Дети Святого Императора Том 1 Глава 233 Оборонительный бой (6)
Ранее в Дети Святого Императора...
[Разлом] – это искажение пространства, когда одно измерение вторгается в другое под воздействием силы.
Когда оказываешься внутри, видны разрозненные, хаотично пересекающиеся и изгибающиеся срезы миров, простирающиеся во всех направлениях, словно осколки разбитого витражного стекла. Каждый из этих срезов служит точкой контакта между миром и Разломом.
Но что будет, если взглянуть на эти точки контакта снаружи?
Если точно рассчитать точку сингулярности чужеродного пространственного вмешательства, то заглянуть внутрь Разлома через срез мира окажется вполне выполнимой задачей.
Именно так, как сейчас.
[Папа-Император только ушёл, а ты уже сам ищешь Разлом? Я чуть от страха не умерла!]
Синяя бусина, быстро вращающаяся перед глазами Сонджина, говорила с явным упрёком.
«А? Разве твоя душа не и так снаружи?»
[У папы-Величества были все причины для беспокойства. До каких пор нам ходить за тобой по пятам? Пора бы вести себя соответственно своему возрасту.]
Розовая бусина, гордо восседающая на плече, произнесла веское наставление.
«Вот кому бы помолчать о возрасте и научиться уважать старших, так это тебе».
Сонджин в оцепенении подумал:
«А вы вообще кто такие? Чего увязались за мной? Вы меня знаете?»
В ответ синяя бусина захихикала, мелко вибрируя:
[Морес всегда такой! Сколько ему ни говори, он запоминает только то, что ему выгодно, а остальное благополучно забывает! Который раз уже одно и то же!]
Розовая бусина тихонько вздохнула и легонько постучала по плечу:
[Морес, вероятно, отсеивает лишнее, чтобы случайно не пойти против причинности. Хватит болтать, пойдём скорее проведаем папу-Величество. Мы ведь за этим сюда пришли?]
«...»
Сонджин одновременно почувствовал сомнение и согласие.
Да. Всё именно так, как они говорят.
В ответ на внезапно вспыхнувшее чувство дежавю сама собой поднялась мысль: «Да и какая, к чёрту, разница?»
В таком неопределённом состоянии Сонджин в компании двух светящихся сфер мирно полетел по ночному небу.
[Почти на месте! Морес.]
[Вот прямо здесь! Морес.]
Две маленькие бусины привели его к месту, где виднелось небольшое окно с неясным пейзажем внутри. Ромбовидный проём парил в пустоте без каких-либо стен или опор, так что его правильнее было бы назвать крошечной прорехой в ткани мироздания.
Словно заворожённый, Сонджин заглянул внутрь, и перед его глазами предстало расколотое на бесчисленные осколки пространство, которое он уже видел когда-то прежде.
«... Разлом».
[Ага, тот самый Разлом, который папа-Император связал с императорским дворцом.]
[Папа-Величество провёл там весь сегодняшний день.]
[Нам нравится, когда у папы-Императора возникают трудности, но сейчас мы уже начинаем волноваться.]
[Нам нравится, когда у папы-Величества возникают трудности, но мы терпеть не можем, когда это происходит из-за других ублюдков.]
«Что правда, то правда».
Сонджин понял, что всё это время подсознательно искал Святого Императора.
За один сегодняшний день произошло слишком много событий: выход души из тела во время управления Бинсу, назойливые мысли, липнущие к сознанию, и смертельная усталость измученного тела, которое сейчас никак нельзя было назвать здоровым.
Обычно отец при малейшем поводе непременно проверил бы его состояние, перешагнув через любые преграды, но сегодня от него не было ни единой весточки.
Тут волей-неволей забеспокоишься, вдруг с ним что-то случилось?
[Папа-Император спустил с тебя глаз всего на один день, Морес.]
[Если тебе так нужен папа-Величество, зачем ты вообще уехал из столицы?]
«А ну цыц, бесята! Да вы хоть представляете, что лежит на моих плечах? Я ведь не просто так здесь! Будете действовать мне на нервы, так я вернусь в столицу и разнесу все ваши шахматные доски к чертям собачьим!»
[Ой-ой-ой!]
[Морес злой!]
[Морес дурак!]
Пока две сферы возмущённо вопили и метались из стороны в сторону, Сонджин сосредоточил всё внимание на картине, открывающейся по ту сторону прорехи. Пейзаж молниеносно сменился, и перед глазами предстала бескрайняя вулканическая пустошь, залитая потоками лавы.
И там он сразу же разглядел того, кого искал.
«Отец!»
Святой Император с клинком ауры белого света сиял настолько ослепительно, что его фигура отчётливо выделялась даже сквозь густые тучи вулканического пепла. Увидев знакомые священные облачения и золотой венец, Сонджин обрадовался и сфокусировал взгляд. Пространство словно приблизилось, притягивая силуэт отца ближе.
— Чё за бред...
Как раз в этот миг Святой Император вёл с кем-то бой.
Его противником был мужчина в нелепо вычурных доспехах, размахивавший двуручным мечом с совершенно противоестественным балансом. В фехтовании он явно смыслил немного. Клинок со свистом рассекал воздух, но каждое движение пестрело показушными выкрутасами.
— Да бля! Что это за босс вообще?! Плевать, что квест скрытый! Вы мне ответьте, как можно было задрать такую сложность?! — орал мужчина на Святого Императора.
Сонджин не слышал звуков ушами, но каким-то неведомым образом отчётливо понимал каждое брошенное слово. К счастью, чужие мысли не врезались в мозг одновременно и хаотично, как бывало внутри Разлома. Судя по всему, восприятие времени искажалось только при прямом погружении.
— Чего?! Невозможно это! Я пятый номер в общем рейтинге всех серверов «Хроник Пангеи»!
Пока взмокший от пота мужчина в отчаянии бесился, Святой Император лишь спокойно кивнул:
— В таком случае тебе не на что роптать. Те, кто заявлял о достижении куда более высоких ступеней, чем твоя, уже расстались со своими жизнями от моей руки.
— Чё-ё-ё?! Ты ещё и данные боёв накапливаешь?! Сука! Да как тебя победить, бля?!
Следом последовал выверенный взмах меча.
— А-а-а-а-а-а!
Не успев оказать ни малейшего сопротивления, мужчина с воплем рухнул замертво.
Вулканический пейзаж в то же мгновение посерел, утратив краски, а над головой поверженного врага всплыло гигантское системное окно:
Окружение вокруг Святого Императора начало меняться.
Лавовые равнины отдалились, и сотни, тысячи пространств, сквозь которые он прошёл до этого, зашелестели, сменяя друг друга, точно переворачиваемые страницы книги.
Картина кружащихся в едином вихре Пламенных, Кремниевых и Истинных миров выглядела поистине величественно.
И в каждом из Кремниевых миров без единого исключения мерцали одни и те же буквы:
У Сонджина перехватило дыхание.
«Что всё это значит? Он в одиночку... всё это время уничтожал их всех?»
— ...!
Словно уловив направленный на него взгляд, Святой Император вздрогнул и резко обернулся.
Их глаза встретились. На лице отца отразилось лёгкое замешательство, но следом проступила неприкрытая радость. В этот миг его лицо казалось куда более живым и эмоциональным, чем обычно.
— Что ты здесь делаешь? Возвращайся немедленно!
Он сердито замахал руками, беззвучно шевеля губами, а затем вновь повернулся лицом вперёд.
Прежний мир отдалился, и перед ним вплотную вырос следующий срез пространства.
На этот раз проход вел в чернильную преисподнюю, затянутую густым туманом. Как только бесформенное гигантское чудище начало поднимать голову из туманного моря, Святой Император привычным жестом направил вперед Серебряные шипы и замер в ожидании врага.
[Они хлынули сюда в один день и в один час, но, оказавшись внутри правил папы-Императора, они обречены двигаться лишь так, как он укажет.]
[За долгие годы странствий между Делькросом и Разломом папа-Величество научился безупречно обращать искривления времени себе на пользу.]
Как и говорили бусины, Святой Император выглядел сильно уставшим, но при этом от него не исходило ни малейшего намёка на возможность поражения. Всё сущее неизменно подчинялось его контролю в рамках установленных им законов.
Юноша вспомнились слова, сказанные отцом не так давно.
И прямо сейчас ему отчаянно хотелось ответить ему:
«Делайте всё, что пожелаете, отец. Если вы вознамерились защитить этот мир, так тому и быть. И кем бы ни были ублюдки, посмевшие посягнуть на Делькрос, я непременно заставлю их заплатить сполна!»
Сонджин не эти беспечные мелкие призраки.
Ему претила сама мысль о том, что отец испытывает трудности; он безумно за него переживал и люто ненавидел тех, по чьей вине это происходило.
Стоило яростному мысленному импульсу вырваться из груди Сонджина, как маленькие бусины испуганно закружили вокруг него:
[Он снова разозлился! Смотри, как окно затряслось!]
[Он же так Разлом разорвёт и сам туда вломится! Разбудите его кто-нибудь, живо!]
«Кто бы вы ни были, ублюдки... Сколько вы ещё намерены изводить человека? Решили медленно выпить из него все соки? Лучше остановитесь прямо сейчас. Иначе я сотру вас в порошок и выпью без остатка, не оставив даже костей!»
[А-а-а! Сэр Шарон!]
[Ого! Братец Масаин!]
«Заткнитесь! Не лезьте под руку! Дайте мне самому взглянуть на эту тварь и узнать, кто за этим...»
Сонджин яростно скрежетал зубами, когда вдруг кто-то с силой тряхнул его за плечо.
— ...сочество.
«Подождите. Дайте мне хотя бы выяснить, чьих это рук дело...»
— Ваше Высочество!
Вжих!
Картины Разлома мгновенно схлынули, словно морской отлив. Следом начали блекнуть эмоции и воспоминания. Накатила острая паника от ощущения, что всё увиденное исчезает без следа.
«Нет, стойте! Подождите!..»
— Ваше Высочество!
Сонджин резко распахнул глаза и увидел встревоженное лицо рыцаря, склонившегося над ним.
— ...Сэр Масаин?
— Да, Ваше Высочество, это я. Почему вы обливаетесь холодным потом?
— ...?
«И впрямь, почему?.. Кажется, мне снился какой-то сон».
Юноша медленно выдохнул застрявший в груди воздух и огляделся. Он лежал в полутемном, бедно обставленном крестьянском доме. Вместо свечей у входа коптил одинокий факел.
Кольнуло.
Стоило взглянуть на пламя факела, как висок отозвался слабой болью. Король Демонов был прав, глаза действительно находились не в лучшем состоянии.
— Полежите ещё немного, Ваше Высочество. Исцеление ещё не окончено. Хи-хи-хи, — тут же раздалось сбоку.
Сэр Шарон держала его за руку, вливая в него божественную силу. По угольно-чёрным зрачкам было понятно, что это была обычная сэр Шарон. Неудивительно, что тело ощущалось заметно легче, чем прежде.
— Как там крепость в ущелье? — спросил Сонджин, осторожно приподнимаясь.
Масаин и остальные находились здесь. Значит, в ущелье обстановка разрядилась настолько, что крепость можно было оставить без опаски.
— Там всё спокойно. Тролли, которых вы оставили перед стеной, нам хорошо послужили. Враги так и не осмелились перейти в наступление. Видимо, решили, что великаны оживут в любой момент.
«А, точно».
На всякий случай он выстроил Бинсу со второго по пятый прямо перед входом для устрашения. Похоже, задумка сработала на славу.
— Мы вылавливали ликантропов за стенами и провели небольшую стычку, но ледниковые тролли больше не появлялись. Вскоре подошло подкрепление, сэр Себастиан прислал внушительный отряд вместе с Рыцарями Волка. Так что во второй половине дня мы передали позиции им и прибыли сюда.
Сонджин кивнул:
— А мы сейчас где?
— В доме неподалеку от передовой. Хозяева эвакуированы вглубь земель. Прямо сейчас все силы владений сдерживают ликантропов, переваливших через ледяную стену.
Он на мгновение потерял дар речи и уставился на Масаина.
Они не эвакуировали в тыл беспомощного принца, находящегося без сознания, а сознательно остались ждать на передовой?
Поняв немой вопрос в его взгляде, Масаин смущённо пояснил:
— Мы рассудили, что, очнувшись, Ваше Высочество сразу же захотите пустить в дело Бинсу. Весь наш отряд уже готов к выходу на рубеж.
— ...
— Положение на фронте далеко от радужного. Ваша помощь будет весьма кстати.
«Выходит, они заранее знали, что я рвану в бой, и приготовились?»
Сонджин почувствовал, как совесть кольнула его прямо в сердце.
«Сэр Масаин... Прости меня, грешного».
Выйдя из дома вслед за рыцарем, Сонджин замер от неожиданности.
— Это... что?
Перед тем как уснуть, он отдал команду следовать за собой в группе, и Бинсу послушно прошагали за ним всю дорогу. Все четверо выстроились перед домом, вытянувшись во весь рост.
Но что самое поразительное, на плечи каждого великана, точно рыцарские плащи, были наброшены стяги с гербом рода Зигсмундов!
Из-за колоссальных габаритов даже самые огромные полотнища смотрелись на широких спинах как короткие накидки, но в этом строю ледяных чудовищ сквозило настоящее боевое величие.
Более того, на груди каждого красовался нанесённый чёрной краской рисунок: два скрещённых меча, окаймлённые солнечным диском. Немного кривоватый и грубый, но безошибочно узнаваемый священный символ Верховного Бога и герб Делькроса!
— Ха-ха! Как вам моё творение, Ваше Высочество? — весело воскликнул сэр Валери, как раз закончивший выводить краской узор на груди Бинсу номер семь. Он обвязался верёвкой вокруг шеи великана и, раскачиваясь на ней как маятник, умудрился нанести герб. — В любом деле внешний лоск играет первостепенную роль!
И впрямь. В лицах солдат, поглядывавших на ледяных гигантов снизу вверх, почти не осталось прежней паники.
— Теперь их безоговорочно примут за воинство Верховного, — произнёс Масаин с заметным облегчением. Всегда ненавидевший скверну рыцарь явно успокоился, увидев на монстрах священный знак.
Сонджин мысленно отвесил себе крепкую оплеуху:
«Надо же... Я ведь сам столько втирал Сисли про важность пропаганды и фабрикации, а такую элементарную деталь упустил! В спешке бросился спасать базу и забыл золотое правило: хочешь провернуть грандиозную аферу – начни с одурачивания своих же союзников!»
[...Ты ведь не всерьёз считаешь это жизненным уроком, да?] — не выдержав, подал голос Король Демонов, до этого момента благоразумно державшй рот на замке.