Дети Святого Императора Том 1 Глава 12 Принцесса вернулась ради мести (1)

После бурного дня наступило утро.

Слуги дворца Серебряной Розы снова ловили на себе взгляд принцессы, но уже по иной причине. Вчерашний неистовый всплеск чувств сменился леденящей апатией.

Вспышка воспоминаний о смерти заставила её сердце биться чаще, но вскоре это смятение улеглось. В юном шестнадцатилетнем теле всё ещё жил разум зрелой королевы, привыкшей к бесконечному одиночеству в заточении.

Тень многолетнего насилия со стороны Леонарда преследовала её и после возвращения назад. Она вновь стала прежней Амелией, чья душа напоминала выжженную пустыню.

— Госпожа Амелия...

Мирабель с жалостью посмотрела на принцессу. Принцесса лежала неподвижно, осунувшаяся и бледная, словно из неё вытянули все силы.

— Не принимайте это так близко к сердцу. Уверена, всё ещё можно исправить.

— А? — переспросила Амелия в недоумении.

Вскоре она поняла, что Мирабель ищет причину её подавленности совсем не там, где она таилась на самом деле.

— Это ведь была память о вашей матушке... Как они посмели быть такими небрежными?! Я лично задам трёпку той горничной, что за это отвечала!

Ожерелье. Речь шла о маленьком белом украшении, которое сегодня утром нашли разбитым. Это была единственная вещь, оставшаяся ей от покойной матери. Амелия с детства берегла его в шкатулке, а позже, в годы заточения в башне, не снимала ни на миг.

— Мирабель, принеси его мне, пожалуйста.

— Но госпожа... Зачем? Вам же станет только больнее, если увидите его в таком виде.

— Всё в порядке. Прошу тебя.

Мирабель покорно исполнила приказ. Вскоре разбитое ожерелье, завёрнутое в чистый носовой платок, оказалось в руках Амелии. Она развернула ткань и перебирала пальцами осколки.

То, что ожерелье разбилось, казалось невозможным. . Белый камень в кулоне считался дешёвым самоцветом, однако горничные, следившие за драгоценностями, не раз поражались тому, что он был твёрже алмаза. Доказательством тому служило то, что даже во время всех тех лишений, через которые Амелия прошла в Рохане, кулон до последнего оставался целым на её шее.

Однако сейчас оно внезапно треснуло пополам прямо внутри шкатулки.

«Это главное доказательство моего возвращения», — подумала Амелия, и её глаза похолодели. — «Теперь я не повторю прежних ошибок».

Она стиснула в кулаке осколки кулона. В её голове, словно молитва, звучала клятва:

«Ни за что на свете я не дам этому ублюдку снова обмануть меня. Никогда!»

Но что потом? Допустим, она вычеркнет Леонарда из своей жизни и не поедет в Рохан. Будет ли этого достаточно? Хватит ли простого отказа быть пешкой в чужой игре? Неужели теперь её удел — до конца дней прятаться в стенах дворца Серебряной Розы, живя тише воды ниже травы, лишь бы не обременять отца и младшего брата?

«Я не знаю…»

Амелия прижала платок к груди и зарылась поглубже в постель. Её разум был слишком истощён, чтобы размышлять о жизни и выбирать дальнейший путь.

Наступило следующее утро. Мирабель была уже на грани взрыва.

— Ваше Высочество, сегодня вы должны хоть немного поесть. Прошу вас! Дворцовый лекарь говорит, что вы полностью здоровы, так сколько можно морить себя голодом?

Амелия с растрёпанными волосами резко поднялась и села на постели.

— Прости, я поняла. Принесёшь мне немного лёгкого супа?

— Ох, ну и ну! Сначала нужно встать и умыться! Идёмте, я вас причешу. Что же это творится в последнее время с нашей благовоспитанной принцессой!

Пока её голова качалась из стороны в сторону под резкими, эмоциональными взмахами гребня, Амелия отрешённо погрузилась в свои мысли.

«О, Мирабель... Дело в том, что теперь все беды позади. Морес жив, и отец пребывает в добром здравии. Я больше не стану для них обузой. Разве теперь мне есть о чём тревожиться?»

Над головой Амелии послышался вздох Мирабель.

— Господи, ну и времена! Говорят, этот несносный принц сразу после болезни изнуряет себя тренировками. А теперь и наша кроткая принцесса решила от него не отставать?

Взгляд Амелии на миг ожил.

— Морес… — тихо произнесла она. — Думаю, мне стоит навестить его в Жемчужном дворце.

Мирабель, прежде боявшаяся принца как огня, неожиданно воодушевилась и потянулась к колокольчику.

— Прекрасная идея! Что ж, тогда давайте сначала поедим и начнём наряжаться?

Вскоре в покои вошли служанки, неся с собой ароматные масла, принадлежности для купания, изысканные платья и ларцы с украшениями.

***

На тренировочную площадку Жемчужного дворца нежданно ворвался весенний ветерок. Появление Амелии в струящемся жёлтом платье с цветами в волосах напоминало явление богини весны.

Сонджин, как раз завершивший тренировочный круг по плацу, замер, переводя дух и широко раскрыв глаза от удивления.

— Ой… Сестра? Что вы здесь делаете?

Сопровождавшая её женщина-рыцарь была весьма симпатичной, но красота принцессы Амелии была поистине исключительной. В ней чудесным образом уживались ослепительное величие и невинная девичья чистота.

— Ничего такого. Просто проходила мимо, вспомнила о тебе и решила заглянуть, — Амелия застенчиво улыбнулась и добавила с лёгким чувством вины: — Надеюсь, я не помешала? Все так усердно тренируются...

Принц проследил за направлением её взгляда. В стороне вовсю потели рыцари Жемчужного дворца. Скинув верхнюю одежду, они сверкали обнажёнными торсами, полностью отдавшись тренировке.

«Эти ублюдки?»

— Да всё равно был перерыв. А на них не обращайте внимания. Сами справятся, — Сонджин небрежно махнул рукой.

Пока он восстанавливал дыхание, Амелия с восторгом следила за тем, как принц то и дело занимается растяжкой. Прошло всего несколько дней с начала его тренировок, а юноша уже изрядно похудел.

Хотя при каждом движении жир на животе всё ещё ощутимо колыхался, это был огромный прогресс по сравнению с прошлым, когда он едва передвигался с боку на бок.

— Ты так похудел!

Сонджин горько усмехнулся.

— Хе-хе. Нет диеты надёжнее, чем марш-бросок с полным грузом.

«Вес, который мне нужно сбросить уже давно перевалил за вес армейского снаряжения, сестрица».

Разумеется, Амелия лишь наклонила голову набок, не понимая, о чём он говорит.

Сэр Масаин, который, казалось, должен был бросить все дела и примчаться в ту же секунду, вопреки ожиданиям задерживался из-за передачи полномочий. Судя по всему, он планировал в будущем спихнуть всю работу на адъютанта и полностью сосредоточиться на обучении принца. Благодаря этому Сонджин всё еще тренировался на плацу в одиночестве.

Впрочем, это только до сегодняшнего дня.

Пора было заканчивать с утренней тренировкой. Силы стоило поберечь для занятий, да и представшее взору зрелище едва ли способствовало спокойствию.

— Я как раз собирался пообедать. Не хотите ли присоединиться? — спросил Сонджин.

Раньше подобное между ними было невозможно даже представить. Сопровождающая женщина-рыцарь вздрогнула от неожиданности и взглянула на Амелию, но та радостно улыбнулась и кивнула.

— Да, конечно, Морес.

Брат с сестрой покинули тренировочную площадку, игнорируя полные мольбы взгляды дежурных рыцарей.

***

— Хм… Стало быть, вы задумались о жизненных целях?

Быстро приняв душ, Сонджин уже сидел за скромно накрытым столом напротив Амелии. К удивлению, они легко нашли общие темы для разговора. Обычно застенчивая Амелия была втайне поражена тем, насколько приятным оказался их совместный обед.

Ещё утром у неё совсем не было аппетита, но не успела она оглянуться, как уже вовсю опустошала тарелки, увлеченно болтая без умолку. Возможно, то необычайно бурное приветствие, которым они обменялись два дня назад, помогло разрушить барьер между ними.

— Значит, стоило вам вырваться от мерзавца, который вас мучил, как навалилась пустота и пропал всякий смысл жизни?

— Если вкратце, то так оно и есть.

Слово за словом, и Амелия поймала себя на том, что делится с ним своими недавними переживаниями. Конечно, она не могла признаться, что вернулась в прошлое, поэтому рассказ получился довольно туманным.

Сонджин в недоумении наклонил голову. Этот разговор показался ему странно знакомым.

«А ведь совсем недавно я сам разглагольствовал перед императором о смысле своей жизни».

Но неужели может существовать кто-то, способный превратить жизнь принцессы Делькроса в такой ад? Настолько, что она потеряла цель в жизни? Кто же это мог быть?

В этот момент Король Демонов невозмутимо пробормотал:

[Явно ты. Она точно говорит о тебе.]

«Да ну... Быть не может», — Сонджин нахмурился, на мгновение задумался и наконец произнёс:

— Хм, сестра. Это лишь моё личное мнение, так что просто примите к сведению.

Амелия усердно закивала:

— Да, продолжай.

— Вы хотите сказать, что избавление от того парня произошло исключительно благодаря кому-то другому? А у вас самой даже не было шанса что-либо предпринять?

— Да.

— И этот мерзавец сейчас живёт себе припеваючи?

— Да.

— Тогда о чём чем тут вообще думать? Пока у вас не появится иная цель в жизни, сосредоточьтесь на том, чтобы изводить его. Верните ему весь ущерб с процентами, а сверху ещё и компенсацию за моральные страдания заберите.

Лицо Амелии омрачилось.

— Я и сама считаю, что должна так поступить. Было время, когда обида была настолько велика, что я ни о чём, кроме мести, и думать не могла.

В первые годы после того, как Амелия узнала об истинных намерениях Леонарда, она тоже скрежетала зубами и клялась ему отомстить. Она была готова поставить на карту всё, отдать все силы, лишь бы отплатить ему сполна.

Однако за долгие годы, проведённые в заточении и страданиях, её жажда мести постепенно угасла, ведь она не могла сделать ровным счётом ничего.

Леонард был королём, обладавшим всей полнотой власти в Рохане. Амелия же была лишь беспомощной узницей.

К тому же, можно ли сказать, что вина за её падение и гибель лежит исключительно на нём одном? В круговороте чужих амбиций, жажды наживы и бесконечных заговоров она была лишь песчинкой. Её беспомощно швыряло из стороны в сторону этим вихрем, пока, в конце концов, не раздавило окончательно.

Глупая королева, которая слишком долго пробыла в заточении, так и не смогла до конца осознать, кому именно ей стоит мстить.

Это было так обидно и горько, что в итоге заставило её окончательно замкнуться в себе. Однако Сонджин лишь цокнул языком и покачал головой.

— Тц, ну и наивная же вы, сестра. Тут не над чем думать.

— ..?

— Так, слушайте внимательно. Сначала выбираете того, кто бесит больше всех! И думаете только о том, как его прищучить. Всё остальное в голову не берите. Преследуйте только этого сучёныша хоть до самого края света.

В этот момент Сонджин почувствовал, как в его сознании мелко задрожала душа, оставшаяся после сожжения.

«И чего это он опять дрожит?» — Сонджин был слишком толстокож, чтобы понять чувства Короля Демонов, для которого эти речи отзывались пугающе знакомым эхом.

— А пока будете сводить счета, — продолжил он, — один за другим начнут вылезать и остальные причастные, верно? Тогда бейте и их тоже. Что, если этот гад финальный босс? Ну, к тому времени, как вы до него доберётесь, все прочие уже отправятся на тот свет. И — раз! Месть свершилась.

— А?.. Ну, это-то да...

Почему-то в его словах всё звучало предельно просто. Амелия недоумённо склонила голову набок.

— Представьте, как этот ублюдок утирает кровавые сопли и умоляет вас о пощаде. Даю слово, у вас и секунды не будет для грусти. Жизненные цели? Сестра, да разве есть в мире то, что наполняет душу так же сильно, как упоение местью?

— ...

Король Демонов тяжело вздохнул:

[Нет... Ну и дьявол же ты!]

— Сестра, не считайте месть утомительным ожиданием. Разве не чудесно выстраивать западню постепенно, чтобы сокрушить своего врага? Смакуйте каждый свой шаг, ведь именно в этом и кроется подлинный восторг.

— ...

— А если вдруг захочется чего-то другого? Тогда просто займётесь этим. Ответная месть врага? О чём тут беспокоиться? Наш отец самый могущественный человек в стране, уверен, он во всём вас поддержит.

— И-и правда... — Амелия почувствовала, как туман, застилавший её мысли, наконец рассеялся. — Да, ты прав. Я действительно жажду мести.

Разве могла она удовлетвориться простым избеганием встреч с ним? Почему она так долго пыталась игнорировать этот факт?

Всё потому, что она считала это выше своих сил. Она верила, что если цель недостижима, от неё нужно отказаться. Она пыталась утешить себя тем, что тратить жизнь на подобные вещи неправильно. Именно поэтому она стала такой беспомощной, превратившись в пустую оболочку.

— Я думала, что месть, не доведённая до конца, бессмысленна. Но, оказывается, настоящая месть наполняет жизнь смыслом не только результатом, но и самим процессом.

На лице Амелии расцвела ослепительная улыбка. Больше она не собиралась бежать от своих истинных желаний.

«Я хочу своими глазами узреть крах Леонарда».

Возможно, именно ради этого она и вернулась в прошлое. И если ей суждено потерпеть неудачу, она полюбит даже сам процесс этого провала.

Если её вконец истощённый дух больше не способен воспевать жизнь, то отныне месть разожжёт в ней искру, станет единственной радостью и осветит её существование.

В глазах Амелии начал постепенно возрождаться блеск. Это было пронзительное, ярко-синее пламя, которого раньше никто не видел. Сонджин невольно вздрогнул и отвёл взгляд.

«Сестра... надеюсь, мстить ты всё же не мне собралась».