Блондинка-элементалист Том 1 Глава 212

***

После десяти дней, проведенных под открытым небом, наша группа наконец-то достигла столицы — Хеллике. Но, как ни странно, меня охватило смутное беспокойство от того, что мы добрались сюда без каких-либо происшествий.

Странно… В моей жизни просто не бывает настолько гладких путешествий.

Неужели это затишье перед бурей? Похоже, я настолько привыкла к неприятностям, что даже мирная обстановка вызывает у меня подозрения. Кажется, я безнадежно далека от нормальной жизни.

С необъяснимым чувством тяжести я смотрела на городские ворота столицы, которые наконец появились в поле зрения.

Эти арочные ворота, украшенные бледно-зелеными и великолепными золотыми цветами, были… невероятно далеки.

— Мы приехали, но… похоже, это большая проблема.

— …Значит, мы зря так торопились?

Перед нами выстроилась такая длинная очередь из повозок, что казалось, она тянется до самого горизонта.

— Неужели все эти люди… приехали посмотреть Тумдру?

— Скорее всего. Приехали ли они в качестве зрителей или для того, чтобы заработать на них… в любом случае, мы застрянем здесь на весь день.

— Судя по тому, как медленно она продвигается, понадобится минимум два дня.

— Ого, значит, мы будем ночевать в очереди.

Толпа, стремящаяся попасть в столицу, была настолько огромной, что вызывала дрожь. Энк попытался сосчитать людей, но быстро сдался.

— Похоже, мы прибыли в самый разгар наплыва. До турнира всего неделя.

— Какая досада. Нужно было приехать раньше.

— Мы и так старались изо всех сил, что теперь поделаешь.

— Поединок только через семь дней… так что мы успеем войти, но…

Сказав это, Эш с беспокойством посмотрел на меня. А Чед, совершенно лишенный такта, произнес то, что меня задело.

— В таком случае, свободных мест в гостиницах вообще не останется?

— М-может, и останутся!

Гейл поспешил исправить ситуацию, но Чед по-прежнему оставался недогадливым.

— Кто знает? Если повезет, может, удастся поспать в конюшне. Да и вообще, они всех этих людей в город пустят?

— Неужели они закроют въезд? Это же не какой-то закрытый клуб!

— Хеллике само по себе является известной достопримечательностью.

— Всё… будет хорошо…

— Говорят, в Хеллике с иностранцев даже берут плату за вход под видом пошлины?

Когда у меня снова дернулся глаз, вслед за Эшем за моей реакцией стали наблюдать Энк и Гейл.

Даже Акия, не понимая причины моей реакции, с тревогой следила за выражением моего лица.

— …Джини?

— Эм… ну… что будем делать?

Эш и Энк смотрели на меня с надеждой, словно прося о снисхождении, а Гейл попытался разрядить обстановку, предложив мне поспать.

— Это займет какое-то время. Вы, наверное, устали, почему бы вам не поспать немного?

— Я и так все время спала.

— Еще немного…

— Я хочу как можно скорее выбраться из этой повозки.

Я произнесла это, слегка сжав зубы, и трое мужчин засуетились, будто перед ними был тиран.

Только Чед, лишенный всякого такта, казалось, не чувствовал опасности.

В ответ на мое недовольное молчание, которое могло перерасти во взрыв в любой момент, Эш с тревогой подошел к окну повозки.

Эш понимает. Он знает, что я больше всего ненавижу убивать время впустую.

— Джини, с этим ничего не поделаешь… придется немного потерпеть…

— И что нам даст это терпение! Мы уже час стоим на месте!

Находиться перед городом, где можно отдохнуть, и не иметь возможности войти, теряя здесь драгоценное время — это настоящее издевательство над моим терпением.

— Посмотрите туда. Аристократы постоянно пролезают без очереди, поэтому она почти не двигается.

Пробормотала Акия с растерянным видом, глядя вперед.

В город было два основных въезда: один для пешеходов и всадников, другой — для тех, кто прибыл на повозках или телегах.

Когда образовывалась такая пробка, очередь из повозок разделялась надвое. Одна полоса предназначалась исключительно для аристократов. Поскольку аристократы никогда не ходят пешком, достаточно было просто выделить отдельную полосу для них.

В результате, простолюдины, прибывшие на повозках, были вынуждены бесконечно пропускать аристократов, влезающих без очереди.

Но и бросить повозку было нельзя. Очередь для пешеходов все равно была намного длиннее.

Экипажи аристократов с ветерком проносились по свободной дороге слева от нашей повозки, подъезжали в самое начало очереди и после короткого досмотра неспешно въезжали в город.

[Мастер, Мастер! А что, если мы просто поедем вперед и скажем: «Я Святая этого района!» Разве они нас не пропустят?]

(Боже мой! Какой же у нас Лай умненький. Ага, если я скажу: «Я местная Святая, чудесным образом вернувшаяся с того света», то… думаешь, все будет так просто?)

[А почему бы и нет! По-моему, отличная идея!]

Я пнула этого тупицу, у которого в голове только металл, загнав его в угол повозки.

(Прежде чем я посмотрю поединок, меня растопчет толпа! Нет! Я даже не смогу его посмотреть! Потому что зрелищем стану я сама, а не Тумдра!)

[Тогда скажите Эшу, чтобы раскрыл свою личность! Безлимитный пропуск для императорской семьи!]

(И ты думаешь, он это сделает, идиот!)

А-а-а! Вот видишь! Из-за этого бессмысленного ожидания я стала только злее!

Чтобы успокоить бурлящее внутри, я немного поиграла с Лаем, а потом резко обернулась к Акии.

— Акия!

— Ик!

— Что ты так дрожишь!

— Я… сама не знаю почему… Что такое, мисс Джини?

Акия, с глазами испуганного кролика, напоминала типичное травоядное животное. Я же, разумеется, была хищником.

— У тебя в аптечке не найдется яда?

— …Зачем он вам?

— Дадим Чеду, а потом скажем, что он тяжело болен. Как тебе идея?

— Ох, вы такая шутница!

— ….

— …Вы ведь пошутили, да?

— Она серьезно. Не давай.

Тц, этот Эш всё испортил. А ведь это было лучше, чем идея Лая.

Раз так, придётся пробиваться вне очереди?

Я легко коснулась носком туфли тяжёлого мешка, валявшегося у моих ног.

В любом случае, я приготовила их, чтобы бездумно тратить в столице, так что ничего страшного.

— Эш? У меня есть отличный способ быстро пройти здесь.

— Никакого насилия.

— Ну что вы!

— Разбрызгивать яд или кого-то убивать тоже нельзя.

Кем он меня считает?

Я недовольно подняла одну бровь.

— О чём вы, я очень практичный человек. Естественно, я буду использовать цивилизованные методы. Хотите посмотреть?

Я извлекла из-под сиденья тяжёлый мешок с деньгами, который едва могла поднять сама.

Кожаный мешок, больше моей головы, был доверху наполнен золотыми монетами.

Это были наличные, которые я заставляла Лая изготавливать в свободное время, думая внести вклад в экономику Хейдрике. Разумеется, это была искусная подделка. Но содержание золота в них было таким же, как в настоящих монетах.

То есть, они фальшивые, но в то же время настоящие. Вроде мошенничество, но и не мошенничество.

Они были скопированы так идеально, что никто не заметит разницы, так что они ничем не отличаются от настоящих.

Блаженны верующие!

— Вы знаете, что такое «донатить»?

— Впервые слышу…

— Это значит решить всё деньгами. Всё просто: даёшь деньги — покупаешь место. Мы проскочим без очереди, и все будут довольны.

Заплатить деньги, чтобы поменяться местами с тем, кто впереди, — обычное дело. Но обычно за это дают всего 1 серебряную монету.

Вместо Эша, который нахмурился, словно ему что-то не понравилось, я посмотрела на Энка.

— Ну как, Энк? Если дать по 1 золотому за каждую повозку, они же мигом уступят, верно?

— …За каждую повозку…?

— Да. Я сделала… взяла номиналом только в 1 золотой.

— Правда, по целому 1 золотому?

— Я что, непонятно объясняю? У тебя голова для красоты?

— Нет… если мы предложим им по 1 золотому за то, чтобы они уступили нам место, они скажут: «Ой, добро пожаловать, мы вам тут местечко согрели. Почему вы так долго?» и, конечно же, уступят.

Поскольку все будут счастливы, значит, я и есть истинная Святая. Не каждый может стать Святой, знаете ли.

С чувством гордости я высунула мешок с деньгами из окна повозки.

— Тогда иди.

Глядя на тяжёлый мешок с деньгами, раскачивающийся в воздухе, Энк, казалось, на мгновение заколебался.

Он посмотрел на лицо Эша, приверженца справедливости, но когда я прорычала, что мешок тяжёлый, тут же схватил его обеими руками.

— Но… впереди, навскидку, больше 100 повозок…

— Этого хватит. Там около 150 золотых. Если кто-то не захочет уступать, можешь дать 2 золотых.

— …Почему мне вдруг кажется, что мы совершаем преступление? Такое чувство, будто я стал ростовщиком, скупающим землю.

— Ага, но тебе кажется.

Аристократы за такие деньги место не уступят, но в этой очереди стоят в основном простолюдины, которым каждая копейка дорога. Поэтому все активно поддержат моё предложение.

— Я заплачу тебе за работу. Можешь купить себе что-нибудь вкусненькое на сдачу после покупки мест. Сможешь договориться со всеми за час-два?

— За такое время не успею…

Широко улыбнувшись, я пробормотала, чтобы он побыстрее убирался, пока я добрая.

Энк бросился к впереди стоящей повозке так, словно убегал, и остались только Гейл и Чед, которые хлопали глазами.

— Следующий — Гейл.

— Для меня тоже есть задание?

— Потому что я дам тебе это. Зайдёшь вот в те ворота для аристократов и…

— Что? Меня же схватят! Это тяжкое преступление!

— Ничего подобного. Если дашь взятку золотых 10, тебя пропустят. Я проверяла.

То, что я дала Гейлу, было мешочком с драгоценностями. Конечно, там были и золотые монеты. Вот что бывает, когда в группе есть меркантильный человек.

Заставлять товарищей совершать преступления, раздавать взятки направо и налево, и решать все проблемы деньгами — вот мои будни.

Какой же это поистине добрый поступок, способствующий развитию экономики!

Я тоже вношу огромный вклад в дело мира во всём мире.

— Заткнись и беги туда, а если стражник спросит, аристократ ли ты, сунь ему в рот золотую монету. Если покажется, что тебя собираются схватить, сунь ещё. Подойдёт кто-то из начальства и захочет тебя убить? Засунь и ему в рот.

— …Ты пугаешь…

— Нет чиновника, который бы не любил деньги! Такого просто не может быть! А моё хобби — сорить деньгами!

— Это правда. Не поспоришь…

— Раз уж ты понял, то давай, убирайся отсюда и забронируй мне самую лучшую комнату, где я смогу спокойно отдохнуть. Возьми Чеда с собой. А ты, Чед, захвати рекомендательное письмо от Локса и получи билеты на Тумдру.

Мой план совершенен.

Как и мои несметные богатства и красота!

Хотя я и разработала для них такой безупречный план, Гейл и Чед смотрели на меня с растерянными лицами.

— Забронируйте самую лучшую гостиницу, какую только сможете найти, ясно!

— ……Угу.

— И вообще, у тебя слишком вспыльчивый характер. Тебе бы немного больше терпения…

— За всё платит сестрица!

— Вау! Сестрица — лучшая!

— Ура! Да здравствует госпожа Джини! Мы верим в вас!

Как приятно, когда тебе так преданно поклоняются. Пусть им и нравятся мои деньги, а не я сама.

Но ведь я с деньгами — это все еще я, верно? Я надменно тряхнула своими волосами и с хорошим настроением обратилась к Эшу.

— А ты, Эш……

— Я останусь здесь. Я не могу вас оставить.

И действительно, есть один человек, которого нельзя купить за деньги.

Второй принц Эпирос, который сейчас стоит передо мной. И не потому, что он член королевской семьи, а потому, что он такой человек.

Я внимательно посмотрела на Эша, но потом решила оставить его в покое и слегка пожала плечами. Жаль, ведь я хотела отправить его за закусками.

— Боже мой, мисс Джини…… Как и ожидалось от аристократки, ваш подход к деньгам совершенно на другом уровне. Но раз уж вы аристократка, почему бы вам просто не следовать этому пути?

— Эм…… я сбежала из дома, поэтому скрываю свою личность.

— А! Понятно.

Акия чем-то неуловимо напоминала Чеда — ее было так же легко обмануть.

Как бы это сказать, она верила всему на слово, словно ей и в голову не приходило, что люди могут лгать.

— Разве лидером группы не был тот человек? Почему все подчиняются приказам мисс Джини?

— Эш — лидер, это правда. Просто я — хозяйка этого лидера.

Правда же, всё просто?

— Джини…… пожалуйста, воздержитесь от высказываний, которые другие могут понять неправильно.

Пока я веселилась, Эш, сжимая оконную раму повозки так, словно собирался ее раздавить, тихо процедил сквозь стиснутые зубы.

Эш стоял снаружи повозки, а я сидела внутри.

— А что? Всё ведь верно. Ты же сам сказал, что хочешь стать моим рабом.

— Да, я так говорил, но я имел в виду… То, что происходит между нами, должно оставаться между нами……

— Что, уже передумал? Я тебе разонравилась? Так, что ли?