Дети Святого Императора Том 2 Глава 40 Хищник (4)
╾──╼ ⟡ ╾──╼
Деревня дровосеков, освещённая факелами до глубокой ночи, напоминала место празднества. Если не считать того, что несли эти факелы безжалостные бандиты.
— Наша группа разделилась и прочесала окрестности, но их след затерялся. Судя по траектории, они могли двинуться к северным вратам Карфагена, но точных данных нет.
— Они с самого начала сошли с основной дороги, потому выследить их будет непросто…
Джером, выслушав доклад с ледяным выражением лица, сквозь зубы процедил:
— Мы задействовали весь личный состав. Ты хочешь сказать, что никто до сих пор с ними не столкнулся?
— Одна из групп попала в засаду, босс. Но с момента их побега прошло достаточно времени, они, должно быть, уже далеко.
— Ещё один человек из поискового отряда пропал без вести. Возможно, он также стал жертвой нападения…
— Сейчас слишком темно, следы разобрать невозможно. Даже если мы отправим следопытов, придётся ожидать рассвета.
Родриго, стоявший рядом с Джеромом, на мгновение отвел взгляд от отчета и искоса взглянул в угол хижины.
Там, ведший себя тише обычного, сидел Кайен, обхватив голову руками. Со стороны он казался просто ребенком, убитым горем из-за смерти матери.
Однако Родриго, знавший его достаточно близко, понимал: Кайен не из тех, кто станет так убиваться по подобному поводу. Он чувствовал, что с мальчиком происходит нечто неладное.
И его догадка была верна. С тех пор как Марта погибла под обрывом, Кайена изводила невыносимая головная боль.
«Тот подозрительный еретик явно что-то с ним сделал».
╾──╼ ⛧ ╾──╼
— Голова… как же болит…
Кайен до крови прикусил губу.
Он просто хотел перед смертью полакомиться душой Марты, которую обгладывал уже длительное время. В конце концов, души окончательно умерших были для него безвкусными.
[У-у-у-у-у, Кайе-е-ен!..]
[Почему меня! Почему меня! Почему меня!]
[Аслан, Аслан, Аслан, Аслан...]
С горы доносились странные завывания. Звуки, которые мог слышать только Кайен. Обычно плач этих идиотов его забавлял, но сейчас он лишь усиливал головную боль. Осколки душ, разбросанные повсюду в горах, были ценными ресурсами, которые погибли до того, как он успел их поглотить. Он решил больше не допускать такого расточительства, но вмешался кто-то непредвиденный.
«Кто же это был?.. Определенно тот придурок...»
Когда он увидел его впервые, тот показался ему совершенно заурядным, но на мгновение представшая перед Кайеном душа незнакомца была окутана необычайным сиянием. Мальчик еще никогда не видел столь ослепительного и подавляющего света.
С того самого момента, как этот человек появился, Кайена терзали странный звон в ушах и сильная головная боль. Стоило ему лишь попытаться вмешаться в чужую душу, как к горлу подступала тошнота.
К мальчику, который стонал и обливался холодным потом, нерешительно подошел Родриго. Он был одной из тех душ, которых Кайен в последнее время усердно пожирал. Его ослабевшая душа превратилась в марионетку, беспрекословно исполняющую приказы Кайена. Однако, в отличие от чувствительной Марты, Родриго был слишком глуп, чтобы осознать происходящие с ним странности.
— ...Отправляйся к вратам Карфагена, Родриго, — приказал Кайен, даже не взглянув ему в лицо.
«Каким бы путём они ни решили выбраться, им всё равно придётся пройти через врата Карфагена. С ними старик-пьяница, так что долго прятаться в горах они не смогут».
— Убей их.
Увидев странное безумие в глазах мальчика, Родриго невольно вздрогнул. Это был страх, запечатлённый в самой глубине его души.
— Убей их всех, Родриго.
╾──╼ ☘︎ ╾──╼
Аслан пробудился рано на рассвете. Его разбудил чей-то тихий, вкрадчивый шёпот.
— ...Прибыли наконец. Должно быть, намучились, чтобы успеть вовремя. Передайте Энрике место встречи.
— И что же Морес? Как он поживает?
— Вы слишком поспешили. К чему была такая спешка?
«Что это? О чём он говорит?»
— Похоже, та вещица в подвале не так много для него значила, раз он поспешил пустить её в ход, едва я скрылся из вида.
— ...Нет, я не специально избегал вас...
— ...Мне жаль, но ушёл я вовсе не из-за игры в шахматы.
«Барт?»
Казалось, что он вёл не беседу, а разговаривал сам с собой.
— Хорошо, так и поступим. В ближайшее время буду играть с вами в шахматы дважды в неделю...
— ...Кхм, не скажу, что мне это не нравится...
«Не знаю, в чём там дело, но, кажется, ему это действительно не нравится».
Причиной такого подозрения служил голос Барта, который становился всё тише и тише. Аслан открыл глаза и невольно окликнул его:
— ...Барт?
Тот сидел, прислонившись к входу в пещеру. Он явно был один, так с кем же разговаривал?
Однако сквозь пелену неокрепшего сна Аслан заметил нечто странное. Перед Бартом колыхались два призрачных силуэта, похожих на дым.
«Привидения? Бледно-розовая и нежно-голубая...»
Аслан моргнул, и в тот же миг непонятные тени растворились без следа. Он снова протёр глаза, вглядываясь по сторонам, но у входа в пещеру стоял только Барт. Неужели от переутомления ему показалось нечто нереальное? Однако внимание Аслана привлекло нечто куда более осязаемое, чем мимолётное видение — лицо Барта. Его взгляд, которым он молча наблюдал за Асланом, показался необъяснимо чужим.
Аслан с недоумением спросил:
— Слушай, Барт, а твои волосы всегда были такого оттенка? Мне кажется, они стали чуточку темнее…
Его волосы, ранее казавшиеся тёмно-каштановыми, отливали в тусклом утреннем свете определённо более чёрным цветом, чем накануне.
«И лицо тоже немного преобразилось».
Если раньше его черты были правильными и симметричными, но при этом несколько безликими, то теперь облик стал более выразительным, и Барт, казалось, даже похорошел?
Единственным неизменным элементом остались серебристо-серые глаза, в глубине которых время от времени мелькал странный блеск.
Барт, выслушав Аслана, потянул себе за прядь волос, рассмотрел её и кивнул:
— Я ведь здесь уже довольно давно. Вероятно, уровень синхронизации постепенно возрастает.
«Синхронизация? Что это ещё такое?»
Пока Аслан пребывал в полном оцепенении, наблюдая за Бартом, старик Макс, возившийся неподалёку, открыл глаза и сладко зевнул.
— О-хо-хо, в моём возрасте ещё и ночевать под звёздами… Но на удивление спина, которая по утрам обычно ноет, в полном порядке. Настоящий рай!
Казалось, старик не заметил в облике Барта ничего необычного. Возможно, перемены были слишком тонкими? Пока Аслан в замешательстве склонял голову, Барт встал, отряхнул подол своей робы и произнёс:
— С этого момента начинается гонка со временем. В конце концов, они всё равно выследят нас до самых врат Карфагена, так что нам следует беспокоиться не о следах, а о скорости нашего продвижения к вратам.
В его словах сквозило то, что до сих пор он намеренно скрывал суть их пути. Аслан, воспринимавший их предыдущие действия лишь как паническое бегство от погони, с изумлением раскрыл рот. Барт едва заметно приподнял уголок губ в усмешке.
— Если они намерены выслеживать нас по всем правилам, им придётся немало поплутать. Ну что, выдвигаемся?
Вскоре над их головами хлынул поток божественной силы, знаменуя начало изнурительного бегства.
Как ни странно, к полудню им удалось выбраться на благоустроенную дорогу. Всего за один день им удалось пересечь крутые вершины западного горного хребта, ведя за собой старика.
Конечно же, это был поистине адский марш: они жевали сухие пайки на ходу и постоянно подпитывали себя святой силой. Несмотря на непрерывное восстановление тел, чувство усталости никуда не исчезало. Такой темп подразумевал колоссальные нагрузки на тело и дух.
Теперь, просто следуя по дороге вниз, всего через пару часов они имели возможность достичь врат Карфагена. На лицах Аслана и старика Макса промелькнуло заметное облегчение.
— Не стоит расслабляться раньше времени. Если со вчерашнего дня они используют лошадей и передвигаются по обустроенным путям, то вполне могут настигнуть нас в любую минуту.
Лицо Барта, произнесшего эти слова, тоже казалось мертвенно-бледным. Аслан с тревогой взглянул на него. Тело мужчины, в котором по-прежнему отсутствовала заметная аура, выглядело настолько измождённым, что он мог рухнуть в любой момент. Ткань под наручниками, которые он носил с прошлого дня, во многих местах уже пропиталась кровью. Конечно, если бы размотать повязки, сами руки, вероятно, остались бы целы, однако оставлять это без внимания было бы неразумно.
«К тому же, разве нормально так безрассудно растрачивать божественную силу?»
Барт, покачиваясь, подошёл к обочине и, опустившись на большой камень, произнёс:
— Времени в обрез, но здесь нам придётся подождать нашего связного.
— Связного?
— Неужели вы думаете, что мы сможем проскользнуть через ворота незамеченными?
На лицах Аслана и старика Макса отразились серьёзные нотки. Это был факт, который они до сих пор старались игнорировать: даже если им удастся благополучно добраться до Карфагена, как им, людям без каких-либо подтверждённых личностей, пройти через заставу? К счастью, у Барта, по всей видимости, имелся план.
Он безучастно пробормотал, устремив взгляд в пустоту:
— Надеюсь, этот человек не сильно задержится…
В тот же миг прямо перед ними кто-то бесшумно приземлился. Поражало то, как он сумел внезапно появиться на открытом пространстве, не издав при этом ни малейшего звука. Это был мужчина, одетый с ног до головы в чёрное. За исключением длинного шрама, тянувшегося от уголка рта к подбородку, он внешне напоминал кроткого молодого учёного.
Мужчина мельком бросил взгляд на Аслана и старика Макса, которых неподдельный испуг заставил отшатнуться, после чего подошёл к Барту и опустился на одно колено.
— Ваше Величество.
Похоже, Барт был знаком с этим человеком.
«Ваше Величество?!»
Аслан застыл на месте, услышав это неслыханное обращение, но Барт лишь слегка приподнял уголки губ.
— Похоже, мои чувства притупились, раз я даже не заметил твоего прибытия, Энрике.
— Двадцать Первый, Ваше Величество.
— …
Когда мужчина угрюмо поправил его, Барт почувствовал неладное и замолчал. Действительно, вскоре тот заговорил быстрым, жёстким тоном, выплёскивая переполнявшее его недовольство:
— Как это понимать? Вы приказали мне разведать обстановку в торговой гильдии и деревне, а на следующую ночь я вдруг узнаю, что вы объявились в филиале Асейна! Представляете, как я был потрясён? Если бы вы просто подождали, как раньше, я бы сам принёс вам все новости. Куда на этот раз вы так спешили?
— За это... прошу прощения, Энрике. Странно, но в этот раз у меня было нехорошее предчувствие...
— Я Двадцать Первый, Ваше Величество! — вновь поправил его подручный. — Из-за вас в столичном филиале гильдии сейчас настоящий переполох! Если вы будете просто исчезать, раздав кучу сложных и запутанных указаний, что, по-вашему, делать подчинённым?
— ...
— И это ещё не всё! С чего это вы вдруг, ни с того ни с сего, сообщаете мне из-за самой границы, что мы должны встретиться? Даже самый быстрый гонец на континенте не смог бы передвигаться с такой скоростью! Я и так последние четыре дня гнал коня от самого Делькроса, глаз не смыкая, и знаете, чего мне это…
Мужчина осёкся. Голос его звучал сухо и ровно, но в нём странным образом отчётливо чувствовался с трудом сдерживаемый, кипящий гнев. Аслан лишь хлопал глазами, переводя взгляд с одного на другого. Барт, очевидно, тоже ощутил этот яростный порыв обиды. Он оглянулся и нерешительно протянул руку ко лбу мужчины. Стоило яркому свету излиться из его ладони, как тёмные круги под глазами измученного всадника мгновенно исчезли, а лицо приобрело свежий вид.
Однако внимание мужчины привлекло совсем другое. Перехватив оказавшиеся перед его лицом наручники, он перевёл взгляд с пропитанных кровью бинтов на лицо Барта и спросил:
— Это что такое?
— Когда я очнулся в Асейне, всё уже было так. Сначала я и сам не понял, что это, но в экстренных случаях ими довольно удобно бить людей.
Лицо мужчины приняло странное выражение.
— Вы всерьёз думаете, что кандалы на вас надели, чтобы вы использовали их как оружие?
— Хм...
Лицо Барта заметно помрачнело.
— Передай управляющему филиалом Асейна: если у него есть какие-то претензии, пусть выскажет их словами.
— Постараюсь, но вряд ли это поможет. Разве это не протест с требованием прийти и выслушать всё лично, раз недовольства накопилось так много?
— ...
— Сейчас, когда Его Величество не может использовать ауру, кто ещё в этих краях, кроме него, способен перерубить наручники клинком ауры, не лишив при этом руки Его Величества?
Однако, услышав эти резкие слова, Барт вопреки ожиданиям немного посветлел лицом и поднял голову.
— Вообще-то, у меня есть одна идея. Я просто медлил, так как мне было неловко просить об этом ребёнка…
Тут же взгляд Двадцать Первого, Энрике, стал острым.
— А-а, так вот на что вы намекаете. «Просто разруби наручники, а порезанная рука сама заживет. Даже если отвалится, её можно приставить обратно» — вы это собирались сказать? Простите, но у меня нет таланта разрубать такие железки одним махом.
— Нет, скорее…
— Отрезать вам руку? Я этого делать не буду.
— ...
«Ого, раз его способности к регенерации за гранью здравого смысла, то и полёт фантазии соответствующий», — подумал Аслан, невольно сглотнув, пока слушал их разговор со стороны.