Цивилизация Мудрецов (Новелла) Том 0 Глава 123 Условия мира

«Значит, капитуляция».

Предложение Сонуна не показалось Крампусу неожиданным.

Война Пламенного края с Чёрной Чешуёй была лишь одним из направлений большого противостояния между империей и союзом пяти держав. Задача сатиров заключалась в том, чтобы задержать врага, пока другие участники коалиции собирают армии.

«И с этим мы, похоже, не справились».

Неудача со сдерживанием противника была ещё полбеды. Пламенный край фактически проиграл свою войну. С той минуты, когда новоявленная королева Аранжу Доран без боя впустила войска Васена Лака Оразена в Деймерит, сопротивление кончилось.

Может быть, это даже к лучшему. Если Чёрная Чешуя в конце концов одержит верх над всем союзом, то поражение, обошедшееся малой кровью, станет не худшим исходом.

Крампус немало времени провёл в «Затерянном мире» и прекрасно знал: война — такая игра, в которой в конечном счёте проигрывают все её участники. Лучше до неё не доводить, а уж если пришлось воевать, постараться обойтись как можно меньшими потерями.

«Разумеется, коли уж жертвы неизбежны, хорошо бы победить. Но здесь всё уже проиграно».

И всё же, взглянув на маску Сонуна, Крампус неожиданно для самого себя задал вопрос:

— Небула.

— Что?

— Ты считаешь меня плохим игроком?

Сонуну, похоже, не понравился внезапный поворот беседы. Он скрестил руки, склонил голову набок, будто прикидывая, чего от него добиваются, но вскоре ответил:

— Нет. По-моему, играешь ты вполне неплохо.

— Тогда почему я проиграл?

Сонун постучал указательным пальцем по маске.

— Ты ещё не проиграл. Сдаться-то не согласился.

— Допустим, согласился.

— Значит, не сдался, но будем считать, что сдался?

— Именно.

— Неудобная постановка вопроса.

— Побудь хоть раз великодушным победителем. Расскажешь, что уже произошло, — от тебя ведь не убудет. Будущие секреты это не раскроет.

— Пожалуй, — протянул Сонун. — Ну... Потому что я играю лучше?

Крампус несколько мгновений смотрел куда-то вдаль. Затем перевёл взгляд обратно.

— Помимо этого? У меня вообще был шанс тебя обыграть?

— Расписывать всё по пунктам я не стану. Но если коротко — нет.

— Значит, у тебя припрятаны козыри.

— Мне ещё с четырьмя игроками разбираться. Как же без них?

С этим Крампус спорить не стал.

— Ладно. Сузим вопрос.

— Давай.

— Представим, что все прочие обстоятельства неизменны. Между убийством короля Лакраком, битвой в ущелье Дильпа и капитуляцией Аранжу прошла примерно неделя. В течение этой недели я мог что-нибудь сделать, чтобы победить тебя?

Сонуну потребовалось немного времени на размышление.

— Мог.

— Что именно?

— Казнить Бабику сразу после гибели короля и отозвать Юбаима Дорана из ущелья Дильпа, не принимая там сражения.

Крампус мысленно перебрал предложенный вариант.

Бабика Толо не имел равного себе соперника среди столичной знати. Устранить настолько влиятельного канцлера обычным распоряжением было бы трудно, но можно было сослаться на божественную волю. Ослушаться откровения Бабика не посмел бы. Даже если бы он попытался сопротивляться, оставалась «Божья кара» — навык, открывающийся при достаточном развитии малого домена. Он позволял игроку при определённых условиях наносить вред собственным верующим.

Крампус редко пользовался подобным средством. Виздом, напротив, прибегал к нему не таясь. И приходилось признать, что с игровой точки зрения в этой жестокости был расчёт.

Итак, Бабики не стало бы. Казалось бы, власть в Деймерите погрузилась бы в ещё больший хаос. Но в это время из ущелья вернулся бы Юбаим Доран с целой армией. Вся полнота власти неизбежно перешла бы к нему.

Юбаим был человеком короны. Ради восстановления порядка в столице он не задумался бы применить военную силу, а до подхода Чёрной Чешуи наверняка сумел бы взять положение под контроль.

«И если вместо неудачной обороны ущелья устроить настоящую, грамотно подготовленную осаду столицы...»

Какие бы секреты Сонун ни скрывал, итог наверняка оказался бы лучше нынешнего. Предложенный им план выглядел убедительно.

— Но всё-таки... — начал Крампус.

— Что?

— В каждый момент я выбирал самый разумный ход. После смерти короля нужно было погасить смуту, и я позволил Бабике управлять страной. Когда Юбаим вернулся, власть канцлера оказалась под угрозой; я не воспрепятствовал его казни, чтобы избежать раскола. Да, на Аранжу я отреагировал слишком поздно — тут моя ошибка. Но всё пошло не так задолго до неё.

Сонун кивнул, не пытаясь спорить.

— Чтобы выигрывать, недостаточно каждый раз выбирать лучший ход из тех, что видны прямо сейчас.

— А что ещё нужно?

— План.

— Быстро же ты ответил. Заранее приготовил?

— На одной хорошей реакции игру не выиграть. Нужно видеть всю партию целиком.

Крампус задумчиво провёл рукой по козлиной бородке.

— Хочешь сказать, ты заранее знал, что всё так обернётся?

— И да и нет.

— Объясни.

— Я рассчитывал, что Бабика Толо поддастся жажде власти. Ключевых людей во всех странах я изучил заранее. Бабика обязан своим возвышением именно честолюбию. Поэтому я предполагал, что после смерти короля он не усидит на месте.

Крампуса поразило не столько содержание ответа, сколько то, что убийство сатирского короля оказалось частью продуманного замысла. Нападение Лакрака выглядело настолько дерзким, что Крампус считал его чем-то средним между демонстрацией силы и актом устрашения, почти импульсивным поступком.

— А Юбаим?

— Я думал, его так просто не убьют. В моём плане они с Бабикой должны были схлестнуться за власть в Деймерите.

— Вот как...

Вполне вероятный исход. Не сумей канцлер избавиться от полководца, он постоянно требовал бы подтверждений своей власти, раздавал бы противоречивые приказы и мешал действовать армии.

— Пока один из них не убрал бы другого, преимущество оставалось бы за Чёрной Чешуёй, — продолжил Сонун. — Я хотел за это время быстро занять столицу.

— Хм.

— Но всё отклонилось от плана, и...

— В итоге тебе просто повезло?

— Отрицать не буду.

Они некоторое время молча смотрели друг на друга.

— Так что насчёт капитуляции? — вернулся к делу Сонун. — Если сдашься сейчас, предложу весьма неплохие условия.

Крампус горько усмехнулся и покачал головой.

— Не сдамся.

И, не дав собеседнику ответить, закрыл окно видеосвязи.

— Интересно, что задумал господин Крампус? — спросил Эльдар.

— Партия ещё не закончена. Значит, он хочет доиграть до конца. По-моему, достойный подход.

— Я бы на его месте сдался.

Сонун посмотрел на Эльдара, и тот слегка покраснел.

— Не потому, что опустил бы руки! Просто мне было бы жалко эльфов, которые в меня верят.

— Я ведь ничего не сказал.

— Ну да...

— И твоя позиция тоже вполне разумна.

Оба посмотрели вниз, на Деймерит.

За высокими городскими стенами простирались возделанные поля, а рядом протекала река. Если бы защитники подготовились к осаде как следует, Чёрную Чешую ожидало бы долгое, тяжёлое противостояние.

«Мы вошли без боя, но списывать это на одно везение было бы неправильно».

Где-то далеко напротив Сонуна находился Крампус. Он тоже перебирал системные окна и продолжал вести свою партию.

«Я примерно понимаю, что он делает. Но вмешаться напрямую сейчас не могу».

Прежде всего Сонун проверил, как продвигается оформление капитуляции. Пламенный край сдался стремительно, но отнюдь не потому, что Аранжу Доран проявила трусость или поспешила с решением. Скорее наоборот.

— Генерал Васен, вы должны признать: в Пламенном крае солдат больше, чем в вашей армии, — спокойно говорила новая королева. — Не решись я капитулировать, вам пришлось бы заплатить страшную цену за победу.

— Возможно, — отозвался Васен. — Но ведь и вы не желаете проливать кровь собственного народа. К тому же ваша армия разоружена. Хотите восстать с голыми руками — никто не мешает. Вы сами открыли нам ворота, так что жаловаться будет не на кого.

— А если условия окажутся непомерными, вы получите народ, которому больше нечего терять. Подумайте и о том, что наши переговоры станут известны другим членам союза. Если они услышат, как жестоко Чёрная Чешуя обращается со сдавшимися, кто ещё добровольно сложит оружие? Неужели вы хотите до конца войны брать каждую крепость приступом?

Даже после капитуляции Аранжу держалась с королевским достоинством. Словно была убеждена в своём праве на престол, словно в её жилах от рождения текла кровь древней династии.

Через осведомителей Васен успел узнать кое-что о её прошлом. В детстве Аранжу больше всего любила верховую езду и драки на мечах. С компанией таких же сорванцов носилась по окрестным полям, а когда подросла, по рекомендации отца поступила на военную службу.

Если забыть о том, что она не происходила из королевской семьи, её жизнь мало чем отличалась от жизни самого Васена.

«Ещё несколько дней назад она не только не мечтала о короне — даже помыслить не могла, что станет королевой».

Сонуну была известна причина перемены.

«Стать правителем — огромное событие для любого человека, а уж для того, кто не родился в династии, тем более. После восшествия на престол её характеристики резко выросли. Даже скрытые показатели — обаяние и лидерство — поднялись до весьма достойных значений. Значит, задатки были в ней изначально. Просто игрок не мог их увидеть».

Но и с учётом этого Аранжу вела переговоры на удивление умело. Она не позволяла ни могущественной Чёрной Чешуе, ни опытному полководцу Васену без труда отнимать права её страны.

Впрочем, Сонун не тревожился. Васен не отличался выдающимися способностями к дипломатии, зато за его спиной стоял Кайл Лак Оразен.

«Серьёзные решения всё равно придётся согласовывать со столицей».

Предварительный договор уже заключили. Помимо оговорённой военной выплаты, Деймерит обязался оплачивать содержание оккупационной армии. Взамен Чёрная Чешуя запретила своим солдатам грабежи.

Армия приняла запрет без особого ропота. Солдаты одержали крупную победу в ущелье Дильпа и без потерь вошли в столицу. К тому же большинство ещё не успело привыкнуть к войне и её жестоким обычаям.

Поскольку оккупанты не нарушали порядок, Деймерит постепенно оживал. После кровавых распрей внутри цитадели жители наконец осмелились выходить из домов, открывать лавки и заниматься привычными делами.

Но за этим возвращением к мирной жизни скрывалась другая, невидимая борьба. Два игрока действовали через своих верующих.

Эльдар по просьбе Сонуна тоже подключился, хотя тот заранее предупредил: здесь победить не удастся.

— И вас это устраивает? — удивился Эльдар.

— Вполне. Здесь всё иначе, чем в битве армий. Деймерит давно принадлежит Крампусу, поэтому победить его на его же территории сейчас невозможно. Достаточно будет защитить наших солдат.

В безлюдных рощах на окраинах, в полуразвалившихся домах, в тёмных переулках на рассвете собирались люди с закрытыми лицами. Одних сатирских вельмож находили мёртвыми с ножом между лопаток, других закалывали в собственных постелях.

За считаные дни, пока Деймерит ожидал прибытия посольства из Оразена, погибло немало народу.

Сонун занимался другими делами, но при первой возможности возвращался наблюдать за городом.

— Похоже, скоро закончится, — заметил он однажды.

Игроки называли происходившее «обрезкой ветвей». Всё неопределённое отсекалось; каждый должен был стать либо своим, либо чужим.

Проверяли тех, чья вера была слаба или вызывала подозрения, и вынуждали определиться. Если же человек склонялся к другому богу, игрок мог приказать преданным последователям избавиться от него.

Так постепенно граница между двумя лагерями становилась всё отчётливее.

— То, что раньше скрывалось, теперь выйдет наружу, — сказал Сонун.

Именно это вскоре и произошло.

Ранним утром приверженцы бога Лжи, покровителя Пламенного края и сатиров, собрались на главной площади Деймерита. Они принялись поносить Чёрную Чешую и Ночное Небо. Толпа охотно подхватывала оскорбления и одобрительно кричала.

Один из проповедников воздел руки:

— Ночью бог Лжи явился ко мне и возвестил! Перед Чёрной Чешуёй мы можем склонить головы — но перед Ночным Небом не склоним никогда!

Площадь взорвалась восторженными возгласами.

Эльдар изумлённо повернулся к Сонуну.

— Погодите... Неужели это уже началось? То самое событие?

— Да, — кивнул Сонун. — Отделение церкви от государства.