Безграничный волшебник (Новелла) Том 49 Глава 1210 Мир, в котором мы живем (4)

Главный корпус Дельты.

Китра из королевства Парас равнодушно смотрел на Эксоверс, превратившийся в черную сферу.

«Сингулярность, лишенная объема, с бесконечной плотностью».

Если небытие — это нулевое пространство, вмещающее в себя все возможные вероятности, то и само существование не более чем иллюзия.

— Вы смеете противиться воле Бога?

Семь архангелов обратили вспять Законы мироздания, однако пирамиды по всему миру продолжали незыблемо стоять. Если принять число сто за конечный результат, то количество способов его получить стремится к бесконечности. И все, чего добились ангелы, — лишь устранили семь восьмых первопричины.

— Исход изменить невозможно.

Для Бога существует лишь нулевая или стопроцентная вероятность. Пока не воссоединятся все восемь первородных концептов, это по-прежнему безоговорочная победа Бога.

Стоило глазам Китры вспыхнуть лазурным светом, как магнитное поле пирамид начало стремительно расширяться. В то же мгновение в глазах всех, кто оказался под его воздействием, загорелось точно такое же синее пламя. Это были люди, чьи души растворились в квантовых флуктуациях, множащихся словно морская пена.

— Убейте Майю.

В Омега 999 чье-то имя стало самым важным Законом Вселенной.

* * *

В самом ядре cолнца семеро архангелов ощутили, как меняются Законы мироздания. Пути были иными, но финал обещал остаться прежним.

— Но как?.. — спросила Икаэль. — Он обошел то, что мы с таким трудом утвердили. Значит, систему можно изменить любым другим способом.

— Но мы хотя бы сохранили рассудок. При таком раскладе даже рядовые ангелы не утратят свой статус. Или же все иначе? — ответила Сатиэль.

Для них лично это было спасением, но в масштабах всей вселенной не изменилось ровным счетом ничего. В конечном итоге им не удалось воспротивиться воле создателя, и теперь Бог намеревался навсегда закрыть этот мир.

«Небытие. Невозможно остановить то, чего не существует».

Божественное дыхание просачивалось сквозь трещины в каждой частице материи и в каждом законе. Если представить вселенную в виде закрытого ящика, то стоит появиться крошечному отверстию — и он тут же заполнится воздухом.

«Единственный выход — перекрыть все полностью. Пока все существа в едином порыве не отвергнут Бога...»

В этой игре Бог все равно оставался безоговорочным победителем.

* * *

Вобрав в себя сущность Феникса, Эми оседлала солнечный ветер и добралась туда, где находился Широн.

— Широн.

Оказавшись под защитным барьером Миракл Стрима, она отменила трансформацию и в то же мгновение осталась совершенно обнаженной.

— Ой!

Сильно покраснев, она торопливо прикрылась руками и спряталась за спину Широна.

— Не оборачивайся.

Уголки губ Широна дрогнули в легкой улыбке.

— Я мог бы сделать для тебя хотя бы одежду.

Мысль была заманчивой, но, видя колоссальную нагрузку Сферы Широна, у нее просто язык не повернулся согласиться.

— Не нужно. Она все равно снова сгорит.

На мгновение Эми завороженно застыла, затаив дыхание от танца материи, льющейся из рук юноши.

— Невероятно...

— Да. Мама обратила Законы вспять, но апокалипсис в мире так и не отступил. Наверное, логика Бога выходит далеко за рамки человеческого понимания. И, скорее всего, это... единственный оставшийся у меня способ противостоять ему.

Широн не сказал «у нас».

«Наверняка он все понимает».

Объединить человечество — задача куда более сложная, чем управление Сферой Широна.

Эми нежно обняла Широна со спины.

— Держись. Соберись с силами.

Его грудь внезапно сдавило от нахлынувших чувств, словно ее душа проникла в него сквозь спину.

— Давай не будем пытаться стать счастливыми только вдвоем, — тихо сказала Эми.

Когда похороны Пишо закончились и они остались наедине, она произнесла те же самые слова.

— ...А?

И тогда из глаз Широна, как и в тот день, покатились обжигающие слезы.

— Не переживай. Ты — единственный мужчина, которого я люблю. И это чувство не изменится никогда.

Широн беззвучно плакал. Чувствуя его дрожь всем телом, Эми погрузилась в воспоминания о далеком прошлом.

— Помнишь? Как мы встретились в первый раз.

Тогда, в темном переулке Креаса, она наткнулась на нелепого деревенского мальчишку, который заблудился.

— Тебе тогда крепко досталось. Да и я была не лучше. Велела снять с тебя одежду...

— ...Да.

— ...Ха-ха.

— Но знаешь, когда я в тот день вернулась домой, то заявила отцу, что поступлю в академию магии. В тот самый день, когда ты впервые успешно использовал магию.

— Так мы встретились снова, и прошли через многое вместе. Иногда я задумываюсь: а что было бы, если бы я не встретила тебя тогда? Если бы из прихоти пошла в кафе за мороженым, или зашла бы в тот переулок на десять, нет, хотя бы на пять минут позже. Если бы в тот момент обронила хоть одно другое слово...

Оглядываясь назад, понимаешь, насколько пугающей бывает человеческая судьба...

— Меня бы здесь сейчас не было. И я не смогла бы стоять вот так, обнимая тебя со спины и говоря эти слова.

Широн промолчал.

— Если бы моя жизнь сложилась иначе, я бы все равно как-то жила. Но, Широн, я... та я, которая стоит здесь сейчас, верит, что тот миг был настоящим чудом. Чудом, которое перевернуло всю мою жизнь.

Поэтому...

— Я ни за что его не променяю. Даже если время повернется вспять, даже если его отмотают тысячи, десятки тысяч раз — ни на какое другое будущее я не променяю тот момент.

Широн опустил голову.

«Я должен запомнить это».

Он все еще не понимал истинной причины. Но если начало и конец этого мира уже предопределены, то единственное, что остается человеку, — это в конечном итоге...

— Широн, я тебя не забуду. Даже если мне придется прорваться сквозь все вероятности вселенной, я все равно буду любить тебя.

Отдать свои чувства без остатка, до самого конца.

«...Да».

— ...Ха-а.

Обернувшись, Широн ласково коснулся залитых слезами щек Эми.

— Обязательно помни меня. Потому что я обязательно найду тебя. Даже если придется перевернуть всю вселенную, я приду к тебе.

Широн не имел ни малейшего понятия о том, что произойдет через шесть часов. Но здесь, в Омеге 999, на конечной станции человеческой истории, предначертанной Богом, они дали друг другу клятву о будущем, что простиралось далеко за ее пределы.

Двое обернулись к солнцу.

— Я скоро вернусь.

Было неясно, что именно творится сейчас в ядре, но помощь Эми должна была прийтись как нельзя кстати.

— Будь осторожна.

— Не переживай.

Обхватив лицо Широна ладонями и нежно поцеловав его в губы, Эми активировала искусство Воплощения Огня.

Отдалившись за пределы защитного барьера Миракл Стрима, она улыбнулась и произнесла:

— Меня ведь никто не сможет убить. — С помощью магии самовозгорания ее тело во мгновение ока перенеслось прямо к Солнцу.

— Да.

Еще мгновение наслаждаясь остатками ее тепла, Широн вновь напряг взгляд и произнес:

— Мика.

— Прогресс составляет 42,0148%.

«Я должен довести до конца».

Пожалуй, впервые его посетила мысль о том, что объединение человечества может оказаться невыполнимой задачей.

* * *

Шпиль главного корпуса Дельты.

Сидя на самой его вершине, Широн с грустью смотрел на толпу, собравшуюся у главных ворот.

«Этому нет конца».

После пресс-конференции Гиса мнение граждан разделилось на двое и вышли на яростные протесты.

«Нет, дело совсем в другом».

Если заглянуть чуть глубже, туда, где скрывалась истина, становилось ясно: никто не собирался слушать друг друга.

— Давайте судить Гиса по законам королевства за то, что он опорочил честь Зейва! Это наше право как граждан!

В Зейве, государстве с демократической монархией, жители столицы обладали весьма значительной властью.

— Это кто еще кого опорочил?! Если мы продолжим вот так раскалывать общество из-за не до конца ясных событий, то лишь ослабим собственные позиции в Святилище!

— Не смейте прикрываться подобными отговорками! Монарх, утративший моральный облик, не имеет права выступать представителем своего народа!

Шум голосов, где каждый норовил вставить свое веское слово, долетал даже до внутренних покоев.

Альбино, стоя у окна, наблюдал за сотнями факелов, пылающими у главных ворот.

— Все обернулось в точности так, как и задумывал Гис. Кажется, это пламя как нельзя лучше отражает гнев народа, — сказал Руфист.

— Гнев — это плохо. Чувства слишком легко читаются. А все, что находится на виду, без труда поддается контролю. Само содержание пресс-конференции с самого начала не имело никакого значения. Стоит только послать сигнал, как люди реагируют одним из двух способов: либо соглашаются, либо нет.

— И тем самым сеют раскол.

— Дихотомическое мышление — это чуть ли не крест человечества. То, что не является истиной — ложь. Однако полуторные люди устроены иначе. У этих ублюдков в запасе имеется еще одна опция. Либо истина, либо ложь, либо правильного ответа не существует в принципе. В этом мире вообще нет правильных ответов. Он соткан из сплошных противоречий. Люди до одури боятся этого факта, поэтому и лезут из кожи вон, лишь бы доказать свою правоту. А вот полуторные принимает парадоксы как данность. Даже если они чего-то не понимают, даже если это не укладывается в голове, они просто берут и делают. Их фокус направлен исключительно на решение конкретной проблемы.

— В каком-то смысле это недостаток эмоций.

— Они пугающе хладнокровны. Эволюционировали настолько, что взобрались на самую вершину цивилизационной пищевой цепи. Наверняка прямо сейчас они с аппетитом делят между собой самый лакомый кусок — деньги и власть, а жалкие объедки намерены швырнуть толпе. Радость победы, гражданская гордость... весь этот несъедобный мусор.

— Но ведь это прекрасные идеалы.

— Хе-хе, это сродни тому, чтобы налепить ярлык «высший сорт» на не пойми что и выставить на продажу. Откровенно говоря, я не имею ни малейшего понятия, как подобные вещи способны сделать мою жизнь счастливее. Но раз уж находятся дураки, готовые это купить, значит, найдутся и те, кто это продаст.

Погрузившись в раздумья, Руфист спросил: — А что, если бы после пресс-конференции жители Роденина сохранили молчание?

— Думаю, у Гиса от такого кровь бы в жилах застыла. Ведь предсказать реакцию масс невозможно. Хотя такое вряд ли бы произошло. Интеграция на априорном уровне — вот что такое Ультима.

— Вот оно как.

— В качестве запасного плана мятежный король мог бы попытаться объединить граждан, но разве он устроил бы пресс-конференцию, не будь зачистки уже завершены? Публичные заявления всегда оставляют на самый конец.

А тем временем народ продолжал бесконечно грызться между собой.

— Давайте пока просто подождем. Отложим суждения хотя бы до тех пор, пока не закончится собрание Святилища!

Даже внутри фракции Гиса произошел раскол на умеренных и радикалов.

— Юная леди погибла. Представляете, каково сейчас Его Величеству? Давайте пока проявим сдержанность.

Умеренные, в свою очередь, разделились на тех, кто руководствовался эмоциями, и тех, кто взывал к разуму.

— Да дело вообще не в этом, как же вы не понимаете! Я говорю о том, что нужно перетерпеть ради текущей политической ситуации!

А «эмоциональные» распались на два лагеря: гневных и сочувствующих.

— Да как у вас вообще язык поворачивается такое нести?! У вас что, своих детей нет? Вы что, совсем психопат?!

— Чего сказал?! Ты сейчас договоришься!

Широну оставалось лишь с невыносимой грустью наблюдать за тем, как общество дробится на тысячи мелких осколков.

«Правильного ответа не существует».

Есть лишь те, кто слепо блуждает в поисках истины, и те, кто на всех парах мчится вперед, сжимая в руках откровенную ложь. В этой жестокой системе побеждает тот, кто доберется первым, вонзит свой флаг и подчинит себе остальных.

«Наверняка они прямо сейчас...»

Поднимают бокалы, восседая на самой вершине мира.

— О-о, Ваше Величество Гис! Примите мои искренние поздравления.

В роскошных купальнях, любезно предоставленных Арахной, собрались лидеры государств, входящих в союз Зейва.

С наслаждением погружаясь в горячую воду, Гис ответил: — Ха-ха! Да разве это такое уж великое достижение? Словно больной зуб вырвали, на душе аж полегчало.

Лидер Покоев Разврата, сидя на бортике бассейна с обнаженной грудью, неторопливо раскурила курительную трубку.

— А этот Реймонд оказался на удивление сентиментальным малым. Говорят, перед самой смертью он звал свою жену.

Услышав это, король Айрона разразился громогласным хохотом.

— Пха-ха-ха! И зачем? Боялся, что в одиночку в ад попадет? И такой сопляк еще мнил себя правителем... Тьфу, позорище.

Веки Гиса едва заметно дрогнули.

— О-ох, как же хорошо. Аж кости расслабляются.

Беспощадные хищники цивилизации, чьи чувства никогда не встанут на пути к заветной цели.

— Ваше Величество, молю, примите и мою любовь.

Но даже их холодный, расчетливый разум, позволяющий им с гордостью именовать себя полуторными, в конечном итоге стремился лишь к одному.

— Хе-хе, ну давай. Посмотрим, на что ты способна.

К примитивным, низменным животным инстинктам.

— А-ах!..

Именно таким и предстал перед глазами Широна мир Омеги 999.