Цивилизация Мудрецов (Новелла) Том 0 Глава 83 Молодой король

— Ещё раз поздравляю вас, ваше величество.

Эти слова Кайлу произнёс старший брат, принц Васен. В личных покоях молодого короля они находились одни.

Кайл смущённо улыбнулся.

— Когда мы наедине, незачем обращаться ко мне так официально.

— Что вы, ваше величество! Вы теперь король — и не какого-нибудь государства, а сильнейшей державы на материке. Отныне вы стоите над всеми подданными и должны принимать подобающие почести.

— Я понимаю, но...

Кайл осёкся: капризничать из-за пустяков не пристало королю. Васен, довольный тем, что брат больше не спорит, улыбнулся.

— Завтра состоится первое заседание королевского совета.

— Да. Вот это меня и беспокоит.

— Неужели и у вашего величества бывают поводы для беспокойства?

Кайл поскрёб переносицу.

— Конечно бывают. Порой мне даже кажется, что я тревожусь больше других.

— Хм. Сколько лет я вас знаю, а всё ещё не всегда понимаю, что у вас на уме. Но одну из завтрашних забот, пожалуй, угадаю. И, возможно, сумею помочь.

— О чём же я, по-вашему, беспокоюсь?

Васен ответил без тени волнения:

— Завтра кто-нибудь из министров непременно заявит: «Васена Лака Оразена следует удалить из дворца». Разве не так?

Кайл медленно кивнул.

Брат попал в точку. Присутствие другого принца при дворе способно поколебать власть короля: заговорщикам непременно понадобится претендент с законными правами на престол. За второго брата, Шуна Лака Оразена, можно было не волноваться — тот давно жил за пределами дворца и служил жрецом Ночного Неба. Но Васен был совсем другим делом.

Министры обязательно потребуют его изгнания.

Кайл задумчиво постучал пальцами по столу.

«Хотя это только предлог».

Все прекрасно понимали, что Васен и не помышляет о мятеже. Но всегда можно заявить, что его обманом втянут в чужой заговор. Для изгнания такого оправдания достаточно: истинные намерения принца никакого значения не имеют.

Сановники добивались другого — хотели с первого же дня показать новому королю, что его личные желания ничего не решают.

«Сейчас в Чёрной Чешуе власть министров слишком велика».

Само по себе это Кайл не считал бедой. Даже самый одарённый правитель остаётся всего одним человеком. Основатель государства Лакрак ещё в бытность вождём выслушивал соплеменников и старался выбрать лучшее из предложенных решений. Король, который возгордится собственным титулом и перестанет слушать других, рано или поздно погубит страну.

«Но взгляды наших сановников слишком однобоки. Почти все они ящеры».

Вполне естественно, что ящеры отдают предпочтение собственному народу. А поскольку многие принадлежат к знати, столь же охотно они защищают интересы аристократов. К тому же за долгие годы сановники сложились в сплочённую группу и вовсе не желали терять власть.

Король Анпхён счёл, что изменить положение слишком трудно, и оставил всё как есть. Кайл мириться с ним не собирался.

«Но если я начну открыто воевать с министрами на первом же совете, то всполошу даже тех, с кем можно было бы договориться мирно».

Он был уверен, что справится с множеством государственных проблем. Однако стоило делу коснуться Васена, как уверенность начинала таять.

— Вы угадали мою заботу, брат, но так и не сказали, как её разрешить. Что вы предлагаете?

— Прикажите удалить меня из дворца.

— Что?

— Если министры этого потребуют — согласитесь.

— Но как же вы...

— Со мной всё будет хорошо.

Васен посмотрел в окно, за которым раскинулся дворцовый сад.

— Больше всего я боюсь стать помехой великим делам, которые вы задумали. Потому и пришёл сегодня: хочу, чтобы вы знали, что я не против. Наоборот, можно сказать, только рад. С охотой здесь всё равно скучно: самая крупная добыча на окрестных склонах — кабан. Если, конечно, не считать Мануна.

Кайл задумчиво уставился на стол.

— Охота... Вот как. Охота...

— Хм?

— Брат, раз уж вы согласились помочь, не могли бы вы сделать для меня ещё кое-что?

Васен сразу понял, что у Кайла созрел очередной замысел.

— Разумеется.

— Думаю, он вам даже понравится.

Выслушав брата, Васен убедился: Кайл оказался прав.

На следующее утро состоялось первое заседание королевского совета.

Все министры явились без исключения. Кайл занял трон, а сановники выстроились перед ним с настороженными лицами: никто не знал, чего ждать от юного монарха.

Кайлу было всего пятнадцать. Однако ещё до восшествия на престол он не раз выказывал политическую проницательность, совершенно не свойственную его возрасту. Министры не представляли, как с ним следует обращаться.

Заговорил первым сам король:

— Все вы мне знакомы, но в таком составе мы собираемся впервые. Насколько мне известно, неотложных дел у нас нет. Если же имеется что-то, что мне необходимо знать, говорите сейчас.

Звонкий юношеский голос ящера разнёсся по Большому залу.

Салусин О, занимавший пост министра управления ещё при Анпхёне, немедленно выступил вперёд.

— Ваше величество, принца Васена нельзя оставлять во дворце.

Министр управления считался высшим гражданским чиновником Чёрной Чешуи. Салусин занимал эту должность уже не первый десяток лет и фактически говорил от лица всех министров. Кайл прекрасно это понимал.

— Принц Васен прежде был наследником престола, — продолжил Салусин. — Я знаю, что вы с ним очень близки. Но пока он остаётся во дворце, заговорщики могут вскружить ему голову, использовать его имя для мятежа и...

— Хорошо.

— ...тем самым поставить под угрозу вашу власть... Прошу прощения?

— Я только что согласился с вами, министр. Разве вы не слышали?

Салусин растерялся. Остальные сановники тоже удивлённо переглянулись: никто не ожидал, что Кайл уступит так легко.

Решив, что новый король, подобно своему отцу, признаёт первенство совета в государственных делах, Салусин продолжил:

— Благодарю, ваше величество. В таком случае предлагаю удалить принца Васена не только из дворца, но и из столицы, Оразена...

— Нет, этого я не желаю.

— Но, ваше величество, если принц останется в Оразене...

— Полно вам!

Кайл негромко хлопнул ладонью по подлокотнику трона.

— Почему вы решили, будто вправе угадывать мои мысли? Я размышлял о судьбе старшего брата не меньше, чем любой из вас.

Даже с точки зрения сановников согласие выслать Васена из дворца было огромной уступкой. После такой уступки следовало хоть в чём-то пойти навстречу королю.

Салусин склонил голову.

— Каковы же ваши пожелания, государь?

— Прежде чем я отвечу, скажите: известно ли вам, что в нашем королевстве ещё остались совершенно неосвоенные земли?

— Разумеется. Вы говорите о Восточных горах?

— Именно. Несколько поколений королей посылали туда разведчиков, но горы столь круты и неприступны, что многие экспедиции возвращались ни с чем.

— И почему вы вспомнили о них сейчас?

Восточная горная цепь лежала на востоке бесплодных земель Чёрной Чешуи. Когда-то нескольким кораблям повезло пройти между северным побережьем и Маганеном, оконечностью полуострова. Благодаря их плаваниям выяснилось, что земли за Восточными горами не слишком обширны. С тех пор идею их освоения фактически забросили.

Горы были частью королевства, но перебраться через них почти невозможно. Из-за гор ничего полезного не поступало, а выгоды от их покорения представлялись ничтожными. Поэтому прежние короли не особенно усердствовали.

Теперь Кайл перешёл к главному:

— Раньше Восточным горам не придавали значения. Но на западе нам угрожают сразу пять держав: Пламенный край, Красноплодье, Златоглазье, Пещерный край и Асбест. Мы не можем пренебрегать ни единой возможностью укрепить и обогатить королевство. Пора взяться за освоение Восточных гор, не так ли?

Салусин осторожно поднял голову.

— Вы предлагаете отправить туда принца Васена?

— Именно. Старший брат — превосходный охотник и храбрый воин. Не каждый решится в одиночку отправиться по следам Мануна, а он решился.

Салусин обменялся многозначительными взглядами с остальными министрами.

Никакой особенной ценности Восточные гор, по их мнению, не представляли. Отправить туда человека означало обречь его на бессмысленные тяготы.

«Но король ещё совсем юн. Говорят, он до сих пор зачитывается путевыми записками Оуэна. Наверное, полагает, будто дарит брату увлекательное приключение».

Конечно, стоило бы узнать мнение самого Васена. Насколько видел Салусин, принц любил охотиться лишь в ухоженных королевских угодьях, где заранее известно, на какую дичь предстоит идти. Выросшему во дворце человеку настоящая глушь была не по плечу.

Однако никто из сановников не возражал против отправки Васена в опасные края, и Салусин кивнул.

— Пожалуй, ваше предложение заслуживает внимания.

— Значит, договорились?

— Да, государь.

— Тогда необходимо снарядить флотилию.

— ...Что, простите?

Флотилию? То есть целую группу кораблей?

Все прежние экспедиции пытались добраться до Восточных гор сушей. Салусину и в голову не приходило, что речь может зайти о судах. А ведь один корабль флотилией не назовёшь: король явно собирался передать Васену целую эскадру.

Для её обслуживания потребуются сотни людей. Корабли принадлежат королевству — значит, понадобится и военная охрана. Всё это совершенно не походило на скромную экспедицию, которую воображали министры.

Более того, Кайл посмотрел на Салусина с таким видом, будто удивляться было совершенно нечему.

— А что вас смущает? Прежние экспедиции терпели неудачу именно потому, что пытались пересечь хребет по суше. Так почему бы не обойти горы морем и не высадиться с другой стороны?

— Н-но, ваше величество, насколько мне известно, у нас нет даже проложенного морского пути к побережью за Восточными горами. Может быть, всё-таки отправить людей сушей...

— Так брат и отправится открывать этот путь! Доколе мы будем терпеть, чтобы земли Чёрной Чешуи оставались бесполезными?

— Но если он получит под командование столько солдат, возникнет опасность мятежа...

— Полноте. Назначим человека, который будет за ним присматривать. Нашли из-за чего беспокоиться.

— Однако...

— Министр, почему вы успели отказаться от собственного решения, хотя с момента нашего согласия не прошло и времени, достаточного, чтобы выпить чашку чая? Так... Во время освоения новых земель непременно встретятся хищники, дикие звери, а то и чудовища. Прекрасно. Поручим это дело министру охоты.

Деанин откликнулся так быстро, словно только того и ждал:

— Повинуюсь, ваше величество.

Салусин метнул в него яростный взгляд. Уступать сейчас было нельзя, но Кайл не собирался позволять министрам перехватить инициативу.

— Я понял ваши возражения, министр. Мы ещё вернёмся к ним. А пока у дверей Большого зала ждёт человек, которого я пригласил.

Салусин уже чувствовал себя совершенно вымотанным.

Он и остальные сановники рассчитывали, что Кайл явится на первый совет неподготовленным. Достаточно будет слегка надавить, и молодой король сдастся. Прежде он отличался мягким, покладистым нравом, так что никто не сомневался в успехе.

Но просчитались они основательно.

Кайл пришёл на заседание, заранее приготовившись к борьбе.

— Кто же ожидает у дверей? — спросил Салусин.

— Входи! — распорядился король.

Двери распахнулись. К трону направился незнакомец, ниже любого ящера, зато куда шире в плечах и коренастее. Голову и подбородок густо покрывали волосы, которые ящеры называли декоративной шерстью, а под гладкой кожей угадывались могучие мышцы, не скрытые даже солидной прослойкой жира.

Кто-то вскрикнул:

— Да это дворф!

По залу прокатилась волна возмущения.

— Как смеет эта чернь являться пред королевские очи?!

— Где охрана? Почему вы не выставили вон коротышку?!

Незнакомец, казалось, вовсе не слышал оскорблений. Он спокойно подошёл к Кайлу, поклонился и опустился на одно колено.

— Я прибыл по вашему приказу.

Салусин с трудом подавил тяжёлый вздох.

— Ваше величество... Что всё это значит?

— Это Румп из инженерного ведомства. Неудивительно, что вы его не знаете. Ещё недавно он был рабом.

— Рабом?! Этот дворф был рабом? Ваше величество, я ведь спрашиваю не об имени и не о прежнем положении незнакомца. Что он здесь делает?

Кайл пожал плечами.

— Место министра технологий сейчас свободно. Я собираюсь назначить его.

И тут почти все министры, за исключением нескольких сановников, наперебой принялись протестовать.

— Допустить дворфа в священный Большой зал? Ни в коем случае!

— Ваше величество, умоляем, одумайтесь!

— Почему именно дворф? Когда Громовой владыка расширял владения Чёрной Чешуи, этот неразумный народ сопротивлялся ему до последнего!

Возмущённые голоса сливались в нестройный гул. А Кайл, слушая их, лишь чуть заметно улыбался.

«Как и ожидалось. О Васене уже никто не вспоминает».