Цивилизация Мудрецов (Новелла) Том 0 Глава 98 Незнакомый груз

— Н-не двигайся, человек!

— Я и так стою на месте.

— Н-не пререкайся!

Хви Равина Муэль уже заметила, что раколюд, взявший её в заложники, дрожит от страха. Пока огромная клешня стискивала ей шею, усики похитителя беспорядочно тряслись, а сам он едва мог связать два слова.

«И как я только оказалась в таком положении?»

После прибытия в Сасиан Равина, Румп и другие служащие министерства технологий сошли с корабля. Пока министр, чиновники и рабочие занимались разгрузкой, Равина решила осмотреть посёлок.

Для своих лет она успела побывать во множестве городов и деревень Третьего материка. Но как ни странно, самую обычную деревню Чёрной Чешуи, страны, где родилась, она толком никогда не видела.

И дело было не только в любопытстве. Места, где люди основывали поселения, часто определялись рельефом, а потому там, где деревня существовала сейчас, вполне мог находиться населённый пункт ещё в древности. Некоторые поселения вырастали рядом с руинами древней цивилизации, а другие — подобно Мехаграду — сами представляли собой древние сооружения.

Равина, конечно, не рассчитывала найти великое открытие: в Чёрной Чешуе тоже хватало учёных. Но даже скромная старинная стела могла бы её порадовать.

Вместо стелы ей попался сбежавший из тюрьмы пират.

— Годан! Тебя ведь зовут Годан? Ну успокойся ты наконец!

Кричал, похоже, один из стражников, упустивших пленника. Четверо блюстителей порядка окружили раколюда, выискивая возможность схватить его, но выпученные глаза Годана позволяли ему следить почти за всем вокруг одновременно.

— Успокоиться?! Васен меня обманул! Обещал смягчить приговор, а теперь хочет отрубить мне голову!

Годан затряс пленницу, вцепившись в её шею.

— Кх!..

Стражники испуганно отступили. Почувствовав преимущество, Годан заголосил ещё громче:

— Приведите ко мне Васена! Пока не поговорю с ним, женщину не отпущу!

Равина понимала, откуда взялась такая ярость. По всей видимости, кто-то пообещал пирату снисхождение, а потом нарушил слово.

Но всё же...

— Ах ты морской разбойник! — выкрикнул стражник. — Людей грабил, чужое добро отнимал, а теперь о честности вспомнил?!

Равина мысленно добавила бы, что больше всего здесь виноват судья, который велел посадить раколюда в тюрьму и не позаботился о надёжных мерах предосторожности.

Годан же, видя, что его доводы не действуют, завыл от обиды:

— Но ведь обещание — это обещание! ...Эй, женщина! Я велел тебе не шевелиться!

— Я...

Голос оказался сиплым, и Равина прочистила горло.

— Я не шевелилась. Это вы меня за шею трясли.

— ...Разве? Прости. Но вы, остальные, с места не двигаться! Если не хотите увидеть, как я оторву этой человеческой женщине голову!

Равина рассудила, что при столь сильном нервном напряжении Годан действительно может непроизвольно сжать клешню и убить её. Впрочем, вероятность такого исхода она считала небольшой.

Пират был взволнован и напуган, но шею пока не душил, лишь удерживал. Он то и дело косился на заложницу, словно беспокоился, как бы ей не навредить. Если бы Годан действительно решился убить женщину, ему вряд ли было бы дело до её чувств и самочувствия.

Имелся и ещё один довод.

— Смотрю, тебе весело, — заметил голос в её сознании.

«Что ты, вовсе нет».

— Тогда, может, хватит забавляться? Пора выбираться. Дворф Румп наверняка уже закончил дела.

Как и мать, и многие предки, в том числе Хвигён, Равина родилась с рогами. Внутри одного из них обитал демонический дух, способный менять вероятности событий.

«Даже с твоей силой в этой ситуации меня непросто спасти, верно?»

Дух действительно умел управлять вероятностью, но для этого ему требовалось много переменных, исходы которых он мог слегка сдвинуть. Равине казалось, что сейчас вариантов всего два: Годан сожмёт клешню или не сожмёт.

— Ошибаешься.

«И как же ты меня спасёшь?»

— Просто выйди из его клешни.

«Он ведь тогда сломает мне шею!»

— Он уже слишком долго напрягает мышцы. В любую секунду может свести судорогой. Тогда он с воплем разожмёт правую клешню и забудет о тебе.

Равина в который раз восхитилась могуществом своего рога. Именно эта способность не раз спасала ей жизнь в ситуациях, казавшихся безвыходными.

«Значит, если что, вытащишь меня в любую минуту? Тогда я ещё немного побуду здесь».

— Зачем?

«Не каждый день доводится побыть заложницей».

— В жизни встречаются события, которых вовсе не обязательно испытывать на собственной шкуре.

«Любой опыт готовит к следующему. Кто знает, когда пригодится?»

— Смотрю на тебя и вспоминаю Хвигён.

Равина хотела расспросить духа об этом, но продолжить мысленный разговор ей помешало появление нового участника.

— Слышал, ты меня разыскиваешь, Годан.

На площадь вышел черночешуйный ящер. По реакции пирата Равина сразу поняла, что перед ней Васен Лак Оразен.

— Васен! Ты... ты нарушил обещание!

Принц нахмурился. Он прекрасно понимал, о каком обещании шла речь, но прежде не придавал ему особого значения. Хотя и совсем забыть о нём нельзя было.

Васен прямо сообщил местному судье, что Годан состоит в недавно объявившейся пиратской банде и знает важные сведения. Принц распорядился сохранить ему жизнь ради дальнейшего допроса. Судья же пропустил слова мимо ушей.

Сам Васен не мог считать себя полностью непричастным к случившемуся: обещание не было исполнено в том числе потому, что он не проследил за этим. Однако несчастье, о котором столь громко кричал Годан, получилось скорее по недоразумению.

«Интересно, поймёт ли он, если я начну всё объяснять?»

Впрочем, Васен не любил длинных разговоров. Поэтому ограничился самым существенным:

— Годан, ты нарушил закон.

— ...

— Если убьёшь эту женщину, я прикончу тебя здесь и сейчас. Если сдашься спокойно, у нас ещё будет возможность поговорить.

Васен говорил искренне. Насколько он видел, Годан успел бежать из тюрьмы и захватить заложницу, но никого пока не ранил.

Годан замялся:

— А где гарантия, что ты сохранишь мне жизнь, даже если я отпущу её?

— Гарантии нет. Но клянусь Ночным Небом: убьёшь её — погибнешь наверняка.

В его голосе не осталось и следа опьянения. Принц стоял спокойнее и твёрже любого другого на площади.

Равина почувствовала, как хватка на шее ослабевает.

— Т-ты можешь помочь мне не умереть?

— Мы уже говорили: Ночное Небо и Белый Паучий бог — одно и то же божество. Оно благоволит тем, кто способен пригодиться его замыслу. Хочешь жить — докажи, что от тебя ещё будет польза.

— ...Как?

— Для начала слушайся меня.

Равина ожидала, что пустоватые рассуждения о пользе и божьем замысле не убедят отчаявшегося пирата.

Но Годан разжал клешню и слегка подтолкнул её в спину.

— Иди, женщина. Я сдаюсь.

Стражники внезапно преисполнились храбрости, с боевыми криками набросились на него, скрутили и связали. Равина, растирая шею, наблюдала за происходящим.

Васен подошёл к ней:

— Ты цела?

— Неожиданно.

— Что именно?

— Я думала, ящеры предпочитают полагаться на силу и бросаются на противника с оружием.

Васен заинтересованно взглянул на неё. Для человека, которого только что держали в заложниках, женщина была удивительно невозмутима.

— Нас учил мудрости наш прародитель Лакрак.

— «По возможности решайте дела разговорами»?

— Не совсем. «Сперва попробуй словами. Не вышло — пускай в ход кулаки».

Равина поняла, что принц не пытался вести какие-то тонкие переговоры. Он буквально сказал то, что думал. Если Годан отпустит заложницу — отлично. Если нет и она погибнет — Васен исполнит угрозу и убьёт пирата.

— Значит, жизнь заложницы вы даже не включили в расчёт?

— Зачем усложнять?

— Усложнять?

— Что ещё я мог сделать для тебя в тех обстоятельствах? Если бы начал переживать, только нервничал бы сильнее. Вот я и отбросил всё лишнее.

— Крайне ясный подход, — прокомментировал дух в роге.

В этот момент из переулка выбежал дворф, прижимая к груди чёрную металлическую махину.

Это был Румп.

— Какое счастье! Подумать только — здесь оказался сам принц! Вот так удача!

— ...Именно удача, по-вашему?

— А что же ещё?

Прибежав к месту происшествия, Румп сразу узнал Васена, а тот — министра. Близкими друзьями они не были, но и обычными знакомыми по дворцовой иерархии их не назовёшь: оба не раз встречались благодаря Кайлу.

Румп пригласил принца и Равину в большой дом на окраине Сасиана.

Снаружи строение напоминало скорее богатое дворянское поместье, чем административное здание. Зато внутри сновали мастеровые, чьи лица и руки были измазаны чёрной копотью.

— Кстати, что за чёрную железяку ты тащил? — спросил Васен.

— О, это оружие. Я прихватил его, чтобы спасти госпожу Равину.

— Оружие? Позволь посмотреть.

Румп охотно передал предмет принцу.

Железная штуковина оказалась гораздо тяжелее, чем выглядела, и Васену пришлось постараться, чтобы не выдать удивления.

Он повертел её в руках.

— Тяжёлая. И неудобно большая. Это отверстие посередине вы сделали, чтобы уменьшить вес? Хотя если хорошенько приложить такой штукой по голове, даже череп раколюда расколется...

— Вообще-то ею пользуются не так.

— А как?

— Господин Румп, — вмешалась Равина, — может, лучше сразу показать?

— Верно. Идёмте во двор.

На заднем дворе валялись щепки и остатки расколотых досок. Румп отдал распоряжение одному из мастеров. Тот скрылся за домом и вернулся с широким деревянным щитом.

— Вот наша мишень, — объявил министр.

— Мишень? Значит, оружие стреляет на расстояние?

— Именно.

— По виду ни за что бы не догадался.

Васен представлял дальнобойное оружие прежде всего как лук. Ещё существовали пращи, из которых метали камни, раскручивая ремень, и метательные копья. Но эта громоздкая железная труба не напоминала ни одно из них.

— Это пороховое оружие, — пояснил Румп.

— Пороховое?

— Изобретение алхимиков.

Васен вдруг будто впервые разглядел спутницу министра:

— Кстати, у тебя на голове рога. Люди ведь обычно рождаются без рогов, я правильно помню?

— Удивительно, как быстро вы это заметили, — сухо ответила Равина.

Румп установил железную трубу на деревянную опору.

— Порох — порошок, который взрывается от огня. Сперва мы пробовали сделать устройство из дерева или бамбука, но они не выдерживали взрыва. Глиняные сосуды тоже разлетались вдребезги.

— А если уменьшить количество пороха?

— Тогда от оружия почти не будет толка. Вот мы и перешли на крепкую сталь. Это, собственно, порох.

Дворф достал из-за пазухи немного чёрного порошка и осторожно засыпал его в отверстие железной трубы. Затем взял лежавший на земле круглый, гладко обтёсанный камень.

— А это снаряд. Взрыв вытолкнет его вперёд.

— Он же слишком маленький, чтобы серьёзно навредить человеку, разве нет?

— Если бросать его рукой — пожалуй. И учтите, что перед вами самое маленькое из наших орудий.

— Орудий?

— Мы называем их пушками.

— Пушки, значит. Продолжай.

Румп плотно утрамбовал заряд через дуло, проделал ещё несколько манипуляций, а затем поджёг фитиль, выходивший с закрытого конца ствола. Дуло смотрело точно на деревянную мишень.

— Лучше отойти. Когда фитиль догорит, пушка выстрелит.

— Это опасно?

— Мы приняли все меры предосторожности. Но звук будет очень громкий.

Васен собирался было остаться рядом, однако заметил, что Равина, хорошо знакомая с изобретением, уже отбежала на приличное расстояние. Он предпочёл последовать её примеру.

Фитиль догорел.

Ба-ах!

Грохот сотряс воздух. Деревянная мишень разлетелась вдребезги — вместе с участком стены за ней. Из ствола валил густой дым.

Сквозь дым к ним подошёл Румп.

— Ну как вам?

Васен несколько мгновений стоял, потеряв дар речи, затем восхищённо воскликнул:

— Невероятно! Грохочет будто молния самого Ночного Неба!

Равина тоже приблизилась, наконец убрав ладони с ушей.

— Прекрасно. Полноценное боевое оружие.

— Боевое? — переспросил принц.

— Вы ведь прибыли на «Пиратском позоре»? И вас попросили незапланированно задержаться в порту ради какого-то груза?

— Откуда ты знаешь?

— Потому что речь шла вот об этом.

Равина рукой разогнала заслонявший вид дым.

— Ваш груз — эти пушки. Оружие, которым будут уничтожать пиратов.