Цивилизация Мудрецов (Новелла) Том 0 Глава 71 Невероятное известие

— Что ты сказал?

Получив донесение, Шайвен решил, что ослышался.

— Генерал Дджуэнр погиб. Потери — около четырёхсот бойцов, — повторил гонец.

Четыреста из тысячи. С такими потерями неудачников в трусости не обвинишь: они явно дрались до последнего. Шайвену даже не на ком было сорвать злость. Противник попросту оказался сильнее.

— Говоришь, это была Чёрная Чешуя?

— Так точно.

— Сколько же воинов они привели, чтобы устроить такой разгром?

— Триста.

— Триста?!

— Все верхом на кокату. К тому же на генерала Дджуэнра напали внезапно, когда отряд стоял на постое. Деревня была совершенно не приспособлена к обороне, и...

— Заткнись!

Шайвен с силой ударил по столу.

Кокату ростом с лошадь, зато куда проворнее при движении вбок. На таких можно сражаться даже в тесных деревенских улочках. Трёх сотен всадников вполне хватило бы, чтобы разделиться на отряды и молниеносно ворваться с нескольких сторон.

В том, что не предусмотрел нападения, был виноват покойный Дджуэнр. Но мёртвому претензий не предъявишь. Значит, винить оставалось самого себя: Шайвен должен был предугадать такую возможность.

«Для стремительного рейда им пришлось путешествовать налегке, почти без продовольствия. Следовательно, снабжаются на месте. Неужели Чёрная Чешуя заключила союз с Пламенным краем? Или... со всеми остальными королевствами?»

Сам Шайвен, разумеется, собирался напасть и на Чёрную Чешую, и на гноллье государство Джолли. Однако о его планах знали лишь несколько генералов, так что утечки он не опасался. Тем более Чёрная Чешуя враждовала с пятью другими странами. С какой стати её правителю бросаться им на выручку?

«Или он просто испугался появления сильной державы по соседству?»

Шайвен разослал оставшимся трём генералам предупреждение о появлении конницы Чёрной Чешуи и велел усилить охранение. Впрочем, их отряды находились далеко друг от друга, и столкновения с вражескими всадниками он не ожидал.

Но вскоре возникла другая проблема.

Из разбитого войска Дджуэнра около сотни солдат дезертировали, а пятьсот добрались до Шайвена. И рассказывали они поразительные вещи: всадники Чёрной Чешуи не преследовали уцелевших вампиров, а методично отвоёвывали земли, уже захваченные Белым Клыком.

На первый взгляд — полнейшая бессмыслица. Содержать крупный отряд на марше дорого, и любая военная операция требует ясной цели. Даже если ящеры вернут эти территории, они не присоединят их к своей стране: земли снова достанутся сатирам из Пламенного края.

Шайвен отправил дополнительные дозоры и только после их возвращения понял, в чём дело.

«Сатиры снабжают этих ящеров практически без ограничений. Я знал, что воины Чёрной Чешуи любят драку, но чтобы они с таким рвением воевали за чужую страну...»

И хотя у ящеров было всего три сотни всадников, отвоёвывали они территории с пугающей быстротой.

Вампирское войско пополнялось молодёжью покорённых народов, а значит, его численность не могла расти бесконечно. В захваченных деревнях оставались лишь небольшие гарнизоны. Ни один из них не был способен сопротивляться налетевшим всадникам. Одно селение за другим переходило к Чёрной Чешуе.

С этим ничего нельзя было поделать. Если бы три других генерала хотя бы продолжали наступление, положение ещё можно было бы терпеть, но и там продвижение почти остановилось.

Шайвену предстояло выбирать.

«Собрать четыреста уцелевших и бросить их против трёхсот ящеров? Или отозвать оставшиеся три тысячи бойцов и навалиться на Чёрную Чешую всеми тремя тысячами четырьмястами?»

Первый вариант не сулил ничего хорошего.

«Бог Крови и Гниющей Плоти непременно поможет мне. Даже отборных воинов мы сумеем одолеть. Беда в другом: они все конные. Захотят — примут бой, захотят — уйдут. Решать будут они».

Но и второе решение было не лучше.

«Трёх тысяч четырёхсот хватит, чтобы ударить по Чёрной Чешуе. Там мы ещё и пополним войско. Однако пять королевств уже надломлены; если не добить их сейчас, позднее можно дорого за это заплатить».

Выход из тупика Шайвену указал сам Бог Крови и Гниющей Плоти. Во сне он получил откровение: идти на восток.

Очнувшись к закату, Шайвен позвал адъютанта.

— Созови генералов. Пусть стягивают все войска. Теперь мы ударим по Чёрной Чешуе.

— Значит, мы стянем врагов в одно место и ударим сообща? — уточнил Виздом.

Сонун покачал головой.

— Было бы здорово. Только чем вы собираетесь бить?

Ответом ему стало неловкое молчание. Особенно больно вопрос ударил по Эй-Ар, богине никсов: её основные силы были уничтожены, столица полностью захвачена, а сама страна едва не стёрта с лица земли. Лунда, покровительница лисолюдов, тоже едва держалась — сначала её потрепал Сонун, а теперь довершали дело вампиры. Она изо всех сил старалась не показывать, насколько всё плохо.

Сколько-нибудь боеспособные армии оставались лишь у Крампуса, бога сатиров, и Виздома, бога троллей: примерно пятьсот и триста воинов соответственно. Почти не пострадала одна Чанван, покровительница кобольдов.

— Мои войска могут вступить в бой, — сказала она.

— Нет. Вы слишком далеко.

На противоположной от Чёрной Чешуи стороне континента располагалось Джолли, а Пещерный край находился лишь немногим ближе.

— Всё равно вовремя не подойдёте. Фактически поддержать нас смогут только Виздом и Крампус.

Виздом спокойно кивнул, а Крампус согласился с таким видом, словно ему навязали самую неприятную работу на свете.

— Вампиры, скорее всего, двинутся не по пустошам, а к горным крепостям возле Мехаграда, — продолжил Сонун.

На открытой местности от полуденного солнца не спрячешься. Но ещё важнее было снабжение свежей кровью. Горная дорога, где хватает тенистых склонов, а деревни тянутся одна за другой, подходила вампирам гораздо лучше.

— Мои три сотни всадников, а также войска Виздома и Крампуса пойдут за ними, но будут держать дистанцию. Если вампиры почуют окружение, первым делом попытаются избавиться от преследователей у себя за спиной.

— Но если мы отстанем слишком сильно, толку от совместной атаки не будет, — возразил Виздом. — У Белого Клыка арьергардные дозоры иной раз растянуты почти на два дня пути. При такой дистанции Чёрной Чешуе придётся отражать первый удар в одиночку.

— Думаешь, не справимся?

Сонун улыбнулся с такой уверенностью, будто уже знал исход сражения. И основания для этого у него были.

Виздом пожал плечами.

— Раз уверен, ладно.

— К тому же ударить с нескольких сторон можно и на равнине. К тому моменту вампиры уже успеют понести потери. Остальным нужно сосредоточиться на изгнании врага из собственных земель. Чанван, твои войска пусть помогут Эй-Ар отбить её территории.

Речь шла не только о возвращении захваченных городов. Почти все вампиры поклонялись Богу Крови и Гниющей Плоти, принося ему новые очки веры. Чем меньше их останется на других фронтах, тем слабее станет противник.

Когда обсуждение подошло к концу, Сонун так и не поделился с союзниками одним опасением.

Чолуби — он же обладатель непонятного имени, которое система выводила бессмысленной мешаниной символов, — несомненно был игроком. Но почему-то почти не пользовался верой, без которой не обходился ни один игрок.

«Впрочем, причина понятна».

До сих пор Чолуби побеждал. Зачем тратить драгоценный ресурс, если всё и так идёт как по маслу? Совсем без чудес он, правда, не обходился: во время штурма столицы никсов вселился в Дджуэнра. Но вселение длилось недолго, следовательно, затратило не так уж много веры.

«И всё-таки Белый Клык сейчас владеет самой большой территорией на Третьем континенте. Просто вампирские солдаты бросаются в глаза сильнее остальных, а сама раса тоже успела невероятно размножиться. И все они верят в Бога Крови и Гниющей Плоти. Выходит, уровень божественности Чолуби может оказаться довольно высоким».

Вампиры, новая и на редкость могущественная раса, давали противнику огромное преимущество. Но списывать все его успехи на имбалансную расу было бы глупо: Чолуби явно умел играть.

«По расчётам выходит, что он мог добраться аж до семнадцатого уровня».

Сонун нахмурился, вспомнив божественное умение, доступное с шестнадцатого уровня. Если Чолуби действительно уже перешагнул этот порог и до конца будет действовать расчётливо, возникнут серьёзные неприятности.

«Ничего. На этот случай у меня тоже есть ход».

О горных крепостях Лакрака Шайвен уже слышал. Но вблизи укрепления выглядели ещё кошмарнее, чем в рассказах.

На сотни метров вокруг были вырублены все деревья — незаметно приблизиться невозможно. Дорога к воротам петляла крутым серпантином, по которому едва проходила одна повозка. Стены же словно нарочно строили так, чтобы осаждающим расхотелось жить.

К воротам вёл склон крутизной градусов в шестьдесят, а рядом зиял почти отвесный обрыв. И даже одолев этот подъём, нападающие упирались в семиметровую стену.

— Что скажешь? — спросил Шайвен одного из генералов.

— Из ездовых животных туда взберутся разве что гигантские хорьки.

— Пошли на стены воинов из лисолюдов и троллей.

— А ворота?

— Разберите большой таран на части и отнесите к воротам. Там соберёте.

— Потери будут огромными.

— Зато по телам павших дорога станет положе. Хотя погоди...

— Вам что-то пришло в голову?

На губах Шайвена появилась улыбка.

— Зачем мостить подъём телами наших вампиров?

— Простите?

Шайвен посмотрел в хвост колонны.

Вампирам нужна живая кровь, и это странным образом упрощало снабжение. Любая армия тащит с собой обоз и множество работников. По мере расходования припасов носильщики становятся ненужными ртами. Для вампиров же они просто превращались в продовольствие.

Войско Шайвена не было исключением.

— Позавчера мы пополнили запасы в сатирской деревне. Если осада не затянется, рабы нам больше не нужны.

— А, теперь понял! Пустить их первыми, вместо живых мишеней. Заодно заставим врага растратить стрелы.

Шайвен кивнул.

— Кстати, среди рабов расползаются слухи.

— Какие?

— Будто все пять богов бросили их на произвол судьбы, но остался ещё один, который не отказался от них.

— Бог Крови и Гниющей Плоти?

— Нет. Синий Жучиный бог.

— Тот самый?..

— Бог ящеров из Чёрной Чешуи. Рабы верят, что его народ придёт их спасти. Постройте их и гоните к крепости. Тех, кто воспротивится, выпивайте на месте. Остальным скажите: если ящеры и вправду их спасители, они непременно откроют ворота.

— Будет исполнено.

Генерал поклонился и уже направился к выходу из шатра, но вдруг обернулся:

— Господин Шайвен, а если... если ящеры действительно откроют ворота и впустят рабов?

Шайвен презрительно фыркнул.

— Захотят поиграть в спасителей? Прекрасно. Вот тогда и начнём общий штурм.

Для Шайвена у этого края мог быть только один спаситель — Бог Крови и Гниющей Плоти.

— Уже третья группа...

— Ага.

Айзан, полурослик, попавший в рабство к вампирам, молча кивнул.

Его новый приятель-кобольд оказался редкостным трусишкой. Они сошлись лишь потому, что были примерно одного роста. И, похоже, дружбе скоро предстоял конец.

— Следующие — мы.

— Знаю.

Кобольд имел в виду, что вампиры уже увели на смерть три группы рабов. Четвёртая состояла из него, Айзана и множества пленников других народов, с которыми они даже не успели познакомиться.

Все, кто стоял здесь со связанными руками, догадывались, что их ждёт. Вампиры и сами не раз объясняли свой замысел.

Впереди была горная крепость Чёрной Чешуи. Рабов собирались использовать для отвлечения защитников, истощения запасов стрел и даже для того, чтобы устлать телами крутой подъём. И если ходили слухи о спасении, на эту слабую надежду пленники могли только и уповать.

Кобольд зажмурился.

— Идут. Наша очередь.

Айзан ничего не ответил.

— Повторять не стану, — объявил подошедший вампир. — Задача простая: добежать до ворот. Если ящеры и правда ваши спасители, откроют вам. Верно?

Возражать никто не осмелился. Рядом с пленниками уже лежал обезглавленный несчастный, который попытался спорить.

«Где больше шансов выжить: броситься прочь от колонны или побежать прямо к крепости?» — лихорадочно думал Айзан.

Он промедлил, а когда увидел склон перед стенами, понял, что бежать надо было куда угодно, только не сюда. Даже ночью ящеры стреляли без промаха: весь подъём был усеян телами рабов, пронзённых стрелами.

«Дорога к воротам трижды поворачивает. А ведь никто ещё даже второго поворота не миновал...»

Айзан невесело усмехнулся. Насчёт того, спасители ли ящеры, слухи могли врать, но вот о меткости лучников говорили чистую правду.

— Мы целимся вам в спины, — напомнил вампир. — Считаю до пяти. Бегом к крепости! Раз... два... три...

Все замерли в нерешительности. Айзан покосился на труп совсем рядом.

«Он уже убил одного для примера. Надо бежать. Сейчас!»

Айзан сорвался с места. В ту же секунду вампир за его спиной срубил голову замешкавшемуся кобольду.

— ...Пять! Бегом!

Айзан молился, чтобы прозвище Быстроногий, которое он носил в родной деревне, оказалось заслуженным. Кому именно молился — он и сам не знал.

«Только бы выжить!»

Как ни чудовищно, Шайвен оказался прав: тела убитых действительно слегка сгладили первые метры подъёма. Конечно, сколько бы людей здесь ни погибло, до самой крепости живую лестницу так не построишь.

Айзан споткнулся. Стрела свистнула у самого уха; не оступись он в этот миг — был бы мёртв.

«Жить! Лишь бы остаться в живых!»

Добежав до второго поворота, он услышал шум наверху, за стенами.

«Что там?»

Айзан вскинул голову.

Из крепости поднялось что-то маленькое, светящееся голубым. Бабочка.

«...Бабочка?»

Но куда удивительнее внезапно появившейся бабочки было другое.

Крепостные ворота медленно открывались.