В глубине души Мо Хуа отчаянно сопротивлялся этому.
Но выбора не было: встав на этот путь формирования ядра, изучая создание костей и резьбу, он неизбежно обретал этот опыт.
Даже если бы Мо Хуа захотел отказаться, он уже не мог...
...
Пока Мо Хуа занимался модернизацией останков Шигу, объединение и реорганизация племен Горного Предела Алой Птицы продолжались полным ходом.
Эти планы проводились от имени Божественного Владыки по указанию Мо Хуа.
Ответственность за их выполнение лежала на Дань Чжу, которому помогали Лугу, Дань Ле и другие великие вожди.
Реформы внедрялись сверху донизу почти во всех племенах Горного Предела.
Дань Чжу полностью отдавался этому делу.
Он обладал искренним сердцем, был честен, добр и непоколебим в своем Даосском Сердце.
Дань Чжу дольше всех следовал за Мо Хуа и был тем человеком в Пустошах, которому Мо Хуа доверял больше всего.
Мо Хуа надеялся, что и сейчас, и в будущем Дань Чжу сможет вырасти в выдающегося лидера племен.
Независимо от того, будет Мо Хуа рядом или нет, Дань Чжу должен суметь самостоятельно управлять племенами Великих Пустошей, чтобы у их жителей была надежный фундамент для жизни.
Однако Дань Чжу сейчас находился лишь на раннем ранге Золотого Ядра, его ранг культивации был недостаточно высок, а влияние — не слишком прочным.
Поэтому Мо Хуа попросил Дань Ле и Лугу выступить вперед и, используя свой авторитет великого вождя и лидера союза, поддержать Дань Чжу.
Формально все они трудились ради Божественного Владыки, повинуясь приказам Учжу.
Но самые глубокие надежды Мо Хуа возлагал именно на Дань Чжу.
Мо Хуа видел, что среди всех варварских культиваторов только сердце Дань Чжу было по-настоящему «алым» и пылким, подобно пламени Алой Птицы.
Основной целью реформ Мо Хуа было «сплочение своих и искоренение чужаков».
Покорные процветали, непокорные гибли.
Нужно было ковать железо, пока горячо: пока еще не развеялся трепет перед божественной мощью Владыки, явившего себя в битве на горе Алой Птицы и сразившего бога Уцзю.
Пока вера всех варварских культиваторов в Божественного Владыку достигла своего пика, Мо Хуа должен был воспользоваться этим шансом.
От имени Владыки и по приказу Учжу он принудительно проводил реорганизацию внутри крупных племен, полностью централизуя власть.
Тем, кто искренне подчинился, Мо Хуа даровал более высокий статус и положение.
Тех, кто таил злые намерения, подавляли и вытесняли на обочину, отдаляя от центров власти.
А тех, кто замышлял мятеж или предательство, безжалостно уничтожали.
Борьба за власть всегда холодна и жестока; в ней нет места наивному милосердию, иначе погибнешь сам.
Кроме того, Мо Хуа начал унифицировать¹ верования всех племен.
Насильственное искоренение исконной веры было бы слишком радикальным шагом и могло вызвать сопротивление, поэтому Мо Хуа позволил племенам сохранять своих богов, но при этом обязал всех поклоняться «Божественному Владыке».
Вера в Божественного Владыку ставилась превыше местных верований племен.
Таким образом, Божественный Владыка стал истинным «Владыкой всех богов» Великих Пустошей.
Любая местная вера не должна была вступать в конфликт с верой в Владыку, иначе она считалась ересью и подавлялась.
А их варварских богов Мо Хуа со временем планировал лично «съесть», явившись к ним.
При этом «вера» в Божественного Владыку не была просто слепым суеверием.
Мо Хуа лично разработал учение и через него превратил эту «веру» в «идеал».
Эти учения гласили: Божественный Владыка оберегает Великие Пустоши и их народ, и ни одно племя не имеет права нарушать единство и покой этих земель.
Варварские культиваторы равны перед лицом веры.
По крайней мере, они равны в базовых правах на жизнь.
Власть и статус могут различаться, но вера в Божественного Владыку едина и превыше всего.
До тех пор, пока человек верит во Владыку, его нельзя безнаказанно убивать или унижать, независимо от его положения.
Сильным варварам запрещалось произвольно убивать, притеснять или оскорблять простых соплеменников, иначе их ждала кара Божественного Владыки.
Все варварские культиваторы имеют право на обучение пути культивации.
Все варварские культиваторы должны быть верны своим племенам.
Внутри племени все верующие должны жить в единстве, дружбе и согласии...
...
Подобные идеи, которые казались невозможными в диких Великих Пустошах, Мо Хуа мастерски внедрил в «веру» в Божественного Владыку, используя божественную власть для их принудительного исполнения.
Большинство варварских культиваторов были невежественны, жестоки, жадны и преследовали лишь личную выгоду.
Обычное «просвещение» на них бы не подействовало.
Мо Хуа не мог заставить их стремиться к справедливости, истине и добру привычными методами.
В мире этих людей просто не существовало понятия «мораль»; любые объяснения и проповеди были бы бесполезны, они бы их не поняли.
А когда они осознали бы это, пройдя через внутренние распри, было бы уже поздно.
Великое бедствие бы уже наступило, и все жители Великих Пустошей погибли бы.
Поэтому единственным выходом было использование «веры» и методов, близких к «суеверию», для управления их сознанием.
Вера должна была сформировать их Даосское Сердце.
Все — по воле Владыки, все — по его предзнаменованию.
Вера — это всё.
Варварским культиваторам Великих Пустошей оставалось только следовать этим правилам.
Это было практически единственное, что Мо Хуа мог придумать и воплотить в жизнь.
И это был единственный шанс на спасение Великих Пустошей в условиях знамения беды.
Заодно Мо Хуа сделал то, что хотел сделать уже давно, но на что раньше у него не хватало сил:
Освобождение варварских рабов.
Все рабы Великих Пустошей больше не принадлежали племенам или влиятельным силам — они переходили под покровительство Божественного Владыки.
Они перестали быть рабами людей и стали рабами бога.
Объединившись, все бывшие рабы образовали новое огромное племя под названием Племя Божественных Рабов.
Мо Хуа изначально не хотел использовать это название.
Ему не нравилось слово «раб», и его истинным намерением было дать всем варварским рабам свободу.
Но с практической точки зрения это желание было слишком преждевременным; сейчас его невозможно было осуществить.
В Великих Пустошах участь рабов была ужасна.
Но еще страшнее была участь рабов, у которых не было хозяина.
Раб без хозяина означал, что он — раб для каждого.
Поскольку такой человек считался «ничейным», любое племя и любой прохожий могли присвоить его, унизить или убить по своему желанию.
Если усилия Мо Хуа увенчаются успехом, рабы смогут подняться.
Но если он потерпит неудачу, они мгновенно вернутся в прежнее состояние.
И в этом случае их положение станет еще более плачевным, чем прежде.
Поэтому Мо Хуа должен был продумать для них путь к отступлению и оставить им «хозяина».
Тогда, даже если все закончится крахом и ситуация станет критической, рабы смогут сплотиться под именем «божественных рабов».
Ни одно племя не посмеет открыто отбирать рабов у самого Божественного Владыки.
Слова «Божественный раб» стали их последним защитным талисманом.
Идеалы прекрасны, но реальность жестока.
Чтобы изменить реальность, нужно сначала принять одну ее часть и изменить другую.
Затем снова принять часть и изменить следующую.
Только так, шаг за шагом, через усилия многих поколений, можно превратить реальность в идеал...
Так господин Учжу от имени Божественного Владыки завершил первичное освобождение рабов Великих Пустошей.
Племя Божественных Рабов стало самым многочисленным, могущественным и влиятельным во всех землях.
И именно эти люди были наиболее преданы Божественному Владыке и Мо Хуа.
Ведь это Мо Хуа освободил их.
У них не было ничего, кроме веры.
И именно потому, что им было нечего терять, они обладали безрассудным мужеством и железной волей.
___ ___ ___
1. Унифицировать — приведение различных процессов, предметов, форм документов или стандартов к единой системе, образцу или норме.
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Если вы нашли ошибку или заметили другие проблемы, не стесняйтесь написать. Я всё исправлю. И не забудьте поставить лайк — чем больше лайков, тем быстрее я буду выпускать новые главы.