Безграничный волшебник (Новелла) Том 48 Глава 1185 Смысл события (4)
Привалившись спиной к стене, поверженный Юфра посмотрел на Широна свирепым взглядом.
— Гр-р-р!
Издав низкий, звериный рык, он вновь вскинул меч и бросился в атаку. Широн погрузился в раздумья.
«Свободно ли человеческое сердце от Закона Бога?»
Дилемма Берона.
Увидев брошенное на землю золото, оказавшись перед прекрасной женщиной, заполучив в свои руки абсолютную власть...
«Многие ли смогут устоять?»
Мир, подвластный Закону.
И теперь равнодушный Бог напрямую вмешался в первопричины, делая из людей безвольных марионеток.
«Опартс».
Человек, лишенный сердца — не более чем вещь.
— Яхве, ты — ошибка.
А значит, и эти слова были вложены в уста Юфры самим Богом, исказившим его первопричину.
Широна прошиб холодный пот.
«В круговороте наслаивающихся событий Юфра, должно быть, раз за разом выбирал жизнь. Но в итоге так и не смог превзойти участь инструмента Бога, превратившись в Опартс».
Причина была лишь одна.
«Потому что человек — животное, ведомое желаниями».
Из-за неспособности выбрать дискомфорт, из-за страха смерти, из-за нежелания уступать.
«Собственные желания сталкиваются с чужими, и этот процесс в конечном счете становится предсказуемым Законом… вычисляемым Богом. Неужели человеческим сердцем можно манипулировать? Неужели мы — не более чем пешки Закона?»
Когда лезвие коснулось шеи Широна, плотный сгусток света отбросил Юфру в сторону. Раздался глухой удар о стену, и сотканная из света дымка, приняв очертания гигантской руки, придавила мечника к земле.
— Чушь. Я не ошибка. И пока я жив, дилемма Берона все еще остается в силе.
Потому что он попросту не мог ошибаться.
Юфра не проронил ни слова. Бог манипулировал им с помощью Закона, однако не обладал способностью постичь саму суть его природы.
— Яхве, — свет в глазах Юфры погас. — Ты — ошибка.
Его голова безвольно повисла, словно у механизма, внезапно вышедшего из строя.
«Смерть».
Или, вернее сказать, разрыв связи.
Стоило Широну развеять Божью Длань, как тело Юфры рухнуло на пол. Воочию убедившись в том, что сулит превращение в Опартс, Широн перевел взгляд на поверженного Глена.
— Молю, спаси Глена. Пожалуйста...
«Он не Опартс».
Хоть он и балансировал на самом краю, появление Лукии не позволило ему окончательно утратить сердце.
— Дайте взглянуть.
Шульга Дьявола вывернула ему суставы, но, поскольку Лукия вовремя одернула руку, кости остались целы. Восстановив его жизненные силы с помощью Миракл Стрима, Широн направил в его тело свет Агапэ.
— Кх-х-х! Убью, Лукия. Я прикончу тебя.
Широн покачал головой.
— Даже Яхве не под силу изменить его первопричину. Он пережил бесчисленное множество событий и в ходе этого пути пришел к такому состоянию по собственной воле.
Широн, по-прежнему веривший в силу человеческого сердца, не желал признавать, что Глен стал лишь марионеткой.
— Невыносимо тяжело перечеркнуть всю свою прожитую жизнь. Но в конечном счете лишь сам человек способен изменить свое сердце. Нам остается только верить в него.
По щекам Лукии покатились слезы.
— Я тоже видела. Видела прошлое Глена и то, какие чувства на самом деле питал ко мне верховный жрец Максимус.
Широн сообщил ей о смерти Максимуса в деревне.
— Вот как... Теперь я уже ничего не понимаю. Я так верила Глену. Выходит, любовь — далеко не всегда нечто прекрасное.
— Она прекрасна, — мягко возразил Широн, помогая Глену подняться. — Неважно, как именно называется это чувство. Куда важнее та воля, что позволяет пронести ее до самого конца.
— Воля, что позволяет пронести ее до конца...
— Если вы действительно любите господина Глена, не отступайте. И тогда, чем бы ни было это чувство, оно будет прекрасным, — произнес он, и Лукия, словно осознав нечто важное, поднялась на ноги.
— Теперь я понимаю, почему не разделила участь Глена или господина Юфры. Я должна была оказаться здесь.
«А ведь и правда... Внутри пирамиды произошло наслоение событий, но первопричина Лукии осталась неизменной».
— Вот оно что.
Этому было лишь одно объяснение.
— Для Бога вы, госпожа Лукия, уже являетесь завершенным результатом. Ваша встреча с господином Аресом, то, что Глен привел вас сюда — все это не случайность. Но... ради чего?
Зачем Богу понадобилась Лукия?
— Шульга Дьявола.
Для нее, творившей чудеса Десницей Бога, это было внезапной переменой.
Лукия воскликнула: — Кажется, я знаю способ встретиться с Богом! Пожалуйста, найдите остальных!
Должно быть, именно ради этого Бог и призвал сюда Широна.
«Хочешь использовать и меня в качестве пешки? Как бы не так, твоим расчетам не суждено сбыться».
В ушах, словно галлюцинация, прозвучал голос.
— Спаси себя от ужасной истины
— Хорошо, выдвигаемся.
Следуя за Широном, Лукия не отрывала взгляда от лица потерявшего сознание Глена.
«Никто не в силах тебе помочь. Ты должен справиться сам, Глен. А я... я больше не поддамся сомнениям».
* * *
Зеленый Океан.
Оружием эльфов против вторжения фей выступала сама первозданная природа — бескрайнее лесное море. Исполинские деревья хлестали ветвями, точно кнутами, а каменные големы безжалостно давили крошечные тельца нападавших.
Гро-о-о-хот! От этого пугающего звука армия фей вздрогнула и попятилась.
— Тц! А они неплохо сопротивляются.
— Мы ведь этого ожидали. Хватит ныть, наша главная цель — захватить подопытных.
Крауну нужны были эльфы.
— Это при условии, что мы прорвемся через этот чертов лес. Трусливые ублюдки. Прячутся за природой.
— Это цветочный род, или как их там... у них просто невероятные способности. Они контролируют все лесное море.
В этот момент земля отозвалась мощной вибрацией.
— Еще не готовы?
Феи обернулись и увидели, как к ним широкими шагами приближается Уриэль, Архангел Разрушения.
— А, господин архангел.
Раскручивая свой Небесным Посохом, он бросил: — Отступите.
Не дожидаясь ответа, Уриэль устремился к лесу и с размаху обрушил Небесный Посох на землю.
«Колесо Галактики».
Лес в радиусе сотен метров взорвался.
— Кх-х-гх!
Стоило лидеру цветочной расы, Протее, инстинктивно сжаться, как до нее докатилась сейсмическая волна. К ней подошла предводитель эльфов Энокс.
— Что происходит?
— Связь с Малым Миром ненадолго прервалась. Сила архангела поистине чудовищна.
Большая часть цветочной расы погибла еще во время войны с демонами, и теперь их осталось лишь десяток выживших.
Управляющая речными потоками и тушащая лесные пожары Фларино произнесла срывающимся от отчаяния голосом: — Если так пойдет и дальше, они нас сметут. Почему же Яхве не приходит нам на помощь? Неужели мы... неужели нам не суждено обрести человеческую жизнь?
— Ты не права, Фларино, — жестко ответила Энокс. — Мы должны спасти себя сами. Способность сражаться и бороться подобно людям — вот что важно. Если в нас не будет этого духа, даже приход Яхве ничего не изменит. Мы так и останемся безвольным скотом.
— Но...
— Людям тоже был ведом страх. И они тоже познали мучения. Если не преодолеть это, нам никогда не достичь цели.
Не достичь центра мира.
— Вперед! В бой, эльфы! Сколько мы будем терпеть, чтобы феи клеймили нас трусами?!
Триста эльфов безмолвно, одним лишь взглядом выразили свое согласие.
— Всем войс!.. — Энокс не успела договорить — сокрушительная ударная волна ударила в землю всего в сотне метров от них. — Кх-х!
Когда развеяли пыль магией ветра, из-за завесы показалась огромная фигура приближающегося Уриэля.
«Что за чудовищная мощь… Среди тех, кто наделен волей, его сила, должно быть, входит в число величайших во всей вселенной».
— Почему вы вмешиваетесь в битву рас?
Как и у Яхве, у архангела не было ни единой причины вставать между эльфами и феями.
— Как знать, — Уриэль чуть согнул ноги в коленях. — Быть может, потому что я и сам представляю собой отдельную расу?
От одного лишь того, что он сменил стойку, исходила такая устрашающая аура, словно они наблюдали за эпицентром взрыва.
Лица эльфов мертвенно побледнели, а сама Энокс почувствовала, как у нее темнеет в глазах.
— Пора заканчивать эту войну.
Феи истошно закричали: — Господин Уриэль! Эльфов нужно взять живыми...
Но не успели они договорить, как Уриэль, раскручивая Небесным Посохом, уже рванул вперед.
«Это конец…»
Когда Энокс уже была готова поддаться отчаянию, в бок Уриэля на полном ходу врезался какой-то мужчина. Раздался оглушительный грохот, и Уриэль отлетел в сторону, оставив и эльфов, и фей стоять с ошеломленными лицами.
— ...Кто вы?
Перед ними стоял красавец в сером пальто, с вьющимися волосами и необычными глазами, отливающими холодной сталью.
— Золотой Дракон Метира.
Вслед за этим воздух прорезал свист, и один за другим на землю приземлились остальные Двенадцать Апостолов.
— Ах...
Глаза Энокс заблестели.
«Яхве... Яхве не бросил нас».
Дракон Яда Фойне хищно сощурилась.
— Вмешиваться в битву, где на кону стоит судьба рас, — это против правил. Не так ли, Уриэль?
Тяжело ступая, архангел зашагал к ним, отчего земля задрожала под его ногами.
— Незваные гости.
Дракон Света Фаэтон, златовласый юноша, восседавший в самом центре группы Апостолов, расплылся в оскале.
— Что? Поджилки затряслись? Не бойся. С тобой я и один на один легко управлюсь.
— Один из двенадцати, — Уриэль медленно поднял правую руку. — Если я буду драться одной рукой, силы уравняются. Если хочешь, могу и Небесный Посох отложить в сторонку.
— Хе-хе-хе! Ха-ха-ха!
Лицо Фаэтона застыло в безумной улыбке, а его половина начала стремительно деформироваться, принимая драконий облик.
— А ну иди сюда, ублюдок.
Уриэль снисходительно поманил его пальцем, и в глазах юноши вспыхнуло яростное сияние.
— Ах ты мразь...
Но не успел Фаэтон броситься в бой, как к Уриэлю метнулась Дракон Огня Инферкус.
— Пора тебе преподать урок.
Ее тело, обтянутое кожаным костюмом, внезапно объяло пламя, мгновенно превратившее поле боя в бушующее море огня.
Поспешно применив магию воды, Энокс до скрипа стиснула зубы.
«Все только начинается».
Война между эльфами и феями. Тот, кто одержит верх в этой битве, вольется в ряды человечества и изменит будущее всего мира.
«Кому же удастся отстоять свою волю?»
Плоды этой расовой войны прямо сейчас проходили сквозь фильтры Закона Бога, скапливаясь в конечном хранилище информации.
* * *
Апокалипсис.
Почувствовав внезапную дрожь земли, поисковый отряд Широна тревожно начал оглядываться.
— Что происходит?
Толчки были не слишком сильными, но эта вибрация рождала жуткое ощущение, будто перекраивается сам мир.
— Широн! Взгляни на это!
Артефакт в руках Марши на глазах покрылся ржавчиной и начал стремительно ветшать.
— Формируется новое будущее. И с немыслимой скоростью.
Широн закусил губу.
«Значит, изменения в Законе происходят крайне радикально. Неужели в уравнение была введена какая-то огромная переменная?»
Наслоение времени. Осознавая, что все текущие события буквально вытесняются в прошлое, отряд замер в напряжении.
— В-все закончилось?
Перед ними раскинулся мир Апокалипсиса, разительно отличавшийся от того, что был до землетрясения.
— ...Как чисто.
На месте пейзажа, прежде усеянного обломками зданий, теперь возвышался высокотехнологичный механизированный мегаполис.
Марша ошарашенно спросила: — И кто в итоге победил? Эльфы? Феи? Кто вообще построил этот город?!
Из-за зданий появились семь андроидов.
— А?
Их яйцевидные головы были оснащены черными жидкокристаллическими экранами вместо лиц, а тела отливали серебристым металлом.
«Совсем как Хай Гир».
Все они были облачены в одинаковые монашеские рясы, а на их шеях и запястьях висели электронные четки.
— Обнаружены живые существа.
Андроиды синхронно повернули головы в их сторону.
— Тц! Нас засекли.
Пока наемники из группы Попугай спешно готовились к бою, по экранам андроидов сверху вниз побежали строки на санскрите.
— Форма есть пустота. Пустота есть форма.
Широна поразил даже не их холодный, механический голос, а та глубина просветления, что скрывалась за символами на их экранах.
«Будда?»
Марша спросила так, словно вот-вот готова была наложить в штаны: — Широн, это ведь враги? Да? Умоляю, скажи, что это враги. Тогда я побегу не оглядываясь.
— Форма есть пустота. Пустота есть форма.
Финальная стадия эволюции человечества — Финальный Тип Z.