Безграничный волшебник (Новелла) Том 51 Глава 1267 Вершина мудрости (1)
Жить по своей воле или просто существовать?
— Способен ли человек и впрямь изменить будущее?
Широн открыл глаза. В обрывках сознания оставалась лишь галлюцинация — голос, который так отчаянно хотелось услышать.
«Я жив?»
Чувства возвращались крупица за крупицей.
Казалось, он находится в очень шумном и суетливом месте, но даже эти звуки доносились словно издалека.
— Широн.
Дверь открылась, и в палату вошел Нейд.
— Ней...
Беззвучно шевельнув губами, Широн поморщился, осознав, что голос сорван. Как же сильно он кричал?
— Очнулся. Ты пролежал без сознания три дня. На, выпей воды. Госпожа Миро сказала, что нам остается только наблюдать за тобой, но здесь такая суматоха, что я не смог как следует приглядеть за тобой. Прости, — Нейд не замолкал ни на минуту.
Сделав глоток из протянутого стакана, юноша почувствовал, как пересохшее горло немного увлажнилось.
— Нейд, — превозмогая боль в горле, спросил Широн: — А Эми?
Ответа не последовало, и Широн, осознав, что произошедшее не было сном, вновь закрыл глаза.
— Широн.
— Нет.
С чем именно он не соглашался, юноша и сам не знал. Просто казалось, что если не сказать этого, то затаившаяся на время ярость вновь вырвется наружу.
— Где мы?
Широн поспешил сменить тему.
— В Айроне.
— Айрон?
Это было совершенно неожиданное место.
— В свое время Нане, точнее Анке Ра, воздвиг алтари. Он отдал приказ старейшинами Совета Десяти Путей, понимаешь? И таких мест более двухсот.
— ...И что с того?
— Под ними были построены убежища на случай непредвиденных обстоятельств. Хотя назвать это «непредвиденными обстоятельствами» язык не поворачивается. В любом случае, здесь безопасно. Расслабься и отдыхай.
Осознание того, что немедленно бросаться в бой не придется, принесло облегчение, но вопросов меньше не стало.
— Кто вообще... Кто мог построить нечто подобное?
— Понимаешь...
В этот момент в открытую дверь вошел мужчина.
— Пришел в себя?
Это был Ферми.
Широн, лежа на кровати, встретился с ним взглядом и, не выдержав, заговорил первым.
— Эми...
— Я знал.
Переведя дух, Широн снова заговорил.
— Воспоминания...
— Я их стер, — и в этот раз Ферми перебил его. — Разумеется, с твоего согласия. Тот ты прекрасно понимал, какой шок испытает, и предвидел, в каком жалком состоянии окажется.
Скорее всего, так оно и было.
— Но почему?
Одну вещь он знал наверняка: он ни при каких обстоятельствах не позволил бы Эми умереть.
— Почему я согласился? Что такого ты мне сказал, раз я пошел на эту сделку?
После недолгих раздумий Ферми спросил: — Идти сможешь?
Широн кивнул, но Нейд попытался его остановить.
— Твои тело и разум еще слабы. Если начнешь волноваться сейчас, станет только хуже.
— У нас нет времени. Ты и сам это знаешь.
Скрестив с Ферми тяжелые взгляды, Нейд вздохнул и помог Широну подняться.
— Ладно. Я помогу ему дойти.
Широн совершенно не понимал сути их разговора, но не стал сейчас допытываться. Да и сил у него, откровенно говоря, не было.
Когда он, опираясь на друга, вышел из палаты, в коридоре их ожидала Лиз, пришедшая вместе с Нейдом.
— Ох...
Встретившись взглядом с Широном, она неловко поклонилась, юноша ответил коротким кивком и прошел мимо. В ней читались сложные чувства, как и у большинства людей, проходивших мимо. Миновав коридор и выйдя на просторную площадь, он увидел бегающих среди раненых медиков. Посреди этого хаоса взгляд Широна выхватил сидящего в углу Райана. Когда Нейд подвел его ближе, Райан, беседовавший с Тесс, горько усмехнулся.
— Здорово.
Взгляд Широна невольно приковался к правой руке друга.
— А, это?
К плечу была прикреплена грубая, но функциональная механическая конструкция из стальных балок.
— Очень даже ничего. Уж не знаю, как она это сделала, но обо мне позаботилась госпожа Эллис. Кажется, она подруга учителя Куана.
Но это было совершенно не важно. Главное — как правая рука Райана оказалась в таком состоянии и почему ее не удалось исцелить...
Заметив немой вопрос в его глазах, Тесс заговорила.
— Райан вытащил тебя оттуда. Если бы он не пожертвовал рукой, выжить бы не удалось, — ей и не удалось до конца скрыть нотки обиды в голосе. — Но Райан считает, что ему повезло. Повезло, что он смог тебя спасти. Так что... все в порядке.
Тесс натянуто улыбнулась, изо всех сил стараясь выглядеть бодрой.
— Ох...
Широну отчаянно хотелось что-нибудь сказать, но в голову не шло ни единого слова.
— Иди. У тебя, наверное, накопилось много вопросов.
В ее ласковом тоне чувствовалась искренность, но Широн почему-то ощущал себя совершенно чужим.
За площадью вновь потянулся длинный коридор с вереницей дверей по обеим сторонам.
— Проклятье! И долго мне еще торчать в этой дыре?! Вы предлагаете мне есть еду, к которой даже закуски не подают?! Я вам что, собака?! Я, между прочим, министр внутренних дел!
Широн на мгновение замер и обернулся на крик. Разумеется, в экстренной ситуации спасали всех без разбора, но у правящей верхушки на этот счет явно было свое мнение.
— Приносим глубочайшие извинения! Мы уже направили запрос руководству...
— Я и есть руководство! Кто здесь может быть выше меня по статусу?!
Пока Широн безучастно наблюдал за этой сценой, с конца коридора раздался резкий, властный голос.
— Что за шум вы здесь устроили?
Появилось то самое руководство.
«Госпожа Сирано».
Глава международного трибунала Святилища Сирано Мито шла по коридору бок о бок с Сократом Бебето. Заметив Широна, она на секунду запнулась, но тут же потеряла к нему интерес и скрылась за дверью.
— Соблюдай тишину. Не видишь, здесь вообще-то раненые?
— Вы! Да как вы смеете так со мной разговаривать?! Вы хоть знаете, кто я такой?! Вы обязаны предоставить мне как минимум отдельные, просторные покои!
Сирано презрительно усмехнулась.
— Сумасшедший.
— Ч-что вы сказали?!
— Ты глубоко заблуждаешься. Ты больше не министр. Потому что твоей страны больше не существует. Она стерта навсегда. И дворянином ты тоже больше не являешься. Девяносто девять процентов человечества мертво. Те, кто остался здесь — это весь наш мир. Для тебя больше нет ни законов, которые нужно принимать, ни бумаг, которые нужно подписывать.
«Девяносто девять процентов».
У Широна потемнело в глазах.
«Что же... что же я наделал?»
Для простой расплаты за безрассудный рывок на Будду последствия оказались слишком чудовищными.
Министр внутренних дел разрыдался.
— Н-но все же... Мне так холодно. Не могли бы вы выдать мне еще хотя бы одно одеяло? А?
Сирано вздохнула и повернулась к выходу.
— Дайте ему одеяло.
— Слушаюсь!
Оставив кланяющегося адъютанта позади, она направилась к площади, и тут Сократ спросил: — Разве мы не договаривались обойтись без исключений?
— А какая разница? Если при конце света человек ноет о холоде, значит, он вообще не заслуживает жить. Но уж лучше заткнуть его сейчас, чем слушать его нытье всю ночь — так для всех будет спокойнее.
— Хм, значит, нам нужны те, кто умеет сражаться?
— Яхве очнулся, значит, и нам пора действовать. Сегодня ночью будет определен новый мировой порядок. Ром, Гарто и Темика. Правила остаются прежними.
— Звучит просто, но на деле выйдет та еще морока. Даже если останутся всего двое, один обязательно попытается подчинить другого. Пусть мир и рухнул, политики никогда не откажутся от своих привилегий. Это у них в крови.
— Ничего страшного.
Сирано ничуть не обеспокоилась.
— Отныне балом правит грубая сила.
Как только они вышли на площадь, перед ними предстали те самые люди из ее слов — председатели Магических Ассоциаций разных стран, погруженные в совещание.
— Господа.
При появлении Сирано все присутствующие учтиво склонили головы.
— Благодарю, что смогли прийти. У нас совсем нет времени. Чтобы не упустить последний шанс, мы должны собрать воедино все оставшиеся силы. А для этого нам нужен лидер.
Руфист шагнул вперед.
— Мы как раз обсуждали этот вопрос. Мы склоняемся к Тормии.
Если отталкиваться от критерия «те, кто умеет сражаться», это было государство с мощнейшим центром притяжения силы.
— Отлично. Голосование состоится сегодня ночью. Возвращайтесь и убедите представителей своих стран.
Флу неожиданно вмешалась.
— Осмелюсь спросить... вы уверены, что все пройдет гладко? Если кто-то откажется, ситуация сильно усложнится.
У Сирано было предельно простое решение.
— В таком случае убейте несогласных. И посадите на трон нового короля, который проголосует за Тормию.
Вполне удовлетворенная ответом, Флу пожала плечами.
«И то верно…»
Учитывая, что они уже избавились от Гиса, возражать сейчас было бы просто смешно.
— Результат голосования не имеет значения. Важен сам факт его проведения. Это, так сказать... внушит нам иллюзию, что мы все еще цивилизованные люди, — сказал Альбино.
Замечание прозвучало довольно язвительно.
— Господин Альбино, я рада, что вы целы.
— Ха-ха-ха! Мне даже как-то неловко. В моем возрасте можно умереть, просто споткнувшись о камень, а тут конец света наступил раньше моей кончины.
— Нет, я говорю абсолютно искренне. Нам сейчас катастрофически не хватает людей. Надеюсь, вы и впредь будете обеспечивать нас блестящими стратегиями.
— Ну, куда уж мне... Вот сын мой — дело другое.
Сейчас Ируки, будучи главой Валькирии, был занят инспекцией военного потенциала уцелевших стран.
Сократ кивком указал в сторону площади.
— Эй, взгляните туда.
Лицо Сирано перекосило от отвращения.
— Фу.
Навстречу им, погруженный в свои мысли, брел Гаольд с растрепанными, словно у бродяги, волосами.
Кто-то из председателей пробормотал: — ...Гаольд Микеа.
Когда он был председателем Ассоциации он пару раз появлялся на собраниях, но к нему всегда относились как к безумцу. Сейчас, конечно, мало что изменилось, но умалять его выдающиеся заслуги было попросту невозможно.
— Прочь с дороги. Это мое место.
Там, где испуганные председатели Ассоциаций расступились, стояла Сирaнo.
«Ух, ну и псих».
Во времена ее председательства они постоянно вступали в конфликты.
«Но мастерства ему не занимать».
Времена нынче отчаянные, а значит, ради общего блага прошлые обиды придется забыть и попытаться наладить отношения.
Гаольд остановился прямо перед преградившей ему путь Сирано. Повисла настолько долгая пауза, что окружающим стало не по себе, пока Гаольд наконец не разомкнул губы.
— Че надо?
— ...Что?
— Говорю, че надо?
«К черту хорошие отношения».
Вспыхнув от раздражения, Сирано резко отступила в сторону, и Гаольд, пройдя мимо, направился прямо к стене.
— Что ты будешь делать? — спросил Руфист.
Ответа не последовало.
— Решай быстрее. Нам нужно знать, учитывать тебя в наших планах или нет.
— Не учитывайте, — бросив короткий ответ, он внезапно обернулся. — Скажу вам лишь одно, — в его взгляде, достигшем предела философии, на мгновение сверкнуло чистейшее безумие. — Когда я начну бой, не смейте стоять со мной рядом.
Председатели, прекрасно понимавшие истинный смысл его слов, нервно сглотнули, а Гаольд просто опустился на землю в углу. Лицо Флу, некогда бывшей его верной последовательницей, омрачилось печалью.
«Я все так же глубоко уважаю его, но…»
Похоже, он был сломлен настолько, что помочь ему было уже невозможно.
Тем временем Широн, опираясь на Нейда, вошел в просторную комнату. Несмотря на скудость ресурсов, помещение было обставлено с максимальной аккуратностью, что явно подчеркивало его значимость.
— Широн.
Сариэль поднялась первой, а лежавшая на кровати Соным приоткрыла глаза.
— ...Ты пришел.
Широн был потрясен: она выглядела куда более истощенной, чем в тот раз, когда вернулась из Ада.
Ферми принялся объяснять: — В Айроне возведено около двухсот алтарей. Король Басак, а точнее Шура, построила под ними сто сорок семь убежищ. Мы переместили туда остатки человечества. С помощью Волн Эфира.
Одно лишь представление масштабов этой работы поражало.
— На поверхность сейчас не выйти. Все сгорело дотла, от зданий осталась лишь пыль. Нам необходимо было объединить командиров, разбросанных по разным убежищам. И здесь Соным вновь приложила все свои силы. Простые указания мы могли передавать с помощью информационной магии, но...
— Погодите, — Широн прервал его. — Вы собираетесь... снова сражаться?
— Верно.
— Но ради чего?
Во взглядах Сариэль и Соным промелькнуло сострадание.
— Сражаться будем не мы.
— А кто тогда?
— Ты, Широн. Эта битва только ради тебя.
Это было единственное, что Ферми мог сделать для Яхве, отдавшего все ради спасения этого мира.