Бессмертный Пьяница (Новелла) Том 12 Глава 987 Наблюдатель

Высшая Триада пострадала, но полностью не исчезла. Их силуэты, словно слепленные из обрывков законов, стали восстанавливаться в беспорядочном звездном просторе. Пространство неподалеку от них содрогнулось, и порванные нити переплелись вновь, возвращая их телесные формы.

— Слишком слабы… Самонадеянно было думать, что в нашем нынешнем состоянии мы удержим их... — прозвучал тихий, полный ярости голос Старика Времени-Пространства. Он опирался на колени, а серебряные трещины по его телу продолжали пульсировать. — Раньше мы бы легко отбили подобную атаку.

Монах Воли бросил взгляд в пустоту впереди, его глаза полыхали синим сиянием. Армия Восстания Жизни под предводительством Близнецов и Матери уже ушла вперед. Они неслись к белому огню, все больше растягивая свой наступательный фронт. Пространство словно само подгоняло их, притягивая к цели.

— Если бы Кай прорвался, он уже был бы здесь... Но белый огонь по-прежнему пылает, вероятно, он еще не завершил, а разрушен лишь наш кокон. Если не остановим их сейчас, ему конец, — хрипло вымолвил Монах Воли. Его голос звучал тяжело, словно набат древнего колокола.

— Ха-ха-ха! Отлично! — оборвал его Бог Удачи, протягивая руку. Его кубики соединились в один, и тот загорелся, будто пожирая его самого. По коже расползлись письмена, похожие на ритуальные заклинания. Он скривился в боли, но улыбка не сходила с лица. — Тогда сами сожжем себя, чтобы на миг обрести огромную мощь. Ха-ха.

Услышав это, рога Старика Времени-Пространства вспыхнули серым пламенем, и он произнес:

— Решено. Перегоним армию жизни и встанем стеной перед Каем. Времени у нас мало, но это лучше, чем ничего.

— Да будет так, — шепнул Монах Воли, и ленты на его теле загорелись синим огнем.

— Ду-дуум! — в следующий миг их ауры вспыхнули с удвоенной силой!

Старик Времени-Пространства шагнул вперед, его взгляд опустел. Вокруг него проявились древние знаки времени. Перед ним пространство исказилось, формируя туннель, через который они могли достичь белого огня быстрее противников.

В этот миг Матерь Духа ощутила растущее давление и оглянулась. Ее лиловые глаза расширились в изумлении. Сзади на всю пустоту надвигался устрашающий шторм, искрящийся серебром, золотом и синими всполохами.

— Они... сжигают свой закон за силу? — вымолвила она, голос ее дрогнул. — Что они так отчаянно охраняют?! — взревела она в ярости.

— Не знаю, но торопиться надо, — холодно отозвался Бог Смерти, черный огонь на нем разгорелся сильнее. — Раз пошли на самоуничтожение, значит, это нечто крайне важное!

— Они опять пытаются всех обставить, — спокойно сказала Богиня Жизни. — Но даже так, сгорая сами, долго нас не задержат. Мы победим!

Однако в тот же миг сзади прокатилась страшная пульсация пространства. Бесчисленные мастера Армии Восстания Жизни почувствовали накатывающую мощь, что сдавливала пространство, словно тонкую бумагу.

— Они нас обгоняют! — крикнул Бог Смерти.

— Нет! Догоним белый огонь первыми! — заорала Матерь Духа, красный отросток на груди ее засиял ярче.

Битва не сбавляла темпа ни на секунду. Армия Восстания Жизни мчалась вперед, но сзади, как огненное цунами, неслась Триада, жертвуя собой ради финального броска.

В тот же миг в бескрайнем потоке белого огня, напоминающем океан чистого света, царила божественная тишина — полная противоположность внешней буре. Это пламя слепило своей чистотой, испепеляло все ненужное, но при этом наполняло пространство непостижимым величием.

В сердце этого космического вихря парило безвольное тело Кая. Его лицо оставалось спокойным, словно во сне — без боли, страха или эмоций. Волосы его снова побелели, будто он возвращался к корням, очистив тело от чужих родословных. Они мягко колыхались в потоке, сливаясь отблесками с окружающим пламенем, становясь частью этой вечной аномалии. Он недвижим, но казалось, весь мир кружит вокруг него. Будто белый поток — продолжение его души, его сути.

От живота его тянулась тонкая белая нить, по которой неиссякаемо лились потоки мощи. Она была натянута туго и связывала его с крошечной черной сферой в воздухе. Эта сфера, малая по размеру, источала жуткую тяжесть — в ней таилась тьма, поглощающая свет. Она дрожала, вибрировала, и с каждым толчком белый огонь вокруг разгорался ярче.

Виной всему хаоса были эти двое — тело Кая и черная сфера. Из них, словно от взрыва сверхновой, выплескивалось белое пламя, раздирающее ткань Вселенной на бесчисленные фрагменты. Эта мощь была столь неуправляемой, что даже базовые законы мироздания не в силах были ее обуздать. Волны пламени распространялись на сотни тысяч километров, устремляясь в бездну и возвращаясь обратно, порождая вихри, которые своим появлением воспевали новую, неизведанную мелодию.

Вселенная, казалось, сама содрогалась от этого происшествия, трепеща перед тем, что зарождалось в ее недрах. Звезды на отдаленных рубежах меркли и угасали, будто склоняясь в почтении перед новой сущностью, чей блеск превосходил их в миллиарды раз.

Тело Кая оставалось недвижимым, однако внутри него происходили перемены. Грудь его едва заметно вздымалась, а по коже скользили золотисто-белые знаки, словно древние письмена, неведомые ни одному миру ранее. Эти знаки то вспыхивали, то меркли, переплетаясь в сплошной узор, что окутывал тело как тонкая броня или прозрачная чешуя. Сердцебиение, сперва едва уловимое, теперь гремело эхом в пустоте, подобно звону исполинского колокола.

— Ду-дум… — гремел глубокий звук, словно пульс всей Вселенной.

С каждым усилением этого биения белое пламя взметалось все выше, а поток мощи из Кая и Сферы Сути набирал еще большую силу.

В этот миг сама идея "Бога" начала трансформироваться. Ведь слияние двух различных проявлений одного и того же порождало нечто совершенно иное. Кай не просто становился частью Вселенной — он возрождал ее и себя в одночасье.

Этот мгновение напоминало рассвет новой эры, когда древние боги содрогнулись перед тем, кто был готов занять их трон.

Однако даже посреди этого грандиозного, устрашающего и величественного потока силы Кай испытывал ужас.

Сознание постепенно возвращалось, пробиваясь сквозь густую, липкую тьму к свету. На периферии разума мелькали смутные, обрывочные видения. Только что он спокойно пребывал в коконе, но вдруг все обрушилось, и на миг он будто охватил все происходящее во Вселенной. Звуков не слышалось — только ритмичное, гулкое "Ду-дум", отдающееся в черепе.

"Неужели... Высшая Триада пала?" — мысль мелькнула слабо, как искра в бездонной тьме. Глаза не открывались, тело не отзывалось. Ни пальцем пошевелить, ни головой повернуть — он был словно в ловушке, беспомощный, бесплотный и страшно беззащитный.

Тепло обволакивало со всех сторон, но это тепло было необычным. Оно опаляло и одновременно успокаивало. Белое пламя огня присутствовало повсюду: внутри, снаружи, вырываясь из его сути как неудержимый световой поток.

И внезапно разум его озарился пониманием.

В голове что-то сломалось, и он узрел окружающее. Не глазами, не даже восприятием — это было так, будто фокусируясь на любой части Вселенной, он мог постичь тамошние события.

Мгновенно сознание Кая охватило все вокруг: пустоту, кипящую от бушующего огня, далекие звезды, гаснущие поочередно в шоке от случившегося, и яростную битву неподалеку. Он видел, как Армия Восстания Жизни пробивается сквозь звездное пространство. Их вожди — Близнецы и Матерь — несли неукротимую волю. За ними, точно три космических смерча смерти, надвигалась Высшая Триада, пылающая серебряным, золотым и синим огнем. Их сила кромсала реальность, но даже они меркли перед тем, что творилось здесь.

"Высшая Триада жива… Это хорошо, ведь им нельзя погибать..." — прозрение пронзило разум Кая.

Он увидел себя извне — беспомощного, застывшего, как куклу, в центре ослепительного пламени. Его тело сейчас было уязвимее, чем когда-либо. Даже обычный культиватор, способный выстоять в звездном пространстве, мог бы его прикончить. Каждая клетка была обнажена, без защиты от любой, пусть слабейшей, атаки.

И хуже всего, что ревушее белое пламя не желало вредить окружающим. Оно впустит любого, кто приблизится, и Кай ничем не сможет помешать!

"Значит, если не прорвусь... Я погибну?" — вихрем пронеслось в уме.

Но в следующий миг сознание заполнил настоящий ужас! Не за себя, а за положение вещей в целом!

Он ощутил Вселенную. Не просто ее просторы — он чувствовал, как она распадается. Ее нити, эти хрупкие переплетения законов и пространства, трепетали и рвались. Гигантские разрывы пустоты, словно раны, расползались по ее телу. В далеких мирах звезды угасали, целые тералиты покрывались паутиной трещин. Миры, еще миг назад цветущие,崩ались, не выдерживая натиска событий.

"Плохо дело... Высшая Триада — якорь баланса фундаментальных законов, но они ослабли до предела, и Вселенная вот-вот расколется! Нужно немедленно всё остановить!" — паника стиснула его разум, он рванулся закричать, чтобы прекратили, однако ни звука не слетело с губ.

Сознание возвращалось с нарастающей скоростью, страх же крепчал с каждым мигом. Он ощущал приближение противников, видел, как Армия Восстания Жизни мчится к нему сквозь разрывы пространства. А ещё — как Высшая Триада пожирает себя, стремясь его защитить! Без прорыва любой поворот событий обернётся концом всего мироздания!

"Чёрт! Кессия тоже здесь!" — внезапно осознал он, заметив, как возлюбленная летит к нему. Её лицо уже сказало Каю: сердце её полно горя и скорби. Видимо, она решила, что он погиб! Кай силился пошевелить рукой, совершить хоть какое-то движение, но тело не слушалось.

В глубинах сознания вспыхнула боль — сначала слабая, потом нарастающая. Огонь опалял его изнутри, чёрная сфера рядом дрожала всё сильнее, рвясь слиться с ним окончательно. Но как ни бился он, процесс ускорить не удавалось!

Немощь сковала Кая. Он, отдавший вечность на то, чтобы стать спасителем Вселенной, насмехавшийся над смертью, теперь не мог издать и крика. Осталось лишь взирать на разгорающийся хаос и ждать развязки.

"Нет… Я прорвусь сию минуту! Сфера Сути, ускорься! Завершим наше слияние!" — мысленно взывал Кай сам к себе, сжимая всю волю в кулак. Он сосредоточился исключительно на слиянии, отрешившись от всего вокруг. Пора было полностью отдаться процессу и уповать на Высшую Триаду!

В сердце разума, в самой глубине, пробудилось нечто иное. Среди паники и эха вселенских криков в сознании мелькнула искра. Крохотная, едва уловимая, но она существовала.

Это было его истинное "Я".

"Нет... я не исчезну! Вселенная выживет!" — слабая мысль прозвучала как клятва, и впервые сердце сильно стукнуло.

— Ду-дум!

Белое пламя вокруг дрогнуло, словно отозвалось на решимость. И мгновенно вспыхнуло с новой силой!